⬅️ТУДА                  ➡️СЮДА

***63***

Скримджер сидел на центральном месте за столом в совещательной комнате, вокруг него собрались, рассевшись на стульях, все боевые звезды. Просторное помещение теперь казалось маленьким и тесным от того, сколько народу в него набилось.

— Шеф, — позвал его Долиш, слишком долго тот держал паузу, а лицо его не предвещало ничего хорошего.

— Да, — Руфус встряхнулся, окинул взглядом своих авроров и веско обронил: — У нас проблемы.

— Банды? Опять Пожиратели? В Лютном кто-то активизировался? — посыпались возгласы авроров. Все пытались угадать причину такого сложного лица у Скримджера, которое буквально транслировало вселенскую усталость и обещало огромную гадость в то же время.

— Мимо. Акромантулы, — ответил Скримджер и… не увидел понимания на лицах. Девочки — именно так обидно называл Брок его авроров, и в чем-то подлец был прав. — Блядь, вас хоть в Хогвартс обратно отправляй.

— Я знаю, что такое акромантулы, — как на уроке, поднял руку Кингсли. — Дед одного держит, но этот гад дома, я точно знаю.

Уточнять у Шеклбота, кто гад — дед или акромантул, никто не стал, там старый Абаси любому монстру сто очков вперед мог дать.

— Хоть что-то, — вздохнул Руфус, встал, отошел немного в сторону, чтобы дать самому себе места, а потом наколдовал иллюзию здоровенного паука во всех мерзких подробностях. Сам, чтобы лучше ориентироваться и понимать, в учебник смотрел до этого совещания.

— Ёбтвоюмать, — вырвалось у кого-то емкое определение представшей во весь рост проблемы.

— Удивительно точное определение, — сардонически усмехнулся Скримджер. — Вот таких красавцев всех размеров целое огромное гнездо.

— Скажи, что хотя бы место для нас удобное, — Сэвидж умоляюще смотрел на своего начальника.

— Да нихрена, Запретный лес. В самой поганой его части. До школы рукой подать, с одной стороны скала с пещерой, где эти твари обосновались, с другой топи почти вплотную, — с понятной злостью сказал Руфус, указывая на карту, где красным крестом было помечено то самое место.

— И что ты предлагаешь делать? — спросил Джон.

— Истреблять, другого выхода нет, — пожал плечами Руфус. — Я тут посоветовался с миссис Прикл, она готова дать нам своих людей.

— И чем нам помогут переговорщики из самого бесполезного отдела? — фыркнул Кингсли. Он был невысокого мнения и о самом отделе регулирования магических популяций, у которых только что название было, а толку не было, и о его главе. Миссис Прикл предпочитала мирно решать проблемы, которые решению не поддавались вообще. Там реально помочь мог только Макнейр, но толку от него одного?

— Сами всё сделаем, — согласные голоса на все лады подтверждали это решение.

— Сами так сами, — Скримджер хлопнул ладонями по столу и поднялся. — Тогда готовьтесь, завтра будем зачищать.

— Шеф, а от кого поступила информация? — вдруг спросил Долиш. — Может, кто-то грибочков занятных пособирал, вот и привиделось потом всякое?

— От Блэка, — ответил Руфус и увидел, как его авроры подбираются, становятся серьезнее на глазах и перестают воспринимать всё идиотской шуткой. Блэка знали все, и не верить ему причин не было.

Портключ вынес авроров прямо на опушку леса, где к ним присоединился Снейп. Тот, когда узнал про охоту на акромантулов, категорически заявил, что тоже идет, аргументируя тем, что «там ингредиенты!». Одна звезда тут же отправилась задерживать Рубеуса Хагрида, чтобы тот не вздумал вмешаться в операцию, а остальные отправились в лес. Августа Лонгботтом, которая не просто дала разрешение на перемещение внутрь школьной территории, но и лично встречала авроров, теперь смотрела им вслед и сжимала кулаки. Она представляла, с чем им придется столкнуться, и где-то в глубине души жалела, что не может отправиться с ними, но дети теперь были в приоритете.

Когда накануне вечером к ней пришел Руфус и всё рассказал, она едва устояла на ногах от такой новости. Акромантулы рядом с детьми! Не первый год! В тот момент она жалела, что Дамблдора упрятали в Азкабан, потому что желание выдрать ему бороду было нестерпимым. Безопасное место! Лучшая школа! Ее возмущению предела не было. А теперь из-за того, что «некоторым» позволялось больше, чем остальным, ей приходилось разбираться с проблемами. С Хагридом тоже нужно было что-то решать, потому что его любовь к животным, причем те непременно должны быть опасными, переходила все рамки.

До подступов к пещере добрались быстро, молясь Мерлину, чтобы вызов оказался ложным, — пусть бы Блэк хоть раз ошибся! Но увы, уже за несколько сотен ярдов начали попадаться ловчие сети из паутины, причем не только свежие, но и старые. Авроры разбились на звезды, накинули круговые щиты против физического воздействия и стали идти медленнее. Первые некрупные особи встретились, когда пещера была уже в прямой видимости.

— С маленьких взять нечего, — сказал Снейп, оглядывая акромантулов, которые «в холке» не превышали полутора футов, — можете бить смело.

Долиш со смешком посмотрел на него, но ничего не сказал. Как будто они без его разрешения не стали бы уничтожать их!

Авада — смертельное заклинание для любого живого существа, акромантулы, слава Мерлину, не были исключением. Первые пауки начали падать с деревьев, как переспелые яблоки, усеивая землю своими телами, а потом… Магловский ад показался бы просто курортом по сравнению с тем, что началось. Акромантулы волнами выплескивались из пещеры. Бесконечные Авады подсвечивали происходящее зеленым, а эти твари всё не кончались. Некоторых уже мертвых особей, из тех, что покрупнее, Снейп вытаскивал за границы щитов магической петлей и собирал яд. Заклинание Venenum Extraho* вылетало уже на автомате, а бутылочки с ядом приятно грели душу.

Но, кроме сбора ингредиентов, Снейп не забывал смотреть по сторонам, только это спасло отряд от нападения с тыла. Несколько здоровенных акромантулов подобрались уже довольно близко. Отрывать кого-то от бойни Северус не стал, что он, Аваду не сможет наколдовать? Он уложил всех, когда сверху рухнул такой экземпляр, что щиты заискрили, а Скримджер впервые засомневался в том, что они вывезут эту операцию без потерь.

— Не выдержим! — Руфус, мокрый, уставший, едва стоящий на ногах, из последних сил держал щит. Именно на нем лежала вся тяжесть этого заклинания, пока остальные били тварей, и он рассчитывал, что кто-то из его авроров поддержит его.

— Выдержим, — Северус сдёрнул уже мёртвого паука со щита и встал рядом со Скримджером, вливая в его щит свою силу. Тот стал почти видимым, выгнулся куполом, а тех акромантулов, что пытались влезть наверх, прошивало искрами.

— И что ты потерял в лаборатории? — выдохнул Руфус, успевая достать из кармашка восстанавливающее зелье. — С такой силой-то?

— Люблю работать мозгами, — с польщённой усмешкой ответил Северус, но по нему было видно, что и ему не было легко.

Спустя какое-то время всё было кончено. Авроры сидели прямо на земле и трясущимися руками откупоривали пузырьки с зельем — сил было потрачено столько, что стычки с Пожирателями могли показаться легкой прогулкой. Перед ними были разбросаны тела акромантулов: от совсем небольших до двух настолько огромных особей, что они казались порождением бездны.

— Дальше что? — спросил Долиш, вытирая носовым платком пот со лба.

— Выжигать, — подал голос Снейп, который, так же как и остальные, выглядел абсолютно вымотанным.

— Сил нет, от моего Инсендио сейчас даже не прикурить, — сказал кто-то, а Северус посмотрел на Скримджера, который сидел рядом с ним, и сказал:

— Блэка бы с его адским барсуком.

***

В утренней столовой за изящно накрытым к завтраку столом сидели лорд и леди Малфой. Он просматривал свежие газеты, а она перебирала письма, выбирая, какие проигнорировать, а на какие нужно обязательно ответить.

— Странно, — пробормотала она, беря нож в руки, чтобы вскрыть письмо.

— Что странно, дорогая? — Люциус загнул уголок газеты, чтобы увидеть Нарциссу.

— Письмо от Драко пришло, — ответила она, доставая сложенный вдвое пергамент.

— Соскучился, — отмахнулся Люциус.

— Не смеши, — фыркнула Нарцисса. — Наш сын весь в тебя, не напишет просто так ни строчки, сухарь.

Она развернула пергамент и начала читать. С каждым следующим словом удивление на ее лице проступало всё явственнее.

— Что там? — послышался голос Люциуса из-за газеты.

— Там? Да так. Кто преподавал нашему сыну историю возникновения магических родов и основы кровной магии? — спросила она с самым невинным видом.

— Я, а что? — Люциус так легко попал в расставленную ей ловушку, что она едва не рассмеялась, а в крови забурлил азарт.

— И ты ему рассказывал о чистоте крови? О том, кто такие на самом деле маглорожденные? Кто такие грязнокровки?

— Естественно, это же азы, — фыркнул Люциус и перевернул страницу в газете.

Нарцисса поднялась из-за стола, прошлась по столовой, остановилась у окна, любуясь на кусты цветущих роз, а потом всё тем же ласковым голосом спросила:

— Тогда почему наш сын мне в письме задает вопрос, а правда ли, что маги и маглы не могут размножаться между собой, и поэтому все маги чистокровные?

Она повернулась к мужу, а тот так и сидел, прикрывшись газетой, чтобы скрыть выражение лица. Не мог же он сказать жене, что специально ввел в заблуждение сына по этому поводу? Из самых что ни на есть лучших побуждений. Да, кровь у всех волшебная, но ведь есть старые рода, знающие свои поколения на столетия вглубь веков, а есть остальные - безродные. Он сидел за газетой и лихорадочно пытался придумать ответ.

— Люциус? — Нарцисса подошла к нему и палочкой опустила газету, согнув ее пополам. В ее глазах разгоралось пламя, а губы искривляла злая усмешка.

— Прости? — полувопросительно произнес он. — Я не подумал… Вернее, я подумал… Дорогая, я всё тебе объясню!

— Что ты объяснишь? Что твой сын узнает важнейшую информацию из уст девочки, которую считал все это время грязнокровкой? Что девочка, выросшая среди маглов, прочла лекцию по путям крови всему Хогвартсу? Что, Люциус?

— Милая, — оправданий не было. Его снобизм и высокомерие сыграли дурную шутку. Естественно, Люциус собирался исправить свое упущение, но позже, когда сын уже сживется с мыслью, что есть они — высшее магическое общество, за которыми стоят поколения волшебников, и другие, у которых нет ни рода, ни памяти.

Нарцисса кипела гневом глубоко внутри, и этот гнев прорывался наружу резкими движениями и испепеляющими взглядами, она уже прикидывала, какое заклинание полетит в мужа первым, когда в столовой появился патронус-ястреб и голосом Августы не пригласил ее на срочное собрание дамского комитета.

— Отложим этот разговор, — сказала она и вышла, а Люциус смог наконец-то вздохнуть и прийти в себя. Ему в какой-то момент показалось, что он видит на кончике волшебной палочки обожаемой супруги разгорающееся красным Круцио.

— Отложим, любимая, — сказал он и схватил стакан с водой трясущейся рукой.

Письма примерно такого содержания за последние пару дней получили многие. Ученики, прочитав книги, решили обратиться к проверенным источникам — родителям. Вообще получилось странно. Студенты из семей попроще в принципе не заморачивались чистотой крови. Магия есть, знания есть, а длина родословной их мало волновала, как и их родителей, впрочем. Зачастую именно поэтому они не знали о «Путях крови». Так называемым маглорождённым и в голову не приходило искать подобную информацию, они принимали на веру то, что слышали в волшебном обществе. Но самая интересная ситуация сложилась среди тех чистокровных, родители которых занимали высокое положение. Многим просто не говорили, как это сделал Люциус, чтобы подчеркнуть разницу. А старшекурсники, которых уже просветили в этом вопросе, молчали, не желая терять статус-кво. Поэтому и получилось, что вслух об этом сказала третьекурсница Гермиона Грейнджер, запустив целую цепочку событий.

⬅️ТУДА                  ➡️СЮДА