НИХРЕНА НЕ МЕМУАРЫ
19.
Мы с Зимним вернулись на базу, и началась рутина. Я написал подробный отчет об операции, а потом начал подготовку Зимнего к крио — напоить электролитом, помыть, почистить руку. Сдать обмундирование…
Вот с последним и случился затык, потому что не хватало носка. Левого, блядь. Никогда бы не подумал, что носки различаются на правый и левый.
— Сержант Рамлоу, не хватает носка, — один из халатов смотрел на меня так, как будто у Зимнего не хватало как минимум руки.
— Ты серьезно? — ахуй слишком слабое слово, чтобы передать всю глубину моего изумления.
— Абсолютно, — высокомерная рожа так и просила поправить прикус.
— На хуй иди. Еще я за носки не отвечал.
— Я доложу мистеру Пирсу.
Угроза была так себе. Я плохо представлял, как министр обороны вызывает меня на ковер за носки. Носок.
Сдавать живого человека на «хранение»… Блядь. Мне казалось, что хуже ничего быть не может. Благо в этот раз без обнуления, потому что в отчете я написал, что нет признаков дестабилизации. Я стоял перед гробом, в который упаковали Зимнего, и до последнего смотрел в небольшое окошко, в котором было видно его лицо. Мысль о том, что я вполне могу занять похожий гроб, если вдруг станет известно о моей маленькой странности… Нет, об этом даже думать не хотелось.
Расписавшись в кипе бумажек, я подхватил сумку, вышел нахуй из этого благословенного места и поехал домой, заказав по пути доставку, потому что готовить жрать сил не было. Не такая уж и сложная миссия вымотала до самого донышка.
Встретить курьера, принять душ, лично покормить рыбок в аквариуме, чтобы они помнили, что хозяин у них есть, и пожрать — программа максимум на сегодня. Я сидел со стаканом виски, а сумка, в которой лежало грязное после Африки шмотье, бесила.
— Хрен с тобой, — я подхватил сумку, в которой кроме сменной одежды ничего не было, потому что летали мы налегке, и вывалил ее на пол, чтобы проверить карманы, мало ли.
Темно-серый непонятный комок лежал под моей футболкой и… Чуяло мое сердце, что это тот самый треклятый носок, из-за которого меня пытались трахнуть в мозг несколько часов назад.
— Выкинуть и забыть.
Ага, щас. Носок оказался завязан узлом и странно тяжелым. Я смотрел на него и сомневался — стоит ли мне смотреть, что в нем, потому что ожидать можно было все что угодно. Это же Зимний! Не граната, конечно, но…
Я развязал носок и вытряхнул его содержимое на пол… Я, конечно, нихуя не ювелир, но готов был дать голову на отсечение, что в носке в моей сумке были самые настоящие алмазы. Не те ограненные бриллианты, которые лежат в витринах бутиков, а невзрачные, грязные, серые камни.
Пересчитав, я понял, что у меня в руках небольшое состояние, потому что Зимний выбрал самые крупные экземпляры. Тридцать восемь штук. Что с ними делать, я не понимал. Продавать? Меня возьмут раньше, чем я подержу в руках бабки. Прятать? Если узнают, то дом по камешку разнесут. Сейф в банке? Это все равно что выйти в холл ЩИТа и проорать, что я спер алмазы из Африки, потому что миссия проходила через ЩИТ.
Я поднял глаза и уткнулся в аквариум, где мистер Пылесос — сомик-платидорас — сосал корягу. На дне были рассыпаны камешки и стекляшки. Кажется, я только что нашел идеальное место для того, чтобы спрятать все это до того момента, пока не решу, что с этим делать.
Взял миску, помыл баснословно дорогую проблему с мылом, а потом залил кипятком, чтобы избавиться от возможных сюрпризов. Что ж, мистер Пылесос будет теперь охранять… Даже примерно не представляю, сколько это все может стоить. Ну и понять, с какого хера такие подарки, тоже хотелось бы знать.
нихрена не мемуары
Обычные хвостатые своим человекам птичек-мышек приносят, а сКотик что добыл, тем и поделился.