Дракон шлёпнулся на землю с глухим звуком, как шлёпается с телеги плохо закреплённый мешок картошки после особо неудачной дорожной колдобины. Зверь распластался на земле, расправив крылья в разные стороны и со стоном долго выдохнул. Но тут же увидел перед собой бочку с водой, вскочил и принялся взахлёб утолять свою жажду. Осушив деревянный сосуд до дна, Дракон облизнулся и блаженно свалился на спину в траву и высунул язык, часто дыша.

По небу неспешно плыли бело-серые пушистые барашки. Дракон зажмурился и представил, как снимает такого барашка с вертела, ещё горяченького, и кладёт его в пасть: поджарая корочка трескаясь аппетитно хрустит, мясной сок брызжет из-под неё во все стороны, заполняя ноздри ароматом…

— Восемь часов, сорок девять минут, новый рекорд! — прозвучал над ухом Дракона сухой, учтивый голос, — А теперь могу я попросить Вашу сумку, сир?

Дракон открыл глаза и увидел перевёрнутого человека в форме почтмейстера, с большими усами и круглыми очками в металлической оправе.

Дракон заново осознал, кто он и где находится. Он резво перевернулся, опрокинув пустую бочку, встряхнулся и вытянулся по струнке, поправив почтальонскую кепку на застёжках, и протянул сумку, висевшую у него на плече, усатому человеку с тележкой.

— Спасибо за доставку, — всё также учтиво произнёс человек, легко наклонив голову вперёд.

Дракон радостно уставился на человека и выразительно моргнул.

Такие они, эти почтовые драконы: глаза горят, язык навыкате и хвост из стороны в сторону по грязи шлёпает, а ума только и хватает, что долететь до конечного адреса. Минуту назад он задыхался, а теперь сидит довольный и готовый на всё.

— Ваша следующая посылка, — сказал почтальон, указывая рукой на лежащий неподалёку на земле мешок, — Срочная доставка в замок Б.

Он взялся обеими руками за рукоять телеги и покатил её по мощёной тропинке в направлении замка. Дракон проводил его удаляющийся силуэт, почесал за левым ухом, подошёл к сумке и понюхал её. Запах был странным: пахло солнцем. Пахло лугом. Пахло маленькими белыми цветочками. И большими фиолетовыми. И ещё большими жёлтыми. И другими жёлтыми. И ещё как-то. Странно!

Дракон поморщился и контрольно обошёл вокруг мешка, но, не обнаружив ничего подозрительного, уверенным движением подцепил его за кожаный ремень и закрепил на животе, перекинув ремень через спину. Мешок был тяжёлым, будто кто-то решил отправить в Замок Б не письма, а целую библиотеку. Или барашка!

Дракон опять задумался о еде и покрутил головой: нет ли вокруг какого мяса? Еды не было: видимо, более ранние почтовые драконы всё успели умять, а новую порцию добрые люди из замка пока не вынесли. Или не выкатили. Интересно, приготовили ли они её? И как долго ещё ждать?

Дракон перехватил озадаченный взгляд почтальона, усердно тащившего корреспонденцию по дорожке, словно трудолюбивый муравей, смутился своему безделью и, расправив крылья, стремительно взмыл в голубую высь, решив перекусить по дороге, где никто его не увидит.

Замок Б находился в пяти часах нормального драконьего полёта, что приблизительно равно шести часам полёта нагруженного и бронированного армейского дракона, и, чем особенно гордился Дракон — трём с половиной часам полёта среднескоростного дракона-почтальона. А Дракон был ещё быстрее, потому что молодой был и исполнительный.

Но сейчас, несмотря на срочный характер доставки, он был не в настроении торопиться: Дракон хотел есть. Ставить рекорды на пустой желудок, может, и проще, но и радоваться потом тоже никаких сил нет. Поэтому, набрав оптимальную высоту, он стал сосредоточенно крутить головой, разглядывая окрестные поля и луга, тянущиеся куда-то к горизонту, выскакивающие там и здесь маленькие островки зелени берёзовых рощиц и горы, обнажившие свои грязно-снежные хребты откуда-то с севера.

Пейзаж был живописным, но это не волновало Дракона: на одном пригорке невдалеке Дракон заметил мирно пасущееся стадо овец, которые пока игнорировали нависшую над ними угрозу. Он облизнулся и взял курс на неторопливое снижение. Однако, преодолев большую часть траектории без сучка и задоринки, находясь уже в нескольких десятках метров от желанной цели, Дракон задел какую-то ветку. Та предательски хрустнула, и овцы с блеяньем в испуге бросились врассыпную.

Дракон, пытаясь уследить за разбегающимся во все стороны обедом, забыл о стремительно приближающейся земле, поэтому с грацией всё того же мешка картошки, что летит с телеги, подскочившей на колдобине, врезался в землю с глухим бубухом. Перепачканный землёй он тряхнул головой и сел на задние лапы, грустно озираясь.

— Не дрова везёшь, баран! — раздался вдруг недовольный приглушённый голос из почтового мешка, — А ну поставь меня на землю!

Дракон опешил.

— Чего замер? Поставь меня на землю, говорю! — настойчиво продолжил голос из мешка.

Никогда раньше посылки и письма, которые Дракон доставлял, не пытались с ним разговаривать. И тем более — командовать им! Он расстегнул бляшку ремня и, поставив дёргающийся мешок на землю, отступил на пару шагов в сторону, заинтригованно наблюдая.

Мешок издал скрипящий деревянный звук и из него, будто бы в победном жесте, показалась женская рука. И практически сразу за ней — голова девушки, с собранными в хвост тёмными волосами и быстро моргающими от яркого света глазами.

И пока неожиданная гостья, словно мотылёк из кокона, мучительно выбиралась из своей мешковинной оболочки, громыхая досками, Дракон смиренно наблюдал за этим процессом, подперев подбородок лапой. Загадочная жительница посылки выглядела вполне обычно: у неё было две руки, две ноги и одна голова, всё это росло из туловища в правильном порядке — вполне человеческое тело, насколько мог судить Дракон. Одета она была в простой сарафан синего цвета, странные кожаные башмаки и ярко-жёлтые носки, которые напомнили Дракону о полевых цветах, запах которых сбил его с толку перед вылетом из замка А.

— Помог бы хоть, — недовольно пробурчала загадочная пассажирка, высвобождая ногу и отталкивая остатки своего “кокона” в сторону, после чего распрямилась, отряхнулась и задумчиво огляделась.

— Так, ну это точно не Замок Б! — серьёзно заключила она, а потом повернулась к Дракону, — Куда это ты меня приволок? — осведомилась она с подозрением.

Дракон сделал виноватую морду и закрутил глазами, активно думая. Он крылом подвинул к себе палку, взял её в лапы и нарисовал на земле маленькое облачко. Потом показал когтем на свою раскрытую пасть с острыми зубами, а потом прикрыл её и высунул язык.

— Ты хотел съесть облако?

Дракон замотал головой и пририсовал к облаку четыре палочки снизу. И маленький кругляш сбоку.

— Аааа, — понимающе протянула девушка, — А ты неплохо рисуешь. Для Дракона. Очень похоже вышло!

Она подняла голову, но Дракона рядом уже не было. Заметив на соседнем пригорке какое-то движение, хищный зверь ринулся в сторону предполагаемого обеда, ловко пригибаясь к земле, по-змеинову лавируя между стволами берёз и умудряясь практически не шелестеть травой, опавшей листвой и ветками. Добравшись до опушки, Дракон замер в укрытии плотных кустов, наблюдая за жертвой. Жертва с невозмутимым видом грызла ветку в нескольких метрах, с аппетитом чавкая молодые листья. Дракон замер, напряжённо выжидая удачный момент для атаки.

— ДРАКОООООН! — вдруг раздался у него за спиной истошный женский вопль.

Четырёхногое облако мгновенно запрыгнуло в куст и устремилось бежать куда-то вглубь, блея нечленораздельные ругательства на овечьем и с шумом расталкивая кусты. Дракон даже проводил испуганное существо озадаченным взглядом и прыжками направился назад, чувствуя, что в крике его странного груза были какие-то тревожные нотки, различимые и в воплях, что издавала беглянка.

Однако на поляне Дракон никого не застал. Посередине её, как и прежде, одиноко стоял почтовый мешок, а следов пассажира — не было. Дракон метнулся в одну сторону, другую, третью — темноволосая девушка будто бы растворилась в воздухе или провалилась сквозь землю. Дырок в земле Дракон не видел, поэтому, нацепив почтальонский мешок, сделал пару взмахов крыльями и поднялся над верхушками деревьев. Пристально глядя на землю, он облетел все окрестные берёзовые рощицы, пытаясь найти хоть какие-то следы исчезнувшей, но всё — тщетно.

Любой другой Дракон в этой ситуации просто развёл бы лапы в стороны и вернулся к эгоистичной охоте во имя ощущения приятной полноты в собственном желудке, но только не почтовый дракон. Для него доставка груза была превыше всего. Он ради этого жил!

Поэтому Дракон искал везде: на земле, в воздухе и в воде; он летал, ползал по траве, вынюхивая знакомые запахи, засовывал морду в воду и смотрел на бросающихся врассыпную мелких рыбёшек, переворачивал камни и смотрел на разбегающихся жуков, даже начинал рыть землю, если ему что-то где-то чудилось, но не находил ничего полезного. Или хотя бы съестного.

Так увлёкся поисками Дракон, что заметил настуление вечера он только когда стемнело. Вокруг вместо размашистых полей поднимались лесистые холмы предгорья. И тут он нашёл! Точнее, поначалу он даже сам не понял, почему насторожился, но потом обратил внимание на странные ощущения в носу. Он чувствовал запах! Её запах! Тот самый странный цветочный аромат, который исходил и от мешка, и от девушки.

Дракон задышал чаще и закрутил головой, пытаясь определить, с какого направления приходил запах, и медленно двинулся по следу, боясь его потерять.

У большого стрекучего костра рядом со входом в расщелину в скале сидели люди в грязной одежде и жарили птичьи тушки, насаженные на длинные прутья, что-то лениво обсуждая.

— Во, а что ты будешь делать с деньгами, — спросил лысенький мужичонка, выплёвывая в огонь перепелиную кость, — когда мы получим выкуп?

Во почесал бороду и мечтательно прищурился.

— Куплю себе огромную гору апельсинов! — сказал он, обняв руками воображаемую корзинку, наполненную любимыми фруктами, чуть не уронив палку в ужином в костёр.

— Так, это, — начал третий с набитым ртом, — сейчас же не сезон!

— Сначала прожуй, а потом говори, сколько раз повторять?! — строго перебил его первый.

Щу принялся виновато жевать, молча уставившись на конец своего прута.

— Дождусь осени и куплю, — провозгласил Во под треск костра.

— И объемся! — добавил он.

— Вместе с кожурой! — добавил он ещё, с воодушевлением.

Па покачал головой.

— Ты думаешь нам выкупа хватит только на три корзины апельсинов?

— Вы тоже купите апельсины? — восторженно округлил глаза Во.

— Нет, Во, я намекаю, что твоя доля от выкупа за такую важную цацу будет больше, чем одна корзина апельсинов.

— Тогда я хочу ещё мандаринов, бананов, лимонов, манго и… — он мечтательно засунул палец в рот и замолк.

— А я себе доспех куплю! — энергично заявил Щу, дожевав своего перепела.

— Ты с кем драться-то тут собрался? — прыснул Па, — С сучками да деревьями?

— Запишусь на турнир, и победю там всех!

— Агась?

— Да!

— И как ты себе это представляешь? Ты знаешь правила? Регламент? — Па резко осёкся, осознав, что ляпнул лишнее.

— Рег… ла… што? — уточнил Щу.

— Не важно, выбрось из головы, — отмахнулся Па, — И турниры эти тоже. Тебя ж ещё на входе в город схватят! Твою рожу все стражники знают!

— А я шлем закрою, они меня не увидят и не узнают!

Па тяжело и медленно выдохнул.

— А куда Вы потратите свою долю, Па? — внезапно осведомился учтивый голос подошедшего к костру четвёртого мужчины.

Он был прилично, но не вычурно одет в куртку с плащом, переброшенным на одно плечо, гладко выбрит, а на голове его красовалась шляпа с блестящим чёрным пером.

— О, молодой господин При, — любезно (в меру его способностей) ответил Па, склонил голову в его направлении и, выдержав паузу, распрямился и продолжил, — Я думаю, я бы пошёл учиться грамоте.

— Грамоте?

— Да, молодой господин, — рассудительно продолжил Па, — Щу и Во любят мои истории, которые я сочиняю от безделья, — братья интенсивно закивали, — Поэтому мне бы хотелось выучиться грамоте, чтобы записывать их. А потом, глядишь, можно было бы это издать книгой. Тогда бы и грабить больше никого не пришлось!

Костяшки пальцев молодого господина При побелели, сжимая рукоять кинжала под плащом, однако лицо его не выражало и тени недовольства.

— Что ж, это… весьма благородная идея, — заключил он с улыбкой, покачивая головой, — Когда мы закончим здесь — я могу лично порекомендовать Вам хорошую школу в безопасном месте.

Глаза Па радостно округлились, будто это Во опять говорил об апельсинах.

— Буду искренне благодарен, молодой господин!

— Но для начала, — перешёл При на отстранённо-командный тон, — Нам надо закончить дела. Как прошла охота?

— Всё прошло чики-пуки, — гордо заявил Щу.

— Простите?.. — уточнил При.

— Как Вы и сказали, молодой господин, — энергично начал Во, — дракон приземлился на холм, куда мы согнали всех овец. Ну, он распугал их всех, и, видимо, девка в мешке была недовольна его посадкой, потому что он снял мешок и она долго и смешно вылезала из него. А мы в это время успели подкрасться! И стоило дракону отвлечься на какую-то овцу, как мы её схватили — и сюда.

— Схватили овцу? — снова не понял При.

— Нет, цель. Ну, девку! — исправил брата Па, — Вон, лежит у Вас за спиной.

Но не успел При обернуться, как над лесом, буквально в нескольких метрах за спинами мужчин, в небо полыхнуло огнём, озарив затылки сидящих у костра, а через несколько мгновений, на полянку выскочил огромный чёрный зверь, косматый и шипастый, с большими ярко-жёлтыми глазами. Зверь страшно рычал и шипел, размахивая лапами.

Похитители с ужасом кинулись врассыпную в лес, побросав свой ужин кто в костёр, а кто просто на землю, а При спокойно нажал на драгоценный камень в навершии клинка и просто исчез, будто и не было его.

Порычав для виду некоторое время и напоследок пустив в небо пару струй огня для острастки, Дракон остановился, моргнул и осмотрелся: на поляне было пусто. Где-то в лесу галдели встревоженные птицы, было слышно, как прорываются сквозь буревестник удаляющиеся шаги нерадивых разбойников.

Первым делом следовало избавиться от противной болотной грязи, в которой Дракон предварительно старательно и долго вымазывался, чтобы стать чёрным и липким: этому трюку его научил знакомый дракон-отшельник, который не любил, чтобы его доставали. Страшный чёрный монстр сел на задние лапы и стал старательно скоблить свою шкуру, отдирая грязь кусками и пластами, вместе с разного размера ветками, палками, листьями и даже случайно оказавшимися в этом замесе камнями.

Несколько минут спустя Дракон стоял на куче неприятно пахнувшей тиной грязи тёмного цвета, но чувствовал себя слово заново родившимся (Дракон, конечно, не знал, каково это — “родиться”, ведь Дракон вылупился из яйца, так что, считайте, что Дракон ощутил себя хорошо помывшимся под сильным водопадом). Он резво пробежал полянку от края до края, убеждаясь, что разбойники ещё не решились вернуться, а потом вернулся к расщелине в скале и сунул туда голову.

На полу, в отдалении, лежал небольшой свёрток и активно двигался, словно куколка бабочки. Дракон сложил крылья и протиснулся внутрь пещеры. Здесь сильно пахло теми самыми цветами. Дракон одним движением когтя разрезал все верёвки, освобождая девушку и отодвинулся в ожидании, пока груз выберется из очередного мешка.

На этот раз “рождение” было не таким мучительно-долгим и загадочным, а лаконичным и сумбурным: она дважды цеплялась за что-то внутри рукой или ногой, но в конечном счёте выпрямилась во весь рост и нерешительно посмотрела на силуэт Дракона.

— Они… Их больше нет? — спросила девушка нерешительно оглядываясь.

Дракон с готовностью утвердительно покивал головой. Правда, тут же врезался мордой в висящую с потолка каменную “сосульку” и снёс её.

— Меня, кстати, зовут Ри, — сказала девушка, проходя мимо Дракона к выходу и выглядывая наружу, — А ты не только хорошо рисуешь! — похвалила она Дракона и тут же очутилась снова в почтовом мешке.

— Эй! Что за фокусы?! А ну выпусти меня сейчас же! Я — человек, ты должен слушаться моих приказов!

Однако Дракон видел перед собой более первостепенную истину: она — посылка. И он должен её доставить. А место посылки — в мешке, как место письма — в конверте.

Не обращая внимания на трепыхания Дракон вернул груз на своё привычное место и вдруг перед глазами его всё поплыло. Перед глазами возник странный туман, а на полянке незнамо откуда появились люди. Множество одинаково одетых людей. Чувствуя, что теряет равновесие, Дракон полуинстинктивно подвинул сумку в безопасное положение и свалился на бок.

Как мешок с картошкой.

Только не с повозки на кочке, а просто в погребе, если его неудачно прислонить к стене.

Перед тем, как снять трубку телефонного аппарата, инспектор Годфри Ардоне Дупалео Жермолини Ечиху Тир отметил, что за окном пока страшенная темень. После того, как он снял трубку, инспектор отметил, какой противно-энергичный голос пытается контактировать с ним с другого конца. Голос кричал ему в уши какие-то слова, но инсперктор услышал только “арест”, “братья”, “не удался” и внезапное слово “дракон”. С грустью он понял, что ему придётся выбираться из тёплой и уютной постели, быстро одеваться и отправляться в участок, чтобы разбираться во всём на месте.

Он дослушал энергичную тираду дежурного на том конце провода, положил трубку и, прижавшись к жене, которая к его удивлению и радости никогда не реагировала на подобные ночные звонки, поцеловал её в щёчку, а потом в плечо.

В прихожей тускло горела оранжевым светом ночная лампа. Инспектор, уже почти полностью одетый, встал напротив зеркала и, сделав свет поярче, посмотрел на себя. Выглядел он сонно. Устало и сонно. “Как старый дракон”, — пронеслось у него в голове, а следом — “Дракон? Мне сказали про дракона?”

Вообще-то в небе над королевством Брета-Кол-Бимин-Стар-Собариано-Банадай были запрещены полёты драконов. Король не любил этих больших ящеров, поэтому встретить здесь можно было только почтовых драконов из соседнего королевства. Но откуда дракон мог взяться в лесу, где проводили облаву на обычных жуликов? Что он там делал?

Решив не изводить себя ненужными вопросами, овтет на которые он пока всё равно не знает и явно не придумает заранее, инспектор натянул на голову шляпу, пристально всмотрелся в свою короткую бородку, разглядывая в ней новые седые волоски, и вышел за дверь.

В участке его уже ждал ночной дежурный — Гиаказуйя Апачихету Дероминкоук с бумажным докладом наготове.

— Спасите меня от чтения бумажек, — с ходу отразил нападение макулатурной бюрократии инсперктор, закрывая протянутую ему папку, — Расскажите мне, что случилось своими словами.

— Хорошо, инспектор! — бодро и радостно отрапортовал Гиаказуйя, — Мы наконец-то можем закрыть границу с Королевством А!

— Стоп, сначала давай по делу, к сенсационным выводам перейдём потом.

— Хорошо, сэр, — добавил дежурный умерив пыл.

С его слов ситуация была следующей: в 19:57 по местному времени в участок поступил анонимый звонок. Аноним учтиво сообщил оператору, где сегодня ночью будет банда Братьев Павощукоцких, известных грабителей, которым удавалось скрываться от правосудя на протяжении нескольких месяцев. Так как это место оказалось недалеко от города, ночным дежурным было принято решение устроить облаву по наводке с целью поймать изворотливых грабителей.

— Почему не позвонили мне, дежурный? — строго поинтересовался инспектор, — Восемь вечера — не так и поздно.

— Так, сэр, Вы вчера сами просили Вас не беспокоить.

Инсперктор вспомнил, что ходил ужинать с женой в ресторан, и действительно просил беспокоить только в самых крайних случаях. И анонимная наводка на не самую опасную банду в округе действительно того не стоила.

— Хорошо, — кивнул инспектор Годфри, наливая кофе, — вы решили делать облаву по анонимной наводке. Что дальше?

Подготовка операции прошла гладко: Гиаказуйя набрал пять добровольцев, получил соответствующее снаряжение и раздал всем указания. На дроне все выдвинулись к ближайшей окраине леса, потом спешились и продолжили движение на своих двоих.

Около 21:45 уже почти добравшись до точки, полицейские услышали рёв, грохот и всполохи огня вдалеке. Они ускорили движение (однако переходить на бег не стали) и через несколько минут вышли на поляну рядом с пещерой, по которой были разбросаны вещи. А в пещере копошилось огромное существо.

— Почтовый дракон? — решил опередить рассказ Годфри, открывая дверь своего кабинета.

— Так точно. Как Вы догадались, сэр?

— А других сюда не пускают.

— И правда, — подивился дежурный.

— А куда делись братья?..

— Не могу знать.

— Лааадно, — задумчиво протянул инспекотор, кладя папку на стол и усаживаясь в кресло, — И что сделал дракон?

— Напал на нас!

— Прям напал?

— Ну, он… вообще-то он просто развернулся. Но у него на шее болтался почтовый мешок, и в нём кто-то был!

— Так, — сказал он и интонацией “Продолжайте”.

— И мы его усыпили сонным порошком, — как-то резко и скомканно завершил рассказ дежурный.

Инспектор откинулся в кресле и закрыл глаза, положив ладонь на лицо.

— Где дракон сейчас?

— Здесь, в Управлении, сэр, в ангаре для дронов, на цепи.

— Хорошо. А жертва?

— Жертва?

— Ну кто там барахтался в мешке?

— А, девушка, лет двадцати, темноволосая. В изоляторе. Спит.

— Что?

— Ну она ведь была совсем рядом с драконом, когда мы его усыпляли. Так что и ей досталось.

— Личность установили?

— Никак нет.

— В каком она состоянии? Синяки, порезы?

— Насколько я могу судить, сэр, она в полном порядке. Просто спит.

— Ясно. Место у пещеры обследовали?

— Да. Нашли тарелки, кружки, множество мужских предметов одежды и три спальных мешка.

— Значит, братья там были?

— По-видимому, да. Утром отправим ещё один отряд, чтобы изучить местность при свете солнца и привезти все улики в Управление.

— Как думаете, что с ними стало?

— Честно?

— Нет, я хочу, чтобы ты мне соврал.

— Мне кажется, что их сожрал Дракон, — испуганно съёжился на стуле Гиаказуйя.

— Ого, — подивился Инсперктор, — А почему тогда девушку… не стал?

— Не знаю, может, оставил на потом?

— Хм, ладно. Итого, каково Ваше предварительное заключение, дежурный?

— Операция по поимке банды братьев Павощукоцких провалена. Однако был пойман дракон, совершивший агрессию против человека. По-видимому, даже не одного. А значит, в соответствии с Антидраконьей директивой, Королевство Брета-Кол-Бимин-Стар-Собариано-Банадай сможет объявить драконов Королевства А опасными для любого разумного человека тварями, его жителей — дикарями, и, как следствие, закрыть свои границы. И тогда во всём мире к нам начнут прислушиваться и пользоваться нашими дронами, о чём так мечтает наш Король, — с молодецкой радостью выпалил дежурный, — А нас наверняка ждут премии от его Величества… — добавил он мечтательно.

— Дааа, — протянул инспектор, закуривая сигарету, — Ну и буйное у тебя воображение, сынок. Давай-ка пройдёмся!

Инспектор поднялся из кресла и стал обходить стол. Дежурный озадаченно наклонил голову, но встал и последовал за старшим по званию.

— Впрочем, у меня в твои годы тоже было фантазий — мама не горюй! Вот скажи мне, — продолжил Тир, выпуская молодого человека в коридор, — драконы пользуются тарелками?

— Нет, не думаю, сэр.

— Таак. А ты когда-нибудь чебуреки в “Центральной” ел?

— Нет.

— Воот. А зря — обязательно сходи, очень вкусные и сочные, — инспектор уловил непонимание на лице дежурного, — Тогда спрошу так: как ты думаешь, легко ли съесть чебурек, не пролив вот этот сок, который внутри? Конечно, если его много.

— Тяжело?.. — неуверенно ответил дежурный, всё ещё не понимая, куда клонит начальник.

— А теперь представь: Ты — дракон. У тебя есть три здоровенных чебурека, наполненных кровью и всякой всячиной. И это не какие-то новомодные маленькие чебуречки, которые ты можешь проглотить в раз, как какой-нибудь пельмень. Нет, это нормальные такие чебуреки, которые надо держать двумя руками и вгрызтаться в них, разбрызгивая сок.

Лицо дежурного преобразилось от осознания, к чему ведёт инспектор.

— Кровь! — воскликнул дежурный, — Если бы он их съел — всё вокруг было бы залито кровью! — он подумал, грызя ноготь мизинца и водя глазами справа-налево и разочарованно добавил, — А крови на месте преступления — не было. Нигде не было!

— То-то же. Значит, наш дракон никого не ел. По крайней мере, этой ночью.

— Но… а как же девушка в мешке?

— Ну её-то он уж точно не ел, если она, как ты говоришь, трепыхалась в мешке. И сейчас целёхонькая спит у нас в изоляторе.

— Но ведь он мог её похитить!

— Ты сказок на ночь начитался что ли? — рассмеялся инспектор, — Мешок почтовый?

— Да.

— Значит, всё просто: она — его посылка, он её доставляет. А значит, злодей в этой истории — тот, кто отправил этот мешок! Его-то нам и предстоит найти, — победно произнёс инспектор и озадаченно посмотрел на открытую решётку изолятора перед собой.

— Дежурный, — снова наигранно-озадаченным голосом сказал Годфри, — Это здесь была девушка?

Вдруг в коридор ворвалось отдалённое и приглушённое эхо чьего-то громкого рыка.

Ри медленно открыла глаза и даже не удивилась тому, что обнаружила себя в пустой комнате, лежащей на неудобной дощатой скамейке. В последнее время пейзажи перед глазами менялись с такой скоростью, что сложно было за ними уследить. После того, как двадцать лет томишься в пределах одного замка, а потом несколько недель готовишь план побега, и когда вдруг обретаешь свободу и всё идёт не по плану — мозг просто отказывается испытывать эмоции. Или, точнее, испытывает их все одновременно.

Продолжая лежать на скамейке девушка закрыла глаза, сделала глубокий вдох и выдох, а потом снова их открыла. Ничего не изменилось. Тогда она с усилием перевела корпус в вертикальное положение и внимательно осмотрелась.

Комната, в которой она очнулась, оказалась небольшой, метра три вдоль каждой из стен, стены эти без окон были выкрашены в голубой цвет, а пол — в грязно-серый (впрочем, возможно, он не был окрашен вовсе). Прямо напротив Ри красовалась решётка с массивным навесным замком.

Слегка качнувшись, Ри поднялась на ноги и тихонько подошла к решётке, слыша только свои шаги. Молчаливый коридор, в который выходил дверной проём, вёл налево и направо, насколько она видела. Где бы она ни оказалась, оставаться здесь у неё не было ни малейшего желания.

Ри покопалась у себя в волосах и выудила оттуда заколку, а потом ещё одну, сложила их вместе и протиснула руку сквозь прутья решётки, почувствовав, как всё ещё болят запястья. Поначалу замок не хотел поддаваться, но стоило ей закрыть глаза и сосредоточиться на ощущениях в пальцах, как он с отчётливым металлическим щелчком выпустил всё копившееся механическое напряжение.

Девушка выдохнула, сняла массивный замок с петли и медленно открыла решётку. Петли тихо заскрипели, но коридор на это отреагировал только ещё более тихим эхо. Тогда, прочитав в голове детскую считалочку про двух гусей и курицу, которая оказалась не уткой, она быстро и практически бесшумно, двинулась в выбранном направлении, продолжая прислушиваться к внешним звукам.

Один коридор переходил в другой, в третий, четвёртый. Тех, откуда раздавались голоса, Ри избегала, но старалсь не оставаться на одном месте и двигаться вперёд сама не до конца понимая, куда именно. Люди за дверьми, мимо которых Ри ловко проскальзывала, были увлечены своими вещами: обсуждали вчерашний матч по скрэтчболуу, какую-то пьяную драку, которую пришлось разнимать, достоинства и недостатки разных колбас и негодяев-врачей, которые запретили алкогольные возлияния. Разговор за одной дверью особенно привлёк Ри:

— Где дракон сейчас?

— Здесь, в управлении, сэр, в ангаре для дронов, на цепи.

Девушка молча сжала кулак в победном жесте: теперь она знала, куда ей надо. Она покрутила головой, нашла нужную вывеску и продолжила медленное, но скрытное движение. И ещё несколько напряжённых минут спустя, оказалась у ворот ангара. Дракон, закованный в цепи, лежал буквально в нескольких метрах, но перед ним стояли трое. Они шумно перешёптывались и переминались с ноги на ногу, разглядывая диковинного зверя.

Ри осмотрелась и, увидев надпись “Гардеробная” на одной из дверей, быстренько нырнула в неё, нашла на одной из полок такую же униформу, как у молодёжи в ангаре, натянула её прям поверх своего сарафана, и ощутила себя рыцарем в доспехе: не столько защищённой, сколько скованной в движениях. Но переодеваться было уже некогда.

“Ну ничего, их ведь надо всего лишь напугать, они не будут смотреть на то, как я хожу!” — подумала она и направилась в ангар.

И тут её взгляд упал на их обувь. Её кожаные свободные ботинки без жёсткой подошвы никак не были похожи на их мощные сапожищи. Но двигать назад было уже поздно.

— Чего встали? Это вам не музей, молодёжь! — резко вступила она.

Молодые люди обернулись на её крик. Однако, напуганы они отнюдь не были.

— Нам ночной дежурный сказал караулить дракона, — начали они спокойно, — Вот мы и стоим. А ты кто?

Они разворачивались к ней и сапоги их скрежетом и стуком плотных подошв об серый пол вышибли все мысли из её головы.

— Я… — чтобы не поплыть от волнения она вернула себя к реальности, ущипнув ногтями ладонь, сглотнула ком, вставший поперёк горла и заговорила уверенно, — Я из службы по контролю за драконами.

— А чего же вы тогда так испугались?

— Да просто… впервые вижу живого дракона, — быстро сориентировалась девушка, — У нас же они обычно сразу мёртвые.

— Так “контроль” — значит “убийство”? — сторожа засмеялись, — Я думал мы его сами убьём!

— Да, “контроль” значит “убийство”, потому что Король ненавидит драконов. Только сами вы его не убьёте, — и наигранно покачала головой из стороны в сторону.

— Да чего ж не убьём? Убьём. Он же троих сожрал! Разбойников, правда, но ведь и они — люди! А дракон не должен наносить вред человеку!

— Нет-нет-нет-нет, — затароторила диверсантка, — Вы не понимаете.

— И чего же?

— Утилизация драконов — трудоёмкий процесс. Ну убьёте его вы, а тушу потом куда? А у вас тут врач есть, который проведёт вскрытие и подтвердит, что внутри дракона три полупереваренных человеческих трупа? Или вы сами хотите покопаться в его внутренностях? А оборудование у этого врача соответствующее есть? А вонь вы его как будете вытравливать потом? А вы знаете о том, насколько опасна драконья желчь? А как утилизировать щелчковидную железу кто-нибудь из вас слышал?

Юноши задумались и неуверенно переглянулись. Им явно стало не по себе от таких разговоров.

— То-то же. Освободите помещение, — наконец возвестила спокойным и уверенным тоном Ри, почувствовав, что перехватила контроль за ситуацией, — Мне надо подготовить дракона к транспортировке, скоро за ним прилетят.

— Так это, мы помочь можем, — неуверенно подали голос

Ри посмотрела на них так выразительно, что сапоги, более не страшные, спешно затопали подошвами по полу и троица пулей вылетела из ангара. Она выждала, пока они свернут в ближайший боковой коридор, и задвинула засов на двери. Тревогу должны были поднять вот-вот, и эта мера предосторожности могла спасти ей жизнь.

Потом девушка подбежала к Дракону и положила ему руку на морду. Дракон, всё это время наблюдавший за происходящим только глазами (потому что тело его было надёжно опутано цепями) втянул воздух и, почувствовав знакомый аромат, оживился.

— Так, слушай, дракон, у нас мало времени, — начала она быстро, но спокойно, — Я знаю, что я для тебя — просто посылка. И ты думаешь только о том, как меня доставить. Но я отпущу твои цепи только при одном условии — если ты обещаешь не совать меня в мешок. Понял?

Дракон посмотрел на Ри, потом на стену за ней, потом на потолок, а потом моргнул. Девушке показалось этого достаточно.

— И ещё одно: пока я снимаю цепи, не дёргайся. Стой смирно. Понял?

Дракон снова моргнул, даже дважды.

Когда последняя из цепей со звоном упала на землю, Ри взобралась на холку Дракона. Тот издал радостный рёв освободившегося зверя и, игнорируя запертую дверь, устремился вверх, к выходу из ангара, которым пользовались летающие дроны, цепляясь за стены когтистыми лапами. Меньше, чем через минуту он уже стоял на крыше и смотрел на просыпающийся город Зю.

— Ну, в Замок Б, малыш! — неожиданно радостно даже для себя крикнула Ри, и они вместе взмыли рассветную ввысь над городским дымом.

— Осталось последнее дело, — твёрдо сказала она, когда Дракон набрал высоту и на горизонте показался Замок Б.

Твёрдая земля под ногами Ри резко пропала и она ощутила, как падает в неизвестность. Не успела девушка даже вкрикнуть, как ноги уже ударились обо что-то твёрдое. Сверху что-то металлически загрохотало и её новую камеру, ещё более скромных размеров, чем предыдущая, накрыло решёткой.

— Ты могла полететь куда угодно, — произнёс издалека учтивый голос с лёгкой издёвкой, — но всё равно вернулась в мои объятия, как мотылёк летит на огонь, не в силах бороться со своей природой!

Принц При встал на её решётку и посмотрел вниз, сквозь прутья. Ри молчала.

— Что, удивлена такой перемене? Что учтивый, милый и обходительный Принц на самом деле поймал тебя в клетку? Думаешь “А вдруг он это всё шутит?” “А вдруг сейчас выбегут клоуны, и меня выпустят?” — выдал Принц кривляясь и изображая женский голос, но вдруг помрачнел, — Нет! — резко крикнул он и топнул по решётке.

Ри не двигалась.

— Знаешь, а для принцессы ты смелая, этого у тебя не отнять, — снова начал Принц с одобрением, — Через столько всего пройти за сутки! И не тронуться умом, даже не заплакать. Твоя жизнь столько раз висела на волоске, наверное, это страшно, да?

Ри молчала.

— А ты ведь, наверное, и не догадывалась, что это всё — моих рук дело? — начал При, расхаживать по залу, размахивая рука, — Что я уже с десяток таких глупышек, как ты, отправил на драконах в разные уголки мира и подстроил ка~ждой особенный приём. Понимаешь, ка~ждой! Ой, сколько сил у меня на это ушло. И денег. И сил, потому что каждую надо было таааак долго уговаривать сбежать со мной. Но всё же больше денег. Ты бы знала, сколько стоит сердце принцессы, сама бы с радостью продала своё! Ахахах! — он засмеялся истерическим смехом.

Ри закрыла глаза.

— Что, не хочешь меня видеть? — произнёс обиженный голос принца издалека, — Ну и ладно, — тут же добавил он шёпотом совсем рядом с её ухом.

Ри изумлённо распахнула глаза и инстинктивно отшатнулась. Принц стоял рядом с её клеткой в темноте. Но не сверху, а сбоку.

— Те-ле-порт, — произнёс принц смакуя каждый слог и переносясь в новое место, чтобы его озвучить, — Я умею быть везде. И нигде. Я могу незаметно подрабатывать на почте, а могу — звонить по телефону и оставлять анонимные наводки для полицейских в городе Зю. Я могу соблазнять принцесс, а могу руководить шайкой отпетых разбойников. Я — наследный Принц Королевства Брета-Кол-Бимин-Стар-Собариано-Банадай. Сын не нынешнего Короля Сюси-Пуси, который не может даже подбородок вытереть во время обеда, а подлинного, настоящего Короля!

Ри знала эту историю. Когда-то Королевство А и Королевство Б составляли единую Империю Абельгумин-Баттарадж. Во времена правления Императора Каллия, впоследствии получившего прозвище ”Безумный”, обиженного даже на собственное имя, среди прочих безумных и весьма неоднозначных был издан указ о сокращении названий всех топонимов до одной буквы, а имён людей — до одного слога.

Также именно он приказал Академии придворных магов и волшебников разработать магические процедуры для одомашнивания драконов. И, внезапно, оказалось, что это умные животые, которые отлично поддаются дрессировке и могут прекрасно ладить с людьми!

Однако остальные причуды императора Ка мало-помалу довели народ до красного каления. И правителя подняли на вилы, не крестьяне даже, а дворцовая же стража, которой было приказано большие пышные розовые парики, неудобные воротники и устрашающе-огромное (но сделанное из бумаги и палок) оружие. Однако ввиду того, что мятеж был эмоциональным порывом, ничем хорошим это не закончилось: в Империи началась смута и разброд, несколько императоров сменили друг друга в течение нескольких месяцев, а закончилось всё разделением Империи на два Королевсвтва: А и Б.

Королевство А в память о безумном Императоре и ужасах смуты приняло решение оставить закон об именах и топонимах в силе, а также расширять сотрудничество с драконами: так появились в том чилсе почтовые драконы.

Королевство Б пошло по пути отказа от своего исторического наследия: вместо “Б” оно стало называться “Брета-Кол-Бимин-Стар-Собариано-Банадай”, та же метаморфора бессмысленного разбухания приключилась и с именами граждан. От помощи органических драконов — отказались, потратив добрый десяток лет на разработку механических заменителей, которых назвали “дронами” (по сути, из слова “дракон” просто выкинули две буквы). Всем загадочным и магическим диковинкам Королевства А, вроде “пыли забвения”, учёные и инженеры Королевства Б разрабатывали научную альтернативу, вроде “сонного порошка”.

Долгое время между Королевствами А и Б сохранялся нейтралитет, пока к власти в Б не пришёл Король Каллурик-Олиткин-Зодок-Екзабир-Лрконьжевский, агрессивный, тираничный и всем сердцем ненавидевший Королевство А, по причинам, которые он никому никогда не объяснял.

Ненависть его была сильна настолько, что едва вступив на трон он разоравал дипломатические отношения с Королевством А и три года к ряду отказывался их восстанавливать хоть в каком-то виде. Потом советники всё же достучались до него, ведь во всём окружающем мире Королевство Б, несмотря на свою техническую прогрессивность и инженерные достижения, считалось страной пугливых параноиков, с которыми невозможно вести дела. Когда наконец король Каллурик передумал, делегация из королевства А прилетела — он самолично схватил копьё одного из стражников и бросился на дракона посла.

От полученных ран Каллурик-Олиткин-Зодок-Екзабир-Лрконьжевский скончался на месте, а трон перешёл к его младшему брату, который настолько ужаснулся увиденному, что только советники уговорили его не закрывать опять границу немедленно. Но тогда и появилась Антидраконья директива: указ, в соответствии с которым если на территории Королевства Б дракон нападёт на человека, Королевство Б имеет право закрыть свои границы. Король считал, что это положительно скажется на политическом образе королевства в глазах окружающих стран и смотивирует соседей закупать их дронов.

— Неужели ты думаешь, что я не знаю твою ущербную историю? — едко заметила Ри.

— Ой, ну зачем же грубить. Я ведь для тебя стараюсь! Чтоб тебе не было скучно, — по-прежнему театрально перебирая интонации ответил Принц, будто не зная, как именно он хочет звучать: устрашающе, интригующе или смешно.

С улицы что-то громыхнуло, и принцесса легонько улыбнулась.

— Что там ещё? — недовольно взвизгнул Принц.

Ответ он получил после секундной паузы: дверь в комнату слетела с петель, выбитая огромным металлическим дроном, врезавшимся в неё. Вслед за ним в задымлённый проём просунулась голова Дракона.

— Тебя же должны были убить! Мои дроны! — в истерике закричал При и исчез.

Дракон рыкнул и, не обращая внимания на загадочные перемещения Принца, подбежал к клетке и одним движением мощных лап оторвал решётку и протянул принцессе хвост.

В этот же момент в помещение вкатились пятеро дронов, вооружённых арбалетами, и наставили их на потенциальных беглецов. Дракон и Ри остановились озираясь по сторонам.

Где-то наверху, на балконе, наблюдая за этой картиной залился смехом Принц.

— Ахахахахахха! Умрите, жалкие недолюди и недодраконы! — завопил Принц, — Весь мир должен знать, что драконы — это настоящее зло, и пользоваться для доставки НАШИМИ механическими дронами!

Принцесса отвлеклась от угрозы расстрела и повернулась к смеющемуся маньяку.

— Так это всё… ради денег?

— Конечно, а разве стоит ещё что-то в этой жизни столько усилий?!

Ри снова решила промолчать. Как вдруг почувствовала прикосновение к своему плечу и увидела, как Дракон, расставив лапы, пытается закрыть её от стрел.

— СЕЙЧАС ВЫ УМРЁЁЁЁТЕ! — завопил Принц не своим голосом.

Но ничего не произошло.

— Дроны, пли! — попытался он ещё раз.

И снова тишина.

— Хорошо, Король любит, когда всего по три. Дроны — ОГОНЬ!

И совсем ничего.

— Принц При, — вдруг гулко раздался в помещении голос инспектора Годфри, — Вы когда-нибудь задумывались о том, как причудливо устроены механизмы, и в частности — такие любимые вами дроны-транспортировщики и боевые дроны?

— Что? Как вы здесь оказались? Что вы здесь делаете?

— У механизмов есть строгая иерархия тех, кто может отдавать им команды. На первой ступени — их непосредственные владельцы, на следующей — их создатели и службы по контролю за поведением дронов, коих милостью нашего славного короля развелось больше, чем министерств, которые решают человеческие проблемы, и ещё выше — мы, силы правопорядка и армия, и кого дроны совсем не могут ослушаться — это представители царской семьи. Как Вы думаете, почему эти дроны перестали Вас слушаться и не пристрелили этого славного и милого дракона?

Принц молча глазел на собравшихся в помещении.

— Принц При, сообщаю вам, что вы прижизненно лишены своего титула престолонаследника и более не являетесь гражданином Королевства Брета-Кол-Бимин-Стар-Собариано-Банадай. На время расследования ваших многочисленных и злостных преступлений Вы будете переданы под стражу полиции города Зю. И просто напомню: ваше телепортационное устройство тоже не будет больше работать. Дроны, привести приговор в исполнение.

Принц, наконец, очнулся и со всех ног побежал куда-то вглубь замка. Дроны убрали оружие и с равномерным жужжанием гурьбой отправились за ним.

Инспектор подошёл к расслабившейся Ри и протянул той заколку, оставленную в замке её камеры.

— Кажется, Вы это забыли, — улыбнулся он.

Вернув принцессу Ри в Замок А, Дракон получил свою заслуженную награду: целого барана, зажаренного на вертеле до хрустящей корочки. Он сначала суетливо побегал вокруг него, обнюхал со всех сторон, облизнул несколько раз, а потом впился зубами в сочное мясо, забрызгиваясь соком.

Дракон объелся так, что шлёпнулся на землю, как большой и довольный чешуйчайтый мешок картошки и захрапел.