⬅️ТУДА         ➡️СЮДА

***24***

Допрос Барти Крауча-младшего, который произошёл пару дней назад, вскрыл такие бездны, что Скримджер не знал, за что хвататься, куда бежать и у кого просить помощи. Оказалось, что возрождение Волдеморта, о котором постоянно с трагическим лицом вещал Дамблдор, уже почти случилось, по крайней мере, этот маг уже обрёл какое-никакое тело и вёл активную подготовку к ритуалу, чтобы вернуться уже в полной силе. Кроме живого Волдеморта, что само по себе сенсация, оказался внезапно жив и Питер Петтигрю. А ведь мальчишка Поттер ещё в прошлом году утверждал, что Петтигрю жив. А если жив Петтигрю, то история Блэка внезапно обретала другую окраску. А может, и история убийства Поттеров?

Скримджер, который лично вёл допрос Крауча, выделил в разработку несколько направлений. Во-первых: было необходимо узнать всю информацию по крестражам, про которые сказал Барти. Естественно, спрашивать у кого попало Руфус не стал бы. Даже в отдел Тайн с этим вопросом он идти не хотел, потому что неизвестно, кто там в тени под широкой мантией прячется. Тайнюк или пожиратель, а может, и два в одном, как было с Руквудом? Поэтому за информацией он решил сходить к тому, кто уже давно, судя по всему, ею владеет — к Дамблдору, иначе с чего он был так уверен в том, что Волдеморт вернется обязательно?

Во-вторых, нужно было поднять дело Сириуса Блэка. Что-то они тогда не доглядели, да не дорасследовали, засадив в Азкабан, судя по всему, невиновного человека. Потому что автором Бомбарды, убившей двенадцать маглов, вполне мог оказаться и Петтигрю, который сейчас поддерживал жизнь в свежевозрожденном Волдеморте. Жаль, что Барти не многое мог сказать, клятвы, которые он нарушил во время допроса, быстро отправили его на тот свет. Они едва успели узнать у него адрес, и то не полный, где находится Петтигрю и Волдеморт.

Ну и в-третьих: нужно было установить точное место того самого дома, потому что расплывчатое и сказанное сквозь хрипы: «дом у кладбища… Литтл-Хэг…» могло находиться где угодно. А это дело сложное. Сколько кладбищ у небольших городков с похоже начинающимся названием? Сотня по всей Британии? И каждый нужно будет скрытно посетить, а ресурсы у Скримджера были совершенно не резиновые, да и кроме Волдеморта других преступников хватало, чтобы оттягивать людей.

Письмо с просьбой о встрече Дамблдор проигнорировал, поэтому Скримджер решил лично посетить Хогвартс, и лучшего дня, чем первый этап Турнира, не нашлось. Там-то Дамблдор точно должен был присутствовать. Руфус устроился на самом нижнем ряду ученической трибуны и расслабился, рассчитывая немного отдохнуть и насладиться зрелищем, но когда появился первый дракон, а за ним вышел сын Амоса Диггори, то Руфус понял, что будет совершенно не до развлечений. Какой альтернативно одаренный долбак решил, что ученики, пусть они и старшеклассники, достойные противники этим летающим громадинам, он не знал, но от души пожелал этому энтузиасту в один далеко не прекрасный день оказаться напротив дракона с палочкой наперевес. Руфус несколько раз ловил себя на том, что держит палочку, готовый рвануть вниз на помощь, и останавливался, понимая, что контракт с кубком дело нешуточное, и вмешиваться нельзя. Но когда на стадионе появилась венгерская хвосторога, злая, будто ей колючку в подхвостье вогнали, а следом вышел Поттер, то Скримджер готов был плюнуть и на контракт, и в сам Кубок, но вытащить пацана. Он ведь был почти на сто процентов уверен, что участие Поттера это газетная утка. А вот поди ж ты, втянули несовершеннолетнего ребенка в свои подлые игры! Откуда появилась метла, Руфус не понял, потому что в этот момент он заметил, что цепь «сыпется», а потом он мог только наблюдать с открытым ртом за тем, как мальчишка делает то, что не под силу многим взрослым волшебникам — с первой же попытки подчиняет себе драконицу. И пусть она была «объезженная», сложностей от этого для мальчишки меньше не становилось.

В шатёр, обвешанный заглушающими чарами, Скримджер вошёл, проигнорировав тот факт, что его тут явно не ждали, и попал в самый разгар скандала. Дамблдор и главный драконолог выясняли, чья вина в том, что драконица сорвалась с привязи.

— Я помогу с расследованием, — он обвел тяжелым взглядом присутствующих, трансфигурировал для себя удобный стул и устроился за столом.

— Сложно будет установить, кто и что сделал с цепью, — Дамблдор и сам хотел бы знать того, кто так подставил Гарри Поттера, но не верил в то, что это удастся. Ему вообще вдруг стало крайне некомфортно от того, что кто-то настолько бесцеремонно смеет вмешиваться в его планы.

— Для вас, может быть, — усмехнулся Скримджер. — А для профессионалов — нет. И в свете этого мне очень интересно, почему ни у одного из вас даже мысли не возникло позвать авроров для расследования?

Руфус уже сам отправил патронус и вызвал пару следователей из Аврората, чтобы те провели нужные мероприятия, пока стадиону не успели вернуть первозданный вид и уничтожить улики. А сам он решил опросить непосредственных устроителей этого перформанса.

— Итак, господа, кому пришла в голову идея, что школьники могут противостоять дракону? — Скримджер достал из внутреннего кармана писчий набор, увеличил его и приготовился записывать. Чего он не ожидал, так это услышать ломкий мальчишеский голос, который с непередаваемыми интонациями сказал:

— Я бы тоже хотел это узнать. Очень.

Брок с подозрением прислушивался к неестественной тишине, что вдруг наступила за занавесью, поэтому, оставив Наташу сидеть и приходить в себя, он пошел посмотреть на то, что там происходит, и, перешагнув границу заглушающих чар, успел расслышать вопрос, который задал глава Аврората, с которым он успел познакомиться, когда сдавал Снейпа и Грюма. Как говорится, на ловца и зверь бежит. Он же собирался нанимать адвоката и писать иск, так почему бы не начать с заявления в правоохранительные органы?

— Гарри, — Дамблдор укоризненно посмотрел на Брока, пытаясь взглядом донести свое неудовольствие его поведением, но тщетно. Броку было до звезды его неодобрение. — Тебе не следует вмешиваться в дела взрослых.

— После того как взрослые вмешали меня в этот идиотский квест? — саркастически выдал Брок, трансфигурировал стул, втайне гордясь тем, что смог это сделать, и уселся за стол поближе к единственному адекватному взрослому — Скримджеру, и спросил: — Господин Скримджер, могу ли я написать заявление о том, что меня обманом втянули в Турнир, подвергают мою жизнь опасности и не исполняют свои организаторские обязательства? Я точно знаю, что дракон сорвался с цепи только на моем испытании, и подозреваю диверсию и халатность.

— Мистер Поттер! — воскликнул Людо Бегмен, оскорбленный в лучших чувствах. — Как вы можете даже говорить такое?!

— Понимаете, мистер Скримджер, — Брок проигнорировал все возгласы, общаясь исключительно с главой Аврората, — я ведь поклясться чем угодно могу, что никогда сам не бросал свое имя в Кубок и никого другого не просил. Я понимаю, что контракт нерасторжимый, и мне все равно придется участвовать в этом цирке, но «отблагодарить» благодетеля тоже хотелось бы.

Скримджер с удивлением посмотрел на слишком серьезного мальчишку, вспомнил, что это именно он «сдал» им Грюма-Крауча, и сказал:

— Давайте сделаем так, мистер Поттер, я вызову вас в Аврорат… У вас есть кто-то из взрослых, кто мог бы сопроводить вас?

— Его могу сопровождать я, — непривычно серьезный Локхарт вошел в шатер и встал за стулом Поттера, положив ему руку в перчатке на плечо.

— Прекрасно, — Скримджер не был лично знаком с Локхартом, но зато был наслышан, но, имея неплохую привычку судить о людях только по собственным впечатлениям, решил, так сказать, дать шанс. — Тогда жду вас завтра к десяти у себя в кабинете.

— Хорошо, — кивнул Брок и ушел обратно в вотчину мадам Помфри, а Барнс тут же занял его место, чтобы не пропустить ни единого слова из того, что будет произнесено.

Риту Скитер никто не собирался пускать в шатёр, чтобы подслушать тот скандал, что так и витал в воздухе, поэтому она, превратившись в жука и в стотысячный раз порадовавшись, что анимагическая форма получилась такая удачная, особенно для её профессии, спряталась в меховой шапке директора Дурмстранга и под таким прикрытием попала внутрь. Но когда пришёл мальчишка Поттер и начал разговаривать со Скримджером, Риту такая злость взяла, а ещё азарт — узнать об этом дутом герое какой-нибудь жареный факт и написать статью. Да, Поттеру сначала удалось если не испугать Риту (в страхе она категорически не хотела признаваться даже себе), то заставить опасаться, но сейчас, после того как она успокоилась, понимала, что бояться четырнадцатилетнего мальчишку глупо. Она слетела с Каркарова, пролетела под столом и прицепилась к брюкам Поттера, а уж тот сам унёс её в другую половину шатра.

Наташа так и сидела на кровати, но не скучала, болтая с Виктором Крамом, который оказался очень забавным в попытках пофлиртовать. Брок сел рядом с ней, толкнул легонько плечом и сказал:

— Завтра иду с Локхартом в Аврорат.

Наташа внимательно посмотрела на него и кивнула, добавив:

— С собой возьми.

— А что случилось? — Крам лежал на боку, подперев голову кулаком, и с интересом смотрел на Поттера и его подругу. Они очень сильно выделялись на фоне остальных учеников Хогвартса хотя бы тем, что не бегали следом, пытаясь взять автограф или, в случае с девушкой, очаровать.

Брок посмотрел на него, прикинул в голове варианты и решил, что огласка среди гостей ему не помешает, а, может, даже и поможет. Потому что бодаться с системой без поддержки и огласки — занятие безнадежное.

— Завтра буду требовать справедливости, — усмехнулся Брок и добавил, увидев непонимание на лице болгарина: — Моя драконица сорвалась с цепи. Уже идет расследование, и меня завтра вызывают в Аврорат.

— Оторвала цепь? — спросил активно подслушивающий Диггори, и даже мадемуазель Делакур резко перестала всхлипывать, утерла несуществующие слезы и развернулась, чтобы видеть остальных.

— Не уверен, — покачал головой Брок. — Мне показалось, что одно звено на цепи просто рассыпалось.

— Они зачарованы… — протянула Флёр Делакур.

Брок с Наташей еще немного посидели, дождались Людо Бегмена, который сказал, что баллы будут озвучены завтра, и пошли в гриффиндорскую гостиную, не забыв прихватить золотое яйцо. Они уже почти вышли, когда Наташа попросила Брока подождать ее, а сама вернулась в шатер, взяла небольшую баночку с плотно притертой стеклянной крышкой, наложила и на банку, и на крышку чары неразбиваемости и вернулась к Броку.

— Что это у тебя? — спросил он.

— Да так, — пожала она плечами, а потом молниеносно схватила небольшого зеленовато-золотистого жука с плеча Брока и посадила его в банку, закрыв плотно крышку.

— Заделалась энтомологом? — усмехнулся он.

— Позже объясню, — ответила Наташа и убрала банку в рюкзачок.

— Приму душ, переоденусь, а потом сходим в штаб, ок? — предложил Брок.

— Конечно, только сначала сбегаем на кухню, — кивнула Наташа. Набрав у щедрых домовиков разнообразной еды и уложив ее всю в бездонную сумку, Брок и Наташа поспешили в гостиную.

Гриффиндорцы праздновали! Их чемпион выступил так, что остальным и не снилось. Не просто забрал яйцо, а укротил дракона! Они считали, что повод для праздника у них самый что ни на есть настоящий. Почему-то они забыли, как сами же и травили Гарри Поттера, как устроили ему бойкот, как едва не устроили темную. Всё забылось за сиянием победы. Брок с Наташей вошли в гостиную, и все замолчали, повернувшись к ним, ожидая, что Поттер сейчас вскинет золотое яйцо и запустит праздник по-новой.

— С победой?.. — послышался неуверенный голос.

— Вы-то здесь при чём? — хмыкнул Брок и пошёл к лестнице, ведущей в спальни мальчиков, оттолкнув по дороге кого-то из Уизли.

⬅️ТУДА         ➡️СЮДА