Утро в жизни Гермионы Грейнджер всегда было самой важной частью дня. 

Оно начиналось с ленивой йоги, бодрящего душа и кружки крепкого кофе. 

Это утро ничем не отличалось от других. 

После традиционных ритуалов Гермиона забрала утреннюю почту, мельком изучила Пророк, отложила в сторону письма от друзей и нахмурилась, увидев конверт с печатью министерства. 

«В связи со сложной обстановкой в магическом мире Визенгамотом и министром было принято решение о заключении брака между некоторыми оправданными Пожирателями смерти и членами их семей и героями Второй магической войны. Гарри Джеймсу Поттеру, Рональду Биллиусу Уизли, Гермионе Джин Грейнджер и Джиневре Молли Уизли, надлежит явиться в приёмную министра в течение часа после получения письма для получения уточняющей информации». 

Кружка выпала из ослабевших пальцев ведьмы, вдребезги разбившись о пол. 

Мысли замелькали в голове со скоростью света. 

Они ведь не могут насильно сочетать их браком? Или могут? 

Девушка машинально убрала осколки и вытерла пол. 

Нужно идти в министерство, она ведь не одна в этом списке. 

– Гарри! – ведьма бросилась к другу, и он привычно распахнул для неё объятия. – Гарри, что происходит? 

– Они считают, что мы сделали недостаточно для этой страны и победы, – зло выплюнул парень, успокаивающим движением проводя по её напряжённой спине. 

– В каком смысле? – прошептала Гермиона, сжимая рубашку на его груди. – Нам что, нужно было погибнуть? А они, что сделали они?! 

– Мисс Грейнджер, как хорошо, что вы не опоздали, – Кингсли старался держать лицо, но у него плохо получалось. – Думаю, нет смысла ждать остальных, раз они проигнорировали письма от министерства. 

– Рон и Джинни на соревнованиях в других странах, как они должны были явиться сюда в течение часа, если только на одобрение порт-ключа требуется минимум пара часов? – Гарри почти выплёвывал слова. 

– Кто ищет, тот всегда найдёт, – вздохнул с притворным сожалением министр. – Не будем никого задерживать, согласны? Итак, было принято решение…

– А вы не охренели, принимать решения за нас? – прошипел Гарри, сжимая руку Гермионы. – Если вы так боитесь за свои задницы и опасаетесь переворота, подберите других пешек. 

Кингсли тяжело вздохнул и наложил несколько защитных заклинаний на кабинет, скидывая маску и демонстрируя молодым людям нервозность и сожаление. 

– Мы ничего не смогли сделать, Гарри. Я не смог. Эти условия поставил Верховный волшебный суд. Мы предлагали заключить их в Азкабан, предлагали другие варианты. Всё отвергли. Если мы хотим сохранить страну и её независимость, вы должны сочетаться с ними узами брака. 

– Где был этот суд, когда мы, дети, воевали? – вскинулась Гермиона. – Когда я лишила памяти родителей? Когда Гарри остался один на один с Тёмным лордом? Когда семья Уизли потеряла сына? 

– Я всё понимаю, Гермиона, – тяжело вздохнул Кингсли и потёр лицо руками.

– Нет, вы не понимаете, – с ненавистью выплюнула ведьма, сжимая кулаки. – Почему вы считаете, что мы с Гарри не можем испортить этот план?

– Я знаю, что вы не сделаете этого, – честно ответил Кингсли. – Вы слишком дорожите друг другом и своими друзьями. 

– Это угроза? 

– Это факт, Гарри, – устало вздохнул Кингсли. – Нет других вариантов. 

– Что сделал Верховный маг? – тихо спросила Гермиона, внимательно глядя на министра. 

– Самая умная ведьма, – грустно улыбнулся волшебник. – Было произнесено заклинание и заключён контракт между судом и Визенгамотом. Пары сформированы, отказаться нельзя. 

– Что будет, если мы откажемся? – настойчиво спросила Гермиона. 

– Смерть. 

Гарри прижал подругу к себе и сглотнул, закрывая глаза. 

– Мы слишком многое отдали этой стране, разве нет? – тихо спросил он. 

– По мнению верхов – недостаточно, – Кингсли протянул молодым людям два стакана с янтарным напитком. – Мне жаль, ребята, правда. 

– Кто? – едва слышно прошептала Гермиона. 

– Для Гарри – Пенси Паркинсон. Для Рона – Милисента Булстроуд. Для Джинни – Теодор Нотт. Для тебя, Гермиона… Драко Малфой. 

Ведьма закрыла глаза и прокляла тот день, когда узнала о магическом мире. 

Гермиона сжала виски, чувствуя, как пульсация в них становится только сильнее. 

Прошла неделя с момента вызова в министерство. 

Малфой проигнорировал приглашение Кингсли и не ответил ни на одно её письмо. А их было отправлено семь. 

Девушка внутренне закипала, с каждым днём всё сильнее. 

Как будто ей это надо, честное слово! 

Всё ближе был срок свадьбы, установленный Визенгамотом, и Гермиона уже приготовилась к тому, что и на свадьбу Малфой не явится. 

Наверное, для него по-прежнему лучше смерть, чем что-то, связанное с ней. 

Соседний стул с грохотом отодвинули, и ведьма подняла настороженный взгляд на того, кто посмел её побеспокоить. 

– Привет, невеста, – напротив с недовольным лицом устроился Драко Малфой собственной персоной. – Поговорим? 

Гермиона заторможенно кивнула, поражённая презрением, которым он её окатил. 

– Никакой свадьбы не будет. Просто роспись в министерстве. Я не собираюсь участвовать в этом цирке, – Малфой сложил руки перед собой и окинул девушку внимательным взглядом, от которого она почувствовала себя отвратительно. – Завтра в десять встретимся в Гринготтсе, нужно выбрать кольцо. 

– А что дальше? – Гермиона  словно сбросила с себя оцепенение. – Если ты считаешь, что я в восторге от произошедшего, то…

– Мне всё равно, Грейнджер, – процедил он, кривя губы. – Сразу после свадьбы последует развод. 

– Почему жизнь постоянно сводит меня с идиотами? – пробормотала девушка себе под нос и потёрла лицо руками, пытаясь успокоиться. – Ты хоть читал документ, что прислало министерство? 

– Читал. И мой адвокат тоже. И он не видит проблемы в дальнейшем разводе. 

– Значит, твой адвокат – идиот, – прошипела Гермиона. – Этот договор составлял Верховный суд, и всё не так просто. 

Драко нахмурился и чуть наклонился вперёд: 

– В смысле Верховный суд? 

– Твой адвокат тебе явно соврал. Там столько условий, что…

– Но развод допустим? – перебил её Малфой. 

– Да. Почитай сам приложение к документу, а не полностью доверяй своему законнику. 

– Завтра в десять, Грейнджер. Не опаздывай, – он резко поднялся и покинул кафе, оставив Гермиону в растерянности. 

И с отвратительным чувством, будто её хорошенько облили грязью. 

За полчаса до назначенного времени Гермиона уже была в холле Гринготтса и тихо переговаривалась со своим поверенным по поводу защиты её активов. 

Вероятнее всего, Малфою вообще не сдались её деньги, но она заработала их сама и не собиралась ни с кем делиться.

Бросив взгляд на часы, девушка нахмурилась: ровно десять, а её жениха нет. 

Внезапно кто-то осторожно прикоснулся к её руке. Гермиона опустила взгляд и растерялась: рядом с ней стоял домовик в строгом костюме с вышитым на груди гербом дома Малфоев. 

– Мисс Грейнджер, прошу вас следовать за мной, – чуть поклонился он. – Меня зовут Робин, и я помощник мистера Малфоя. 

– А где сам мистер Малфой? – пробормотала девушка, оглядываясь. – Он уже в хранилище?

– О, молодой господин очень занят, он поручил мне сопровождать вас и помочь с выбором кольца, – домовик смущённо опустил глаза, и Гермиона ясно поняла: врёт. 

Конечно, их брак – это совсем не то, о чём они мечтали. Но ведьма не думала, что Малфой будет так явно демонстрировать своё пренебрежение к ней и решению министерства. 

– А ещё мисс необходимо ознакомиться с документами, что подготовил поверенный молодого господина. 

– С документами? – нахмурилась девушка. – О чём? 

– Давайте мы пройдём в кабинет, и там вы всё узнаете, – голос Робина дрожал от волнения, и Гермиона не стала настаивать. 

Она внимательно читала соглашение и чувствовала, что её лицо пылает. 

Значит, он думает, что ей нужны его деньги?

Значит, он хочет себя обезопасить? 

Хорошо, пусть будет так, но на её условиях. 

– Я хочу добавить сюда кое-что, – медленно произнесла Гермиона, отодвигая соглашение от себя и ловя жалобный взгляд от поверенного Малфоя. 

– То, что здесь прописано, не подлежит исправлению, – виновато произнёс гоблин. 

– Мы не будем исправлять, – ободряюще улыбнулась ему Гермиона. – Мы добавим несколько пунктов. Если мистер Малфой так беспокоится о своих активах, я хочу прописать следующие моменты, – она откашлялась и стала записывать, зачитывая вслух. – Мистер Малфой после заключения брака не должен дарить украшения, а также настаивать на носке фамильных драгоценностей во время приёмов. Мисс Грейнджер вправе отказаться от любого подарка, что будет ей передан мистером Малфоем. Своё питание и личные вещи мисс Грейнджер оплачивает самостоятельно.

Гоблин сглотнул, не решаясь ничего сказать против: она отплатила Малфою той же монетой. 

Он кивнул и щёлкнул пальцами, ратифицируя соглашение. 

Гермиона кивнула и грациозно поднялась с места, делая шаг к двери, когда её окликнул Робин: 

– Мисс Грейнджер, нам ещё нужно в хранилище, выбрать кольцо. 

Девушка улыбнулась напряжённому домовику и покачала головой: 

– Спасибо, Робин, но, если верить соглашению, я не имею права на украшения из семейного хранилища. Кстати, – повернулась она к гоблину, – я прошу запретить мне посещение этих хранилищ. 

– Мисс… – растерялся домовик, нервно сжимая длинные пальцы. 

– Это моё решение, – улыбнулась она Робину. – Всё равно я не люблю старину, с ней связано слишком много плохого. Передай мистеру Малфою, пожалуйста, что я благодарю его за прекрасного компаньона. Была рада познакомиться с тобой, Робин, – и покинула кабинет поверенного, чтобы внести необходимые изменения у своего гоблина. 

Робин грустно покачал головой и тихо исчез, возвращаясь в Малфой-менор. 

Гермиона с любопытством осмотрелась в зале, ловя со всех сторон блеск самых разных камней. 

– Вы ищете что-то особенное? – к ней с улыбкой подошла консультант. 

– Да, – улыбнулась девушка, – мне нужно кольцо на помолвку и ещё на саму свадьбу. 

Ни один мускул не дрогнул на лице консультанта: к ней явно обращались с вопросами и поинтереснее.

– Металл, камни? 

– Не имеет никакого значения, – честно ответила Гермиона, – главное, чтобы было красиво и удобно. 

На удивление, она практически сразу увидела кольцо, запавшее ей в душу. 

– Вот это, пожалуй. И тогда без второго кольца. 

– Уверены? – консультант была искренне удивлена выбору. 

– Самое то, – улыбнулась Гермиона и вытянула руку вперёд, любуясь. – Идеально. 

На её пальце сидело, как влитое, двойное золотое кольцо, украшенное по центру россыпью рубинов.  

Вечером девушка заполнила короткую анкету о себе и отправила Малфою, как обязывало их министерство. Его анкету принесла ей сова совсем недавно. 

И, если быть честной, Гермиона была уверена, что он проигнорирует её заполнение. 

Она подошла к окну и обхватила себя руками, кусая губы и глядя на закатное солнце. 

Она надеялась, что Малфой найдёт способ разорвать их брак, но не могла избавиться от чувства, что всё будет совсем не просто. 

А ещё ей по-человечески было очень обидно: она не сделала ничего, чтобы заслужить к себе такое отношение. 

Она такая же жертва обстоятельств, как и он. 

Но разве для него это имеет значение? 

Гермиона тяжело вздохнула и закрыла окно, отправляясь спать. 

Завтра нужно выбрать платье для этого фарса. 

И, как бы ни хотела девушка повести себя, как Малфой, на неё давило звание героини и надежды министра. 

Поэтому платье всё же будет белое.