Первая Доп. История (Петля)
!!!Происходит в районе 20-й главы 2-го тома Сказания о второстепенном злодее! Кто не дочитал - спойлеры!!!
В Сказании о Храбрых Душах, а именно в третьей части, был эпизод, по своей сути сильно напоминавший «день сурка». Главный герой попадал во временную петлю и множество раз переживал одни и те же события. Эпизод был интересным — довольно весёлым и комедийным, хотя мне ещё тогда он казался немного затянутым.
Кто бы мог подумать, что со мной произойдёт нечто подобное.
…
Это был самый обыкновенный день вскоре после нашего второго Полевого задания. Мы только вернулись из Города Белых Ветров, и Алекс в очередной дуэли с Еленой как раз выиграл свой первый кристалл (поздравляю, дарю цветы, молодец).
Проснулся я ранним утром от приятного звона колокольчика. Не успел раскрыть глаза, как в нос ударил аромат жареного хлеба, за которым сразу подоспел весёлый голос:
— Господин Савин, я принесла ваш завтрак!
Дверь отворилась, в мою комнату закатилась тележка, а за ней — Мая.
Да, я ем в постели.
Нет, мне не стыдно.
Тем более что сегодня выходной, а потому из уроков у нас только классный час.
Сегодня на завтрак был жареный хлеб с ломтиком сыра, свежие ягоды — земляника — и чай.
А, и ещё…
— Мёртвый муравей.
Мая, до этого смиренно изображавшая статую в ожидании, пока я закончу с завтраком, чтобы отвезти тележку обратно на кухню, вздрогнула.
— Как это понимать? — спросил я, мрачно разглядывая чашку чая, в которой плавала маленькая чёрная тушка.
Маю немедленно передёрнуло, точно кошку, которой наступили на хвост.
— Я-я-я п-п-прошу прощения… — залепетала девушка, забегала глазами по комнате, словно в поисках выхода, затем крикнула:
— С-сейчас заберу!
Она дёрнулась в мою сторону, зацепилась ногой за ковёр — и БАХ.
…
…
…
— Пахнет чаем, — заметила Елена, когда вошла в нашу классную комнату.
Я молча уставился на парту.
— Занятно. Ник прочитал ваши эссе о том, что случилось на Полевом задании, и сделал ряд замечаний. Меньше всего их было у Альфирии, она молодец, давайте похлопаем, — заявила Елена и с каменным лицом похлопала в ладоши.
Вероятно, такой способ похвалы приводился в учебнике «Педагогика для чайников», которым она зачитывалась в свободное время. Однажды я застал её за этим занятием — причём с настоящим чайником, который она держала на коленях.
Без комментариев.
— П-простите, а что это такое? — нерешительно спросила Саша, указывая на конусообразный картонный колпак на голове Елены, где были криво выведены большие буквы: «Очень плохой учитель».
— Я приготовила позорную шляпу для того, кто покажет себя хуже всех. Ник сказал, что это я, потому что из-за меня вы оказались в большой опасности, — ответила Елена. — Он запретил мне носить её на публике, кстати.
В классе зазвучали облегчённые вздохи. Действительно, если бы наш преподаватель показался в таком наряде, например, на Академическом совете, репутацию самой Елены, как и Факультета Белой Ромашки, исправить было бы уже невозможно.
— Наградной колпак я, кстати, тоже сделала, — добавила Елена и достала из-за парты ещё один конус с надписью: «Образцовый студент».
— С-спасибо… — поёжилась Альфирия, принимая «награду» и осторожно откладывая её на самый дальний край парты.
— Не за что. Я делала его всю ночь.
На лбу Альфирии выступил холодный пот.
— Что касается общего анализа, то мы с Ником пришли к выводу, что вам не хватает практики командной работы.
— Прошу прощения, но мне казалось, что мы постоянно сражаемся всем отрядом, — заметила Адель голосом примерной отличницы.
— Командная работа бывает разной. В данном случае я имела в виду работу в парах. В ходе задания вы… — Елена сверилась с бумажкой, — ...разделились и вынуждены были действовать в несвойственных и не самых оптимальных комбинациях, как с тактической, так и с психологической точки зрения… У Ника хороший почерк, кстати. Поэтому теперь вы будете отрабатывать взаимодействие в парах.
— Каким образом? — уточнила Адель.
— В парах, — просто ответила Елена и продемонстрировала нам коробочку, где лежали шесть небольших кристаллов, излучавших тусклый голубоватый свет.
— Парные кристаллы? — удивилась Альфирия.
— Что это? — спросил Алекс.
Елена кивнула Альфирии.
— Эм, это особенные кристаллы, которые испускают яркий свет, когда находятся вместе. Они были частью одного большого кристалла, который оказался расколот, и поэтому резонируют друг с другом.
— Но только на ограниченном расстоянии, — прибавила Елена. — И чем оно больше, тем быстрее они теряют свой заряд. Каждый из вас возьмёт по кристаллу, а затем будет обязан провести со своей парой весь день. Те из вас, кто сохранит к его завершению больше заряда, займут первое место.
Мы переглянулись.
— Победитель получит шляпу.
— Стойте, — опомнилась Саша. — То есть нам нужно…
— Чем ближе вы к своей паре и чем дольше продолжается эта близость, тем дольше продержится заряд. Сперва я собиралась использовать наручники, но Ник сказал, что этот метод будет лучше. Можете уже выбирать, кстати говоря.
Волнение, тревога, неловкие взгляды. Не желая терять время, я сразу схватил кристалл, лежавший с краю, — всегда так делал, когда тянул билеты на экзаменах. За мной последовали другие.
— Теперь щёлкните по своему кристаллу пальцем, — попросила Елена.
Я щёлкнул первым — в ту же секунду кристалл в руках Зигфрида озарился тусклым светом.
— Поздравляю первую пару, — кивнула Елена.
Моему примеру последовали остальные. Адель оказалась в паре с Алексом — забавно; Саша — с Альфирией. Каждый раз, когда объявлялась новая пара, Елена хлопала в ладоши.
— На этом всё.
— Что нам теперь делать? — хмуро спросила Адель.
— Что хотите. Главное — держаться в парах. Кто займёт первое место… хм… в качестве дополнительной награды получит кристалл 2-го ранга.
— А последнее? — уточнил я.
Елена молча указала на шляпу на своей голове.
Весёлый будет день. И долгий, подумал я, молча покидая класс.
Если бы я только знал, насколько…
___
В итоге день прошёл почти незаметно. В своё время Зигфрид действительно был, скажем так, своевольным человеком. Но теперь он всеми силами старался исправиться: реже сбегал из Академии, чтобы подышать свежим воздухом, проводил время вместе с героями и так далее. Его всё ещё нельзя было назвать особенно разговорчивым, но именно поэтому мне не приходилось стараться, отыгрывая перед ним злодея.
В этом смысле он был похож на дикого зверя, для которого моё поведение — злодейское или нет — не имело ни малейшего значения.
Когда я спросил его, чем он обычно занимается целый день, он ответил, что тренируется. Почему бы и нет? Мы вместе направились в тренировочный зал. Даже устроили небольшой спарринг. А когда устали — я устал, — то просто молча читали книги, прерываясь сперва на обед, а затем на ужин.
За всё это время мы едва ли перемолвились и дюжиной слов. Поэтому сложно сказать, насколько заслуженным было наше «второе место» по итогам этого небольшого экзамена. Опередели нас только Алекс и Адель. Как? Без понятия.
— Как-то скучно получилось, — разочарованно сказала Елена, разглядывая наши кристаллы. — Ладно, идите.
По её виду было понятно, что она уже размышляет о том, как в следующий раз сделать свой «тест» немного сложнее.
Мы разошлись. Я отправился в свою комнату, где в тишине и спокойствии и провёл остаток вечера. Укладываясь спать, я размышлял о том, что бы произошло, выбери я другой кристалл и окажись в паре с кем-то другим. Если только Елена не захочет повторить эту тренировку, я этого уже никогда не узнаю.
Ну и пусть. Никогда нельзя жаловаться на спокойствие…
…
…
…
«Петля 2»
— Господин Савин, я принесла ваш завтрак!..
Я зевнул. Признаюсь, если бы не завтрак, у меня совсем не было бы сил вставать с такой мягкой и приятной кровати навстречу новому дню, наполненному тренировками и учёбой.
Пока я размышлял об этом, Мая поставила передо мной поднос: жареный хлеб с ломтиком сыра, земляника, чай… Опять? Повторяются. Нужно будет закатить истерику. Но потом. Последнее, чего я хочу с утра пораньше, — это напрягать свои голосовые связки.
Я надкусил хлеб, съел ягодку земляники и уже собирался пригубить чай в надежде, что сладкий напиток поможет развеять сонную вуаль, опутавшую моё сознание… Как вдруг мой взгляд зацепился за маленькую тёмную точку, плававшую на поверхности чая.
…Видимо, без истерики не обойтись.
— Опять? — спросил я суровым голосом. — Как это понимать?
Мая вздрогнула и выпрямила спину.
— Ч-что-то не так, господин Савин?
— Муравей. Опять, — прохрипел я, стараясь изобразить праведный гнев, хотя на самом деле испытывал лёгкое замешательство. На кухне завёлся муравейник? Или кто-то из них намеренно вымещает на мне обиду? Не помню, чтобы я в последнее время измывался над прислугой. Хорошо хоть, это обыкновенный муравей, а не…
— П-п-прошу прощения! — вдруг залепетала Мая, прежде чем я успел закончить мысль. Она забегала глазами по комнате . У меня появилось дурное чувство дежавю.
— Стой! — прохрипел я, но было поздно. Мая крикнула: «С-сейчас заберу!», дёрнулась в мою сторону, зацепилась за ковёр — и БАХ!
…
…
петля
