🔬 Риторика как фокус-покус. Джеймс Фэллон — «психопат внутри» и гений-иллюзионист
«Представьте со мной на минуту.
Стоит ясное теплое субботнее утро, и вы решили прогуляться по парку возле вашего дома. После оживленной прогулки вы опускаетесь на скамейку в тени дуба рядом с вполне симпатичным парнем. Вы говорите привет, и он говорит привет, и затем он говорит, какой сегодня прекрасный день и как хорошо быть живым. Когда вы общаетесь с ним следующие пятнадцать минут, вы составляете мнение о нем, а он о вас. Вы многое можете почерпнуть о ком-то за это короткое время. Вы можете узнать, чем он зарабатывает на жизнь, женат ли он и есть ли дети, или чем он любит заниматься в свободное время. Он, по-видимому, интеллигентный, обаятельный, открытый, веселый и в целом приятный собеседник, который может рассказать интересную маленькую историю».
В два часа ночи я присела открыть книгу Джеймса Фэллона — «The Psychopath Inside». Научно-популярное издание о моем излюбленном нынче явлении — психопатии. Я уже почти хотела спать и подумала: «Сейчас прочту главу — и на боковую». Не тут-то было! Фэллон слишком захватил мое внимание.
Коротко объясняю суть: Джеймс Фэллон — нейробиолог. Очень крутой дядька (по его собственным словам и раз уж он выступает на TED). И, судя по снимкам его мозга, он — психопат.
Мне однажды написали в комментариях к «Протоколу», что некий профессор СЛУЧАЙНО узнал о себе, что он того. Я не поверила — не читателю, а самой истории. Потому что история в стиле «Я даже представить себе не мог!» выглядела ошеломляюще.
Почему? Видите ли, если у тебя нет чего-то, что есть у других, или что-то, наоборот, есть в избытке, ты заметишь. Даже не зная диагноза. Я думаю, все, кто когда-либо получал психиатрическое заключение, меня поймут.
К тому же достопочтенный Фэллон как минимум десятилетие, по его же словам, изучал загадочных психопатов.
Но тут он увидел снимок. Свой.
Вы думаете, он испытал тревогу или волнение? Нет. Я умоляю вас. Вспышка азарта, интерес.
Никаких домыслов, он буквально об этом пишет:
«Кто такой психопат?
После просмотра снимка моего мозга — что, будучи ученым, я счел скорее интересным профессионально, а не личным поводом для тревоги, — я начал задавать этот вопрос своим коллегам-психиатрам, чтобы проверить, подхожу ли я под описание».
Если бы мы были спекулянтами, одним этим абзацем Джеймс Фэллон ответил бы нам, кто такой психопат. Это человек, который узнав о своем фундаментальном отличии от других (более того, об отличии, которое связывало его с убийцами!), испытывает профессиональный интерес. Но не будем предвзяты: он всё-таки нейробиолог, а мы всё-таки не спекулянты.
Небольшое вводное предупреждение
Прежде чем мы продолжим, я бы хотела оговориться: все переведенные цитаты я максимально старалась приблизить к оригиналу. Мне было важно передать, как автор расставляет акценты даже порядком слов и какие интонации он выбирает, чтобы играть с читателем. Без этой кропотливой работы его цитаты потеряли бы для вас всякую ценность.
И еще — для более глубокого понимания риторики Фэллона я бы хотела привести краткую выдержку из книги «Лишенные совести» Роберта Хаэра:
Один убийца-психопат вместо того, чтобы просто ответить на вопрос и объяснить мотивы своих преступлений, пустился в подробное описание нескольких совершенных им жестоких убийств. Рассказывал он с воодушевлением, но бесстрастно. Можно было подумать, что он описывал бейсбольный матч. Сначала женщина-интервьюер пыталась относиться к его рассказу с непредвзятым профессионализмом. Но когда, наконец, ее лицо исказилось от отвращения, он остановился на полуслове и сказал: «Да, все-таки я поступил очень плохо. Я чувствую себя просто отвратительно. В тот момент я, должно быть, временно лишился рассудка».
Держите в голове эту фундаментальную вещь: если мы имеем дело с настоящим психопатом, как он сам и утверждает (но независимых диагностов, которые бы подтвердили его точку зрения, в книге мы не найдем): он знает, что сказать, чтобы произвести на вас правильное впечатление. Как-никак это не молодой парень, который пускает пыль в глаза по наивности. Это пожилой профессор.
И вот вам критерии оценки классического психопатического паттерна: очарование, манипулятивность, грандиозность и полное отсутствие искренней рефлексии о том, что твои действия или слова могут принести реальный вред (например, упростив что-то сложное до чего-то простого).
И нет, я ни в коем случае не утверждаю, что Джеймс Фэллон психопат. Я не психиатр, а прозаик — и моя цель разобрать исключительно его художественные приемы.
Главная интрига книги — главный интригант
Книга начинается с того, что Фэллон поэтично описывает октябрьский день 2005 года. Он пишет, что постоянно ведет несколько исследований параллельно, и поэтому на его столе лежали тогда разные снимки, в том числе снимки криминальных психопатов для одного исследования и снимки его семьи в рамках другого исследования, связанного с болезнью Альцгеймера.
И вот Фэллон обнаруживает, что один из снимков в стопке под знаком Альцгеймера странно похож на снимок из стопки под знаком психопатии.
Он пишет, что ему показалось, будто снимки могли перепутаться. Потому что когда он увидел один из них, он, конечно, был убежден, что тот никак не может принадлежать членам его семьи: снимок показывал, что мозг этот демонстрировал низкую активность в определенных участках лобных и височных долей — эти зоны обычно связывают с самоконтролем и эмпатией.
Фэллон пишет:
«Когда я обнаружил, кому принадлежит снимок, мне ничего не оставалось, как поверить, что это ошибка. В приступе досады, я попросил техника проверить сканер и все записи других специалистов по визуализации и сотрудников базы данных. Но ошибки не было.
Снимок был мой».
Мне нравятся эти эффектные и веские, как точки, предложения в конце его глав. Он обожает использовать такие ударные крючки.
Я, конечно, по привычке (каюсь, четыре месяца с Нилом) сразу прочитала за реакциями Фэллона парочку аффектов: вспышку раздражения как сбой в системе, а затем, как помните, последовал азарт. Но я не спекулянт, и Фэллон использует не «раздражение», а слово «досада» («pique»), что очень человечно, как будто он почувствовал себя уязвленным.
Немного о разоблачении фокусов
Я кратко пересказала вам небольшой пролог. В нем еще перечислялось множество регалий автора, но это мы опустим.
Следующая же глава представляет собой очаровательный или даже, скажем прямо, чарующий перфоманс, в котором Фэллон, как нейробиолог, объявляет нам вещи удивительные:
- психические расстройства не являются болезнями, как «нормальные» физиологические болезни (включая гормональные депрессии, видимо, тоже);
- психопатия не существует, а если существует, то определить ее — искусство;
- диагностические критерии сомнительны, и все ученые до Фэллона — не то чтобы шарлатаны, но дискредитированы методами, которые используют, и более того, они потратили десятки лет на изучение феномена, который ни доказать, ни объяснить толком не могут (речь, разумеется, о неуловимой психопатии).
И всё это обернуто в потрясающе яркое, как фестиваль фейерверков, литературное шоу. И я, конечно, с превеликим удовольствием переведу вам самые увлекательные моменты, поэтому что разбирать чужие авторские кейсы — моя преступная слабость.
Фокус 1. Запасаемся авторитетами
Следите за руками. В самом начале мы получим от Фэллона очень авторитетные мнения от неких выдающихся исследователей, но назовут нам имя только одного из них:
«Я спрашивал некоторых самых выдающихся исследователей в этой области и всё же не смог получить удовлетворительного ответа. Некоторые уклонились, сказав, что психопатов не существует вообще и что просить их дать определение психопату всё равно что просить дать определение нервному срыву. Этим словом люди часто бросаются, но оно не имеет никакого научного или профессионального значения. (То же самое со словом «овощ», которое является скорее кулинарной условностью, чем ботанической категорией.) Когда я спросил своего друга Фабио Маккарди, коллегу из UCI и известного психиатра, он сказал: "Не существует психиатрического диагноза — психопат". После некоторого нажима он объяснил: "Самое близкое определение, которое мы можем найти в руководстве, — диссоциальное расстройство личности. Но это не всегда тот зверь, которого ты ищешь"».
Да, термина «психопат» не существует в диагностических критериях. Но МКБ-11 уже сегодня учитывает «психопатическое ядро личности», которое обладает четкими критериями: отсутствие глубоких эмоций, сострадания, совести, вины, страха. Тем не менее, книга Фэллона вышла в 2013 году, а МКБ-11 утверждено в 2022-ом.
Но я просто хочу сказать, что термин «психопат» широко использовался именно в научной литературе. Это не про кулинарию и вольность авторов, а про необходимость выделить такое сложное явление, как психопат.
Вот как осторожно об этом писал Херви Клекли в своем труде «The Mask of Sanity» («Маска здравомыслия»):
«Трудно передать эту концепцию: биологический организм, внешне сохранный, демонстрирует превосходные периферические функции (память, внимание, интеллект — мое прим.), но обладает центральным нарушением (эмоции, саморегуляция, целеполагание) или дефектом такого рода, что способности, превосходные на тех уровнях, где мы можем их формально оценить, не могут быть последовательно использованы в здравых целях и удержаны от регулярного стремления к саморазрушительным и иным серьезным патологическим последствиям».
Такие ученые, как Клекли, выделяли не только расстройство, но и саму личность с определенным набором черт, которые буквально пугали исследователей. Теперь психопатическое ядро даже отделили от диссоциального расстройства.
И мне несколько странно читать, что нейробиолог ходит и расспрашивает, что есть психопатия и как ее определить, учитывая его слова о том, что он изучал и комментировал снимки психопатического мозга, причем не один год. Не буду голословной, цитата:
«Она [статья] называлась «Нейроанатомические основы для понимания мозга юного психопата» и опиралась на длинную серию анализов, которые я с перерывами в течение десятилетия проводил, изучая отдельные снимки мозга убийц-психопатов».
Фокус 2. Подрываем доверие ко всей психиатрии
Одной рукой Фэллон отвлекает ваше внимание на терминологию, которой в его мире не существует, а другой уже подменяет карту, и это выглядит примерно так:
«Если рассматривать традиционные медицинские стандарты диагностики, то неудивительно, что вокруг психопатии так много споров. При таких заболеваниях, как ожирение, диабет и гипертония, легко определить, страдает ли пациент, поскольку симптомы этих заболеваний хорошо известны и легко проверяются. У вас низкий уровень инсулина, что препятствует усвоению сахара вашим организмом? У вас диабет. То же самое нельзя сказать о болезнях психики.
Прежде всего, психические заболевания не считаются болезнями вообще. Понятие болезни основывается на знании причины (или этиологии) конкретного расстройства и его воздействий (или патофизиологии) для организма. В отличие от многих истинных болезней других систем органов, мы не можем позволить себе такую роскошь в отношении психических заболеваний, поскольку нам так мало известно о лежащих в их основе патологических биологических механизмах. Несмотря на прогресс в нашем понимании принципов работы мозга, сам этот орган до сих пор во многом остается для нас загадкой. Поэтому большинство психических проблем называют расстройствами или синдромами. Психопатия находится на самой нижней ступени этой лестницы заболеваний-расстройств, поскольку нет единого мнения о том, что она собой представляет — и существует ли она вообще, — а значит, нет и профессионального согласия относительно ее первопричин. Попытка выявить или определить психопатию с помощью простого списка черт без указания причины похожа на использование руководства по таксономии. Если оно летает, и ест, и издает звуки, это может быть птица, или еще это может быть летучая мышь, или насекомое; вы так и не установили, что это на самом деле.
Хотя не существует стандартных методов диагностики психических расстройств, таких как психопатия, мы можем определить некоторые аспекты психического состояния пациента, изучив его мозг с помощью таких методов визуализации, как ПЭТ (позитронно-эмиссионная томография) и фМРТ (функциональная магнитно-резонансная томография), а также с помощью генетических, поведенческих и психометрических тестов и других данных, собранных в ходе комплексного медицинского и психиатрического обследования».
Итак, что же делает Фэллон?
Ну, я бы сказала: это шулерство. «Смотрите, в остальной медицине есть точные тесты. А что есть в вашей психиатрии?».
Увы, «теста на психопатию» в пробирке не изобрели. Одна капля крови не покажет, психопат человек или нет. Но сам же Фэллон дальше перечисляет методы, которые позволяют составить целостную клиническую картину.
Вспомним, как мы ходим по врачам. Они определяют, что и почему болит, одним тестом на кровь? Нет. Они строят гипотезы, а затем пытаются их подтвердить.
Моя подруга не так давно повредила колено. Ей сделали УЗИ и рентген. Ей сказали, что у нее ушиб. Но в колене продолжала скапливаться жидкость, а физиопроцедуры не помогали. Ее отправили на КТ, и только через два месяца она узнала, что на самом деле у нее был перелом! К тому моменту он уже неправильно сросся. И мы утверждаем после этого, что это у психиатрии дела плохи?
Медицина требует внимательной диагностики — и не по одному критерию или, прости Господи, опроснику. Хотя метод опроса, когда доктор спрашивает: «Как именно у вас болит живот?» — работает со времен, когда даже Фэллон не появился на свет.
По поводу опросников. PCL-R (Тест на психопата Хаэра, который упоминает и много препарирует Фэллон) — установленный метод, а не какая-то вольность. У этого теста есть протокол проведения и шкала, а диагностирование требует обученного специалиста. Прогнозы, сделанные с его помощью, были неоднократно подтверждены практикой. Это самый известный и признанный метод предварительной или дополнительной оценки.
Когда Фэллон, будучи нейробиологом, говорит: «Нет точных методов», он ставит под сомнение саму возможность поставить ему объективный диагноз. И чем он хочет его подменить?
Следите за руками. Но лучше — за картами. Перед вами положили снимок мозга и заявили, что он принадлежит психопату. А затем ловким движением подменили его: «Но никто это не докажет на сто процентов». Как ловко! И после того, как все не-шарлатаны (неизвестно, чем занимаются все эти «психиатры», пока лечат людям депрессии и шизофрении) были унижены, Фэллон предоставит вам полную картину того, как обстоят дела. Свой уникальный внутренний мир.
Это напомнило мне, как моя подруга-профессор удивлялась новым веянием среди студентов: теперь люди изучают не литературу и то, что наработано до них, а самих себя. А что? Они — самый интересный объект изучения в своей вселенной. Доказывать не надо — они сами себе доказательство. А опровергнуть? Так ведь это субъективный опыт, опровергать тут что-то — посягательство на личность.
Фокус 3. Прояви экспертность. Докажи, что ты знаешь лучше
Далее Фэллон говорит, что работающий инструмент (Контрольный перечень психопатии Хаэра то есть) работает плохо.
Вообще-то, оговорюсь, диагностических критериев существует множество, и, раз Фэллон у нас был так несведущ (по его же словам) в вопросах психопатии, ему бы оставить эти критерии специалистам, а не брать самый простой пример, который вылетает в первом же запросе в поисковике по ключевым словам «тест на психопата».
Но ему, Фэллону, есть что улучшить (почему-то прошло уже больше десяти лет, а к нему никто не прислушался, да и сам он свое предложение не продвигал).
В общем, вдумчиво разбирая PCL-R, он пишет:
Для выявления психопата Контрольный перечень Хаэра — это хорошее начало, но не идеальное. Вместо того чтобы складывать 20 качеств, каждый со значением 0, 1 или 2, я бы оценивал их по шкале от 0 до 5 и использовал математическую модель, чтобы присвоить каждой черте разную значимость. Еще лучше, если у каждого человека будет индивидуальный профиль, а не один числовой показатель или категорический диагноз «да» или «нет». Вы не можете судить о здоровье или об ожирении лишь по росту и весу. Вы занимаетесь спортом? Что вы едите и пьете? У вас может быть лишний вес, но при этом и прекрасная физическая форма. Доктор, который вас знает хорошо, принял бы всё это во внимание.
Это отдает типичной западной повесткой: не эффективно, а с уклоном в индивидуальность, чтобы никто не ушел обиженным.
Несмотря на то, что я против стигматизации первичной психопатии (то есть врожденной, когда мозг особенный, а человек вполне социализировался), после предложения Фэллона отменить точный диагноз («да» или «нет»), я невольно представила, как перекрестились многие психиатры, работавшие с действительно опасными, криминальными психопатами несколько десятилетий. Многие из них, как, например, Андриан Рейн (книга «The Anatomy of Violence» — «Анатомия насилия»), были так напуганы, что предлагали даже, извините за каламбур, гасить истоки психопатии в зародыше: с помощью контроля рождаемости. Остальные же, более скромные авторы, просто пытались вскрыть это явление, показать его потенциальную угрозу всем неравнодушным и сподвигнуть предпринять меры на уровне закона, как для других опасных психиатрических случаев.
Фокус 4. Создай у читателя понимание, что никто ничего на самом деле не понимает, и это видите только вы вдвоем
А вот что Фэллон говорит о коморбидности (когда у человека несколько расстройств сразу):
«Кроме того, сложно суммировать всю совокупность поведения в одном расстройстве. Есть много сходного в таких состояниях, как истерическое, нарциссическое и антисоциальное расстройства личности. И каждый немного психопат, у каждого немного СДВГ и так далее. Психиатрия отходит от категориального восприятия — в последнем диагностическом руководстве говорится о «измерениях» расстройств, — но это тяжело, когда врачи не хотят осваивать новые методы, страховым компаниям нужно полагаться на конкретные диагнозы, а всем нравится определенность и четко обозначенные ярлыки. Я вижу психопатию так же, как другие видят искусство; я не могу дать ей определение, но я ее узнаю́, когда вижу».
Вы понимаете, да? Вот все эти психиатры с их перечнями и диагностикой — это неясно что, тогда как «рыбак рыбака» — это другое дело.
Как человек с СДВГ, я просто в ужасе. Мне часто приходилось оправдываться перед самыми близкими друзьями, что мой мозг устроен иначе и я не могу иногда делать вещи, простые для них. И я периодически, в сложные периоды, всерьез задумываюсь, а не сесть ли на постоянной основе на таблетки, чтобы они помогли мне справиться, потому что моя жизнь буквально иногда несется в кювет — и у меня даже нет тормозной системы. Мой СДВГ причиняет неудобства мне и людям, которые меня любят. И говорить, что «Ой, да что там, он есть у всех», — это как говорить человеку, который грустит: «О, чел, да это немного депрессия».
А кроме личного. Пугать эмпатичных, чувствительных людей словами: «Да и у вас немного психопатия», — это настолько черная риторика, что можно только подивиться.
И, конечно, мы должны согласиться с Фэллоном, что все новые исследования, которые пытаются углубить понимание НЕЙРООТЛИЧИЙ, синдромов и расстройств, — это путь к упрощению, потому что злые врачи не хотят учиться, а страховые компании еще хуже. Ведь все знают, что страховые компании просто гребут бабло, это не должно вызывать сомнений. Как и всё, что сказано в этой книге. Это самый классный политический прием: возьмите то бесячее, что знают все, а остальное просто примут на веру.
Фокус 5. Поговорим о терминах для широты кругозора
Итак. Не-шарлатаны разоблачены. Методы принижены. Враги обозначены.
И Фэллон достает из широких штанин еще один козырь:
«Один вопрос, который люди часто задают: есть ли разница между социопатом и психопатом. Если отбросить факт, что многие психологи отрицают существование и того, и другого, то в клинических условиях разница чисто семантическая. Роберт Хаэр отмечал, что социологи чаще фокусируются на средовых или подверженных социальному влиянию аспектах расстройства, поэтому предпочитают термин «социопатия», тогда как психологи и психиатры предпочитают включать генетические, когнитивные и эмоциональные факторы на ряду с социальными при постановке диагноза, и поэтому выбирают термин «психопатия». Поскольку я нейробиолог и интересуюсь генетическими и неврологическими причинами этого расстройства личности, я буду использовать термин «психопат» в этой книге. И я буду использовать его для описания людей с некоторой комбинацией тех четырех аспектов Контрольного перечня Хаэра: межличностными, аффективными, поведенческими и антисоциальными чертами».
Ох, я не знаю, что там среди диагностов. Но вот что считают те, кто углубленно изучал именно вопрос психопатии. По Херви Клекли и Дэвиду Ликкену (те еще, знаете, мутные типы, на которых все ведущие исследования почему-то постоянно ссылаются), есть два способа формирования психопатии:
- первичная — изначально по-другому устроенный мозг (необходимые сигналы просто не доходят до тех частей, которые отвечают за самоторможение и глубокие чувства вроде любви и страха);
- вторичная (социопатия) — генетическая предрасположенность + негативное влияние среды = социопат, сформированный травмой.
Подробно я раскрою эту тему в отдельном посте, который уже готовлю, потому что это различие — причина моего погружение в тему. Мне было интересно изучать иной мозг, а не влияние среды и травмы.
Почему я нашла эти сведения за четыре месяца, а Фэллон как нейробиолог, десятки лет изучавший психопатию и решивший написать книгу о ней (ой, извините, себе), — нет? Но оставим этот вопрос для спекуляций, мы ведь не спекулянты.
Фокус 6. Отсылай к знакомым образам, чтобы завоевать доверие
Еще Фэллон мастерски отсылал читателя к поп-культуре: с помощью фильмов он разобрал весь спектр психопатии, как будто на образы из фильмов действительно можно опираться. Но это чисто для демонстрации. И ничего страшного, что остальные специалисты, работающие «в полях», разбирают реальные клинические случаи.
Переводить этот объемный кусочек текста я не взялась.
Фокус 7. Просто оставайся собой — милым, веселым парнем, ведь людям нравится это
«Вы могли бы предположить, учитывая мою близость к предмету, что я был напуган, обеспокоен или расстроен».
Извините за ремарку, но я, например, не могла. Ведь речь идет о психопатии, в которой страх, обеспокоенность и расстройство часто просто не предусмотрены на уровне мозга.
«Но это было не так, потому что я знал лучше».
Как мы уже догадались, это главный доказательный тезис Фэллона.
Вот что он говорит в самом начале книги:
«Я был счастливо женатым мужчиной с тремя детьми, которых я очень любил. Я никогда не прибегал к насилию или манипуляциям и не совершал опасных преступлений».
Вот что он говорит буквально через главу о своей молодости в колледже:
«Я предложил пожарному косячок, а он в ответ разрешил мне поиграть со шлангом, так что я начал поливать людей. Через несколько минут мой друг и я побежали по улице, чтобы попасть на большую вечеринку в другом студенческом общежитии. Я поднялся на третий этаж и посмотрел вниз, на группу во внутреннем дворике, затем увидел пожарный рукав и попросил парня, стоявшего рядом со мной, передать его мне. Я уничтожил группу на корню. Барабаны летели повсюду. Куча здоровяков, вероятно, футболистов, в ярости поднялась в дом и потащила меня вниз. По пути я увидел, как вода из шланга просачивается сквозь потолок на втором этаже. На меня надели наручники, но я так рассмешил полицейских, убедив их, что мы никогда никому не причиняли физического вреда, что они меня отпустили».
Признайтесь честно, вы тоже всегда хотели смыть всё на своем пути из пожарного рукава, включая группу бедных музыкантов? Фэллон говорит: это всего лишь невинная шалость.
И вы бы наверняка первым делом рассмешили полицейских, если бы они поймали вас после того, как на вас напала куча здоровяков? Ну потому, что вы такой забавный классный парень.
Что ж. Спишем на молодость и косячок.
7. Задай вопросы, на которых нет ответов даже у тебя (но, может, появятся в конце книги)
Как прозаик, я не могу не оценить глубину вопросов, которые Фэллон поднял в самом начале своего самоисследования:
«Но снимок моего мозга всё же рассказал мне кое-что, чего я до конца не понимал раньше. Я только что отправил статью, в которой описал мои исследования психики психопатов. Я изложил теорию, описывающую нейроанатомическую основу психопатии, и выявил паттерн, которому я сам соответствовал. Так как же мне было примирить свой собственный мозг с теми выводами, которые я только что изложил? Действительно ли я был исключением из своего собственного правила? Если я не психопат, то кто же я тогда? И если мы не можем полагаться на исследования нашего собственного мозга, того самого органа, который ответственен за каждую нашу мысль и действие, как же мы сможем когда-либо понять, кто мы есть на самом деле?»
Самый искренний рассказ о себе
В следующей главе, которую я, как вы уже поняли, тоже прочла, мы погружаемся в автобиографические глубины. Фэллон с нарциссическим упоением делится с нами, как он обаятелен, красив, хорош и как его истязали муки совести в подростком возрасте, а кроме мук, еще ОКР и панические атаки.
Про панические атаки мне стало интереснее всего, потому что психопатия, особенно по Ликкену, сопровождается бесстрашием, т.е., с нейробиологической точки зрения, пониженной возбудимостью лимбической системы, а паническое расстройство — ее повышенной возбудимостью (высокая тревожность, которая, кстати, наблюдается и при ОКР). И это как будто мало совместимо. Но кто я такая, чтобы ловить Фэллона на увлекательном парадоксе, даже если психиатры бессильны?
Короче, наличие панических атак при заявленной психопатии делает Фэллона настолько уникальным, что он не вписывается ни в какие диагностические рамки, которые, как мы уже выяснили, придумали не-шарлатаны, фармакологические и, конечно же, страховые компании. И, разумеется, это только лишний раз доказывает его точку зрения, что психиатрия вообще ничего не может.
Истязали панические атаки Фэллона странным образом потому, что он ощущал, что каждый его поступок греховен, а он не чист. И он ходил в церковь, как по часам, вымаливать прощение, потому что его мучили ОКРэвсвкие обсессии. Затем он вырос, переменился и от церкви отрекся, чтобы уехать в колледж.
Из его поверхностных объяснений, которые не включали ни одного человека, с которым бы он держал глубокую связь, кроме его жены Дианы (про которую я, к слову, не разобралась еще, то ли она была единственной, то ли у них была пауза в отношениях, потому что там фигурировали неясным образом другие девушки, с которыми он флиртовал), я поняла, что он был шутником, который любил разыгрывать окружающих, а также иногда предсказателем будущего (но только потому, что много болтал), а еще — человеком, который расходился с полицией по-доброму, потому что умел ее веселить, и вообще он был очень славным спортивным парнем и участвовал во всех активностях, до которых мог дотянуться.
Итак… Что я могу вам сказать? Кроме панических атак, это прекрасный образец талантливого красноязычия и крайне достоверно изложенного рассказа о себе (кроме шуток, я начала сомневаться в реальности, которую конструирую в «Протоколе», опираясь на все источники, до которых смогла дорваться).
Что я увидела, кроме паничек? Яркий образ, довольно поверхностный. Несколько пугающих упоминаний («люди замечали, что я смотрю сквозь них») и обычные подростковые шалости (снести с помощью пожарного шланга группу музыкантов по приколу). И, конечно, юмор. И некоторое снисходительное презрение сами знаете к кому.
Ах да, кстати, помните, я оставляла вам цитату про психопата, который переобулся в воздухе, из книги Роберта Хаэра?
А вот нечто похожее из книги Фэллона (я обратила внимание, потому что обычно специалисты, которые изучают такие вещи, дают либо более сдержанные оценки, либо не дают подобных оценок вообще):
«…[Мое исследование] основывалось на длинной серии анализов, которые я выполнял с перерывами на протяжении десяти лет, изучая отдельные снимки мозга убийц-психопатов. Это были настоящие отморозки, каких только можно вообразить, — они совершали несколько настолько отвратительных вещей, от которых вас бы передернуло, если бы я не был связан соглашениями о конфиденциальности и мог бы о них рассказать».
Подводя итоги
Я не могу сказать, психопат ли Фэллон. Для этого нужно больше, чем снимок мозга и книга, написанная с его субъективной точки зрения. Тут понадобится как минимум один порядочный психиатр.
Но вот что я знаю: Джеймс Фэллон невероятно талантливый прозаик, который создал потрясающий литературный перфоманс.
Из полезного (условно). В книге есть одна стóящая концепция о трехногой табуретке (генетическая предрасположенность + особенное устройство мозга + травма в детстве = опасная психопатия). Но даже та на поверку оказалась не его изобретением! Ведь это общепринятая биопсихосоциальная модель любого психического расстройства. Гений Фэллона в том, что он эту модель себе присвоил, подал как откровение и тут же заявил исключительность своего положения (ведь травмы у него не было, он вырос в любящей семье).
В общем, чистое загадочное исключение из всех правил: «психопатический мозг» без «психопатической судьбы». Еще и с паничками.
Не знаю, что там с научной точки зрения, но с точки зрения увлекательного чтения книга работает как надо. И заставляет вас до последнего играть в детектива, пытаясь понять, есть ли в комнате психопат. В качестве послевкусия у вас остается интеллектуальное возбуждение и глубокая неуверенность в том, что только что произошло.
От себя же скажу, что на русском можно почитать «Исповедь социопата» Томас (там более честная и чистая картина, про успешную женщину-психопата, хотя она, как объясняла сама, предпочитает термин «социопат»). А на английском лучше — Андриана Рейна (уже упомянутая мной «The Anatomy of Violence»). Бедняга как раз работал и с пациентами-психопатами, и со снимками, и с другими диагностическими критериями, которые Фэллон так категорично поставил под вопрос. Ну и кроме прочего, в этой книге вы найдете то, чего почти не найдете у Фэллона: подтверждение слов не личным опытом, а сотней исследований. И это — прекрасно. Мы ведь не спекулянты 😉
протокол
бесплатно
Elena Sivoded
Действительно интересный человек. Но я искренне похихикала с пожарного шланга и "смыть всех" 
. Спасибо что поделились этим с нами
. Спасибо что поделились этим с намиDec 15 2025 00:04 
1
Алекс Рицнер
Elena Sivoded, 😏 шланг был вне конкуренции 🤭 Спасибо, что прочитали, было весело всё это разбирать 💙
Dec 15 2025 00:56
ДАМАНа
Избалованный ребёнок, нарциссизм приобретённый, синоним барона Мюнхгаузена. Образование видимо получил хорошее, пишет занимательно. Балабол конечно ещё тот) О, как я диагнозы направо-налево ставлю!🤣
Dec 15 2025 17:50
1
Алекс Рицнер
ДАМАНа, ахаха, так он тоже ставит диагнозы самому себе направо-налево! и ОКР, и панические атаки, и психопатия... Даже книжку написал так, чтобы все гадали, а был ли мальчик, и если был, то кем 🤭🤭🤭
Dec 15 2025 20:30
ДАМАНа
Александра, спасибо большое! Этот разбор мне очень понравился, с погружением и юмором 👍Такие разборы должны печатать большими тиражами и продавать в лучших книжных магазинах! Чего от души желаю и верю🤗🪶🪶🪶
Dec 15 2025 17:53
1
Алекс Рицнер
ДАМАНа, спасибо большое 🥹🥹🥹
Dec 15 2025 20:30
сэт сиамский
Самолюбование 80 уровня у этого Фэллона... встает вопрос об уровне его профессионализма. Больше похож на дилетанта, продвигающего собственную (секту) систему оценки психических расстройств.
При наличии связей и больших денег кстати он мог бы даже внедрить эту свою систему в каком-нибудь медицинском учреждении с неизвестными последствиями
Dec 18 2025 05:21
1
Алекс Рицнер
сэт сиамский, этим-то и опасны всякие спикеры, которые мало разбираются в теме. Вроде профессор, а вроде такую ерунду продвигает в массы 😶 И я знаю людей, которые просто на слово верят всему, что написано... так что это страшно. Аргументы в стиле "А вот этот сказал" иногда непрошибаемы здравым смыслом...
Dec 20 2025 17:24 
1
сэт сиамскийReplying to Алекс Рицнер
Алекс Рицнер, видимо единственный выход - повышать свое образование (часто самостоятельно), развиваться интеллектуально и учиться думать самостоятельно
Dec 22 2025 02:03
