Вольфрам

Вольфрам 

3D-моделирование, книги и игры, создание мира

2subscribers

119posts

goals2
0 of 100 paid subscribers
для развития канала
$0 of $258 raised
на жизнь и развитие себя и канала

Восставший. Глава 22. Переговоры

5 день от Конца сбора урожая 863 года от ПД*
/* 5 сентября 863 года от Падения Дракулы
Лес Фабрейн - Медная шахта
Грохот за воротами и частоколом не прекращался. Скелеты только по первой пытались пролезть через проём, а затем на некоторое время затихли, чтобы через десять минут вернуться со срубленным деревом.
Импровизированный таран уже пять минут бился в запертые створки. И каждый удар заставлял бандитов крепче сжимать оружие. Твари некроманта оказались не такими тупыми, как им рассказывали более просвещённые знакомые из тех, кто бился в Железной шахте Данли, либо в тёмных улочках городов среди отбросов и культистов.
Как бы церковь Света ни создавала видимость единого монолита власти, но многие видели, что внутри происходят разборки похлеще, чем на улицах среди пьяных. Конечно, разбитых рож на служениях видно не было, всё решалось несколько более мягко.
Отлучение, ссылка, отправка проповедовать в качестве странствующего пилигрима и многое другое. Очень редко дело доходило до убийства, ведь в таком случае найти виновного - дело наивысшей важности. По сути, это являлось государственной изменой. Таково бытие теократического государства.
Формальным главой церкви всегда оставался Соларус Непорочный, убийца Дракулы. Даже спустя века он оставался в мире, дабы защищать людей от порока и чудовищ. В последние годы Верховный паладин всё реже являлся в человеческий мир. Многие даже успели забыть его тёплый и ласкающий свет, который приходил вместе с героем человечества.
Однако наиболее приближённым к делам людей, да что там, действующим представителем верховной власти являлся архиепископ Азариэль Несущий Солнце. Если не считать первого, то архиепископ фактически являлся единоличным правителем. После него шёл Совет епископов, на который приходилось всё же оглядываться. Епископы не просто святоши, которые проповедуют веру в Свет. По своей сути, они были министрами, управляющими либо территорией, либо какой-то отраслью людской жизни.
Выходцы из разных сословий могли проявить себя на службе Света. Даже торговец мог войти в Совет, если будет хорошим ревнителем веры. Конечно, вертикаль власти оставалась в руках у людей, пекущихся прежде всего о своём положении, потому единственной возможностью для крестьянина продвинуться вверх - это быть одарённым частицей силы Света. Тогда никто не посмеет возразить или поднять вопрос.
Таким образом, в Совете епископов собралось достаточно много способных и рьяных в своих «чистейших» помыслах людей. И наибольшее количество споров возникало при попытках как-то решить вопрос с некромантами. Единственное, за что проголосовали все единогласно, так это за полный запрет нечистой магии. Потому поднятие нежити не считалось даром Света и дозволялось истреблять каждого, кто был заподозрен в этом колдовстве.
Это, в свою очередь, спровоцировало некромантов действовать более нагло, проводить настоящую оккупацию людских кладбищ, чтобы поднимать новых мёртвых. Так что ходить возле отдалённых огромных кладбищенских земель практически прекратили. Захоронения перенесли под власть церкви, чтобы нечистые не смогли так просто заполучить большое количество материалов.
Фабрейн же представлял собой древний и зачастую магический лес. Поэтому на его территории также присутствовала нежить, а также некроманты, дорвавшиеся до материалов, пусть и не лучшего качества.
Нежить раньше всегда предпочитала держаться за околицей и не лезть на рожон, но потом, где-то месяц назад что-то произошло, и древние воины вышли на дороги и тропы. Приходилось бороться с напастью, но пробиться к южному кладбищу, где осел некромант, уже не удавалось.
Бандиты перешучивались. Так сбросить волнение оказалось намного проще. Высказывались робкие предложения обойти с другой стороны и ударить в спину тварям, но они быстро отвергались. Неприятная мысль пронеслась сразу у нескольких человек:
«А если к нам с тыла заходят?»
Холодок пробежал по спинам, заставив обернуться. Однако вместо тёмного пустого переулка они увидели шахтёров, шедших за какой-то человеко-подобной тварью. Она шествовала уверенно, но смотря на черты морды угадывались черты какого-то мужчины, обезображенного какой-то аномалией или проклятием.
- Расступитесь, смертные. - глухой, но в то же время пугающе рычащий голос заставил людей сделать шаг в сторону, освобождая проход. - Я разберусь с нашей проблемой.
Каждый шаг существа казался каким-то странным, будто неумелым, но одновременно естественным, будто превосходный талант вступал в борьбу с отсутствием опыта. Из-за этого нельзя было с самого начала определиться с линией поведения. Чувства бойцов сбоили. Они впервые не знали, с какой стороны лучше всего подступиться к монстру.
Марг же взял разбег, за два удара сердца пересёк расстояние до ворот и взлетел на них. Практически сразу три жала устремились к нему. Скелеты-арбалетчики никуда не спешили уходить.
Упырь в который раз за ночь поразился своим возможностям: «Я вижу их! Будто бы мне подкинули яблоко прямо в руки. Поразительно!»
Желая проверить свои возможности, он подставил руку так, чтобы схватить арбалетный болт. Время нисколько не замедлилось, просто реакция на возникновение угрозы и улучшившиеся возможности восприятия окружения сделали своё дело. Древко вырвавшегося вперёд болта оказалось в ладони, а затем упало сломанное напополам на черепушки скелетов. Два других пролетели мимо, уносясь в ночное небо.
Марг осмотрелся новым взглядом, обозревая всё за раз. Против него где-то штук двадцать скелетов, лишь семеро вооружены проржавевшими мечами и щитами, пять хищных клювов смотрят прямо в него из-за деревьев в метрах тридцати. Трое из них, правда, нуждаются в перезарядке, но к моменту выдвижения упыря в их сторону, уже успеют взвестись. Четверо держали бревно и колотили в ворота, а оставшиеся были вооружены копьями, да топориками.
Главное - сработать быстро, чтобы никто не успел сделать ничего опасного, тогда хозяин похвалит его. Ведь он следит, смотрит и оценивает. Как же неимоверно больно пришлись слова хозяина, о недостойности его слуги. Это будто резало по самой душе.
Монстр прыгнул вниз, прямо на бревно, которое просело от его веса. Пусть и на мгновение, но четверо мертвецов замедлились, стремясь вернуть равновесие, но Марг уже побежал вперёд.
Он заранее знал, что его прочность после обращения возросла на несколько порядков, потому он и осмелился ударить кулаком прямо в переносицу одного из скелетов с мечом, стоявших ближе всего. Кости черепа хрустнули, пропустив руку внутрь. Магия практически тут же исчезла. Остов через секунду уже рассыпался на отдельные кусочки, а низший слуга крутил в руках меч, привыкая к балансу.
Марга уже начали окружать, когда он взглянул на окружение с новой позиции. И именно сейчас он поймал краткую дезориентацию. Слишком много информации ему приходилось обрабатывать, от чего мозгу требовалось время на адаптацию. Это дало возможность практически полностью окружить упыря.
Когда он вынырнул из потрясения, то сразу же пришлось отклонять корпус назад, чтобы его шею не разделили на две части. Второй удар с правого бока он отвёл клинком. Довернув ногу и сделав длинный шаг, он оказался вплотную к скелету и повторил удар кулаком в череп. Крошево из осколков ударило по лицу, но это не заставило слугу замешкаться.
На контроль обстановки уходила уйма внутренних сил, но победа должна быть абсолютной, чтобы на этой демонстрации показать даруемую силу хозяина. Слева уже приблизился новый противник, только не успел ничего сделать.
Марг сшиб его плечом, заставив пошатнуться, а затем разбил череп на двое клинком ударом сверху. Невольно он подумал: «Молотом было бы удобнее».
Скелеты обступили его плотным кольцом. Двое с копьями одновременно атаковали с двух сторон, заставив сместиться к третьему такому же, только тот не смог пронзить спину слуги вампира. Каким-то немыслимым образом упырь изогнулся и пропустить наконечник мимо себя, и схватить древко, сильно дёрнув.
Опытный копейщик бы смог воспользоваться базовыми знаниями и удержать преимущество за собой, только вот нежить этого видимо сделать не могла. Потому провалилась вперёд, прямо на выставленный меч. Со звоном меч переломился пополам, оставив в руке лишь осколок, а в черепе противника длинную трещину.
В руках Марга же осталось короткое пехотное копьё, которым тот и воспользовался, завершив нежизнь мертвеца, вонзив острие в глазницу. Возле уха пролетел болт, а затем пришлось уворачиваться от второго, пролетевшего мимо в живота.
Скорость реакции потрясала самого Марга. То ли дело зачистка бандитских логов, когда у тебя на поводке находятся два других упыря, а сейчас он будто раскрывался с новой стороны. Каждый новый удар, каждый уворот контролировались совершенным разумом слуги вампира и только это приводило его в восторг.
Упырь остановился только когда заметил, что около десяти секунд ногой вминает одно из арбалетчиков в землю. Бой выпал из его восприятия, оставив прощальную эйфорию и необъяснимое веселье.
Широкая улыбка очертила и так ужасную морду существа. Боевой азарт сходил медленно, нехотя, потому воздействовал на разум, провоцируя продолжить бойню, но с более интересными противниками. Противниками, которые могли кричать, молить, биться в агонии и страдать.
Тонкие пальцы вонзились в стоящее рядом дерево, проломив кору и оставив вмятину. Прохладный ветер спокойствия и трезвости никак не желал приходить на смену горячке боя. Ведь упыри не являлись полноценными вампирами, а потому не могли настолько быстро переключиться на новую цель деятельности.
Помощь к Маргу пришла откуда он уже не ожидал - от хозяина.
Взгляд прояснился, когти скрылись в пальцах, вернув форму ногтей, улыбка сошла на нет, вернув тот хитрый прищур, который стал характерной чертой Вёрткого. Упырь повёл ухом - услышал, как бандиты из лагеря отпирают ворота и со смесью ужаса смотрят на побоище. Даже если они запрутся внутри поселения, то ничего не мешает Маргу взлететь на частокол и врубиться в толпу слабых людей.
Слуга проверил, насколько далеко сейчас находятся его собратья и завербованные бандиты. Как оказалось, они передвигались достаточно быстро. Через двадцать минут они уже должны были показаться у ворот, как раз там, где произошла битва. Марг оглядел себя. Никаких ран или повреждений, только грязь и пыль, прилипшие к ногам и рукам, да в редких местах порванная одежда.
Рука привычно потянулась почесать короткую бородку. Стоило бы лучше подумать о том, что с ним происходит и как это контролировать, но сейчас не время. Хозяин ждёт действий. Нужно подготовить паству. Окончательно придя в себя, он двинулся к столпившимся людям, которые вовсю обсуждали то, что сейчас видели перед собой. Побоище, мягко говоря, производило впечатление, как и тот, кто его устроил. Как только свет факелов озарил фигуру полностью, то вперёд вышел Улар.
- Поговорим, нечисть? - на его плече лежал большой топор для рубки деревьев, лезвие опасно поблёскивало на свету.
- О чём ты хочешь говорить, Улар? Неужто вы решили, что я достаточно устал, чтобы вы своей шайкой напали на меня? К твоему сожалению, но если бы не приказ хозяина, то я бы утолил голод с вашей помощью.
- Ха-х, как только мы показали зубы, то сразу же перешёл к угрозам. А как же твои слова о защите нас от злой нежити? - воин хоть и говорил уверенно, но по спине стекал липкий пот. Никто не хотел умирать первым.
- А разве мои слова расходятся с делом? От нежити я вас спас, так что тут никакой лжи. Разве что я не сказал, что защита требует платы.
- И чего ты хочешь? - спросил вклинившийся Мерек.
- Того же, что хочет мой хозяин. Я уже упоминал, что вы избраны стать его слугами. Кто-то возвысится, а кто-то будет заниматься тем же, чем занимался до этого. Всего лишь променяете маразматика Квинси на воплотившийся ужас всех земель. Честный обмен.
- Краше в гроб кладут, неужели это того стоило, а Вёрткий? - продолжил Мерек.
- Я сокрушил сейчас уйму скелетов, и скажу так, это потрясающее чувство! Таких сил я никогда прежде не ощущал, как и не ощущал такой жажды жить. Ведь кто мы такие? Тлеющие угли, которые оторваны от других людей. Да даже Квинси желает вернуться назад, но знаете что?
Толпа выжидающе притихла. Улар медленно отступил назад, чтобы в случае чего прикрыться чужим плечом. Мерек поступил аналогично, а вот Жимод куда-то запропастился.
- Я никогда прежде не мог и помыслить думать свободно, говорить, что думаю, ведь даже сейчас среди вас полно крыс, но теперь мне это не важно! Задумка восстания против Церкви, чтобы вернуться обратно - это полный провал! Никогда нас не выпустят обратно, а знаете почему? Потому что этой зимой мы все передохнем! Им достаточно прекратить отправлять нам еду, и половина загнётся. Вы уверены, что лес даст нам прокормиться?
На крыше одного из домов показалась тень. Она двигалась тяжело, переваливаясь на крутой скат, но дополнительные мостки позволили удержаться и даже встать. Жимод положил стрелу на лук. Хоть так, но он избавится от светопротивного существа. Нечистому должно сгинуть во мраке, как говорил великий паладин.
Марг же продолжал вещать. Говорил то же самое, что и прошлой группе с Яшем и Медведем, ведь тогда не возникнет слабых моментов. Тогда он покажет хозяину, что готов, что лучше, чем кто бы то ни был. И в самый жаркий момент речи он увидел приближающуюся стрелу. Язык пламени факела отразился в металлической поверхности наконечника. Покушение было настолько слабо, что даже будь он обычным человеком, то успел бы дёрнуться и смерть бы обошла стороной, только сейчас передвигаться нельзя, как и показывать слабости. В момент, когда тень от стрелы заметили все, Марг схватил её за древко напротив своей груди.
Попасть в темноте в сердце человеку сложно, особенно столь пожилому, как Жимод. Но этого и не требовалось, достаточно было спровоцировать толпу на агрессию, а там, может, и убьют гадкое порождение вампирской скверны. Только вот Жимод не учёл, что певчие слова о силе и власти придутся по душе многим. Особенно Улару и Мереку, а заодно парочке ведущим среди охраны шахты. Если бы Марг говорил на огромную толпу мирных жителей, то это не возымело бы успеха, ведь работа оратора в первую очередь - заиметь симпатию большинства.
Церковь слишком сильна в Данли и Серебряных холмах, большинство безынициативно и живёт по заповедям, а вот Фабрейн другое дело. Бандиты уже поставили себя выше, чем большинство простых жителей, а таких в древнем лесу абсолютное большинство. Каждый хлебнул чашу баланды в мёрзлых самодельных бараках, каждый терял товарищей, каждый желал силы. Только цели были разными. Желать остаться в самом низу мог только идиот.
Внезапно из-за спин вышел Браквел. Он посмотрел на стрелу, но сказал так, будто ничего не произошло:
- Ты показал силу, ты говорил красиво, но что с того, если слова пойдут прахом и у твоего хозяина будут другие мысли на наш счёт?
- Слабый станет опорой для сильного. Всё просто. Тот, кто присоединится добровольно, тот сможет возвыситься. Остальных ждёт смерть. Думаете, вы первые, кому я делаю предложение? Я тут распинаюсь перед вами, потому что к рассвету тут не останется противников присоединения к моему хозяину. Хотите выжить? Хотите силы, тогда присоединитесь. Всё просто. - Слуга перестал юлить, потому что из-за деревьев донёсся звук бега десятка человек. И едва слышимые шаги упырей.
- Время вышло. Пришло время встретиться с моим господином. Даю вам пятнадцать минут, чтобы предстать перед ним в подобающем виде.
Марг сделал шаг в темноту за спиной и буквально растворился в тенях, оставив людей в задумчивости.
***
Жимод лежал на крыше и медленно умирал, а над ним стоял разумный упырь. Если бы Марг обратил внимание на стрелу в своей речи, то мог бы спровоцировать недоверие к себе, но сейчас он всё обставит так, что этот человек просто исчезнет. И никто даже не подумает на него.
Драгоценная кровь вытекала из вспоротого живота верующего идиота, возомнившего о себе слишком много. Слуга же думал куда лучше всего поместить труп, чтобы его нашли и послание получилось более чем говорящим.
В лагере было четыре огромные печи. Их построили давным давно, чтобы выплавлять металл. К несчастью для Жимода в печах использовался особый уголь, дававший особенно много тепла и державшийся очень долго. Настолько, что к утру оставался всё ещё горячим.
Марг на секунду даже остановился в размышлениях. Чего он добьётся своими действиями? Лишь потеряет кровь необходимую хозяину! Но никакого отклика от господина или противления от действий он не ощутил, а значит, это желание было сущей мелочью, на которую вампир не обратил внимания.
Взвалив тушу на плечи, упырь понёс её к разогретым печам. Разве может слуга высшего существа простить грех этого нечистивца? Ведь он возжелал оставить его хозяина без помощника, а значит достоин высшей кары.
По крайней мере фиолетовые всполохи пламени в глазах показывали решительность первого разумного упыря.
Subscription levels3

Маг

$0.65 per month
Поддержка начинающего автора
Возможность повлиять на судьбу персонажа
упоминание в конце книги

Магистр

$1.61 per month
Поддержка начинающего автора включает:
возможность повлиять на судьбу персонажа
возможность ввести локацию для посещения
упоминание в конце книги

Архимаг

$2.58 per month
Поддержка начинающего автора включает:
возможность повлиять на судьбу персонажа
возможность ввести новую локацию
возможность добавить второстепенного персонажа
упоминание в конце книги
Go up