Червь/Genshin Impact
Сперва явилась вспышка молнии, и мир преобразился. Затем прозвучала песнь свободы, и мир погрузился в слух. Следом явилась мудрость, чей сад даровал многим надежду. За ней пришла любовь, и сковала мир своим льдом. Теперь, на сцену выходит справедливость.

--------------------------------------------------------------------------------

Кеничи бежал. Слёзы текли по его лицу, дыхание сбивалось, а дешёвые офисные туфли шлёпали по мокрому асфальту. Он сорвал с себя галстук и швырнул в сторону — лишь бы хоть немного увеличить дистанцию, выиграть ещё секунду жизни. Вокруг, со всех сторон, раздавались крики. Люди бежали — сотни, тысячи. Матери, прижимавшие к себе детей. Старики, ковылявшие из последних сил.

Впереди упала пожилая женщина — оступилась, спасая свою жизнь. Два подростка перепрыгнули через неё и продолжили бежать. Кеничи почти поступил так же, но не смог. Он остановился и помог женщине подняться.

— Давайте, тётушка, нужно уходить! — сказал он, чувствуя, как кто-то толкает его сзади в панике.

— С-спасибо, — прохрипела она, опираясь на него.

Кеничи помог ей сделать несколько шагов и оглянулся — сердце ухнуло вниз.

За спиной поднималась стена воды. На её фоне виднелась тёмная фигура. Похоже, пламя того дракона уже погасло.

А впереди происходило что-то странное.

Из толпы вышла женщина — в фиолетовом кимоно с вызывающе коротким подолом. Она двигалась плавно, с ленивой грацией, будто происходящее вокруг не имело к ней отношения. В её фиолетовых глазах сверкало любопытство. Люди, понимая, что перед ними парачеловек, расступались, уступая ей дорогу.

— Странно… Я не помню этих земель, — тихо прошептала женщина.

— Помогите! — крикнул Кеничи, когда на город обрушилась ревущая волна. Он зажмурился, таща за собой пожилую женщину, пытаясь обойти парачеловека. — Боги… прошу… помогите нам!

— Ты был услышан, — ответил голос.

Даже сквозь закрытые веки Кеничи на секунду ослеп от невероятно яркого света. Он упал на землю. Когда открыл глаза, увидел женщину — она стояла перед ним с сияющим мечом в руках. Стена воды была рассечена надвое, и за ней показалось чудовище, бьющееся в ярости. Кейп, принявший облик дракона, всё ещё сражался, став ещё больше прежнего, но цунами остановилось.

— Что… — выдохнул Кеничи. Он моргнул и посмотрел на женщину с мечом. — Я… спасибо вам.

— Хм. По крайней мере, ты говоришь на языке Инадзумы, — заметила она, глядя на него сверху вниз. — Не бойся, смертный. Твоя богиня явилась.

Кеничи лишь стоял, онемев от ужаса и благоговения. А женщина, чуть улыбнувшись, поднялась в воздух.

— Что ж… начнём.

***

Кента снова врезался в Левиафана, рыча от боли и ярости. Он ещё никогда не был таким огромным — его пламя плавило стекла на руинах зданий, превращая их в тягучие нити расплавленного света.

И всё же он проигрывал.

Он взревел от ярости, когда Левиафан снова сбил его с ног. Гигант пытался подняться, но неумолимые волны вновь и вновь обрушивались на него. Кента верил, что достаточно силён, чтобы сразиться с Губителем, что выбрал удачный момент для боя.

Он ошибался.

Сильно ошибался. Но умирать без боя не собирался.

Поднявшись, Кента заметил, что Левиафан отступает. Их схватка длилась, казалось, целую вечность — хотя, вероятно, прошло меньше часа. Всё это время противник не знал усталости, не давал передышки, отбиваясь от десятков других паралюдей, но не отвлекаясь ни на миг от него. И всё же сейчас чудовище пятилось, отворачиваясь.

— НЕТ, ТЫ НЕ ПОСМЕЕШЬ! — взревел Кента и тут же потерял равновесие, когда гигантская волна сбила его с ног.

Но он успел увидеть.

Левиафан резко метнулся в сторону — прямо перед ним из земли взвился столб молнии. Кента успел увидеть, как ослепительно-фиолетовая вспышка ударила в полуразрушенный небоскрёб и одним движением рассекла его надвое. Здание рухнуло, обрушивая за собой другие, и целый квартал сложился, словно карточный домик.

— Что за… — только и выдохнул он.

Ему пришлось зажмуриться, когда следующая молния разорвала тьму небес. Но останавливаться он не собирался — прыгнул вперёд, врезаясь в Левиафана всем телом, сбивая чудовище с ног. Оба рухнули, превращая в руины очередное здание.

Но раньше Губитель лишь играл с ним. Теперь Левиафан показал, насколько силён на самом деле. Он с ревом сбросил Кенту с себя и взревел — звук был странный, нечеловеческий: смесь пения кита и хрипа хищника. Кента отбросило прочь, в мутную воду, усеянную обломками. Даже падая, он успел заметить, как Левиафана подхватил ослепительный взрыв и отбросил в воздух, куда-то в сторону, в стремительно отступающую волну.

— Дракон. Ты — достойный воин, — раздался женский голос. — Скажи же мне, что это за земля?

Моргая, Кента огляделся. Несколько секунд он никого не видел — пока не посмотрел вниз. У его ног стояла женщина в фиолетовом одеянии, с мечом, сияющим мягким светом. Она смотрела на него спокойно, без страха и без высокомерия.

— Я… это Япония. А ты кто? — спросил Кента.

— Япония, — задумчиво повторила женщина. — Интересно. А где она находится? — её голос звучал четко несмотря на шум прибоя.

Кента моргнул. Воды было едва по щиколотку — а ведь сейчас он был почти десятиметрового роста. Но как тогда она...

— Ты стоишь на воде, — сказал он, сам удивившись, насколько глупо это прозвучало. Он встряхнул головой. Наверное, слишком много ударов получил. — Неважно. Ты сразишься со мной против Левиафана?

— Так вот как зовут этого зверя? — женщина повернулась к морю. Вдалеке снова взревел Левиафан, поднимая вокруг себя стены воды высотой с дом.

Как парачеловек может не знать имя Губителя, появившегося три года назад?

Хотя… сейчас было не время задавать вопросы.

Кента глубоко вдохнул и выпустил струю пламени — вода на пути его дыхания мгновенно превращалась в пар, но стены воды всё равно рванули вперёд, быстрее поезда.

— Вспышка небес!

Воздух… согнулся. А потом разорвался. Волны будто схлопнулись сами в себя, и поток рассыпался на дождь. В небе открылось ослепительно-фиолетовое око, и Левиафан, взвыв от боли, отступил, пошатнувшись под его светом.

— Хм. Неподходящее место для битвы, — заметила женщина.

Кента моргнул и посмотрел в сторону. Она больше не стояла на воде — теперь парила в воздухе, окружённая мерцающим фиолетовым ореолом.

— Дракон, — произнесла она властно. — В каком направлении нет людей?

— Эм… — Кента обвёл взглядом горизонт, пытаясь сориентироваться. Через несколько секунд он указал туда, где, как ему казалось, должен быть берег. — Вон там.

— Прекрасно.

Женщина исчезла в ослепительном разряде молний. Левиафан рванул вперёд, но его когти рассекли лишь воздух. В следующее мгновение небо расчертили десятки молний, вонзившихся в чудовище. Удары гнали его всё дальше, прочь из центра Нагасаки.

На короткий миг Кента подумал отступить. Он был выжат до предела, понимал, что силы неравны. Но позволить какой-то женщине превзойти себя? Никогда.

Словно дикий зверь, он взревел и ринулся вперёд, с оглушительным ревом, волоча за собой хвост, словно горящий хлыст.

Сначала они мешали друг другу — точнее, медлительный Кента мешал ей. Но вскоре нашли ритм. Женщина двигалась с такой скоростью, что даже усиленные чувства Кенты не поспевали за ней. Казалось, она способна телепортироваться — появлялась то с одной, то с другой стороны, атакуя Левиафана со всех сторон и неумолимо оттесняя чудовище к морю.

Кента действовал как загонщик, не давая твари вырваться из окружения. Он вновь попытался сразиться с ней лицом к лицу — тело росло, пока он не стал выше самого Левиафана, почти двенадцатиметровым гигантом. Но вода била со всех сторон, швыряла его, сбивала с ног — и всё же он не сдавался.

Теперь Левиафан выглядел загнанным. На чешуе зияли раны, тело чудовища раз за разом сотрясалось от ударов. Он бил хвостом, когтями, клыками; поднимал волны и выпускал водяные струи, способные рассечь сталь, но всё это не могло поразить женщину. Когда атака всё же достигала цели, женщина отражала её с невообразимой лёгкостью — одним взмахом меча отводила коготь, больше неё самой, или перенаправляла удар хвоста в землю, будто играючи.

Минуты сражения тянулись, пока бой не сместился в бушующие воды залива Нагасаки. Левиафан мчался по волнам, скользя в своей стихии, а Кента, наоборот, пробивался через прибой с трудом. Женщина же — стоило ей лишь коснуться поверхности — скользила по гребням волн, как танцовщица.

— Мне это наскучило, — наконец сказала она, поднимаясь на уровень головы Кенты. — Это создание слишком проворно. Оно уходит от моих ударов. Можешь заставить его уйти?

— Возможно, — тяжело выдохнул Кента. Пар клубился вокруг его лица, превращая дождь в пар. — Но, если уйдёт… всё равно вернётся.

— Хорошо. Я не потерплю такого тяжкого оскорбления. Сможешь ли ты замедлить эту тварь? — спросила она.

Кента задумался.

— На время. Недолго. Зачем? — ответил он.

— Я нанесу такой удар, который никто не в силах пережить, — сказала женщина. — Удержи его на месте хотя бы пару мгновений.

Кента рассмеялся.

— Леди, Губителей не убивают. Они — как боги.

Уголок её рта дернулся в улыбке.

— Я много раз билась с богами. Никто из них не выжил.

Кента не сразу поверил.

— Кто вы? — спросил он, хотя уже чувствовал, что получит странный ответ.

— Я — Райдэн, архонт Инадзумы, богиня грома. А как тебя зовут, смертный?

За её спиной и в её глазах вспыхнула молния, и в этот миг Кента уверовал. Он сделал то, чего прежде никогда не делал — ни до триггера, ни после.

Он поклонился.

— Я — Кента, известный как Лунг.

Она кивнула.

— Ты бьёшься достойно, Лунг Кента. Я не могу обещать, что ты не погибнешь вместе с тварью когда я атакую. Немногие до тебя пережили хотя бы касательный удар Мусо-но-Хитотачи. Удержишь ли ты зверя?

Кента обернулся к Левиафану — тот уходил вдоль побережья, словно решив, что сражался с этими двумя паралюдьми достаточно долго. Только вот... Кента не был уверен, что Райдэн — парачеловек.

Неужели перед ним сама Аматэрасу, снизошедшая спасти Японию в её последний час? Или, может, это живое воплощение Сусано?

Он не знал. Но он верил.

— Ради возможности сразить Губителя я готов отдать свою жизнь, — прорычал Кента. — Пусть моё имя станет легендой. Атакуй и не думай о моей жизни, Райдэн.

Она кивнула. И Кента, собрав остатки сил, рванул вперёд — сквозь шторм и пену, навстречу чудовищу. С последним, отчаянным рыком он врезался в Левиафана. Тот будто распахнул объятия, принимая вызов. Они сцепились, и Кента сумел захватить тварь, удерживая её лишь на мгновение — и всё же достаточно, чтобы подарить шанс для атаки.

— СЕЙЧАС, РАЙДЭН! — взревел он.

Он поднял взгляд — и увидел вспышку молнии.

— ТЕПЕРЬ ТЫ ПАДЕШЬ!

И небеса разверзлись. В её глазах Кента увидел Истинную Вечность в глазах бога.

Мир ослепительно вспыхнул. И осталась только боль.

***

"Продолжают поступать сообщения о двух неидентифицированных паралюдях, сражающихся с Левиафаном. Похоже, они покинули город после более чем получасового боя. Есть основания полагать, что Губитель отступил," — звучал голос диктора.

Дэниэл устало вздохнул и посмотрел в окно на серое утро. Скоро пора было выходить на смену.

Иногда он просто чувствовал себя выбитым из сил. Похоже, Нагасаки удалось избежать полного разрушения, но доки и порт — всё в хлам. Он жалел своих товарищей-докеров, своих братьев, свою семью. Ещё один удар по мировой торговле.

Сколько ещё они выдержат? Сколько кораблей утонуло во время этой атаки?

— Милый, помоги Тейлор! — позвала сверху жена, Анетт. — Она опять… у неё происшествие. Мне нужно постирать постель.

— Конечно, дорогая, — откликнулся он, отставляя тарелку с завтраком и подавляя стон.

Опять? Тейлор уже четыре — разве это не должно было пройти? Хотя, если подумать… вчера она легла спать напуганной, всё время слушала разговоры об атаке Левиафана.

Он нашёл дочь в ванной — она сидела на унитазе, с виноватым видом.

Дэниэл включил воду и улыбнулся ей, стараясь говорить мягко:

— Всё в порядке, малышка. Бывает, ничего страшного. Испугалась, да?

— Мне приснился кошмар, — призналась Тейлор, глядя в пол. — Про рыбного монстра.

Эти слова кольнули Дэниэла. Он поморщился, чувствуя себя виноватым — не стоило Тейлор видеть кошмары о Губителях.

Он помог дочери забраться в душ, а сам вышел в коридор, чтобы послушать новости по телевизору. Немного совестно, конечно… но всё же нужно было знать, что происходит.

"…японские власти продолжают утверждать, что эвакуация идёт по плану. Паралюди сдерживают Левиафана, выигрывая для Нагасаки драгоценное время. По последним данным, бой сместился в сторону залива."

Мимо прошла Анетт — усталая, растрёпанная, но собранная.

— Спасибо, — сказала она, устало улыбнувшись. — Я думала, ты уже ушёл.

— Слушаю новости, — Дэниэл кивнул на экран. — Видишь? Я же говорил, всё решится в ближайшие дни. Слава богу, что это произошло не у нас.

— Значит мы продолжим спокойную жизнь, — отозвалась Анетт и направилась на кухню. — Слушай, сможешь забрать Тейлор из садика? У меня встреча со студентами, надо помочь с отчётами к концу семестра.

— Это ведь ещё не скоро? — уточнил он, потом добавил, — Ладно, постараюсь. Только на работе будет ад — все опять в панике, как-никак ещё один порт в руинах.

Он подошёл к окну. На горизонте едва тлел рассвет, неуверенно пробиваясь сквозь облака.

И вдруг — моргнул.

Небо стало фиолетовым.

В тот же миг свет в доме погас — и Тейлор закричала.

Дэниэл уже хотел броситься к ней, но застыл, раскрыв рот: по небу, выкрашенному в странные цвета, разлилось свечение, похожее на северное сияние. И тут… что-то случилось.

Громыхнуло так, что заложило уши.

Анетт вскрикнула и подбежала к окну.

— Боже мой! Авария! — она сорвалась с места и выбежала на улицу.

Дэниэл, очнувшись, бросился за дочерью — вытащил её из душа, завернул в полотенце. Пока он успокаивал её, в доме снова загорелся свет.

— Дэнни! Звони в 911! — крик донёсся с улицы.

Он подбежал к телефону у окна и глянул наружу. Анетт стояла возле седана, врезавшегося в фонарный столб. За рулём — женщина, вся в крови, с пустым, растерянным взглядом.

Дэниэл схватил трубку, набрал номер — но на линии были короткие гудки.

Занято. Как такое возможно?

— Папа, папа, смотри! Он умер! — позвала Тейлор.

Он обернулся к телевизору. На экране дрожал репортёр, всё ещё поражённый происходящим:

— Приносим извинения за перебой в трансляции — произошёл краткий сбой электросети. Но, по последним данным, Левиафан был... убит. Первые сообщения вызывают сомнения, но… мы передаём кадры прямо из Японии.

Картинка на экране дрожала — всё было размыто из-за дождя. Но среди бушующих волн что-то плыло по воде. Камера приблизила изображение: тело, похожее на дракона, медленно оседало, словно таяло на глазах.

Сверху метнулась фиолетовая вспышка, и чудовище исчезло, будто его никогда не существовало.

Объектив сдвинулся в сторону — и тогда стало видно другое.

— Боже мой… — выдохнул Дэниэл.

Тейлор захлопала в ладоши и закричала от восторга.

Голова Левиафана покачивалась на волнах — глядя на мир пустым, мертвым взглядом.

Неподалёку плавала его истерзанная туша. Вода вокруг потемнела, пропитанная какой-то густой, почти чёрной жидкостью — кровью чудовища.

— Мы победили! — радостно выкрикнула Тейлор. — Папа, это же Александрия, да? Она его убила?!

Дэниэл медленно поднял дочь на руки и прижал к себе. В глазах защипало — он даже не сразу понял, что плачет.

— Да, милая… — прошептал он. — Думаю, теперь всё изменится. Для всех нас.

Но на улице, под холодным дождём, Анетт держала руку незнакомки, пока жизнь медленно утекала из неё.

И в тот день мир изменился навсегда.

***

Кеничи и остальные стояли, не в силах отвести взгляд от сияющей фигуры, что спускалась с неба, окружённая потрескивающими вспышками молний.

На руках она держала обожжённого и израненного мужчину — кожу его покрывал странный металлический блеск, а черты лица напоминали драконьи.

Она опустилась на землю мягко, как вихрь, гаснущий после бури.

На мгновение никто не осмелился ни пошевелиться, ни произнести хоть слово — даже полицейские и медики застыли, глядя на неё с немым изумлением.

— Этот воин выдержал Вспышку Молнии… и выжил, — произнесла женщина спокойно, почти торжественно. — Окажите ему помощь.

Её голос, глубокий и властный, вывел людей из оцепенения.

Двое медиков кинулись вперёд, бережно уложили мужчину на носилки и начали оказывать первую помощь.

— Что ж… — тихо выдохнул Кеничи, обращаясь к стоявшей рядом женщине. Он успел узнать, что её зовут Аой Симуру, но больше — ничего. — Похоже, всё кончено.

— Да, — кивнула Аой. — Думаю, да.

— Вы двое, — вдруг обратилась к ним женщина. — Приступайте к восстановлению. Вы выглядите достаточно сильными. Найдите инструменты и начинайте расчищать завалы. Проверьте, есть ли выжившие.

— Я?.. — растерялся Кеничи. — Но я…

— Ты ослушаешься меня? — спросила она спокойно. Но взгляд её…

Он мгновенно выпрямился и поклонился.

— Н-нет! Сейчас же начну!

Когда Кеничи бросился к развалинам, женщина уже отдавала новые распоряжения:

— Уведите стариков и раненых в укрытия. Где ваши склады с припасами? Стражник, найди десятерых крепких юношей и отправь их гонцами сообщить властям — чудовище повержено. Вы двое — помогайте искать выживших.

Она говорила быстро, чётко, без лишних слов — и люди слушались.

Никто не осмеливался спорить. И вскоре среди хаоса разрушенного города начал зарождаться порядок.

Из беспомощной толпы выросла организованная сила, которая следовала её командам.

Когда прибыл мэр, он, увидев её, преклонил колено и предложил в распоряжение все ресурсы города.

Так имя этой женщины зазвучало шёпотом по улицам, среди спасённых, среди солдат и чиновников: Сёгун Райдэн. Богиня Грома.