Конец М41 — начало М42 стали едва ли не самым тяжёлым периодом в истории государства людей. Тринадцатый Чёрный Крестовый Поход и Падение Кадии ознаменовали смену эпох. Буквально за один миг медленное увядание цивилизации хомо сапиенс сменилось агонией.

Около половины населённых территорий галактики исчезли во мраке. Словно в проклятые времена Старой Ночи, каждая из звёздных систем вновь была вынуждена вести отчаянную битву за выживание против внешних и внутренних врагов. Однако, если Высшие Лорды Терры считали, что возникновение Великого Разлома и Империума Наилус — наибольшие из бед человечества, они сильно ошибались.

Возрождённый примарх Робут Гиллиман собрал Крестовый Поход Индоминус — завоевательную армаду, которая, вероятно, уступает по масштабам лишь Великому Крестовому Походу. Десять титанических флотов отправились в неизведанный мрак, дабы возвратить то, что принадлежит людям по праву и воссоединить Империум. Против них восстали дикие и жестокие силы, стремящиеся поработить человечество или уничтожить его.

Сепаратисты, еретики, предатели, ксеносы всех мастей и слуги Тёмных Богов видели в разобщённых колониях всего лишь изолированные тюрьмы, населённые беспомощными жертвами. Но страшнее всех были чужаки, гонимые предвечным голодом. Для этих марионеток Разума Улья все люди — от последнего голодранца из подулья до первого среди аристократов — являлись не более чем пищей.

Империум уже несколько раз сталкивался с межгалактическими хищниками-тиранидами. До конца М41 успели отгреметь три войны, когда на кону стояла судьба целых секторов, то есть десятков и сотен звёздных систем, в которых проживали триллионы подданных Бога-Императора. Каждый раз несметным воинствам людей удавалось отразить ужасную угрозу. В конце концов, территории под властью Золотого Трона знавали катаклизмы и пострашнее.

Впрочем, те, чьё положение и разум позволяли им видеть стратегическую картину галактики, догадывались, что этими сражениями дело не ограничится, что Опустошение Баала — в лучшем случае разведка боем. Ведь тираниды отличались прежде всего механической настойчивостью и тотальным численным превосходством. Они возвращались всегда.

Империум настолько огромен, что, по меткому выражению с Древней Земли, его левая рука не знает, что делает правая. Здесь архивы занимают планеты, сигналы бедствия теряются в отчётах, а судебный приговор добирается до потомков осуждённого через поколения. Столь переусложнённое государство удерживается воедино колоссальными вливаниями ресурсов, а значит общеимперский налог — важнее всего прочего.

Планетарный губернатор может устроить у себя демократию с парламентом и комитетами, а может развернуть пыточные на каждом углу и гнобить население целыми концлагерями. Если вверенный ему мир при этом исправно платит десятину, вопросов к такому правителю не возникнет. 

Но Администратум крайне серьёзно реагирует на неуплату податей. Спустишь подобное нарушение одной планете — завтра в должниках окажутся уже десять, сто, тысяча миров, а это, особенно в условиях вечной войны — практически гарантированный конец государства. Так что к неплательщикам скоро пожалуют коллекторы, у которых есть боевые звездолёты, миллионные армии и право устроить экстерминатус. 

Сегментум Пасификус занимает западную часть обитаемого пространства галактики, а его внешние пределы практически не исследованы. Поначалу растущая зона абсолютного молчания на приграничных территориях Империума напоминала сбой систем дальней связи или череду бунтов — обычное дело в этих диких местах. В любом случае, эти инциденты требовали досконального расследования. Но солдаты-каратели ожидали встречи с ордами бунтовщиков, а вместо этого попадали в худший из кошмаров. 

Всюду, насколько хватало глаз, виднелись тысячи космических тварей. От количества хищных ксеносов зашкаливали ауспексы звездолётов. Био-кораблей было настолько много, что их радарные метки сливались в сплошной багровое свечение, отблески которого плясали на испуганных лицах офицеров. Тень-в-Варпе, сопровождающая флоты Разума Улья, не позволяла отправить предупреждение или нырнуть обратно в Море Душ. Военные, торговцы, грузовозы и все прочие, кому не повезло очутиться на пути вторжения, гибли в тишине и безвестности.

Но даже когда слухи о нашествии свирепых ксеносов, медленно расползаясь по Империуму, стали доходить до высших властей, те не спешили доверять паническим сообщениям и тем более принимать меры. Чиновники и знать — машина со ржавыми шестернями, которой сложно дать необходимый импульс.

Одни губернаторы готовились к обороне, другие откладывали дело в долгий ящик, третьи устраивали разврат, ожидая судного дня. Были и те, кто напрочь отвергал саму возможность вторжения, потому что оно не соответствовало догмам их веры. Ведь как всемогущий Бог-Император допустил подобное бедствие?

Примарх Гиллиман не мог помочь жителям Сегментума Пасификус — его Флоты были задействованы за сотни световых лет от этих мест. Бремя командования обороной взяли на себя два воина рангом пониже. Первый — Аркадиан Леонтус (Arcadian Leontus) — гениальный стратег, занимающий пост Лорда-Командующего Солар, то есть главного смертного генерала во всём Империуме. 

Второго генетически сконструировали для защиты Императора Человечества. Именно Траянн Валорис (Trajann Valoris), капитан-генерал Кустодиев, жёстко надавил на Высших Лордов Терры, чтобы они взялись за ум. 

Священная Терра проснулась от векового оцепенения, когда сквозь её орбитальную защиту прорвался корабль, передававший коды идентификации запредельно высокого уровня. На его борту находилось трое Очей Императора — Адептус Кустодес, которые больше не годились для войны, но служили своему Королю в качестве соглядатаев. Они везли очень скверные вести, способные пошатнуть устои государства… 

А на сегодня всё. До новых встреч!