***42***

Минерва МакГонагалл к вечеру понедельника очень хотела, да она просто мечтала обернуться кошкой, налакаться валерьянки и... расцарапать лицо и прочие части тела этой невыносимой Амбридж, да и не только ей, если быть совсем честной. Когда в Хогвартс заявился Дамский комитет, Минерва была уверена, что ничего хуже быть не может. Мерлин, как же она ошибалась! Это розовое недоразумение со слащавым голоском и бульдожьей хваткой сумело буквально за несколько часов привести в ужас всех, начиная с профессорского состава, заканчивая Филчем и миссис Норрис. А ведь казалась сначала такой безобидной.

Они появились за завтраком. Августа, на которую Минерва теперь злилась, потому что после ее эпической «Финиты», из-за которой слетели все заклинания с гриффиндорской гостиной, пришлось заново обставлять ее в авральном порядке. Но так как нужной мебели в достаточном количестве в Хогвартсе не было, а уж ковров и гобеленов и подавно, то большую часть Минерве пришлось трансфигурировать. Нарцисса, от которой МакГонагалл совершенно не ожидала подобной активности, потому что учащейся она была тихой и скромной девочкой, не в пример своим прочим родственникам. Мисс Боунс, непонятно с чего примкнувшая к этой идиотской инициативе. И мисс Амбридж, на тот момент темная лошадка (Минерва почему-то совершенно не помнила ее ученицей), оказавшаяся самой большой проблемой в этой компании. А еще с десяток авроров, что стояли около дверей.

Тонким и каким-то жеманным голоском потребовав тишины и внимания, Амбридж взошла на возвышение, встала перед преподавательским столом и обратилась к учащимся:

— Кхе-кхе, дети, прошу вашего внимания! — Когда в Большом зале установилась тишина и все взгляды обратились на нее, она продолжила: — Меня зовут мисс Долорес Амбридж, и с этого дня я являюсь инспектором по делам Хогвартса. Из-за многочисленных нарушений, выявленных совсем недавно Дамским комитетом, Министерство магии приняло решение направить меня в школу с инспекцией. Поскольку профессорский состав сегодня и в ближайшие пару дней будет занят, то вы…

— Будем отдыхать! — послышался выкрик от гриффиндорского стола.

— Нет, дорогие мои, не отдыхать, а готовиться к экзаменам самостоятельно, — со сладкой улыбочкой исправила его Амбридж. — А чтобы вы не отлынивали, то каждому курсу будет выделено отдельное помещение и дежурный аврор, который будет следить за дисциплиной.

Хоровой стон разочарования прокатился по Большому залу, но Амбридж проигнорировала его. Она достала список и начала распределение авроров по курсам, которые, приняв детей, отправлялись в выделенные специально для них аудитории. Справившись с этой задачей, она подошла к слизеринскому столу, устроилась с краю, махнув приглашающе рукой Нарциссе и Августе с Амелией, и властно постучала по столешнице палочкой.

— Завтрак на четверых.

К концу этого представления у Минервы дергался правый глаз и началась изжога. Она едва не взрывалась от злости из-за того, что с ней, а ведь она сейчас исполняла обязанности директора, никто и не подумал посоветоваться. А вот Снейп был доволен, словно гильдия зельеваров признала его своим бессменным главой. Вообще, кроме Минервы, толком никто и не нервничал, зато все имели что сказать инспектору от Министерства. Но к концу дня мисс Амбридж таки успела достать и остальных, а ее фирменное «кхе-кхе» заставляло вздрагивать и озираться по сторонам даже невозмутимого Флитвика. Более дотошную и въедливую особу нужно было еще поискать. Она, вооружившись записями, что ей предоставил Дамский комитет, наводила ужас на деканов, которых и не подумала отпустить от себя.

— Нет-нет, дорогие мои, я не позволю вам разбежаться по местам и срочно решать проблемы до моего появления. Не хочу, чтобы кто-то имел преимущество. Поэтому с проверкой будем ходить дружным коллективом. А начнем, пожалуй, с гостиной Гриффиндора, — Амбридж хихикнула и добавила: — Еще со времен учебы мечтала там побывать.

Кто же знал, что ее желание спровоцирует такой скандал? Во-первых, мощная «Финита» от леди Лонгботтом вновь сотворила из гостиной не пойми что. Вся трансфигурация, над которой Минерва трудилась буквально на днях, слетела, оставив после себя черепки, кусочки ткани, деревяшки и осколки стекла.

— Минерва! — рявкнула Августа и перевела на МакГонагалл яростный взгляд, от которого несгибаемая декан поежилась и принялась было оправдываться, говоря о том, что фондов в школе нет, а до каникул и так сошло бы.

— Долорес, дорогая, — Августа подхватила мисс Амбридж под локоток, — давайте обход дортуаров начнем с того, где проживает мой внук. Хочу посмотреть, насколько ужасно все там.

Леди Лонгботтом с угрозой посмотрела на Минерву, а до той вдруг дошло, что, трансфигурируя мебель для гостиной, она совершенно не подумала о том, чтобы проверить спальни. Понятия не имея, что ждет их внутри, она пошла следом за дамами, уже мечтая их прибить по-тихому. А Спраут, Флитвик и Снейп остались в полностью разрушенной гостиной, размышляя о том, что сделает «Финита» от леди с гостиными их факультетов?

В дортуаре мальчиков второго курса было чисто, спасибо домовикам. Кровати заправлены, балдахины вычищены, да и пыли по углам, слава Мерлину, не было. Зато была крыса, вольготно развалившаяся на подушке одной из кроватей.

— Остолбеней! — тут же среагировала леди Лонгботтом, у которой глаз на анимагов был наметан. Она повернулась к МакГонагалл с таким выражением лица, что та захотела провалиться на месте, желательно на другую сторону земли, но вздернула подбородок и сказала:

— Августа, не понимаю твоего недовольства. Фамильяры разрешены в Хогвартсе.

— Крыса? — Августа всеми силами сдерживала бешеное желание заавадить паразитку Минни на месте. Транфигураторша хренова! — Ты ослепла?!

— Я вижу крысу, если ты об этом, — Минерва закаменела лицом.

— Девочки, — леди Лонгботтом обернулась к своим спутницам, — прикройте ушки.

«Девочки» и не подумали последовать совету, только в сторонку отошли, с любопытством и непониманием наблюдая за профессором МакГонагалл и леди Лонгботтом. Даже Амбридж пока не вмешивалась.

— Минни, ты охуела? — Леди, вспомнив свое аврорское прошлое, решила не выбирать выражения, потому что, говоря попросту, ее заебало «удивляться» происходящему.

— Полегче, Аста, — Минерва назвала ее коротким именем, которое не использовала со времен учебы.

— Полегче?! Скажи мне, великая трансфигураторша, что ты видишь? — Августа жестко взяла Минерву под руку и подвела к кровати, где лежала оглушенная крыса.

— Это крыса мистера Рональда Уизли, если не ошибаюсь, — Минерва поморщилась, потому что хватка у леди Лонгботтом была железная, и отвернулась.

— Крыса?! Ты старая слепая блядь! — шипела Августа, тряся худосочную МакГонагалл, как яблоньку. — Это, сука, анимаг! Анимаг, блядь! Понимаешь?! Долорес, — она обернулась к своим спутницам, отыскивая взглядом мисс Амбридж, — будьте любезны вызвать авроров, если вас не затруднит.

— Непременно, — тоненьким голосом пропела Амбридж, вызывая патронуса и наговаривая ему сообщение.

А Минерва впервые внимательно посмотрела на крысу, так и лежащую на подушке. Вообще, она не любила грызунов... Вернее... Кошка, в которую оборачивалась Минерва, была сильна в ней и видела в крысах, мышах и прочих мелких животных законную добычу, поэтому Минерва старалась не заострять внимание на них, когда находилась в человеческом обличье. И крысу мистера Уизли тоже старалась не замечать. Зря, как оказалось. Но стоило присмотреться, и она почти сразу заметила едва видное марево вокруг крысиного тельца, явно говорившее о том, что это совершенно не крыса, а анимаг.

Дергать авроров, следящих за детьми, Долорес не стала, а вызвала патронусом новую пятерку, которая прибыла быстро, да еще и под предводительством самого Скримджера.

— Здравствуйте, милые дамы. Августа, мое почтение. Что тут у вас? — спросил он, входя в дортуар.

— У нас тут анимаг под видом фамильяра, — леди Лонгботтом кивнула на крысу.

— Оч-чень интересно, — прищурился Руфус, посмотрел на Минерву и спросил: — Можете это как-то объяснить?

— Нет, — ответила Минерва и отвернулась. Что уж, ее вина в том, что на Гриффиндоре вместо фамильяра оказался анимаг, была неоспорима. Оставалось надеяться, что это просто чья-то глупая шутка.

— Так, — Скримджер подошел и добавил крысе от себя сонных чар, чтобы наверняка, а потом насильно вернул человеческий вид.

Тишина была настолько оглушающей, что Минерва не выдержала и обернулась, чтобы, прикрыв рот ладонью, выдавить: «Питер…».

— Ну-ка, ну-ка, — Руфус подхватил ее под локоть, — какой такой Питер?

МакГонагалл грузно осела на ближайшую кровать, вдруг со всей тяжестью почувствовав свой возраст и накопленную за долгие годы усталость, поправила дрожащими пальцами волосы и убитым голосом сказала:

— Это Питер Петтигрю…

— Что? — подошла Нарцисса, у которой злость поднималась из самой глубины души. — Кто? Я не ослышалась?! Это тот самый Питер, в убийстве которого обвинили моего кузена Сириуса Блэка? Тот самый, от которого якобы остался после взрыва лишь палец?!

Руфус посмотрел на руки бессознательного мага и увидел, что одного пальца у него и в самом деле нет. Скримджер в один короткий момент понял, чем грозит появление живого Петтигрю и что точно появятся желающие отправить его на тот свет, поэтому тут же заковал его в антимагические браслеты и велел своим аврорам незамедлительно доставить арестованного в камеру предварительного заключения под усиленную охрану, а сам воззрился на МакГонагалл.

— Чей, говорите, это был «фамильяр»? — со злым сарказмом спросил он.

— Мистера Уизли, — ответила Минерва.

— Которого из? — уточнил Руфус. Он помнил, что у Артура было много детей, так что вопрос был совсем не праздный.

— Рональда. Младший сын Артура и Молли.

— Прекрасно, — язвительно улыбнулся Скримджер. — Пойду навещу чету Уизли. Если найдете еще что-нибудь интересное, то не стесняйтесь отправить патронус мне напрямую.

Слава Мерлину, но больше подобных находок не было, зато были проинспектированы все гостиные и спальни студентов. Записная книжечка, в которую мисс Амбридж вносила замечания, к концу дня была полностью исписана мелким убористым почерком владелицы, а от ее неизменного «кхе-кхе» вздрагивали все.

***

В доме Уизли назревал скандал, а всё из-за того, что Артур, вместо того чтобы принести зарплату домой и отдать ее своей благоверной, опять накупил каких-то непонятных деталей для новой машины, что Артур делал взамен удравшего в Запретный лес «Форд-Англия». Саму машину он приволок со свалки, а теперь переделывал ее, на что уходили значительные суммы. Молли была совсем не рада такой расточительности, но Артур... Ох уж этот Артур, влюбленный во всё магловское. И толку ругаться с ним не было совершенно. Он виновато улыбался, лез обниматься и называл Моллипусенькой, от чего суровый матриарх семейства Уизли таяла, как мороженое в жаркий день.

— Последний раз, — виновато говорил он, аккуратно вынимая скалку из рук жены, — обещаю.

— Смотри, Артур, — как-то без огонька угрожала Молли.

Их окончательному примирению, что обычно происходило в супружеской спальне, помешал громкий стук в дверь. Артур открыл и удивленно спросил:

— Руфус, какими судьбами?

— Пригласишь? — Скримджер оттер плечом Артура и вошел в дом.

— Проходи, а что случилось? — растерянно спросил Артур, а Молли, успевшая привести в порядок одежду, уже суетилась на кухне, накрывая на стол.

— Проходи, Руфус.

— Не суетись, Молли, — Скримджер сел на стул и строго посмотрел на Молли и Артура, пытаясь понять, знали они о том, кем была крыса, или нет.

— Что-то случилось? — Молли схватилась за сердце. — Что-то с детьми? Кто?..

— Я по другому вопросу, успокойся. — Скримджер понял, что немного передавил. Пугать мать ему совершенно не хотелось. — Я только что из Хогвартса…

— Джинни? Рон?

— Я же сказал, что с детьми всё в порядке. Я хотел узнать, откуда у твоего младшего сына крыса?

— Короста?

— Понятия не имею, как ее зовут, — пожал плечами Руфус.

— Так это Дамблдор ее принес, сказал, что нашел около нашего дома, — вспомнил Артур.

— И давно? — спросил Руфус.

— Так лет шесть как…