Лидер Стражей вошел в свою комнату. Карлос торопливо захлопнул тяжёлую дубовую дверь и прислонился к ней спиной. Его взгляд метнулся к золотому кольцу, сверкавшему на руке. Лаурея, Кольцо Золота, Кольцо Солнца, сияло, как чистейшее пламя — жаркое, слепящее, будто полдень в разгар лета.

— Какого хрена… — выдохнул он, тщетно пытаясь сохранить рассудок. — Что, чёрт возьми, происходит?

Он остро ощущал, как кровь гремит в венах, как бешено стучит сердце, как холодный воздух из кондиционера касается каждого сантиметра обнажённой кожи. И содрогнулся.

Ещё пятнадцать минут назад он был обычным парнем, который умел держать удар. А теперь… теперь он чувствовал себя другим. Изменённым. Словно стал чем-то большим, чем человек.

Он не знал, есть ли путь назад — стать тем, кем он был раньше. И даже если бы такой путь был, он не был уверен, что захотел бы по нему пойти.

Карлос оглядел комнату, слабо освещённую сиянием Кольца Власти. Он заметил тонкие паутинки трещин в краске на бетонных стенах, уловил едва слышное гудение электричества, пронизывавшее здание, ощутил солоноватый привкус воздуха. Всё это он чувствовал и раньше — просто не замечал.

С лёгким усилием он оттолкнулся от двери и сделал два шага вперёд, остановившись в центре комнаты. Оттуда он осмотрелся, следя, как золотистый свет играет на поверхностях, мерцает и колышется, словно преломляясь сквозь воду или тонкий туман.

С самого начала в Аннатар чувствовалось нечто иное, вспоминал он. В ней было что-то, что отличало её от всех нас. Она была… больше, чем просто человек. Она никогда не соответствовала моим представлениям о герое. Теперь я понимаю почему.

С того самого момента, как Кольцо Власти впервые оказалось на его пальце, всё изменилось.

Нет. Неправда. С Лауреей на пальце он, наконец, увидел вещи такими, какими они были на самом деле.

Аннатар изменилась прямо у него на глазах — или, скорее, взгляд на неё изменился. Как оптическая иллюзия, осознал он. Он смотрел на неё и видел одно. С Лауреей — увидел другое. Сама Аннатар не изменилась. Изменился он. Он смотрел на неё новыми глазами.

Её тело ограничивает силу. Эта мысль вспыхнула первой. Будто она с трудом находиться в своём хрупком теле — столько в ней было силы. Её глаза сверкали, как тёплое пламя, весело пляшущее в бледном лице над самодовольной улыбкой.

Она сияла столь ярко в полумраке, что он чуть было не упустил из виду багровый свет, горевший на её пальце.

Нарья. Кольцо Огня.

Неудивительно, что она так сильна. Неудивительно, что могла сражаться на равных с кем-то вроде Лунга.

Три Кольца Власти? Он едва начал понимать, что значит носить хотя бы одно… и уже знал — с той же уверенностью, с какой младенец осознаёт глубину пропасти перед собой, — что он бы не выдержал даже двух. А Аннатар носила три.

Больше всего его поражало, как ей удаётся не расколоться на части. Лаурея уже требовала его верности, даже даруя ему силу и поддержку. Он чувствовал это — незримую нить, привязанную к его сердцу. Мягко, но настойчиво. Тёплое, ласковое… но всё же — удерживание, всё же — тянущее усилие.

Носить два Кольца… три… Это бы его разорвало на части.

Он отвёл взгляд от сверкающего кольца, вглядываясь в темноту комнаты.

Это звучало довольно жутко, — подумал он. Но это и не было жутким — не по-настоящему.

Между ним и Кольцом Власти возникла симбиотическая связь.

Он нуждался в даре, который оно символизировало — в той мощи, которую могло пробудить. А Кольцо… Оно нуждалось в нём, чтобы он носил его, использовал… что?

Он покачал головой, снова взглянув на Кольцо. Инстинкт подсказывал: Лаурея предназначена для чего-то большего, чем просто поимка преступника, пусть даже столь жестокого, как Бакуда.

Эта вещь на его руке — прекрасная и внушающая ужас — значила больше. Она была чем-то большим, чем просто инструментом, очередным тинкертехом, который можно использовать — или оставить пылиться — по прихоти владельца.

Ответственность. Он осознал, что это была та цепь, которую он чувствовал. Это были узы, которые связывали его с Кольцом. Пока он носил его, он был обязан служить цели, превосходящей всё, о чём он когда-либо мечтал.

Это было не совсем честолюбие, что охватило тогда лидера Стражей. Карлос знал, что такое амбиции, — он просто всегда держал их под контролем. Амбиции были горячими, эгоистичными, подобно лесному пожару: они захватывали и пожирали все, что попадалось на их пути, пока достижения не превратились просто в ступеньки, а отдаленные цели — в иллюзии.

Эта новая мечта, созданная в его разуме золотым сиянием Лауреи, была тёплой и доброй — как солнечный свет на обнажённой коже. Это было не честолюбие, потому что в ней не было эгоизма.

Он не стремился стать величайшим из героев ради себя самого — не ради славы и не ради похвалы. Он всего лишь хотел исполнить возложенную на него задачу.

Кольцо Власти будто бы стало теплее на его пальце, мягко обвив его в знак принятия.

Карлос, Носитель Солнечного Кольца, улыбнулся и поднёс его к губам.

***

— Карлос, — грустно улыбнувшись, поприветствовала его Аннатар, когда он приблизился. Она смотрела на него через зеркало, держа в руках пучок своих волос, который собрала для осмотра. И только теперь он заметил обгоревшие кончики на нескольких прядях.

— Лунг, — сказала она, как бы объясняя. — Моя броня приняла основную силу удара, но волосы не были защищены.

Она тяжело вздохнула и с сожалением посмотрела на обугленные пряди.

— Отрастут, — попытался ободрить её он.

— Знаю, — снова слабо улыбнулась она. — Просто... волосы всегда были моей гордостью. Лучшей частью меня. — Она покачала головой. — Ладно, неважно, — произнесла она. — Я как раз собиралась доложить Пиггот о новых модулях. Поможешь?

Карлос провёл большим пальцем по Лаурее — кольцо было тёплым и приятно ощущалось на пальце. Он бросил взгляд на синее кольцо на руке своей напарницы и кивнул:

— Конечно.

Он последовал за ней в лифт, и они поднялись в кабинет директора. Пиггот подняла взгляд, когда они вошли.

— Эгида, Аннатар, — кивнула она. — Если вы пришли узнать новости по делу Бакады, боюсь, пока ничего нового.

— Нет, — ответила Аннатар. — Но, к слову... есть новости насчёт моего отца?

— Последнее, что я слышала: врачи стабилизировали его состояние, — ответила Пиггот. — Панацея, кажется, к нему не заходила, но он стабилен. Думаю, если бы что-то изменилось — мне бы доложили.

Аннатар кивнула.

— Когда я смогу его навестить? — спросила она. — Думаю, я могла бы помочь ему модулем Воздуха.

— Сегодня, — ответила Пиггот. — Не знаю точно когда. Всё зависит от того, когда аналитики Протектората узнают хоть что-нибудь по поводу Бакуды...

Небольшая пауза.

— ...и её перемещений, — закончила Пиггот, сжав губы. Голос её стал жёстким. — Что-нибудь ещё?

— Да, — сказала Аннатар. — Прошлой ночью я создала комплект модулей для Стражей и раздала их.

— Ты что сделала?! — рявкнула Пиггот. — Ты раздавала своим напарникам непроверенный тинкертех без предупреждения и без моего ведома?!

— Их нельзя было протестировать! — воскликнула Аннатар. — Мои модули нельзя просто передавать из рук в руки для тестов! Мне нужно было убедиться, что получат их именно те, кого я выбрала! Я пришла с Эгидой, чтобы вы могли протестировать его модуль!

Пиггот закрыла лицо руками. Повисла напряжённая тишина. — Я не могу винить тебя за то, как твои силы работают, — произнесла она приглушённым голосом, словно повторяя мантру. Снова пауза. Затем она подняла голову: — Ладно, — сказала она. — Вернёмся к модулям. У них действительно может быть только один владелец?

Аннатар подняла ладонь, покачивая ею из стороны в сторону в неопределённом жесте. — Технически — нет, — сказала она. — Но... это плохо скажется на том, кто будет их тестировать.

Пиггот медленно моргнула.

— В каком смысле? — спросила она.

— Модули привязываются к носителю, — ответила Аннатар. — Я сразу предупредила ребят, что избавиться от модуля после активации будет очень трудно. Позже я обдумала это еще раз… Думаю, я смогу помочь с этим, если воспользуюсь модулем Воздуха. Но на это всё равно потребуется время.

— Они вызывают зависимость. — Голос Пиггот был абсолютно безэмоционален.

— …Ну, в каком-то смысле, да.

— То есть ты просто так раздала своим товарищам усиливающие модули, вызывающие зависимость.

— …Это не совсем так…

Пиггот тяжело вздохнула.

— Эгида, — произнесла она, — собери свою команду и отправляйтесь в изолятор для протокола М/С. Если повезёт, до вечера вас выпустят, и мы сможем вернуться к нормальной работе.

— Она не контролировала нас! — возразил Карлос.

— Это, — тихо ответила Пиггот, — решит проверка на М/С воздействие. Аннатар, ты добровольно проследуешь в камеру содержания на время проверки? Или мне придётся залить пеной тебя и всю эту комнату?

Повисла пауза.

— Всё не так плохо, как вы думаете, — тихо произнесла Аннатар. Её голос звучал слабо, почти обиженно. Звучал так, будто её предали.

— Надеюсь, ты права, — спокойно ответила Пиггот. Затем тяжело вздохнула. — Я делаю это не из вредности, Аннатар. Вполне возможно, что ты поступила единственно возможным способом. Ты должна была согласовать это заранее — но, возможно, действительно не было иного способа протестировать модули. Я не понимаю сил — ни твоих, ни чьих-либо ещё. Я не знаю. Но я знаю другое: когда мои Стражи получают что-то, что звучит подозрительно похоже на эффект мастера или козыря, как у Учителя — который, напомню, сидит в Птичьей Клетке, — моя обязанность провести полную проверку по протоколу М/С. Это не займет много времени. Если ты говоришь правду, через два-три часа вы все будете свободны. Нам просто нужно закрыть этот вопрос, прежде чем двигаться дальше.

— Всё в порядке, Аннатар, — мягко сказал Карлос. — Это просто быстрая проверка, и мы выйдем.

Аннатар сглотнула.

— Я всё ещё смогу навестить отца сегодня? — спросила она.

— Надеюсь, что да, Аннатар, — вновь сдержанно ответила Пиггот и нажала кнопку на столе. — Оружейник, Мисс Ополчение, прошу зайти в мой кабинет.

                                                        ***

— Это охеренно тупо, — пробурчала София, устроившись в углу камеры для протокола М/С. Помещение ярко освещалось потолочными лампами. Ни одного предмета, отбрасывающего тень, внутри не было — что делало тёмное пятно, в котором она сидела, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, особенно неуместным.

— Это можно понять, — спокойно отозвался Деннис. Он сидел, скрестив ноги и опершись спиной о стену, с закрытыми глазами и совершенно расслабленным выражением лица. — Я бы тоже подозревал неладное, если бы Аннатар раздала всем вам Кольца, а я не знал, что они делают. Чёрт, может, нас и правда замастерили — просто мы этого не замечаем.

— Нет, — уверенно сказал Дин, переводя взгляд с Денниса на остальных Стражей. Его глаза светились так ярко, что казалось, будто зрачки светятся сами по себе. — Аннатар не лгала. Она не может управлять нами с помощью Колец. Мы связаны с ними… но не обязаны подчиняться.

— И нельзя сказать, что мы до этого не были связаны со своими силами, — тихо сказала Мисси.

Карлос взглянул на неё, но тут же отвёл взгляд, уставившись куда-то чуть правее. За ночь Виста будто бы повзрослела на несколько лет — хотя он и не мог сказать точно, что именно изменилось. Раньше она выглядела как подросток, а теперь казалась юной красавицей, которой только предстояло расцвести. Рост её почти не изменился, тело осталось таким же хрупким, но... неуловимо — черты лица, фигура, осанка — всё стало более женственным, словно детство в ней ушло за одну ночь. Эффект был поразительный.

Изменились все, но именно Мисси чаще всего воздействовала своими новыми силами на команду. И Карлос сомневался, что она делает это сознательно — не больше, чем он сам.

— Аннатар была права, — продолжила Мисси. — Даже если бы мы захотели, мы не смогли бы отказаться от своих сил. Кольца — такие же. И ничем не хуже.

— Будем надеяться, что в СКП это поймут, — тихо сказал Карлос. — Тогда, может, нас выпустят до обеда.

— А если не поймут? — Голос Сэма прорезал воздух, как лезвие, моментально привлекая внимание.

Карлос покачал головой:

— Я не знаю, — честно признался он. — Правда, не знаю.

— Они не могут у нас их забрать, — резко сказал Крис. — Мирилья... она помогла мне увидеть всё яснее, чем за последние годы. Будто все мои проблемы с силами — просто исчезли. В таком состоянии я могу завершить любой проект, за который возьмусь. Они не имеют права это у нас отнять.

— И не отнимут, — сказала София, рассеянно крутя кольцо Кэньи, поблёскивающее зелёным на её пальце. — Тейлор им не позволит.

— Аннатар сейчас в камере, — напомнил Деннис спокойно. — Пока не решат, замастерили нас или нет. Не хочу сгущать краски, но вряд ли она сможет нам помочь. Пиггот к ней хорошо относится… но не настолько.

— Тейлор нас ещё ни разу не подводила, — уверенно заявила София. — И её модули тоже. Мы справимся. Всё будет хорошо.

Карлос провёл большим пальцем по тёплой поверхности кольца Лауреи. Помолчал. Затем вздохнул:

— Ты права. Всё будет хорошо.