Повод.

Но перестрелки и каперство в колониях — это одно. Пока что все метрополии отправляли войска для «защиты» своих колоний. С той же целью строились многочисленные укрепления. Военные, увидев условия, в которых им придется действовать, слегка фаломорфировали, так как создать сколько нибудь внятную линию обороны в условиях островного лабиринта возможным не представлялось. Но в ответ на рапорта о том, что для того, чтобы обезопасить какой-нибудь порт и шахты от обстрела «подкравшейся» канонерки необходимо нагородить выносных постов, батарей, узлов связи и противодесантных укреплений на сотне островов и островков вокруг и стоить это будет мягко говоря дохуя, из метрополии отвечали: «Городите — победа все окупит.»

Военные сказали: «Есть!» и принялись городить. Что быстро превратилось в самоподдерживающийся процесс. Разведка докладывает, что оппонент укрепил свои позиции в радиусе 30 км от базы, следовательно мы тоже должны так сделать. Разведка докладывает что противник выстроил систему замаскированных постов наблюдения, и мы не можем не сделать того же. Очень быстро, если не сказать стремительно, сил у военных на это все хватать перестало и в процесс распила военного бюджета включились частные подрядчики. Заливка Островов бетоном приобрела поистине шизофренические размахи, так как жирные контракты помноженные на копеечную местную рабочую силу и подогреваемую разведывательными донесениями паранойю рождали проекты один сумрачнее другого.

Разумеется, эта гонка укреплений не могла продолжаться вечно и у кого-то должны были начать кончаться деньги. Этим кем-то оказался, внезапно, Амен, который как раз пожинал последствия спада в экономике после бурного её роста. А лоббисты добывающих компаний толсто намекали руководству, что если континентальные державы получат доступ к ресурсам Островов, то аменские им будут не нужны. Что плохо. Так что срочно надо сделать так, чтобы они были под надежным контролем. Однако воевать сразу со всем Континентом было опасно, поэтому решено было заключить союз с Лонгом, перекрыть, объединенными флотами кислород остальным. А уж Лонг потом можно будет притоптать отдельно.

Первой жертвой был назначен Доминис. Островное государство сквозь пальцы глядящее на проделки своих каперов и не особо популярное ввиду практикующейся работорговли. А кроме того, имея там базы можно было взять под контроль Прямое Торговое Течение. Решив, что план хорош, союзники выкатили ультиматум, требующий от Доминиса убрать с Островов свои колонии, прекратить налеты и допустить союзные флоты на свою территорию дабы обеспечить «безопасность» судоходства. Доминцы, в ответ, посоветовали засунуть этот ультиматум в жопу и предложили посильную помощь в данном вопросе. Лонгцы и Аменцы почувствовали в данной смелости какой-то подвох, однако отступать было поздно и Доминису официально объявили войну, выслав к его берегам линкоры и корабли с десантом.

Однако «Сражение за Гелегирею» или «Доминская операция» оказалась весьма чувствительной пощечиной для обеих держав понесших в ней ощутимые потери без внятного результата. А главное, стало понятно, почему Доминцы так нагло отвечали. Континентальные державы, понимая, что на них пытаются накинуть удавку, не стали в прямую лезть в конфликт, но помогли, чем смогли. Особенно старался Форбург, чья промышленность крайне нуждалась в ресурсах. Не сказать, что данная помощь была решающей, однако, СМИ активно её «рекламировали», пытаясь объяснить столь неприятную неудачу поставленной из-за кулис подножкой. Подогретая газетами общественность требовала призвать подлецов с континента к ответу, тем более, что потери были ощутимыми. Лонг и Амен объявили Форбургу морскую блокаду. Что было равносильно объявлению войны. Так конфликт в колониях перекинулся на метрополии.