Голгакс смаковал крепкий напиток, наблюдая, как его команда пьёт и орёт друг на друга за соседними столами. Веселье, шум, густой табачный дым — всё как всегда. Он был капитаном одного из транспортов, таскавших добычу и людей на и с "Владычества Дуэта".

Вот только последнее время работы почти не было. Ничего не возишь, никого не грабишь, корабль пылится в доке. А ведь их судно было более чем способно на полноценный рейд. Дай только волю! Но нет — "Король и Королева" приказали ждать.

Проклятье, как же он ненавидел ждать. Лишь регулярное жалованье удерживало его и команду от того, чтобы послать всех к черту и уйти в вольное плавание. Хотя для Голгакса это всё уже давно стало личным: он ушёл в пираты именно ради свободы — а теперь сидит на цепи, как дрессированный пес.

Он опрокинул очередной бокал сладкого минданского бренди, и мысли понесло в прошлое — туда, куда их всегда заносило, когда он напивался.

Ракс — его родной мир. Когда-то был столицей КНС, теперь — имперская дыра. Города кишели мелкими повстанческими группировками, цеплявшимися за жалкие обломки мечты о свободе.

Тем временем его семья медленно умирала с голоду под властью Империи. Как и все жители трущоб, среди которых прятались мятежники. Имперцы уже не пытались разбираться — где повстанцы, а где простые люди. Им просто стало наплевать.

Голгакс залпом осушил ещё один стакан. Пальцы сжались так сильно, что стекло пошло трещинами. Бармен бросил на него тревожный взгляд, но промолчал.

"Так ему и надо…" — подумал пиратский капитан, глядя на пустой стакан. Сквозь мутное стекло отражалась его кибернетическая рука — переплетение проводов и трубок, а под ними — ржавые бронепластины, потемневшие от времени и крови.

Ещё один глоток — и ещё один удар по печени.

Жар от алкоголя прожигал горло, мир вокруг расплывался, а слух глушил гулкий звон в ушах. Где-то вдали будто кто-то кричал — но Голгакс уже не слушал.

Ради этого ведь всё и начиналось, не так ли? Ради этих минут забвения, ради роскоши, в которой можно утонуть без мыслей, без сожалений. Чтобы пить, пока не упадёшь. Чтобы чувствовать себя свободным — хоть ненадолго.

Чтобы забыть их крики.

Он не заметил, когда шум в баре стих.

Не услышал, как смолкли шутки и разговоры экипажа.

Карты остались лежать на столах, стаканы не поднимались.

Он понял, что что-то не так, лишь когда ствол холодного бластера уткнулся ему в затылок.

Мгновение и вместе с запахом жженой плоти наступает тьма.

***

— Сколько осталось до выхода на грузовой маршрут? — недовольно проворчала Рутия, глядя, как её команда копается на приборах.

Навигатор — какой-то бледный парнишка — быстро пробежался по данным, голос дрогнул от того самого страха, что Рутия так любила вызывать:

— Пять минут до точки перехвата, капитан! Наш сигнал достаточно слабый, нас не засекут!

— Хорошо, — прорычала она низким, тяжёлым голосом. По спинам команды пробежала волна мурашек, и Рутия довольно усмехнулась.

Она обожала эту работу. Отличный корабль, послушная команда. И платят щедро. Жизнь прекрасна.

Разумеется, она уже строила планы, как обвести своих нанимателей вокруг пальца. Но это — потом. Сейчас она наслаждалась моментом: сидеть в кресле капитана, как когда-то её старик... до того, как она перерезала ему глотку. Хорошие были времена.

"Блестящий Крюк" уверенно шёл к цели, прорезая пустоту, как клинок. Чёрная, матовая обшивка скрывала корабль от глаз, а глушилки — от сенсоров.

Когда они вышли к точке назначения, корабля, который должны были перехватить, там не оказалось.

Только обломки. Раскиданные по пустоте космоса, как мусор после бури.

Рутия зарычала, ударив кулаками по подлокотникам кресла. Металл вогнулся под её тяжёлой рукой, а команда мгновенно заметалась по рубке.

— Хаттово дерьмо! Найдите хоть что-нибудь! Просканируйте обломки! Я не уйду отсюда с пустыми руками! — прорычала она, голосом, от которого даже воздух будто дрожал.

Экипаж снова бросился к консолям, активируя сенсоры и выпуская разведдроны.

"Блестящий Крюк" медленно приближался к месту катастрофы, прорезая мёртвую тишину космоса.

Рутия нахмурилась, вглядываясь в обломки за прозрачным куполом рубки. Металл был слишком разный, словно всё это собрано из десятков разных кораблей. Никаких опознавательных знаков, никаких типичных очертаний корпуса.

И вдруг её взгляд зацепился за нечто странное.

Мимо проплывал ящик. Примерно с неё ростом — чуть меньше. Потом второй.

Третий. Десятки таких же ящиков.

Все они были без царапин. На всех были защелки. Защелки, которые... открывались.

— ЩИТ! АКТИВИРОВАТЬ ЩИТ! СЕЙЧАС! — взревела Рутия, срываясь с места. Экипаж бросился исполнять приказ.

Но было поздно.

Стоило на обзорном экране вспыхнуть голубому отсвету перезаряжающихся щитов, как все ящики разом раскрылись.

Ярко-неоновые вспышки ослепили рубку — и "Блестящий Крюк" содрогнулся от серии взрывов.

Свет погас. Щиты отключились.

Из всех систем корабля продолжали работать лишь жизнеобеспечение, аварийное освещение и внутренняя связь.

Рутия резко поднялась из кресла, нависнув над пультом. Палец ударил по комлинку:

— Инженерный отсек! Отчёт! Немедленно!

— Д-да, капитан! — голос на другом конце дрожал. — Большинство систем... отключено! Запускаем резервный реактор, но... понадобится несколько минут!

— Несколько минут?! — рыкнула она в комлинк, и из динамика послышалось, как бедный инженер невольно пискнул.

Однако вместо очередного лепета донеслось другое — короткие вспышки звука. Выстрелы. Бластеры. Потом — тишина.

Рутия нахмурилась. Не успела она осознать, что это значит, как дверь мостика со шипением открылась.

Она резко обернулась — и увидела, как внутрь залетели маленькие цилиндры. Один упал прямо к её ногам. Мгновение — и мир вспыхнул ослепительным белым светом.

— А-а-а! Глаза! — крики сливались в хаос боли и паники. Вслед за этим по рубке прошёлся шквал бластерных очередей. Металл плавился, искры сыпались с поврежденных панелей.

Рутия, ослеплённая, шарила рукой по полу, пытаясь найти оружие. Пальцы наткнулись на что-то тяжёлое, холодное, металлическое. Длинная рукоять, странная форма…

Она подняла голову.

Последнее, что она увидела, прежде чем всё поглотила тьма, — это чёрный ствол бластера и пустая, бездонная тень Т-образного визора.

***

Ночи в это время года стояли холодные, и Утиол проклинал тот день, когда его назначили на это задание. Ещё больше — что не надел вещи потеплее.

Впрочем, выбора не было: склад нужно было срочно перенести, а коды доступа знали только он и пара других человек. А если бы СисДеф (Служба системной обороны) наткнулась на него — Консорциум устроил бы настоящий разнос. Особенно сейчас, когда губернатор Клока активно вливал средства в оборонный флот. По слухам, при поддержке Минды.

— Сколько ещё? — спросил он, глядя на второго номера, тощего тогрута, который раздражённо цокал языком.

— Ещё минимум полчаса, — ответил Билли. Его цоканье участилось. Утиола это когда-то бесило, но за несколько месяцев совместной работы он привык. — А что?

Утиол потер механическое ухо, вздрагивая от фантомной боли — там, где когда-то было настоящее. Он перевёл взгляд на туман, что медленно полз со стороны пляжа.

— Шрам опять ноет. Скоро случиться что-то плохое.

— Странно… но ладно, — протянул Билли. — Сомневаюсь, что что-то действительно случиться.

— Может и так, — пожал плечами Утиол. — Но всё же, пошли кого-нибудь проверить воздушный периметр. Не хочу, чтобы СисДеф снова дышала нам в спину.

— Ладно, справедливо, — отозвался Билли, постукивая по планшету и окликая одного из пилотов.

Вот за это Утиол его и уважал. В отличие от большинства пиратов, Билли работал спокойно, чётко и с какой-то почти военной собранностью. На деле он был куда надёжнее, чем многие офицеры, с которыми Утиолу доводилось служить в Империи.

Он повернулся к рабочим, наблюдая, как те загружают ящики на транспорт. Один из истребителей сопровождения пролетел прямо над головами — видимо, чтобы выполнить только что отданный приказ. Через секунду он нырнул в стену тумана, что уже несколько минут ползла со стороны моря, и растворился в ней. Лишь слабый отблеск двигателей напоминал, что он вообще был.

Утиол смотрел вслед, задумчиво, с каким-то тихим удовлетворением.

Конечно, жизнь сложилась не совсем так, как он мечтал. Да, можно было найти место и получше. Но сейчас... сейчас у него была стабильная работа, приличная оплата — и никакой проклятой бюрократии Империи.

Он был… доволен.

В этот момент из тумана мелькнула вспышка. Он машинально повернулся — и в следующий миг всё исчезло.

Тьма поглотила всё.

***

Зевая, Сабина с трудом поднялась с койки и на ощупь натянула первую попавшуюся одежду. Она чувствовала себя разбитой — её новые игрушки забрали столько сил, что она едва не уснула прямо за верстаком, прежде чем доползти до постели.

Пошатываясь, Сабина добралась до камбуза и начала собирать какой-то импровизированный завтрак. Сейчас ей было всё равно — главное, чтобы это можно было съесть, и чтобы не пахло, как дерьмо банты.

— Кто-то сегодня не выспался, — раздался за спиной спокойный, но отчаянно раздражающий в данный момент голос.

— А ты-то откуда знаешь? Тебе ведь не видно мешков под моими глазами, — буркнула она, даже не оборачиваясь к джедаю.

— Сила — единственное чувство, которое мне нужно, — ответил Кейнан, и от его самодовольства у Сабины на секунду возникло ощущение, что она действительно слышит его мысли. Звонкий, нарочито громкий глоток чая добавил эффекту.

— Неужели в храме учили чувству юмора?

— Это был продвинутый курс, — парировал он с лёгкой ухмылкой. — Но всё же, почему ты так долго не спала? Ты обычное не засиживаешься допоздна.

Глаза Сабин вспыхнули от энтузиазма.

— Я достала кое-что новое! — воскликнула она. — Портативное устройство, называется КПК — персональный цифровой ассистент. Производят их в системе Минда, где-то во Внешнем Кольце. Это просто чудо! У него столько функций — и как датапад, и как комлинк, и как терминал, всё в одном!

Кейнан приподнял бровь в её сторону, и Сабина осеклась.

— Что? Что такое?

— Да ничего плохого, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Просто... мне кажется, я уже слышал о Минде.

— Потому что ты слышал, Кейнан. Ты просто опять отключился, когда я рассказывала про ремонт "Призрака".

Он почесал затылок, виновато усмехнувшись.

— Ну, Гера, ты же знаешь, техника — не совсем моя стихия. Просто...

И тут сама Гера появилась в проходе, уперев руки в бёдра — выражение у неё было где-то между раздражением и лёгкой усмешкой.

— Если бы ты хоть раз слушал, — сказала она, — ты бы знал, что Минда — это место, где у одной из наших ячеек есть база. ячейка Фито, если точнее. Они держат док, ремонтную станцию и свалку кораблей на орбите столицы системы Минда. Мы берём у них большую часть запчастей для ремонта.

Теперь уже Сабина подняла бровь, отставив миску с остывающей едой.

— И как им удаётся держать целый док под носом у Империи?

Гера фыркнула и опустилась на диван рядом с Кейнаном.

— Это самое забавное, — сказала она, откинувшись на спинку. — Ячейка Фито вышла на контакт в канцелярии губернатора Минды. Им нужно было получить разрешение открыть в системе небольшую станцию отдыха и ремонта — чтобы не привлекать внимания. И вдруг сам губернатор соглашается не просто разрешить, а ещё и оплатить часть расходов… но только если вместо станции они построят полноценную верфь!

— Верфь? — Кейнан нахмурился. — Зачем ему это?

— Ну… — Гера небрежно потянулась к его чашке и спокойно отпила глоток, игнорируя его возмущённое лицо. — Из двенадцати верфей в системе три — под контролем Империи. Там собирают корабли для местного оборонного флота. И всё же Минда богатеет с каждым годом. Тот КПК, про который говорила Сабина, — тому пример. Командование "Феникса" уже пробует раздобыть несколько штук, особенно военные версии.

— Есть ещё версии?! — Сабина едва не подпрыгнула, забыв про еду. — Какие функции? Какие характеристики? Мне срочно нужно знать!

— По слухам, — продолжила Гера, усмехнувшись, — в них встроены карты с тактической визуализацией поля боя и голографические проекторы. Но… почему ты так завелась?

— Потому что для такого крошечного устройства это просто невероятно! — загорелась Сабина. — Я уже начала разбирать свой, пытаюсь улучшить. А если есть инженерные или промышленные модели, у них наверняка есть встроенные дизайнерские программы! Это бы упростило разработку в разы!

Кейнан и Гера обменялись взглядами и рассмеялись.

— Посмотрим, что удастся достать через командование, — сказал Кейнан. — Предупредим остальных. У Эзры, между прочим, ловкие пальцы — если заметит что-то стоящее, думаю, сможет достать.

— Спасибо, Кейнан, — пробормотала Сабина, но посреди фразы не смогла сдержать зевок.

— Ммм, я чую что устала ты и сон здоровый необходим тебе, — сказал Кейнан, изображая мудрого джедая.

— Заткнись.

По "Призраку" прокатился дружный смех.

***

Старый ховеркар тихо гудел, когда Люк и его дядя Оуэн пересекали песчаные дюны. На горизонте постепенно вырастала громадная, угловатая тень — песчаный краулер джав.

Это был обычный рейс за запчастями, но Люк всё равно чувствовал волнение. Каждая такая поездка давала шанс покопаться в технике — и, может быть, найти что-то действительно интересное.

Прошлый раз, например, джавы каким-то чудом раздобыли кабину от СИД-истребителя! Жаль, тогда у него не хватило денег.

— Эй, дядя Оуэн, — обернулся он, не скрывая улыбки, — как думаешь, у них сегодня будет что-нибудь стоящее?

Оуэн усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги:

— Помни, Люк, мы сюда едем за деталями для влагосборников. Сначала берём всё, что нужно ферме — а уж потом можешь выбрать себе какую-нибудь безделушку.

Люк слегка надулся, но быстро кивнул. Работа — прежде всего.

Наконец, они добрались до песчаного краулера. Джавы как раз разворачивали свою маленькую базарную площадку, громко переговариваясь и таская из огромной машины ящики и всякий хлам.

Поскольку они приехали первыми, джавы тут же облепили их со всех сторон — каждый хотел что-то им продать.

Почти полчаса ушло на торги: бесконечное жужжание переводчиков, взмах рук, крики, торг, новые цифры… Но в итоге Оуэн всё-таки выбил приемлемую цену на запчасти для влагосборников — хватит, чтобы продержаться еще год.

Когда они загружали коробку с деталями в ховеркар, Люк бросил взгляд на дядю — тот самый взгляд, полный надежды.

Оуэн нахмурился, будто боролся с собой… и наконец сдался:

— Ладно. Можешь купить себе что-нибудь. Но помни — торгуйся и…

— …и требуй минимум, чтобы получить максимум. Знаю, дядя, я справлюсь, — перебил его Люк, едва сдерживая улыбку.

Кредиты приятно звякнули в его ладони, и, не теряя ни секунды, он снова помчался к краулеру, где джавы уже развернули свой шумный рынок.

Мелкие торговцы приветствовали его радостным писком, наперебой предлагая всякий хлам — от сломанного дроида до древнего учебника по праву гунганов с Набу. Люк почти поддался — просто из-за азарта торга — но вдруг заметил нечто… блестящее.

Что-то новое.

На прилавке, среди ржавых железок, лежало устройство — вроде датапада, только шире и массивнее. Большой экран, куча кнопок и регуляторов. Корпус был тёмно-коричневый, сцарапанный песком, но на боку виднелась выцветшая эмблема: YewCast.

Люк указал на устройство, блеснувшее в песке.

— Что это? Какой-то датапад? Или комлинк?

Джава, с которым он торговался, сразу же оживился — разумеется, попытался продать ему находку. То, что сам он понятия не имел, что это вообще такое, его совершенно не смущало. Всё, что он знал — устройство досталось ему с обломков хаттского корабля работорговцев, недавно рухнувшего где-то в пустыне. Люк не мог сказать, что жалеет о гибели таких "торговцев".

После десятиминутного торга, сопровождавшегося пронзительным писком переводчика и размахиванием руками, ему всё-таки удалось сбить цену до половины своего бюджета.

Удовлетворённый, он отошёл от прилавка, держа находку под мышкой, и направился к дяде Оуэну — тот уже выглядел измученным от постоянных попыток джав всучить ему ещё хоть что-нибудь "очень нужное".

Да, у этих коротышек бывали отличные товары — особенно для края Внешнего Кольца, — но насколько же они умели выматывать.

Когда, наконец, они добрались домой, разгрузили детали и привели технику в порядок, Люк тут же юркнул к себе в комнату.

Он поставил устройство на стол, включил — и замер. Экран вспыхнул мягким светом, без раздражающего гудения и задержек, как на старых терминалах, к которым он привык.

Перед ним появилось аккуратное меню — камеры, связь с ГолоСетью, игры, расчётные программы и множество других функций.

С трудом подавив улыбку, Люк пролистал список дальше и открыл характеристики.

Производство: система Минда, сектор Мито.

Модель: инженерный вариант.

— Инженерный?... — пробормотал он, задумчиво приподняв бровь.

— Оу… ничего себе… — прошептал Люк, не в силах сдержать восхищения, глядя на одно из приложений.

Перед ним было полноценное инженерное ПО. Программа, созданная специально для помощи инженерам — она могла запускать миниатюрные симуляции, проводить диагностику, строить голографические модели и даже позволяла управлять ими прямо через интерфейс устройства.

И это ещё не всё. В ней оказалась целая библиотека учебных материалов — инструкции для новичков, руководства по проектированию, статьи о механике и технике, а также десятки интерактивных уроков.

На лице Люка расползлась широкая, восторженная улыбка.

— Да уж… с этим я точно влипну по уши, — пробормотал он. — Дядя наверняка меня потом за это накажет… но оно того стоит!

Из кухни донёсся голос тёти Беру:

— Люк! Ужин готов!

Он вздохнул, взглянув ещё раз на мерцающий экран.

— После ужина, — сказал он самому себе и неохотно выключил устройство.

***

Я снова сидел в лаборатории НИОКР — и из последних сил сдерживался, чтобы не вздохнуть вслух.

Эти долбаные технари… они совсем ничего не понимают, да?

НИОКР, заводы СИД — всё это должно было быть чёртовыми финансовыми ямами, понимаете? Местом, куда можно спокойно сливать прибыль, чтобы потом было чем оправдываться, почему экономика системы растёт не так быстро, как должна.

Не то чтобы роста вообще не было — наоборот, дела шли отлично. Но я уже дошёл до точки, где мог хотя бы надеяться, что меня не решат "списать" за излишнюю инициативность.

Главная моя забота — не перегореть от собственного успеха. Наращивать экономику так быстро, что Империя начнёт задавать вопросы. Поэтому я сливал деньги.

Программа модификации истребителей СИД под условия Внешнего Кольца? Да пожалуйста! Давайте построим для этого целую сеть заводов! Звучит разумно. И, главное, невероятно дорого.

НИОКР? Конечно! Море времени, тонны кредитов — и бесконечные серии проектов, которые с треском проваливаются. После чего, естественно, всё начинается сначала.

И самое прекрасное — идеи у инженеров из НИОКР никогда не заканчивается! Они пожирают деньги, как чёрная дыра — и все счастливы. Настоящий рай для чиновника.

Так вот… можете представить, как я взбесился, когда эти гении вдруг взяли и разработали что-то стоящее. Не новый СИД, нет. Броню. Причём, судя по всему, рабочие прототипы!

Сначала я был в восторге. Новая производственная линия — значит, очередная бездонная дыра, куда можно швырять кредиты, и никто не задаст лишних вопросов.

Но потом я узнал масштабы проекта. Да, он был дорогим, но, как оказалось, всё производство можно было вести прямо в лабораториях — никаких новых заводов, никаких новых трат.

И вот тут до меня дошло: эти умники создали рабочие боевые доспехи для элиты Минды, и сделали это так эффективно, что расходы на производство — сущие копейки.

А самое мерзкое — теперь мы будем выглядеть не как дураки, сливающие бюджет, а как передовая, развивающаяся система.

Потрясающе. Просто охренительно.

И вот я сижу в презентационном зале, внешне спокойный, а внутри бурлю от злости. Рядом со мной — Коммандер Грант, сияющий как ребёнок в магазине сладостей.

Перед нами — стол и группа техников, представляющие свои инновационные, чтоб их, прототипы.

— Рад снова вас видеть, губернатор Мола, — произнёс главный инженер отдела.

Мелкий, коричнево-шёрстный леп по имени Йоп, на удивление собранный тип. Хотя любой, кто знал его поближе, понимал: за этой вежливостью скрывается псих, готовый разорвать любого в симуляторе проектирования СИД.

— Некоторые наши инженеры решили поэкспериментировать с разработкой снаряжения для минданских вооружённых сил. И одной из идей стали боевые доспехи.

По команде Йопа к нам подкатился дроид, толкая перед собой первую модель.

— Представляем новый образец — штурмовая броня Mk II "Генералист", — начал Йоп, едва сдерживая гордость в голосе. — Стоит примерно вдвое дороже стандартной, но преимущества того стоят. Прежде всего — структура. Она напечатана на молекулярном уровне, благодаря чему куда лучше держит выстрелы из бластера и почти полностью защищает от оглушающих зарядов, кроме самых мощных. Кроме того, улучшены системы наведения — и программное, и аппаратное обеспечение. Есть встроенный персональный терминал, а также возможность полной герметизации менее чем за секунду — если боец окажется под водой или, скажем, выброшен в открытый космос. В этом случае подаётся запас кислорода на полчаса. Дополнительный вес компенсируется лёгким экзоскелетом, встроенным в броню. При необходимости отдельные элементы, вроде наплечников, можно быстро сбросить, чтобы снизить вес брони.

Демонстрация прошла с обычной для них театральностью: броню расстреляли, закидали камнями, а потом один из техников зачем-то запустил резиновый мяч — тот отскочил от пластины и впечатался дроиду в голову. Йоп только поморщился и почему-то прикрыл свой лоб.

Признаюсь, впечатляюще. Этакая улучшенная версия того экзоскелета, который я когда-то использовал, чтобы не быть подстреленным мандалорцами. И, что удивительно, стоит даже немного дешевле.

После этого началась демонстрация следующего набора брони.

Вот тут-то пошла настоящая экзотика — не то, что планировалось выдать двум сотням штурмовиков Минды.

Первый экземпляр, закатанный на платформе, был… ну, скажем так, внушительным.

Почти 3 метра в высоту. Нет, стоп — почти 5 метров. Это уже не доспех. Это чёртов мех.

Не, до Тихоокеанского Рубежа или Евангелиона не дотягивает, и даже до титанов из Titanfall не дорос, но всё равно — чертовски огромный.

— Эти два образца представляют собой наши новые крупногабаритные боевые скафандры — экспедиционный и оборонительный типы, — начал Йоп, уже предвкушая эффект. — Модель Mk I "Лёгкий Экспедиционный Боевой Костюм" разработана для наступательных операций и разведки планет с враждебной средой, вроде Минды-2. Он достаточно лёгкий и компактный, чтобы помещаться в большинстве кораблей и свободно передвигаться по труднопроходимой местности. После множества доработок нам удалось сделать систему совместимой со стандартными имперскими технологиями. Например, его лазерная пушка оснащена внутренней газовой камерой, которую можно перезаряжать как штатными, так и универсальными магазинами — для большей гибкости. Это же упрощает обслуживание и ремонт. Единственная уязвимая деталь — генератор щита, но броня достаточно прочна, чтобы защитить и его. Этот костюм предназначен для сержантов штурмовых подразделений, ведущих наступление.

Он сделал паузу, кивнул технику, и в зал въехал второй гигант.

— А вот Mk I "Тяжёлая Оборонительная Броня" — совсем иное дело. Крупнее, массивнее. Благодаря человекоподобной форме, пилот может использовать укрытия в городской застройке. Эти экземпляры создавались специально для защиты столицы, а позже — и других крупных городов Минды. Основное оружие оснащено двойной камерой: одним переключателем можно сменить режим — либо вести плотный подавляющий огонь, либо бить по броне и укреплениям. Улучшенная система камер позволяет сканировать поле боя и подключаться к тактическим терминалам. Этой бронёй будут пользоваться старшие офицеры во время оборонительных операций на территории Минды. Безопасность им обеспечат не только пластины корпуса, но и добротный генератор щита.

Испытания этих громил потребовали немного больше подготовки. Мы переместились в защищённую зону наблюдения — и тут, краем глаза, я заметил Коммандер Грант, сидящую справа.

Она слегка дрожала. И… тяжело дышала?

Ох… неужели она реально возбудилась при виде этих железяк?

Я бросил взгляд на штурмовика слева. Мы переглянулись и почти незаметно сместились в сторону — подальше от линии огня.

Затем начались испытания.

Бластеры, ракеты, гранаты, пушки — испытали всё, что только можно.

"LECA" — лёгкий экспедиционный костюм — показал себя прилично: выдерживал плотный огонь из бластеров, его пушка косила пехоту направо и налево. Но стоило в ход пойти противотанковым снарядам или тяжёлым гранатам — всё, броня сдавалась. Для борьбы с бронетехникой — слабоват.

А вот "HDCA", тяжёлая оборонительная модель, была настоящей махиной. Не такой быстрой, как лёгкий вариант, но для своих размеров — чертовски проворной. Его пушка — отдельная песня: хорошая пробивная мощь и по броне, и по живой силе. Щиты? Не придерёшься. А броня — толщиной с корпус танка. Дополнительное вооружение — гранатомёты с регулируемыми зарядами, системы минирования... В общем, любой городской бой для противника превратился бы в чистый ад.

Обе модели впечатляли. Обе стоили, как полфлота. И самое главное — ни одна не подходила под массовое производство. Что, по правде сказать, меня устраивало. Чем меньше трат — тем спокойнее отчёты.

К тому же, прибыль всё росла. Совсем недавно, к примеру, мы продали партию персональных терминалов аж на Фондор. На Фондор, мать его! Это же другая сторона галактики!

Надо будет придумать, как оправдать сокращение экспорта… пока бухгалтерия не начала задавать вопросы.

Йоп, закончив испытания, вынул из ушей свои ушные затычки, отдал сигнал — и в зал покатили следующую партию его стальных монстров.

Йоп щёлкнул пальцами, и в зал въехала очередная пара дроидов, сопровождая два высоких силуэта в блестящих бронекостюмах.

— Представляю вашему вниманию броню Mk I — "Элитная броня повышенной мобильности", — объявил он, будто ведущий. — Эти костюмы предназначены исключительно для лучших из лучших. В отличие от предыдущих моделей, у них нет встроенного вооружения — зато они делают ставку на скорость и силу.

Он кивнул в сторону брони — та с тихим гулом расправила сервоприводы. — Внутри стоит мощная батарея. На стандартных настройках она держит около пяти часов, при экономии — до десяти. В базовой комплектации: генератор щита, выдвижные клинки, автономная система жизнеобеспечения. Но главный козырь — мобильность.

Синтетическая мускулатура внутри доспеха позволяет развивать скорость, сравнимую со спидером на форсаже. В обычных условиях — до 40 км/ч, плюс возможность без труда карабкаться по стенам.

Бортовой компьютер помогает пилоту рассчитывать траектории и сканировать обстановку в реальном времени. Использовать эти костюмы смогут только самые подготовленные бойцы — технологии в них на уровне лучших разработок Империи.

Я хмыкнул. Судя по всему, ребята в НИОКР решили, что штурмовики должны уметь бегать по стенам. Прекрасно. Осталось только научить их попадать.

Йоп не дал мне развить мысль:

— Далее — броня Mk I "Административная Защитная Броня". Эти модели созданы специально для вашей личной охраны, губернатор.

Он сказал это с таким выражением, будто вручал мне подарок на день рождения.

— Они толще, тяжелее, медленнее, зато куда живучее. Внутри — аптечки, плечевые гранатомёты, встроенные системы поддержки. Скорость примерно две трети от предыдущей модели, но в защите — непробиваемы. Мы планируем полностью оснастить этими костюмами вашу охрану, но пока собрали только четыре прототипа.

"Четыре штурмовика в броне стоимостью с корвет. Отлично, хоть кого-то можно будет пустить вперёд, если придут инспекторы", — мелькнула мысль.

— И, наконец, — Йоп с важным видом сделал паузу, — броня Mk I "Эгида" — усовершенствованная элитная система защиты командования.

По залу прошёл низкий гул: дроид выкатывал массивный костюм с тяжёлым шлемом и грави-пластинами на ногах.

— Это вершина наших разработок, — сказал Йоп почти с благоговением. — Встроенный мощный щит, аккумуляторы с автономностью до двадцати четырёх часов на стандартных настройках, десять — при полной нагрузке, сорок восемь — на минимуме. Оснащён дымовыми гранатомётами, выдвижными клинками, антигравитационными роликами для сверхподвижности, лучшими сенсорами, какие только удалось создать.

На спине — крепления для будущих модулей, оружия и дополнительных систем.

Это наш шедевр. Самый продвинутый экзокостюм, когда-либо сошедший с конвейеров Минды.

Я только усмехнулся. Замечательно. Осталось понять, кто именно из нас будет в нём бегать — я или мой бюджет.

В этот момент Йоп заметно замедлил темп своей речи, и на его мордочке появилось смущённое выражение.

— К сожалению, модели "EHMA", "EDCA" и "Эгида" всё ещё находятся на стадии прототипов, — сказал он осторожно. — Мы пока не готовы к полноценным полевым испытаниям. Большинство внутренних систем теоретически возможны, но ещё в разработке. И, если быть честным, мы просто не располагаем нужными материалами, чтобы произвести все детали здесь, на месте.

Тут я решил вмешаться — по двум причинам.

— Не беспокойтесь о финансировании, — сказал я спокойно. — Я возьму расходы на себя. Личные счета покроют всё необходимое оборудование.

Прекрасно. Идеальный повод снова слить часть прибыли.

Хотя, если быть честным, дело было не только в деньгах. Часть решения — чистый инстинкт самосохранения. Потому что взгляд командира Грант изменился буквально за секунду: от сияющей улыбки до выражения, будто я только что застрелил её любимого дроида. Никогда в жизни мне не было так страшно.

— Ах! Благодарю, сэр! — обрадованно воскликнул Йоп, искренне довольный тем, что проект продолжит существование. Разумеется, он даже не заметил, как Грант начала тяжело дышать, глядя на меня безумными глазами полными фанатичной преданности.

Пожалуй… мне стоит начать молиться.

Сделав вид, что ничего не происходит, я жестом попросил Йопа продолжить презентацию — надеясь, что следующее чудо инженерной мысли отвлечёт Грант и избавит меня от необходимости вызывать медиков.

И Йоп не подвёл: в ангаре раздался тяжёлый металлический грохот. Следующий экземпляр был настолько массивен, что его пришлось вводить самостоятельно — дроиды просто не справились бы с его весом.

Он не достигал размеров "HDCA", но всё равно впечатлял. Огромная машина, шагавшая на собственных ногах, с тихим гудением сервоприводов и вспыхивающими диодами датчиков, выглядела так, будто ей уже не нужны операторы.

— Перед вами Mk1 "MASA" — мобильная артиллерийская броня поддержки, — начал Йоп с тем самым восторженным тоном, от которого у меня начинала болеть голова.

— Он оснащён двумя четырёхствольными скорострельными бластерами для защиты от пехоты, но это, скажем так, не его главное предназначение. Основная задача "MASA" — быть компактной, маневренной артиллерийской платформой, способной действовать в плотной городской застройке. Для этого в ноги встроены реактивные прыжковые двигатели, позволяющие машине менять позицию буквально за секунды.

Йоп жестом указал на передние пусковые установки:

— Эти четыре трубы — дымовые гранатомёты. Каждая заряжена несколькими гранатами, чтобы прикрывать отступление или смену позиции. Мы, кстати, разрабатываем особый ЭМИ-дым, который сможет сбивать с толку системы наведения ракет… но пока проект отложен.

Он перешёл к заднему отсеку машины:

— Здесь располагаются шесть пусковых модулей. Три меньших — для лёгких зарядов: ионных и осколочных боеголовок. А три больших — под протонные и плазменные торпеды. В теории, "MASA" может даже атаковать космические суда, хотя, разумеется, это не её основная функция. Встроенные бортовые компьютеры позволяют синхронизироваться с ПДА офицеров и солдат на поле боя, получать от них координаты и наносить точные удары. Конечно, "MASA" может вести огонь и автономно, но лучше всего она показывает себя как мобильная артиллерия, способная работать ближе к фронту, чем тяжёлые машины.

Йоп говорил всё с той же гордостью, пока я мысленно отмечал: ещё одна дорогая игрушка, которую мы никогда не сможем массово производить.

Эта громыхающее чудовище была настолько массивным, что испытания пришлось проводить за пределами комплекса. К счастью, у нас на острове имелся изолированный полигон, и он прекрасно скрывал и звуки, и вспышки. И хорошо, что скрывал. Потому что это чудище оказалось и оглушительно громким, и… скажем прямо, не совсем исправным.

Бластеры отработали безупречно, ракеты — тоже. А вот когда дело дошло до торпед…

— Переходим к тесту двойного пуска протонных и плазменных торпед! Задать дугу! — крикнул один из солдат.

— Дуга задана! — отозвался второй.

— Целься… огонь!

По задумке, торпеды должны были стартовать одновременно — одна протонная, одна плазменная — и ударить по разным целям.

На деле всё пошло совсем иначе.

Вместо того чтобы наблюдать, как наш чудо-мех демонстрирует свои боевые возможности, я увидел лишь вспышку.

А потом — жар.

А потом… тишину.

Когда свет погас, я на секунду подумал, что умер. Но кто-то тряс меня за плечо, и в уши прорвался крик. Значит, я жив.

Честно? В тот момент я пожалел, что нет. Потому что, если я выжил, значит, впереди меня ждёт гора отчётов и объяснительных.

Потом я вспомнил, что у меня есть заместители.

Потом — вспомнил, кто их нанимал.

Потом — выругался.

И отключился.