НЕ ШАХМАТЫ
***46***
Пока судьи совещались, Брок успел ополоснуться, одеться и выхватить подзатыльник от Старка, который шипел на него, сверкая огненными глазами:
— Еще раз вытворишь что-то подобное, и я сам тебя пришибу.
— Полегче, — мотнул головой Брок, но право на нервы за Тони признал. Если бы что-нибудь подобное вытворил кто-то из них, то Брок бы тоже рвал и метал.
— Воспитываете? — Руфус Скримджер подошел к Броку, Тони и Нат с Барнсом.
— А куда деваться? — вопросом на вопрос ответил Тони.
— Позволите поговорить с вашим подопечным? — спросил Руфус. Это раньше Поттер рос как трава у дороги, и ответственность, реальную, а не на словах, за него никто не нес, только Локхарт поддерживал по мере сил, но теперь, когда появился настоящий опекун, приходилось соблюдать формальности.
— Конечно, — кивнул Тони и сделал шаг в сторону.
— Поздравляю с победой, Гарри, — Руфус протянул руку, которую Брок пожал, принимая поздравление.
— Спасибо, только пока ничего не ясно, — ответил Брок. В объективность от волшебников он совершенно не верил. Да, за первое задание по итогу он получил максимальный балл, как и Крам, но, если верить сплетням, Дамблдора едва ли не вынудили поставить ему высший балл.
— Вряд ли тебя засудят. Но я не только поздравить подошел, но и спросить. Скажи, почему ты решил спасать девочку?
— Честно? — усмехнулся Брок.
— Желательно, — ответил Руфус.
— У меня не было уверенности, что ее вытащат. Русалки достаточно агрессивные и, судя по зубам, плотоядные. Оставлять им ребенка было выше моих сил.
Скримджер одобрительно кивал на слова Брока, понимая, что мальчишка не за славой погнался, не внимание привлечь хотел, а действительно переживал за девочку.
Дамблдор тем временем спустился к воде и переговаривался с русалкой, недовольно хмурясь, а потом, с кряхтеньем поднявшись с колен, поспешил к Гарри Поттеру. На присутствие Скримджера, стоящего рядом с героем, как и на его опекуна, он предпочел не обратить внимания.
— Гарри, как ты мог? — он возмущенно смотрел на Поттера, на лице которого не было видно ни капли раскаяния, а ведь он едва не убил волшебное существо.
— Как я мог что? — спросил Брок, а Старк встал рядом с ним, сверля взглядом этого старца, который с почти искренним возмущением и осуждением смотрел на Брока.
— Как ты мог напасть на русалку? Ты ударил ее ножом. Она истекает кровью и может погибнуть!
— Она пыталась меня утопить, — в противовес наигранной истерике Дамблдора спокойно ответил Брок.
— Не обманывай, Гарри, это не делает тебе чести, — пожурил Дамблдор. — Русалки — милейшие создания, они сотни лет бок о бок с волшебниками и никогда не нападали.
Брок аккуратно развязал галстук и расстегнул пару верхних пуговичек на рубашке, показывая багровые следы, что оставила на его шее русалка. Следы не только пальцев, но и ранки от когтей было видно очень хорошо. Мисс Джейден хотела обработать их заживляющей мазью, но Брок, предчувствуя разборки, не дал ей это сделать.
— Зачем ты вообще решил спасать мисс Делакур? С русалками договор, они бы доставили ее на берег по завершению состязания.
— Мистер Дамблдор, — Тони, до этого момента молчавший, посмотрел на пытавшегося сжечь его старика. — К организации состязания слишком много вопросов, чтобы вы сейчас предъявляли претензии моему подопечному.
— Каких вопросов? — спросил Дамблдор. По его мнению, всё было организовано безукоризненно.
— Почему не было спасательной лодки на воде? Почему ребенка не вытащили в тот же момент, как мисс Делакур выбыла из состязания? И главный вопрос: почему вы вдруг считаете себя вправе разговаривать в обвинительном тоне с Гарри?
— Я директор Хогвартса!
— Вы всего лишь директор Хогвартса, — перебил его Тони. — Фактически, обслуживающий интересы детей и родителей персонал, а не пуп земли.
— Если вы не в курсе, то я еще и председатель Визенгамота, — усмехнулся Дамблдор и добавил: — А еще я председатель МКМ.
— В каком качестве вы присутствуете здесь? — Тони сардонически усмехнулся. — Если как директор, то я вполне имею право предъявить претензии вам, а если как верховный чародей, то у меня тогда к вам еще больше вопросов, а если как представитель МКМ, то я теперь желаю побеседовать с другими членами этой организации на предмет вашего соответствия занимаемой должности.
Альбус не привык, что с ним разговаривают в подобном пренебрежительном тоне. А тут. Сначала Скримджер перешел все допустимые нормы, теперь вот этот вот господин. Нехорошая какая-то тенденция складывалась. А этот неизвестно откуда взявшийся опекун его Поттера вдруг добавил:
— Не слишком ли много должностей для одного человека? Выполняете ли вы свои обязанности или просто числитесь? — последнее предложение он сказал тихо себе под нос, словно высказал мысль вслух, но кому нужно, тот услышал.
Дамблдор затрясся, словно его сию минуту хватит апоплексический удар, а Скримджер едва сдерживал смех. Определенно, этот Поттер-Старк ему импонировал. Он раскланялся, пообещал любую помощь, коли она будет нужна, и пошел по своим делам. Дамблдор, оскорбленный до глубины души, тоже отошел. Он уже прикидывал, как может осложнить жизнь этому выскочке и вернуть Поттера под свое влияние. Ему категорически не нравилась та ситуация, что сложилась вокруг него, слишком много проблем, слишком тяжелые потери, будто кто-то пакостит целенаправленно, но вот кто? Еще и от расследования его оттерли. Он пытался получить хотя бы имеющиеся документы по делам Волдеморта и Петтигрю, но Скримджер отказал, сославшись на министра. А Фадж и разговаривать с ним не стал, кивая на интересы государства и полную секретность.
— Не боишься слишком сильно оттоптать ему мозоли? Как бы мстить не начал. Тебе, — Брок озабоченно глянул на Тони.
— Нет человека — нет проблемы, — подала голос Наташа. — Начнет путаться под ногами, уберем.
— Именно, — кивнул Барнс.
Скримджер, оставив Поттера и его опекуна, заметил в отдалении мадам Пинс и поспешил к ней. Они бились над загадкой записки из медальона уже несколько дней и даже заимели несколько версий, осталось их подтвердить.
Догадаться, что Р.А.Б. — это инициалы, было элементарно, а вот кому они принадлежат, выяснить было сложнее, потому что было несколько человек, которым они могли принадлежать. И все считались или умершими, или пропавшими. Но можно было попробовать сличить почерки, что Скримджер и собирался сделать. Самый большой фонд с рукописными текстами хранился в Хогвартсе, в библиотеке.
— Ирма, день добрый, — он подхватил мадам Пинс под локоток, помогая пройти по разбитой тропинке.
— Руфус, какими судьбами? Смотрел Турнир?
— Искал тебя, — ответил он.
— Лгун, — хмыкнула мадам Пинс.
— Почему же, мне и правда нужна ты. В профессиональном смысле, естественно, — добавил он. — Мне нужно в библиотеку.
— Чем смогу, — теперь уже сама взяла под руку и повела в свои владения.
Спустя пару часов, потому что приходилось перебирать листы вручную, мадам Пинс вынесла из хранилища, в которое доступ был исключительно у нее, восемь экзаменационных листов по истории магии, потому что там был просто текст без формул и рисунков, именно это и просил Скримджер.
— Держи, — она протянула их ему. — Но обязательно верни, как только больше будут не нужны.
— Непременно, — кивнул Руфус, аккуратно свернул пергаменты в трубочку и, попрощавшись, отправился в Аврорат. Конечно, он мог попытаться сам установить авторство, но процедура требовала, чтобы это делал эксперт.
Выяснилось, что Р.А.Б. — это Регулус Арктурус Блэк, пропавший незадолго до падения Волдеморта. В принципе, всё сходилось. Младший из братьев Блэк в авроратских списках числился как имеющий Темную метку. Мальчишка вполне мог разочароваться в своем кумире и решить если не перейти на другую сторону, то хотя бы нагадить по-максимуму. Ну что ж, у него получилось, причем подгадил он не только Волдеморту, но и им.
***
Первые несколько дней пребывания в Мунго Сириус Блэк себя практически не осознавал. Длительное заключение, истощение и нервное напряжение сделали свое дело, а алкоголь только усугубил все это донельзя. Тикки, которому и досталось выхаживать это счастье, потому что в адекватности пациента целители уверены абсолютно не были, нервно передергивался, прежде чем зайти к нему в палату.
Блэк выл, катался по полу, гавкал и кидался, благо, что палаты были экранированы и магия внутри не действовала, иначе они натерпелись бы еще больше. А когда оный Блэк протрезвел, у него начался банальный алкогольный делирий, тоже не самое легкое состояние. А лечить его приходилось магловскими методами, потому что магическое вмешательство он попросту бы не выдержал. Полностью в себя он пришел только через несколько недель, как раз ко второму туру Турнира Трех Волшебников, но выпускать его из Мунго не спешили, потому что Янус сказал, что первое, что сделает Блэк, выйдя за стены госпиталя, — схватится за бутылку.
Честно, Руфус хотел с ним поговорить, объяснить, что прятаться больше не нужно, принести извинения за несправедливое заключение, но всё никак не находил времени, но теперь было не только желание, но и повод.
— Здравствуй, Сириус, — поприветствовал он лежащего на кровати мужчину. Он разительно отличался от себя самого, такого, каким его нашел Руфус. Больше не напоминал безумца, но надлом в нем чувствовался сразу по пустым глазам и отстраненному выражению лица.
— Сам глава Аврората пожаловал, чему обязан подобной честью? — хрипло спросил он, садясь на кровати.
— Поговорить, — ответил Руфус, взял стул, поставил его напротив Сириуса и сел, чтобы не нависать во время разговора.
— О чем? — горько усмехнулся Блэк.
— О многом, — с тяжелым вздохом сказал Скримджер, — о многом.
Сказать, что Сириус был раздавлен тем, что ему поведал Руфус. Он ведь почти ничего не помнил из того, что происходило после побега, как будто всё время находился в каком-то затуманенном состоянии, даже редкие встречи с Гарри отложились в памяти смазанными картинками. Чувствовать себя подлецом было мерзко, но правильно, знать, что Гарри нашел себе нового опекуна и больше в нем не нуждается, — горько и радостно одновременно. Ну скажите на милость, какую поддержку ему мог дать беглый преступник? Но вот помочь сейчас, когда Скримджер роет носом землю в попытках извести Волдеморта навсегда, — сам Мерлин велел.
— Хочешь сказать, что мой брат выкрал очень важную вещь у Волдеморта, заплатив за это своей жизнью?
— Про жизнь мне ничего не известно. Труп мы не видели, а сейчас там уже ничего не осталось, — вздохнул Скримджер, представляя, что пережил вчерашний школьник, когда добывал крестраж. — Но можно предположить его смерть в той пещере с высокой долей вероятности.
— Ясно. И, конечно, я помогу всем, чем смогу. Ведь я теперь свободный человек, — горько усмехнулся Сириус.
— Не совсем свободный, — поморщился Скримджер.
— Ты же сказал…
— Видишь ли, целитель Тикки уверен, что ты снова запьешь, едва только выйдешь из Мунго, а ты нам нужен трезвый и в здравом уме.
— Я не… — хотел уже возмутиться Блэк, но вдруг осознал, что сейчас, планируя помощь Скримджеру, он думал о том, что в подвале на Гриммо еще есть запасы огневиски. — И что делать?
— Есть зелье, — сказал Янус, всё время их разговора простоявший под дверью, чтобы, если вдруг случится форс-мажор, прийти к Скримджеру на помощь. — Оно вызывает отвращение к алкоголю. Действует примерно год. После, если захочешь, можешь выпить еще одну дозу, после третьей полная непереносимость пожизненно.
— Я согласен, — кивнул Сириус, чувствуя, что впервые за очень долгое время поступает верно.
не шахматы
сказал ему
-Хотите жить. Гасите огонёк"
Вот и Альбусу "огонёк" свой притушил бы, а то совсем погасят и даже не вспомнят. Допустим русалки подали ему информацию в выгодном для них свете, но прежде чем наезжать надо было и вторую сторону выслушать, или просмотреть воспоминания в думосброде, если были сомнения. А так заносит господина директора, ой заносит. Хорошо, что Сириус осознал проблему и хочет её решить, посмотрим удастся ли. Спасибо
То, что осталось бы.
Дамби реально дебил и до гроссмейстера ему как до Китая на карачках. Он хоть понял от какого скандала Брок всех спас?
Если бы младшая Делакур погибла (а она вполне могла в такиху условиях), никакое председательство в МКМ его бы не спасло.
Надеюсь Сириус возьмется за ум и сделает что-то хорошее со своей жизнью. Хочется уже адекватного Сириуса в кои то веки)).
Русалки реально нежить и гарантии что они выполнят договоренность нет.
Так его, давно пора Дамболдора прижучить 😈