Эта история пришла внезапно. Разбудила, заставила отбросить теплое одеяло, включить комп и записать сначала намётки, а потом и черновой вариант. Вдохновил ли Болливуд или бразильские мелодрамы? Сложно сказать. Да, здесь будет потерянный на долгие года ребенок, семейные драмы на фоне возрождения Тёмного Лорда. Будет ли эволюция героини? Безусловно. Прекрасная суккуба скинет оковы бессмертия и окунется в волшебный мир живых.

Кроссовер Гарри Поттер и Сумерки. Гет ближе к завершению истории.

Ирина Денали погибает от рук Вольтури. Её душа не растворяется в небытие, не попадает ни в рай, ни в ад. Она очнулась в другом теле и в иной реальности. Каково снова стать живой? Как выжить хрупкой девочке, хоть и имеющей сверхспособности? Не успела свыкнуться с новой семьей и положением девятилетнего ребенка, как угодила в магический мир, в котором ей предстоит жить под именем Полумны Лавгуд. Что ждет бывшую вампиршу в Поттериане и как изменится история «Мальчика который смог»? Канон героиня не знает.

Основной пейринг пока не определен. Жду от вас варианты. Не забываем, Ирине на момент смерти было более тысячи лет.

Нарцисса Малфой/ Северус Снейп, Нарцисса Малфой/ Ксенофилиус Лавгуд(дружба), Драко Малфой/Пэнси Паркинсон, Гермиона Грейнджер/ Джастин Финч-Флетчли и многие другие.

Внимание! Это пока черновой вариант. Будут добавлены подробности, краски, эмоции.

– Я сказал, избавься от него!

Люциус пугал супругу бешеными глазами, некрасивыми красными пятнами на щеках, взлохмаченной шевелюрой. От него плохо пахло перегаром и давно немытым телом. Глаза налились кровью. Она не знала, сосуды полопались от пьянства или гнева. Месяц в Азкабане не лучшим образом сказался на и без того сложном характере лорда Малфоя. Нарцисса прикрыла чуть выпирающий живот руками.

– У Малфоев рождается только один ребенок. Ты нагуляла ублюдка на стороне. А теперь смеешь…

Молодая женщина задохнулась от негодования.

– Ты в своём уме! У нас полный магический брак.

– Пусть так. Я не собираюсь дробить наследство. Всё получит Драко.

– Люциус, у нас будет дочь!

– За дочерей нужно давать приданое. Бизнес в упадке, на взятки ушла добрая половина активов. Денег нет! Попрошу Северуса приготовить абортивное зелье.

Нарцисса отступила на несколько шагов от брызжущего слюной мужа. Он, верно, помешался. Она ведьма, а не какая-то маггла или грязнокровка. В мире магии царят суровые нравы, но есть несколько табу. Одно из них – нерождённого ребенка бережет богиня Геката. За вытравление плода или убийство во время родов грозит нешуточное наказание.

– Хочешь стать предателем крови? Вперед! Я в этом не участвую.

– Тогда как ребенок родится, отдам его …

Речь мужчины становилась все более бессвязной. Как бы ни кипел гнев у бывшей Блэк, она решила оставить мужа в покое. Не станет же он вечность пить. А как придет в рассудок, пожалеет о сказанном.

Нарцисса недооценила влияния дементоров на психику Люциуса, беспощадно расшатанную Волдемортом. Перед падением Тёмный Лорд не скупился для соратников на Круцио и иные пыточные. Люц продолжал пить и употреблять помрачающие рассудок зелья вплоть до родов жены. В пьяном угаре Малфой заблокировал для целителей доступ в поместье. Нарциссе пришлось справляться самой. Благо старая домовушка Нэнни помогла. Женщина чуть не погибла.

Леди Малфой не смогла оказать сопротивление супругу, когда он забирал новорожденную малышку. Люциус убил эльфийку жены, аппарировал в Лондон. Девочку бросил на крыльце маггловского госпиталя. Не всю совесть потерял или боялся получить откат. По возвращении он пытался наложить на Нарциссу Обливиэйт. Силы у здорового, хоть и пьяного мага и ведьмы были неравны. Но истекающая кровью женщина так сильно хотела помнить. Она смогла противостоять злым чарам.

– Открой бесстыжие глаза! Смотри, что ты наделал! – шёпотом кричал злой Снейп.

Зельевар схватил друга за грудки и хорошенечко встряхнул, заставил посмотреть на лежащую в постели бледную до синевы Нарциссу. Она была похожа на мертвую, только легкое движение грудной клетки говорило: женщина все ещё борется за жизнь.

– Я напал на жену? Не может быть! Я не мог!

Больше полугода леди Малфой поправляла здоровье. Супруг взял себя в руки, перестал пить. Развил бурную деятельность. Отправил жену в лучшую швейцарскую клинику. Первое, что спросила Нарцисса, когда пришла в сознание:

– Где моя дочь? Куда ты её дел?

Люц посчитал, на фоне болезни она помешалась. Не стал слушать лекарей, потребовал вызвать менталиста и вернуть леди рассудок. После уже Нарцисса упросила целителя Бирли не открывать мужу правду. Мол, пока был в тюрьме, родила мертвого мальчика, скрыла следы, не хотела ещё больше подрывать здоровье любимого супруга.

Люциус надеялся, по возвращении домой Нарси у них всё наладится. Будет как до злополучного заключения в тюрьму. Он был готов на коленях вымаливать прощения, пусть и не помнил, что творил, оказавшись на свободе. У его королевы доброе сердце, она обязательно его поймет и простит. Она же любит его. Как же жестоко он ошибся.

– Я никогда тебя не прощу. Ради сына будем делать вид благополучной семьи. И на этом всё, – равнодушно произнесла леди Малфой.

– Нарцисса, – Люц попытался обнять любимую женщину.

Она выставила руки вперед, в воздухе ощутимо запахло надвигающейся грозой.

– Никогда!

Нарси резко развернулась и на ходу отдавая распоряжения домовикам отправилась в северное крыло манора. Раньше там жила бабка Люциуса, старая жестокая ведьма Медея.

Леди Малфой полюбила сидеть у окна, смотрела, как за стеклом меняются времена года. Она устала играть когда-то выбранную роль идеальной супруги прекрасного аристократа, устала притворяться перед чужими людьми.

– Хестер, милая, звездочка моя. Я тебя обязательно найду. Ты только жди.

Сегодня выдался замечательный день. Не по-весеннему жарко, яркое солнце слепит глаза. Сижу на заборе и смотрю на участок соседей. Рыжики довольно забавные волшебники.

– Луна, тыковка, ты почему опять убежала? Дорогая, пойдем домой. Я заварил твой любимый чай.

Голубоглазый блондин протянул руку.

– Хорошо, папа, – вложила ладошку в ладонь мужчины. С сумасшедшими не спорят.

Вообще-то по документам меня зовут Хестер Стардаст. Девочку, которой я сейчас являюсь, во младенчестве подбросили к дверям больницы Святого Варфоломея. Имя было выгравировано на медальоне, а вот фамилию дали медики. Звёздная Пыль. Довольно странный выбор. Ха, и не такое встречается, могли ведь и Подкидышем обозвать.

Малышку долго не отдавали на удочерение. Она сильно застудилась, а стандартное лечение отчего-то не помогало. Откуда бы простым людям знать о том, что волшебники лечатся зельями. Девочка выкарабкалась. Настоящий маленький боец. Была.

Над девочкой взяли опеку чета Ломан, когда той исполнилось два годика. Свои дети у Майкла и Ангес выросли, а нерастраченной любви было ещё много. Почему её не удочерили, до сих пор непонятно. Увы, как классическим попаданцам, памяти мне не досталось. Да и вряд ли маленькая девочка разобралась бы в бюрократических заморочках. Возможно, Ломаны не хотели, чтобы чужой ребенок в последствии претендовал на наследство.

Так, не зная печали, малышка прожила с приёмными родителями до девяти лет. Важную дату – день рождения Хестер, решили отметить на широкую ногу. Опекуны повезли девочку в Лондон, хотели порадовать ребенка походом в зоопарк, кино и кафе. Но не доехали. Попали в большую аварию. Агнес погибла на месте, Хестер и Майкла в тяжелом состоянии доставили в госпиталь. Иронично, девчушка попала в ту же больницу, что и девять лет назад.

Майкл через неделю умер, а маленькая девочка отчаянно цеплялась за жизнь. В один далеко не прекрасный день её сердечко остановилось. Доктора провели реанимационные мероприятия, вырвали пациентку из когтистых лап Смерти. Только вот очнулась уже совсем не та Звездочка. Или в момент клинической смерти я вспомнила прошлую жизнь. Бывает ведь такое, подобные случаи зафиксированы.

Долгую тысячу лет я была Ириной, вампиршей из клана Денали. И там я умерла. Вернее, меня убили. Король вампиров Кайус Вольтури оторвал мою бедовую голову. Злюсь ли на Вольтури? Нет. Ненавижу ли тех, из-за кого я погибла? Проклинаю ли Калленов? Нет. А может, мечтаю убить тех, кто растерзал моего любовника? Тоже нет. Я злюсь исключительно на себя, на свою дурость и импульсивность.

Взглянула на медленно шагающего мужчину. Он хороший и чуткий человек, заботится обо мне, как умеет. Как я оказалась у Ксенофилиуса Лавгуда? И почему он меня считает дочерью? О, это отдельная история.

Очнувшись в больнице не в своём теле и чужом мире, испытала ужас. Повезло, персонал списал странности на состояние шока, а то, неровен час, не пожалели бы сиротку, отправили в закрытую лабораторию.

Два месяца, пока поправлялась, привыкала к тому, что теперь живая и организм имеет определенные потребности. Вероятно, выглядела очень жалко. Несколько человек из персонала госпиталя возжелали меня облагодетельствовать. Опеки добилась миссис Джулия Хардвик, старшая операционная медсестра.

Так судьба забросила меня в пригород Лондона. Ничего не предвещало беды. Я окончательно поправилась, должна была пойти в новую школу. Даже удалось подружиться с соседской девчонкой. Гермиона старше меня нынешней почти на два года. Немного зазнайка и зануда, но меня умилила. Очень похожа на сестренку Татьяну.

Джулия в одночасье приняла решение меня удочерить, о чем прознали её дети: бездельник и наркоман Стив и лентяйка тусовщица Лаура. Уверена, это они подожгли дом матери. Я тоже чуть не сгорела. Вампиры до одури боятся огня. На фоне стресса у меня проснулась магия. Тогда посчитала перемещение из полыхающего здания чудом, происками ангела хранителя.

Прибыли пожарные, потушили огонь. А вот скорая и представитель службы опеки задержались. Начался ремонт обветшалого моста, пришлось ехать в объезд. Так я и стояла холодной осенней ночью на лужайке, завернутая в плед, и смотрела на почерневший остов дома, где могла стать счастливой. Джулия была невероятно доброй женщиной. Наотрез отказалась идти к соседям. Не хотела, чтобы меня жалели.

Почувствовала пристальный взгляд, обернулась и встретилась с безумными светло-голубыми глазами мужчины. Он что-то прошептал и внезапно оказался рядом. Не успела отшатнуться, блондин схватил за руку, и неведомая сила дернула за пупок. Неприятный миг и мы очутились совсем в другом месте. Так жизнь совершила очередной поворот.