⬅️ТУДА             ➡️СЮДА

***82***

СТРАЙК привычно сидел за столом, а Мари показывала полюбившиеся с самого первого раза фокусы с ложками и прочим. И пусть каждый из них уже вполне мог сам сделать нечто подобное, вот только это было сродни ритуалу, который их объединял их всех. Локи, который уже имел удовольствие сидеть с ним за одним столом, вносил свою лепту, сопровождая шествие ложек и вилок крохотными фейерверками.

Королева Мев Риган наблюдала за ними с непреходящим ужасом и недоумением. Ей было непонятно, почему они все так спокойны? Почему совершенно не нервничают? Почему ведут себя так, словно они здесь одни и им ничего не угрожает? А ведь еще несколько часов, и ее фрейлины и охранницы придут, чтобы помочь одеться и сопроводить в тронный зал. Бриенна была прирожденным воином, а ее сила не оставляла противникам даже малейшего шанса, ведь она могла «открыть» старые раны и заставить истечь кровью. Иногда Мев даже хотела убить ее, потому что если бы Бриенна пожелала занять трон, то сделала бы это не напрягаясь, но, что удивительно, она была совершенно не амбициозна и абсолютно предана своей королеве. Мев Риган расслабилась в кресле, решив, что пара-тройка часов ничего не решат, а вот потом… потом она покажет наглым захватчикам, кто здесь главный.

Титания, притаившись за шторой, наблюдала за чужаками какое-то время, особенно за девушкой в мантии. Изо всех них она ощущалась самой опасной. Правильно сказала королева Мев — она и есть Бадаб. Смерть, но ведь и с ней можно договориться. Титания бросила взгляд на Мев Риган, заметила блеснувшие из-под ресниц глаза, следившие за всеми с терпением змеи в засаде, но все равно решилась и взлетела, направившись к столу. Она приземлилась напротив того мужчины, с которым разговаривала, и требовательно посмотрела на него. Привыкнув, что ее подданные всегда исполняют ее желания до того, как она их высказывает, сейчас понятия не имела, как начать разговор не с позиции, что ей все должны.

— Мари, — Брок прекрасно видел, что этой мелкой королеве хочется привычного поклонения, но не собирался идти на поводу. В его жизни была лишь одна женщина, которой он готов поклоняться, все остальные, будь они хоть трижды королевами, в его личном табеле о рангах стояли гораздо ниже. — Это королева Титания. Она предупредила нас, что нельзя есть местную еду и пить воду.

— Ваше величество, — Мари склонила голову в легком поклоне. Пусть она никогда не была представлена ко двору, но представление о нужном поведении имела. Конечно, она не собиралась приседать в реверансах, но от элементарной вежливости с нее не убудет. — Меня зовут Мари Поттер. Позволите трансфигурировать для вас трон?

— Будь так любезна, — величественно кивнула Титания, хоть и плохо поняла это странное слово «трансфагри»… Нет, она его не запомнила.

Мари достала палочку, бросила на стол камушек и взмахнула ею, воздух за спиной королевы Титании задрожал, она сделала шаг в сторону, готовая в любой момент вспорхнуть с места, а потом буквально из воздуха соткался трон удивительно тонкой работы. С мягкими сиденьем и подлокотниками, с узкой спинкой, на которую было удобно облокачиваться даже с крыльями. Титания кивнула, безмолвно благодаря, и уселась в кресло, даже подпрыгнула на нем, проверяя на прочность.

— А теперь поговорим, — Мари, которая до этого момента излучала наивную мягкость, вдруг изменилась и насмешливо посмотрела на королеву Титанию. Та попыталась встать с кресла, но не смогла. Простенький артефакт, который Мари использовала для трансфигурации, крепко держал крошечную королеву.

— Хороша благодарность за мою помощь, — Титания оскалила острые зубки, но попыток встать больше не делала, негоже королеве впустую подпрыгивать на месте.

— Ты жива и невредима, — сказала Мари. — Так же как и те, кому ты помогла, мне кажется, что это равноценно, двадцать жизней за жизнь одной королевы.

Крыть Титании было нечем, поэтому она посмотрела на Мари Поттер и кивнула, соглашаясь.

— Можешь спрашивать, — она посмотрела на Брока, и тот кивнул, одним взглядом благодаря свою волшебницу.

Королева Титания впервые за всю свою очень долгую жизнь попала на самый настоящий допрос, но скрывать что-то или игнорировать вопросы и не планировала, потому что рассчитывала на помощь этих людей. Быть фактически в рабстве — не то, о чем мечтает любое разумное существо, а уж королева целого народа тем более, так что она говорила и говорила, рассказывая всё, что ей было известно, в надежде на то, что они все станут свободными. Сидя на троне, она не видела, как за ее спиной один из мужчин записывает за ней буквально каждое слово и даже зарисовывает.

Когда у Брока кончились вопросы и они принялись с парнями обсуждать стратегию на нарисованной по словам Титании карте, к самой королеве с вопросами подсел Локи. Ему было интересно не настоящее и предположительное будущее, а прошлое. История всегда завораживала его, а Титания уже с удовольствием отвечала на совершенно неопасные с ее точки зрения вопросы об устройстве их мира. Мари же, пока они разговаривали, решила, что достаточно побыла «плохой» и нужно сделать что-то хорошее. Крохотный кубок с чистой водой, мед в плошке и даже небольшой кусочек холодного мяса с хлебом. Титания подозрительно посмотрела на подношение и хотела уже отодвинуть, хоть и была голодна, когда эта странная Мари Поттер вдруг поклялась, что это просто еда, которая не причинит ей вреда.

— Спасибо, Бадаб, надеюсь, что твоя карающая длань пройдет мимо моих сородичей, — кивнула королева Титания, обмакивая крохотную ложечку, которую ей тоже наколдовали, в мед и с удовольствием отправляя ее в рот. Мед для фей был редким лакомством, поэтому Титания и не смогла устоять.

Мари не стала ее исправлять, а достала небольшую книгу из рюкзака и принялась искать это имя в ней, а найдя, еще долго удивленно смотрела на строчки, в которых говорилось о том, что Бадаб была богиней войны и смерти. Неужто ее приняли за… Не зря Ригель настаивал на том, чтобы она имела при себе все три дара.

— Брок, — Мари подошла к нему, склонившемуся над картой. — Может, нам сразу домой отправиться?

— Мы думали об этом. Она, — Брок безо всякого почтения кивнул на королеву Мев Риган, — сказала, что назад отправить не может.

— Сможет, — уверенно кивнула Мари, кинув такой взгляд на нее, что королева дернулась.

— Даже если сможет, то кто даст гарантию, что она не выдернет нас снова? Только в следующий раз уже будет подготовленной, — сказал Брок.

— И что вы планируете?

Планируете. В принципе, они могли устроить в этом пасторальном мирке что угодно, вот только… С некоторых пор каждый из стаи чувствовал свое сродство с волшебным миром, а Ши были в буквальном смысле слова средоточием волшебства. Разрушать этот мир… Это было бы варварством, но и оставить всё безнаказанно они не могли. Нужно было провернуть всё так, чтобы подобное было в первый и последний раз.

— Если позволите, — Локи, оставив Титанию, подошел к Броку и Мари.

— Есть идеи? — спросил Брок.

— Есть, — кивнул Локи…

***

В Благом Дворе что-то происходило, что-то крайне необычное, Костяная Мать это спинным мозгом чуяла. Она стояла на балконе своей спальни и смотрела в сторону дворца, буквально видя, как над ним сгущаются тучи.

— О чем думаешь, моя королева? — Кленси вышел следом за ней и прикрыл ее обнаженное тело пеньюаром. Она всунула руки в рукава и небрежно завязала тонкий поясок вокруг талии.

— О том, что хотела бы оказаться сейчас рядом с Мев и посмотреть, что там происходит. Наши потомки не робкие овечки, уверена, что они уже думают о том, как бы выбраться из сидхена обратно на землю.

— Позвать Донована? — предложил Кленси.

— Зови, очень надеюсь, что Мев сейчас не до зеркал, — сказала Никневин и пошла в спальню.

Донован обладал удивительным умением смотреть и показывать сквозь зеркала. Обычно Мев Риган ставила защиту со своей стороны, но если всё обстоит так, как видится Никневин, то благой королеве сейчас совершенно не до этого.

Донован был удивительно низкорослым и хрупким для Ши, но его умения гарантировали ему высокое положение при Неблагом дворе. Он вошел, поклонился Никневин так низко, что его странное одеяние, которое он величал кимоно, сложилось вокруг него шелковыми волнами. Алый халат, вышитый диковиными цветами, был предметом его гордости, потому что куплен был так далеко, что Ши о такой стране и не слышали.

— Моя королева, — голос у него был приятным, хоть и высоковат для мужчины. — Ты хотела меня видеть?

— Хотела, — кивнула Никневин, устроилась в кресле перед большим зеркалом, которое принес Кленси, и только после этого позволила Доновану подняться. — Я хочу заглянуть в личные покои королевы Мев Риган.

— Ты же знаешь, моя королева, что я не настолько силен, — начал было Донован, но был перебит нетерпеливым жестом королевы.

— Я всё знаю. Делай, что велю, если защита с той стороны будет, то просто прервёшь сеанс.

Донован положил руку на старинное, покрытое патиной зеркало и что-то прошептал, королева Никневин каждый раз пыталась услышать, что именно, но у нее никогда не получалось. Зеркало пошло волнами, его пальцы утонули в жидком серебре, и вдруг оно перестало отражать королеву, а показало совершенно другую картину. То, другое зеркало, висело не очень удобно, так что видно было не так уж и много, потомки то появлялись, то исчезали в отражении, но зато королева Мев Риган была видна во всей красе — обессиленная, с бисеринками пота на высоком лбу и над верхней губой, а на ее руках тускло поблескивали металлические браслеты. Потомки оказались даже слишком умны, что Никневин не очень понравилось, потому что таких сложно привести к подчинению. Она прислушивалась к их разговору, но, что удивительно, слышала только невнятный гул. Они что, озаботились защитой?

Внезапно перед зеркалом появилась девушка и посмотрела Никневин прямо в глаза. От ее потустороннего взгляда продрал мороз по коже, как будто в голодную бездну заглянула. Никневин взмахнула рукой, отбросив Донована от зеркала, тем самым прерывая сеанс. Тот спрятал руку в красный подол своего странного халата и закусил губу так, что тонкая струйка крови потекла по подбородку.

— Прости, — Никневин встала, подошла к нему, стерла пальцем кровь и посмотрела в глаза, ища в них отголоски неудовольствия.

— Всё в порядке, моя королева, — прошептал Донован, хоть и хотел заорать во весь голос, потому что боль была невыносимая.

— Я знаю, — она погладила его по щеке, — покажи руку.

— Моя королева…

— Разве я не ясно сказала? — в ее голосе зазвучала сталь и предвкушение.

Донован выпростал руку из халата и поднял изуродованную кисть так, чтобы королева смогла рассмотреть. Пальцев не было. Раздробленные кости и лохмотья кожи, которые неопрятно свисали, были залиты кровью, которая капала на белоснежный ковер.

— Как жаль, — прошептала она, обхватывая его изуродованную руку своими пальцами.

— Заживет, — просипел Донован, прикрывая глаза от боли, пронзившей его.

— Конечно заживет. Пусть Анхель посмотрит. Ступай.

Никневин отвернулась от Донована, и тот поспешил уйти.

— Ты жестока, моя королева, — совершенно безэмоционально сказал Кленси, без испуга, без осуждения, сухая констатация факта.

— Да, — кивнула она. — Помни об этом.

Никневин прошлась по огромной комнате, подошла к окну, в который раз посмотрев на дворец Мев Риган, решая, что делать дальше. То, что она увидела… Пусть немного, но ей хватило для того, чтобы оставить мысли привести потомков на свою территорию. Ей был необходим совет, вот только…

— Пусть привезут Ан Туар, — велела она, и Кленси, не смея перечить, вышел за дверь.

⬅️ТУДА             ➡️СЮДА