⬅️ТУДА                     ➡️СЮДА

16.

Теперь я понял, почему послали Зимнего. Это была не просто операция по устранению неугодных — это была акция устрашения. Нужно было убрать верхушку оборзевшей банды без применения огнестрельного оружия. Мы не получили ничего — только ножи и мачете. Зимний выбрал себе тесак таких размеров, что им можно было лес шинковать. Я взял с запасом, потому что знаю, как часто в ближнем бою теряются ножи.

Кесслер провожал нас, стоя в воротах, всё такой же отвратительно свежий, как будто на приёме где-нибудь в Нью-Йорке, а не посреди влажных джунглей Африки.

Ли сидел за рулём того же джипа, на котором мы приехали, скалился так, что глаза казались щёлочками. Вот только я видел, что за улыбкой прятался жестокий хищник, который бросит нас не задумываясь или пройдёт по нашим трупам. Ненадёжный. Мутный тип.

Жара — несмотря на сумерки. Не иссушающая, пустынная, а тяжёлая, влажная, липкая. Она нервировала. Рубашка липла к телу; как представлю броник поверх — заранее становилось дурно.

Летающая поебень добавляла прелести. Летало всё: от мелочи, больше похожей на пыль, до комаров, мух и прочего. А я мечтал об огнемёте, чтобы выжечь всё нахуй. Даже в машине постоянно что-то ползало и пыталось откусить кусочек.

И посреди всего этого — Зимний.

Комары облетали его по дуге, не признавая за съедобное. Мухи бились в стёкла, даже муравьи огибали, отдавая предпочтение мне.

Ему было похуй на жару. На москитов. На Кесслера. Да и на меня — тоже. Сидел на заднем сиденье, сука, как ебучий монумент.

Сказали идти — идёт. Сказали стрелять — стреляет.

Робот.

И этим бесил ещё больше.

В лагерь банды, которую предстояло зачистить, мы вошли вдвоём около четырёх утра по местному времени. Тени лежали плотные, как куски темноты. Шаг в сторону — и тебя уже нет. Удобно.

Хижины из говна и палок, накрытые гремящими от малейшего ветерка железными листами. Пикапы — выкидыши чьей-то буйной фантазии, некоторые с пулемётами на крышах. Ржавые бочки, от которых густо воняло горючим. Редкие костры. Ещё реже — жёлтые, тусклые лампочки.

Пьяные часовые, женские визги — совсем не радостные. Хотелось ворваться туда и порвать уродов, но…

Зимний шёл вдоль лагеря, я — следом, потому что нихрена не понимал в устройстве этого бардака. Но Зимний… он оглянулся, указал на несколько хижин и на пальцах показал, что эти — его, а я — в прикрытие. И… истаял в тенях.

Тишина. Я стоял в темноте, чувствуя себя идиотом. Впрочем, на миссиях с Зимним это уже было привычным состоянием. Я слышал слабые звуки со стороны хижин и уже решил, что сейчас он там управится сам и быстро, и мы уйдём.

Но автоматная очередь разрезала тишину. Следом вдруг поднялся ветер. Справа небо вскипело молнией, и на землю вместе с яростным громом упали первые капли дождя.

Жижа захлюпала под ногами. Я врезался в толпу, бежавшую к хижинам, где всё ещё лютовал Зимний. Темнота. Дождь. Никто не обращал на меня внимания, пока кто-то сзади не заметил трупы.

Нихрена не понял, что там орали, но тон был ясен. Я ускорился. Ножи порхали в руках, а потом вдруг всё замедлилось. Я отчётливо видел всё, что происходило вокруг меня, успевал среагировать буквально на всё. Подхватил автомат с трупа, очередью выкосил перед собой путь и скрылся в тенях, уводя всех за собой.

Дождь лил, скрывая движения, а я, как будто на автопилоте, метался по лагерю, оставляя за собой трупы. Чувств не было — было чёткое понимание, что всё правильно. Я слышал, как в сторону джунглей бежали женщины с детьми, и отстреливал мужиков, которые кинулись за ними.

Чувство, что я могу больше, быстрее и чище, было с одной стороны упоительным, а с другой — пугало. Я замедлился, мир с тихим щелчком вернулся в прежний ритм. Дождь лил стеной, вспышки молний выхватывали картину побоища. Меня впервые затошнило от вида того… Блядь. Понимать, что всё это сделал я, было страшно. Я стоял. Дождь лил, смывая с меня чужую кровь. Руки начали мелко дрожать.

Зимний положил мне руку на плечо, а я даже не услышал, как он подошёл — просто обернулся. Сил на сопротивление не осталось.

— Миссия выполнена, командир.

Он шёл сквозь джунгли, неся в руках чемоданчик. Я плёлся следом на чистом упрямстве и жрал энергетические батончики едва ли не с обёртками.

Как добрались до Кесслера, не помню. Зимний отдал ему чемоданчик. Нас снова погрузили в джип, благо дали помыться и переодеться. Отвезли обратно в Лунги.

  ⬅️ТУДА                     ➡️СЮДА