То же место. Через час.

* * *

— Ох... Ну вот мы и пришли. Прошу, располагайся. — с легким вздохом передо мной открылись двери, а вместе с ними картина уютной гостиной в (частично) восточном стиле. Несколько картин с деревьями, пара карликовых деревьев в горшочках на высоких ножках, длинный японский стол, за которым сидеть можно только в позе лотоса или на коленках, широкое окно в европейском стиле, с прозрачными стеклянными пластинами и прочными на вид толстыми рамками. Пол устилали красивые шелковистые на ощупь ковры с изображением каких-то непонятных птиц, отдаленно похожих на цапель, орлов и каких-то то-ли фениксов, то-ли альбатросов.

— Да, спасибо. Что-нибудь еще? — я все же не тупоголовый ОЯШ, и таки смог уловить уголком глаза хмурое состояние моей первой в этом мире знакомой. — Или что-то случилось?

— Н-нет, нет, ха-ха, с чего ты взял? — а глаза такие грустные-грустные, как будто бы сейчас расплачется. Не, ну это никуда не годится.

— Рассказывай.

— М?

— Выкладывай, что там у тебя произошло. Знаешь о эффекте случайного попутчика? Ну может и не знаешь, но ученые на моей родине утверждали, что рассказать о своих проблемах малознакомому человеку проще, чем кому-то близкому и знакомому, потому как с условным «попутчиком» вы возможно никогда более не встретитесь, и душу ему изложить легче. Да и мало ли что, может он что-нибудь путное посоветует. Не парься так о всяких пустяках, давай.

— Ага-ага, прямо таки малознакомому...

— Ну в любой сложной ситуации нужно выговориться, желательно кому-то. Одна голова хорошо, а две лучше — говорят у меня, подразумевая, что вместе легче справиться со сложно задачей или проблемой. Да и с чего ты взяла, что наше с тобой общение не закончится уже завтра? Кто знает, быть может я уже через полдня уеду отсюда, и мое имя ты будешь слышать лишь как описание делового партнера вашего семейства раз в три сезона во время обеда с папенькой? — немножко иронии в голос, чутка спокойной обреченности и вот он результат — твоим чистосердечным и честным словам невозможно не верить.

— Да?... Умм, н-ну ладно, хорошо. Я... Не знаю как сказать, но я уверена, что мой отец меня ненавидит. — Сяоюнь замолчала с таким выражением лица, как если бы ждала моей реакции.

— И с чего же ты это взяла? — и она ее таки дождалась.

— Он... Просто... Ох, может я этого просто не помню, но он ни разу не говорил мне, что любит меня. Да, он обо мне заботится, от всего сердца, я однозначно близка ему, но могу ли я в полной мере называть его отцом?... Не знаю. Хотя в целом, если бы не эта его черта и еще несколько мелочей он был бы просто идеальным отцом. Просто... Смотри на примере — до Циньханя я добиралась пешком. В целом это довольно обычная практика для студентов в академическом отпуске, но не для семей моего уровня. Арендовать летающего маунта или небесный корабль не слишком-то и дорого, даже у меня средств для этого достаточно на десяток-другой раз, но под конец моего трехлетнего обучения у меня практически ничего не осталось из тех средств, что мне выделила семья, и мне пришлось добираться своим путем.

— И ты никак не оповестила отца или кого-нибудь еще о том, что скоро прибудешь? А твоя мама? Или еще кто-нибудь из близких родственников? В конце концов ты единственная дочь главы клана, будущая наследница не самой слабой семьи даже по меркам всей империи, про провинцию и говорить нечего. Если я не ошибаюсь, Белый город третий по величине в провинции?

— Второй. Да, наша семья могущественна, и когда я была совсем еще маленькой, нас приглашали на церемонию коронации тысяча сто девяносто девятого императора Тянь — а туда даже за самые большие деньги не попасть.

Хмм. Ну насчет не попасть даже за деньги это мы еще конечно посмотрим, подумал я, а вслух сказал:

— Ну вот видишь! Я вот не слишком хорошо даже после твоего вчерашнего рассказа разобрался во всех тонкостях твоего бытия, и то смог за полминуты прийти к нужным выводам о семье. О твоей семье! Да и потом, мужчины, когда долго находятся у власти, быстро черствеют снаружи. Они меньше показывают своим близким и родным свои чувства, и при этом не перестают их любить. И я могу их понять — если ты не показываешь всем вокруг свою бескрайнюю, — наверняка со стороны мой жест в виде раскинутых в обе стороны руки выглядел забавно, чего я собственно и добивался. — любовь и привязанность, то это можно использовать. Просто представь, что кто-нибудь решается взять тебя в плен. — От этой фразы Сяоюнь странновато посмотрела в мою сторону и слегка поежилась. — Да, это мог сделать даже я. Так вот, зная кто ты такая, зная о твоих отношениях с отцом не ожидаешь слишком многого — на публике излишне холоден, груб, дочку не любит. Ну в таком уж случае просить много не резонно, и вместо, к примеру, десяти тысяч жемчужин Основ он потребует всего лишь пятьсот.

— Эй! По-твоему я стою так дешево? — ой, в мою сторону понеслась обидка. Сорян.

— Ха-ха, да нет, что ты. Я же сказал — отец быть может готов пол клана за тебя отдать, но если каждая собака будет знать, что тебя в узком семейном кругу никто не любит, то и в подобном случае просить будут немного. Да, он может быть сколь угодно любящим и идеальным отцом, но в первую очередь он глава клана, частью которого ты тоже являешься, на секунду.

За милой (наверное) беседой время шло довольно быстро, и под прохладную газировку из пространственного колечка (я все еще обожаю его😍), в котором я успешно хранил тридцать — вернее уже двадцать четыре — стекляненьких бутылочек с колой. Хм, а вот в сравнении с другими промтоварами кофейного цвета напиток девчонке не слишком-то и понравился, мол, слишком сладкий и вкус уж больно необычный, при этом четыре по ноль пять она осушила, ага-ага. Да и ладно, на вкус и цвет все фломастеры разные, как говаривал мой тренер Сергей Григорьевич. На минуту я прервал беседу, ударившись в легкую воспоминательную ностальгию (масло масляное, но по другому назвать я это не могу) и стал прокручивать в голове наставления старого спецназовца, что еще в годы Первой Иной был командиром СОБРа, принимал на себя удары особо сильных Волн... Все это могло продолжаться ой как долго, ибо Сяоюнь не решалась меня отвлекать, а я сам по себе любитель закапываться в горькие воспоминания, но по итогу полуунылое молчание не продлилось больше пяти минут.

— Добрый день, господин Арт. — наш относительный покой нарушила вошедшая женщина крайне миниатюрных размеров и абсолютно не миниатюрных форм. Сама по себе ростом метр сорок от силы, иссиня-черные волосы собраны в пару аккуратных пучков,что однако не мешало им рассыпать по спине, большие золотые глаза из-под слегка прикрытых век взирают на окружающий мир с толикой презрения и властности, носик чуть вздернутый, губки тонкие, аккуратные, ярко-алые и без всяких там помад, кожа немного бледновата, но лишь добавляла эдакого благородного шарма. Однако меня привлекало вовсе не это... Ой, точнее было бы сказать не эти моменты выделялись... Да черт бы вас к Асмодеевой бабушке побрал — я на десяток секунд залип на огромную, сочную, полуоткрытую грудь размера так шестого-седьмого! Чертовы сиськи, вечно вы мне по жизни мешаете, но я, Великий и Ужасный, клал на всех вас, и от этих близняшек тоже смог оторвать взгляд... Через четверть минуты. Черт.

Да, мой невольный паралич не остался незаметным, и улыбка на милой мордашке превратилась в стервозный полуоскал, а глаза уже в открытую источали презрение и отвращение. Так-так-так, а госпожа у нас вполне себе феминистка, однако.

— Добрый день, леди..?

— Мое имя Мэйлинь, я старейшина великого семейства Красного Дракона, и по приказу главы семейства и собрания Великих Старейшин мне было поручено вести с вами дело от лица всего нашего клана. Прошу, проследуйте за мной. А вас, юная леди, прошу зайти в покои главы. Он будет ожидать вас.

Сяоюнь неожиданно робко взглянула на Мисс Сиськи, смущенно потупилась в пол и, тихонько так вздохнув, обратилась в мою сторону:

— Амм... Хорошо... Спасибо за приятную беседу, г-господин...

— Нет-нет, так дело не пойдет. Не смущайся, не оглядывайся на других. Какой я тебе господин? Ей, — киваю на фигуристую, — еще может быть и господин, хотя тут уж смотря как пойдет у нас с семейством Красного Дракона совместное дело. А ты мне хорошая знакомая и даже немного подруга, и пофиг на всех остальных. Не тушуйся слишком сильно, и коль можешь — плюнь на окружающих! — постарался показать на морде лица самую дружелюбную лыбу. Я конечно не совсем понял, чего она тут вдруг засмущалась, но это уже и не важно. Да и вообще, помогать дамам — это весьма джентельменский поступок.

— Д-да? — а чего ты так удивляешься? Вроде ничего слишком удивительного не сказал... — Хорошо. Спасибо за поддержку и за все — за все.

— Всегда пожалуйста, малявка, муа-ха-ха-ха-ха! Бывай! — слегка махнул головой в ее сторону. — Ну-с, ведите, Мэйлинь Хонлун. Я весь внимаю вашим словам.

* * *

— Итак, братья мои, и сестры с ними, из вас кто-нибудь вообще в курсе, зачем Тянь-эр решил собрать нас здесь? — на огромном не то троне, не то кресле восседал тучный мужчина в багровых, как кровь, одеяниях и с такого же цвета длинными волосами, заплетенными в тугую косу. Время не щадит никого, и по лицу обратившегося к остальным собравшимся это было отчетливо видно — две тонкие морщины пересекали лоб, едва заметные штришки складок на лице были отчетливо заметны вблизи, а под глазами уже десяток лет темнели мешки из опустившейся от усталости кожи. И несмотря на юный для практика середины Раскрытого Ока[5] возраст — всего лишь сто двадцать с небольшим лет при максимальных трех — четырех сотнях, сразу видно главное — это не «тепличный старейшина», как любят величать братьев, дядей и дедов глав кланов, боевых сект и иных объединений, что почти всю свою жизнь за границы своей территории не выходят. О нет, свой шестой уровень пятой ступени культивации Ци он вырвал у Судьбы, Небес и сотен препятствий силой — той самой, которой обладает на сегодняшний день. Да, любой, знавший Хаолиня Хонлуна, дядю нынешнего главы клана Хонлун и старейшину боевого отделения и Хозяина Павильона Клинков, что предыдущему главе приходился младшим братом, искренне его уважал. Он и его сыновья — Юньси и Юньмэнь — были теми немногими людьми в клане, кто по-настоящему хорошо относился к юной наследнице, его внучатой племяннице. Здравый смысл и родственные узы для них не пустой звук, тем более учитывая искреннее желание нынешнего руководства поставить Сяоюнь на вершину семейства Красного Дракона.

— Мне никто не сообщил, как полагаю и тебе. Надеюсь, это что-то достаточно важное, потому как вы все знаете, что сейчас наше время весьма ограничено и дорого стоит в преддверии празднования пятисот лет клана. — скупо поджав губы проворчала седовласая женщина средних лет, перебирая в руках две особо крупные Сферы Звериного Духа, как если бы они были простыми фарфоровыми шариками для избавления от стресса. Однако ей, как старейшине клановой казны, было позволено и не такое, а уж пара Сфер Звериного Духа за несколько сотен жемчужин Истока, каждая из которых была равна сотне золотых — мелочь и фигня. Вот и развлекалась Баймэй Хонлун как захочет — ей ли экономить каждый медяк!

— Сестрица, братишка, вы же знаете — малыш ЮньЮнь не стал бы созывать даже малый круг без некой особо важной причины...

— Приветствую вас, мои дражайшие старейшины! Все вы не в курсе, по какой причине я собрал вас здесь, но времени у нас мало, а потому я не буду особо долго распинаться, и сразу перейду к делу. — Как цунами на побережье Моря Спокойствия в зал для проведения собраний ворвался Лорд Красного Дракона. — Кто хочет в ближайшие сутки прорваться к шестой ступени внутренней силы?

...

...

...

Н-даа.

Надо было это чуть нежнее высказать.

Десять человек. Десяток могущественных практиков на вершине мира... Ну или как минимум города с населением в почти триста миллионов человек, да. И вот именно эти великие личности, каждый из которых в свое время что там Циньхань, всю провинцию Белого Аквамарина на уши поднимал... С ошалелыми лицами молча взирали на своего относительно молодого главу (73 года — пфф, сопляк!) и не могли отмереть обратно от шока. А, нет, кто-то все же очухался...

— Т-ты... Юньтянь, тебе не стоит шутить такими вещами... — пробормотал шокированно и раздраженно один из старейшин по правую руку от главы клана, заведующий клановыми оранжереями алхимических ингредиентов и производством продуктов питания троюродный старший брат главы семейства Красного Дракона Юньмэнь Хонлун. — ... В нашем возрасте практически невозможно пробиться к следующей ступени без серьезной помощи извне. Нам бы могла помочь духовная медицина высокого уровня, но ее...

— Она есть у нас!

— ... Нет в нашем распоряжении. Или есть... Но откуда? — и еще больше непонимания во взгляде. Н-даа, не мягче, нет, нужно было сразу, не жалея ничтожной четверти часа, расписать все то, что он имеет на руках и к чему он пришел в своих недавних размышлениях.

— Хорошо, я не ожидал что это может вызвать у вас такую реакцию... Хотя иначе и быть не могло... В общем, как некоторые из вас возможно уже знают, в клан успешно вернулась после обучения в Академии Бескрайнего Неба наследница клана, моя дочь Сяоюнь. И все бы ничего, но то как она вернулась... Приехала на самоходном, явно артефактном транспорте из отменной стали и легкого железа в обнимку с неизвестным мне на тот момент практиком, значительно превосходящим меня... да что там меня, всех Великих старейшин семейства вместе взятых! От него не исходит Ци, он полностью инертен в моем Зрении, и к тому же обладает на руках настоящим сокровищем — сразу тремя пилюлями Кристального качества и близкого к идеальному наполнению. И да, именно эти лекарства, по моему скромному, но опытному мнению, смогут продвинуть любого из здесь присутствующих если не на третий-четвертый, то уж точно на первый или второй уровни Земного Духа[6].

— И что же удивительного ты видишь в том, что у человека превосходящего по твоему мнению все наше семейство Красного Дракона по силе имеется такое сокровище? — задала резонный вопрос старейшина Баймэй.

— Удивителен не сам факт наличия пилюль, а то что он готов продать их нам. Три тысячи жемчужин Истока за каждую. Я как подмастерье телесной алхимии и малый мастер начертания говорю вам — прорыв будет быстрым и безболезненным. В добавок, что также было подмечено сначала мной и Сяоюнь, он ведет себя как торговец. Извините, но от подобной силы мастера можно ожидать чего угодно, но не выгодного и вроде как даже честного предложения сделки.

— Старые монстры, что водятся в огромных количествах за пределами нашего Королевства Тянь могут и более эксцентричными, хех, и нам ли их судить? — ввернул в разговор свое словцо еще один из старейшин клана, самый молодой из них, ответственный за алхимические и кузнечные производства мастер телесной алхимии Миньсяо Хонлун.

— Ему не более тридцати лет. Да, не удивляйтесь... Что еще можно упомянуть... Внешность. Точно, что я могу гарантировать вам, так это то, что вы не сможете его перепутать ни с кем — ростом под десяток футов, длинная борода, волосы на голове длинные, собраны в низкий хвост, и по длине превосходят меня. Не мои волосы, нет, весь мой рост! Так что я думаю вы сразу поймете, что он не из наших краев, ибо я уже как полсотни лет не видел никого выше нашего Императора, да хранит его Небо. — Все в зале совещаний, включая самого Лорда Хонлуна, слегка склонили головы в знак особого уважения к титулу Императора и личности, что носила этот самый титул. - Да и будь он не полувеликаньего роста - все равно отличается от нас всем - от ауры и поведения до запаха. Ни от кого и никогда я не чувствовал таких... таких странных запахов... Черт! Я не знаю, кто он, зачем появился у нас, но... Я надеюсь, что он будет достаточно добр к нашему семейству... Нет, нет, все не то... Я хочу предложить нашему гостю место почетного старейшины нашего с вами великого семейства Красного Дракона. Что скажете?

- Что же, если он так восхитителен, как ты о нем говоришь, то я была бы не прочь взглянуть на него. - наглый, томный и будоражащий уши голос раздался позади Юньтяня Хонлуна. "Опять она..." - подумал Лорд Красного Дракона. А вслух сказал:

- Госпожа Мэйлинь... В таком случае не соблаговолите показать господину Арту путь до этого зала? Вполне возможно что он сможет утолить ваше любопытство.

- Хммм... Ну ничего не поделать, раз сам глава семейства Хонлун попросил меня, то как я могу отказаться?