Кентавр

***12***

— Клянусь не использовать добровольно отданную кровь тебе во вред, — Мари принесла стандартную клятву и в очередной раз убедилась, что Брок уже не просто магл, потому что клятва была им принята, на мгновение окутав их обоих светом.

— Что это? — Брок схватил Мари за руку и притянул к себе, оглядываясь по сторонам, словно искал опасность.

— Ты принял клятву, — тихо сказала Мари. — Не переживай, это нормально.

— Уверена? — Он осмотрел ее внимательно со всех сторон.

— Да, — улыбнулась она. — Дай мне руку, я кровь возьму.

Она снова уселась на стул, а Брок остался стоять, облокотившись на стол, чтобы Мари было удобнее. Она уколола его в середину ладони, вроде бы несильно, но кровь стала быстро набираться. Мари опустила кончик иглы в лужицу крови, и она впиталась полностью, оставив только крохотный след от укола и небольшое мокрое пятно. Отложив иглу, она очистила руку Брока заклинанием и поцеловала в центр ладони.

— Зачем ты это сделала? — Брок, пожалуй, впервые за очень долгое время смутился. Женщины никогда ему руки не целовали, а Мари…

— Мне приятно целовать тебя, — улыбнулась она, поднимаясь и обнимая Брока, — но если…

— Нет, мне всё нравится, просто непривычно. Извини, — он обернулся на своих.

— Они не обращают на нас внимание. И не обратят, пока я не сниму отвод глаз, — Мари нравилось удивлять Брока своими возможностями.

— И я могу поцеловать тебя? — спросил Брок, притягивая ее ближе.

— Можешь, — выдохнула Мари ему в губы и тут же была усажена на стол, а Брок вклинился ей между ног.

Он целовал Мари, упиваясь ее вкусом, нежностью и податливостью, и едва мог держать в памяти, что ничего, кроме поцелуя, позволить себе не может, хотя так хотелось…

— Брок, — Мари с трудом отстранилась от него, полыхая щеками. — Кровь свернется, а мне нужно поработать.

— Я еще дам, — выпускать ее из рук не хотелось совершенно.

— Давай так, — Мари тряхнула головой, сгоняя чувственный дурман. — Я сейчас сделаю анализ, мы все вместе здесь поужинаем, а на ночь или отправимся ко мне, или уйдем в те пещеры, о которых говорили твои ребята. Хорошо?

— Это безумно долго ждать, но я согласен, — кивнул Брок, отстраняясь от нее. С огромным трудом отстраняясь от нее.

Мари подышала на счёт, успокаивая взбудораженный организм, повернулась к столу, где расположила походную лабораторию, и сняла отвод глаз, чтобы не вызывать подозрения у бойцов. Она подготовила несколько фиалов с реагентами, в каждый капнула по капле крови и стала ждать реакции, чтобы сделать первые выводы. Спустя несколько минут она осмотрела фиалы и едва сдержала удивлённый вскрик. То, что показывал анализ, было немыслимо. В каждом фиале шла реакция. Каждый реагент показал результат. Это было поразительно!

— Брок, — пока Мари записывала результаты, заодно решила узнать подробнее о том, что с ними делали ученые. — Что конкретно с вами делали?

— А что?

— Понимаешь, то, что я вижу, немыслимо. Хотя… Может, я ошиблась? — она посмотрела на Брока.

— Не знаю, — Брок пожал плечами, понятия не имея, как ей помочь.

— А попроси подойти вашу девушку. Мэй? — Мари не была уверена, что правильно запомнила имя, но Брок согласно кивнул и крикнул:

— Коллсон, подойди!

— Звал, командир? — Мэй подошла и с любопытством покосилась на стол, заставленный всякими непонятными штуками.

— Это я просила подойти, — сказала Мари. — Ты говорила, что не против дать немного крови?..

В ответ Мэй просто протянула руку и спросила:

— С пальца или из вены?

— Ты удивишься, — хмыкнул Брок, усаживаясь прямо на стол и подзывая Мэй ближе.

Мари взяла ее за руку, раскрыла ей пальцы, сложив ладонь лодочкой, и попросила:

— Ты только не пугайся. Клянусь не использовать добровольно отданную кровь тебе во вред, — и снова клятва была принята, окутав их обоих неярким свечением, но Мари этому уже не удивлялась.

А Мэй с любопытством рассматривала диковинную иглу. О была очень длинная, сделанная из потемневшего металла, вся в каких-то закорючках и с утолщением на конце, похожим на крохотную грушу, а острие блестело золотом. Мари легонько прижала острие ровно в центре ладони, и оттуда тут же пошла кровь, которую Мари собрала этой странной иглой.

— Так, посмотрим.

Мари взяла новые фиалы с реагентами и капнула в каждый по капле крови Мэй. Ну что, реакция опять началась во всех фиалах. Мари никогда даже не слышала, что подобное может быть, поэтому была озадачена.

— Уколы вам делали? Таблетки? Капельницы? Переливание крови? Может, всех прогоняли через какой-нибудь странный аппарат? — Она пыталась найти направление, в котором предстояло думать.

— Да на все вопросы, — сказала Мэй, заглядывающая в фиалы. В каждом что-то либо бурлило, либо меняло цвет, либо исходило странным паром.

— Давно это началось? — Спросила Мари.

— Примерно полгода, — ответил Брок. — И да, Мэй права, с нами делали всё это. Детка, что-то плохое.

— Мне нужно посоветоваться, — Мари хмурилась, опасаясь, что ее догадка может оказаться верна, — Брок, мне нужно привести сюда кое-кого, кто сможет дать совет. Если вы не против, конечно.

— Это безопасно для тебя?

— Абсолютно, просто гость для вас будет слишком необычный…

— Веди, раз уж другого выхода нет. С тобой пойти?

Мари отрицательно мотнула головой и тут же исчезла так же, как и в прошлый раз, в какой-то полупрозрачной воронке, чтобы через несколько минут появиться на том же месте с картиной в руках, которую она тут же установила на стол, где проводила свои эксперименты.

— Мастер, — она взяла подошедшего Брока за руку, — позвольте представить, это мой Брок.

Бывали такие моменты в жизни, когда вдруг думал, что человек, которого ты считал адекватным, вдруг делал что-то очень странное? В этот момент Брок подумал, что Мари… тронулась? Но, подняв глаза на картину, он увидел, что мужчина, нарисованный на ней, пошевелился, и подумал, что тронулся уже он. Разве такое могло быть?

— Приятно познакомиться, молодой человек, — кивнул мужчина с картины, со смешливым интересом наблюдая, как собеседник пытается поймать реальность, ускользающую от него.

— Брок, — Мари подергала Брока за руку, заставляя перевести изумленный взгляд на себя. — Это мой родственник и наставник Ригель Блэк.

— Это картина! — шепнул Брок, косясь на Ригеля.

— Я знаю, — улыбнулась Мари. — Но это волшебная картина. У нас так продолжают жить многие поколения предков.

— Он живой! — удивился Брок, задвигая Мари за свою спину.

— Не в том смысле, что вкладываете в это понятие вы. Душа моя, как и положено после смерти, ушла на перерождение, а на картине остался отпечаток моей личности, сохранивший свои знания, — объяснил Блэк, с интересом разглядывая мужчину своей ученицы. И ему определенно нравилось то, что он видел. Все неосознаваемые человеком движения говорили о том, что он искренне переживает за Мари, что она ему дорога.

— Это как ИИ, — Мэй, которая так и осталась рядом, подошла, с любопытством смотря на Ригеля. — Привет, я Мэй!

— Здравствуйте, прекрасная леди, — Ригель поклонился и улыбнулся, тут же очаровывая Мэй галантными манерами истинного аристократа. — Не объясните старику, что такое ИИ?

— Искусственный интеллект, — Мэй едва в реверансе не присела перед картиной, настолько поразил ее Ригель.

— Наверное, вы правы. От меня в картине остался именно интеллект и мои знания.

— Точно, — воскликнула Мари, выходя из-за спины Брока и прерывая флирт Ригеля с Мэй. — Именно ваши знания, Мастер, мне и нужны. Я совершенно не понимаю, что происходит!

Дальше Брок только и успевал переводить взгляд с Мари на Ригеля и обратно, совершенно не понимая, о чем они говорят. Мари сыпала латинскими названиями и рисовала схемы на листах, которые потом показывала Ригелю, тот отвечал такой же тарабарщиной, приправляя речь матерными словечками. Мэй тоже сидела рядом и хлопала глазами, пытаясь хотя бы примерно уловить суть разговора.

— Этого не может быть! — громыхнул Ригель. — В природе такого не бывает!

— То в природе, — ответила Мари, — а их искусственно изменяли! Не может так быть, чтобы эксперимент дважды провалился на двух людях совершенно одинаково.

— Значит, проверь еще раз при мне!

Страйк потихоньку подбирался все ближе и ближе, следя за спором волшебницы и портрета с непередаваемым изумлением. Разве в обычной жизни такое могло быть? Когда мужик с портрета потребовал повторить эксперимент, они быстро кинули на кулаках, кто пойдет, и «повезло» Таузигу. Он встал с лавки, повел плечами и пошел к командиру.

— Это, если нужна кровь, то я готов, — пробасил он, а мужик с портрета хмуро на него глянул и кивнул Мари:

— Давай, вон у тебя уже и доброволец есть!

— Мастер, может не надо, все и так ясно.

— Надо, все равно всех проверять.

И снова повторилось всё то, что Мари уже делала и с Броком, и с Мэй. И клятва снова была принята, и реакции в прозрачных фиалах с каждым реагентом были достаточно бурными.

— Я же говорила! — сказала Мари, глядя на Ригеля.

— Охренеть! — Ригель уселся в кресло, оглядывая людей, что людьми, по большому счету, быть уже перестали.

— Детка, тебе лучше объясниться, — Брок не вмешивался ни в спор, ни в эксперимент, но и его долготерпению пришел конец. Он обнял Мари и шепнул: — Сейчас мы все лопнем от любопытства.

Мари расслабилась в его руках, набрала в грудь воздуха, помянула Мерлина, попросив его о помощи, и сказала:

— Вы уже не люди в генетическом плане. Вы Химеры. Вернее, трансформация еще не завершилась. И нет, как я уже говорила, ни у кого не отрастут хвосты, лапы, копыта или рога.

— Спокойно, — Ригель, заметив, что Мари нервничает, взялся объяснять сам. — Выдыхайте, я сейчас все расскажу, присаживайтесь ближе.

Страйковцы притащили скамейки и расселись, как на лекции, внимательно слушая мужика с портрета.

— В обычном мире есть только Homo sapiens. То есть один вид. Но в магическом это не так. У нас есть оборотни, вейлы, гоблины, тролли, великаны, русалки, кентавры, сиды и прочие. И это все разумные расы. Запомните это. Теперь, что касается Химер. Химерами называли плоды скрещивания различных видов магических животных. У вас тоже есть химеры, но люди называют их гибридами. Лошадей скрещивали с ослами. Тигров — со львами. Ну и прочие эксперименты. Вас… Я бы сказал, что модифицировали, потому что родились вы все явно людьми. Так вот. Вас модифицировали, подсадив чужие… Мари, как произносится этот странный магловский термин?

— ДНК, Мастер, — отозвалась Мари.

— Именно, в вас поместили ДНК некоторых волшебных рас, которые, к моему несказанному удивлению, прижились. Причем расы были выбраны самые сильные. Кентавры — лучшие охотники. Быстрые, мощные, не знающие усталости. Великолепные лучники. Оборотни — сила, мощь, регенерация. Только нужно будет проверить вашу зависимость от Луны. Ши — воины, волшебники, стихийники. Остальное по мелочи. Но эти три расы будут в вас доминировать. Ритуал, который над вами проводил этот колдунишка, запустил окончательный процесс принятия… м-м-м… наследия, но если бы он его смог завершить, то вы были бы в полной зависимости от хозяина и не были бы и вполовину так сильны, как могли бы. Но Мари, вмешавшись в ритуал и буквально переделав его полностью, избавила вас от рабской зависимости, подарив свободу и, скорее всего, подстегнула изменения в вас.

СТРАЙК пребывал в коллективном ахуе от информации. Они едва смирились с наличием волшебников, как оказалось... Что ж, с этой мыслью нужно было переспать.

Ши

Оборотень

⬅️ТУДА    ➡️СЮДА