— А зачем отмечать… проигрыш? — не понял Рон.

Он даже не спросил, а просто прокомментировал вслух, но какой-то старшекурсник ему ответил:

— И что теперь, отменять вечеринку, что ли?

Ну, в целом… и в чем он не прав?

Если бы они выиграли, все пошли бы пить, тусоваться и объедаться сладостями, но что мешает пить, тусоваться и объедаться сладостями, если ты проиграл? Тем более все уже организовано и готово.

— Хренов Поттер! — возмущался Флинт. — Они взяли чертова первокурсника, и… и, блин, выиграли?!

По гостиной пронесся хор нытья. Все были солидарны с Флинтом.

Рон разделял их досаду по поводу проигрыша, но внутри себя радовался успеху друга.

— Жаль, его не скинуло с метлы, — произнес Деррек, — вот это было бы зрелище!

Рон услышал смех, но вместе с тем одна из старост (шестикурсница, кажется) фыркнула:

— Вряд ли бы мы смогли отрываться и радоваться победе, разбейся он насмерть.

— Я бы смог! — хохотнул какой-то здоровяк рядом с старостой и тут же получил от нее тычок локтем в живот.

— Это вам так кажется, потому что вы в жизни ничего страшнее флоббер-червя не видели! — возмутилась она.

Хотя Рону эта девчонка не нравилась, потому что она напоминала ему Перси, а еще относилась ко всем младшекурсникам снисходительно и требовательно, но сейчас он был благодарен ей за эти слова.

— Она права, — тихо сказал Тео.

Блейз кашлянул и опустил взгляд в пол.

Рон вопросительно поднял брови, но никаких пояснений ребята не дали.

В гостиной снова собрались все, но теперь всеобщее внимание было приковано к квиддичной команде — они даже форму не переодели, и сейчас выделялись яркими изумрудными пятнами среди обычных черных мантий.

Рон, Тео и Блейз набрали всякой вкусноты с общего стола и отошли подальше от центра событий, но игроки и их подпевалы разговаривали так громко, что их все равно было слышно всем.

— А «Нимбусы», выходит, не так хороши, ха? — спросил Боул.

Конечно же, взбесившаяся метла Гарри вновь стала предметом обсуждения.

— Больше походило на то, что метлу кто-то заговаривал, — произнес Блейз, чтобы его могли слышать только Рон и Тео. — Интересно, кто бы это мог быть?

Рону пришлось прикусить губу, чтобы не выдать правду. У него самого еще в голове не уложилось, что его собственный декан вычудил подобное, и если бы не Гермиона!..

— Откуда такие познания о наговорах? — хмыкнул Тео.

— Сам знаешь, откуда, — закатил глаза Блейз.

Рон заметил, что Блейз чуть-чуть наклонил голову в его сторону, как будто намекал Тео, что не готов при посторонних обсуждать какие-то вещи.

Рон сделал вид, что ничего не заметил. Хотя его раздирало любопытство, что там и откуда Блейз знает подобное, но… в конце концов, у него тоже были свои секреты от ребят.

И мысль вновь свернула к одному из них. Трехголовый пес (Пушок?! Серьезно, Хагрид?!), люк под его лапой, подозрительно хромающий Снейп, теперь еще и бешеная метла Гарри…

Рон пообещал друзьям, что попытается затихариться и со слизеринского угла понаблюдать за происходящим. Мало ли, вдруг тот же Снейп на своей территории забудется, потеряет бдительность и где-то проколется?

Пока что у Рона в голове эти все факторы не женились. Да, Снейп совершенно точно ненавидел Гарри, и вместо того, чтобы объяснять ошибки, предпочитал орать и оскорблять его на уроках, но…

Пару раз Рон видел, как его однокурсники влипали в неприятности, и Снейп, как декан, все разруливал — не похоже, что жизнь студентов была ему так уж безразлична. Если только Гарри не вызывает у него какие-то особые чувства, выбивающиеся из нормы.

Да и Хагрид вон Снейпа защищает…

Перед глазами что-то замельтешило, Рону пришлось вынырнуть из своих мыслей и вновь сфокусироваться на происходящем вокруг.

Оказывается, к ним подошел Маркус Флинт.

— Так, вы двое — брысь! — сказал он Тео и Блейзу, а потом указал на Рона: — А ты сиди.

Тео и Блейз переглянулись, но встали со своих мест. Флинт плюхнулся в одно из освободившихся кресел, а потом долго-долго-долго смотрел на Рона, почти не моргая.

Рон решил тоже долго-долго-долго смотреть и не моргать в ответ на случай, если это какая-то игра в гляделки, правила которой ему забыли сообщить.

Воздух вокруг наэлектризовался, Рону казалось, что левое веко у него дергается, но все равно не сдавался, смотрел на этого капитана троллей в упор, продолжая жевать желейных головастиков.

— Чарли Уизли же твой старший брат, да? — наконец спросил Флинт, моргнув первым.

— Ну-у-у, да, — протянул Рон, радуясь, что теперь тоже может моргать.

— Он хорошо играл. Для гриффиндорца, — на последнем слове Флинт оскалился. — Где он сейчас? В запасе у кого-то?

— Э-э… да нет. Он в Румынии. Драконов изучает.

Флинт поднял брови.

— Странный выбор, — прокомментировал он. — Для «Соколов» он, может, стилем игры мягковат, но к «Сорокам» или «Стрелам» вписался бы хорошо. А неудачники из «Пушек» его вообще на руках бы носили и объявили бы своим господином — и были бы правы.

Рон шумно выдохнул через нос.

— У «Пушек» просто темная полоса, — проворчал он.

— И дырявые руки, — добавил Флинт.

— Зато сердца большие! — парировал Рон. — Они много жертвуют на благотворительность, устраивают разные…

— Потому что иначе их прожуют и выплюнут, Уизли, — хмыкнул Флинт и тут же перевел тему: — А ты что?

— Я?..

— Хорошо играешь?

Сердце подпрыгнуло и застучало где-то в горле. Рон попытался сглотнуть, чтобы загнать его обратно.

Почему-то у него возникло ощущение, что Флинт спросил его об этом не просто так, и сейчас многое зависело от того, как Рон себя поведет.

— Уклоняйся от прямого ответа столько, сколько можешь, — всегда советовал Фред.

— Тот, кто первым назовет цену — проиграл, — добавлял Джордж.

Конечно, близнецы говорили скорее о деньгах и торгах, и все же…

— А что? — спросил Рон.

Флинт снова выдержал долгую неморгающую паузу, прежде чем ответить.

— В следующем году Хиггс заканчивает школу, освободится место ловца, — объяснил он. — Вот я и подумал: вдруг твой брат научил тебя каким-то приемчикам?

Не.

Отвечай.

Ему.

— А. Я понял, — скучающим тоном произнес Рон, хотя внутри него все скрутилось от напряжения.

Хотелось просто вскочить со своего места и начать носиться, а потом умолять, умолять, умолять, чтобы его приняли в команду.

— Приходи осенью на первый круг отбора, — сказал Флинт и потом добавил: — Для своих.

Для… своих? Охренеть!

— Если гоблины о чем-то тебя спросили, значит, ты уже нужен им больше, чем они тебе, хотя они мастерски умеют делать вид, что все ровно наоборот, — это уже рассказывал Рону Билл. — Они так манипулируют твоим синдромом самозванца. Всегда держись вежливо, но не вываливай свои больные точки.

— Хорошо, посмотрим, — сказал Рон и демонстративно уставился на свои ногти.

Ему казалось, что дрожащие пальцы слишком бросаются в глаза, и Флинт сразу раскусит этот блеф, назовет маленьким придурком, отзовет приглашение и!..

— Бывай, малец, — произнес Флинт, больно стукнув Рона в плечо.

Он поднялся со своего кресла и пошел обратно к сокомандникам, как будто бы ничего и не заподозрил.

А может, это тоже блеф, и Маркус Флинт просто сделал вид, что не заметил блеф Рона? А на деле это какая-то многоходовочка, нацеленная на то, чтобы свести его с ума?..

Еда больше не лезла в горло, наоборот, Рон теперь чувствовал тошноту. Он отставил тарелку с остатками вкусняшек на подлокотник, вскочил и понесся к спальне первокурсников.

К счастью, там никого не было, и за его истеричными метаниями из угла в угол наблюдал только Струпик.

А если Флинт не блефовал, а если он и правда ожидает чего-то от Рона? И что тогда? Как оправдать ожидания?

Дверь вдруг распахнулась, в спальню ввалился Эдриан Пьюси. В его руках была бутылка — и явно не от сливочного пива.

— Что ты делаешь в комнате третьекурсников? — спросил Пьюси, уставившись на него.

Рон поднял брови и осмотрелся по сторонам.

Пьюси тоже завертел головой и переформулировал вопрос:

— Что я делаю в комнате первокурсников?

Рон пожал плечами.

— Пожалуй, тот бладжер меня все-таки… это, ну, — Пьюси защелкал пальцами, пытаясь вспомнить слово.

— Приложил? — подсказал Рон. — Может, тебе к Помфри?..

— А-а-ай! — Пьюси махнул рукой и прошагал вглубь комнаты, прямиком к креслу у якобы-окна, выходящему на якобы-улицу.

Рон попытался сесть на свою кровать и успокоиться, но его ноги дергались, а коленки нервно бились друг об друга. В итоге он снова встал и принялся ходить туда-сюда по комнате.

— Да не мельтеши, в глазах рябит, — простонал Пьюси. — Что ты носишься?

Рон обхватил себя руками.

Стоит ли говорить или?..

— Флинт сказал мне в следующем году прийти на отборочные! — выпалил он, не в силах больше выносить давление этого факта.

Пьюси какое-то время молчал, явно не понимая, в чем проблема.

— Ну, приди.

— Я боюсь…

— Ну, не приди.

Рон шумно выдохнул.

— А можно как-то побольше сочувствия к моей ситуации, нет?!

Пьюси фыркнул и поднял вверх бутылку.

— Слушаю тебя до тех пор, пока тут не опустеет, — заявил он, — время пошло.

И сразу же сделал один мощный глоток.

— В общем, я с детства играю, — начал Рон, — с детства летаю, это все мне привычно и знакомо, но…

— Но?

— Не могу, когда на меня смотрят, — проскулил Рон, — сразу начинаю лажать, ронять мячи, врезаться в деревья…

Пьюси поднял брови.

— О нет… ты же не скажешь Флинту?.. — с надеждой спросил Рон.

Причем с надеждой в обоих смыслах.

В первом случае Пьюси не скажет ничего Флинту, и у Рона останется все тот же шанс прийти на первый круг отборочных — для своих, для приглашенных.

Во втором же случае Пьюси все расскажет, Флинт отменит приглашение — и это сразу же перестанет быть проблемой Рона.

Пьюси медленно заморгал, долго обрабатывая вопрос.

— А надо?

— Ну-у-у…

— Мне в целом глубоко изумрудно. Смотри сам, хочешь ты или не хочешь.

— Я… я не знаю, хочу я или не хочу, — вздохнул Рон. — Просто… просто не понимаю, почему он вообще подошел ко мне. Что я… а что я, а?..

Пьюси опять сделал глоток, а потом, заметив Струпика, протянул к нему бутылку и дал понюхать горлышко. Кажется, он неиронично рассматривал крысу как самого идеального собутыльника…

— Слушай, расклад такой, — заговорил Пьюси после большой паузы и отказа Струпика собутыльничать. — Твои братья — загонщики в Гриффиндоре. Загонщики всегда охотятся за ловцом, пытаются выбить его с самых первых минут игры. Без ловца выиграть, конечно, можно, но очень-очень сложно, особенно если рассчитываешь на большой отрыв. Понимаешь, куда я веду?

Рон ошалело заморгал.

— Флинт… он думает, что они не будут лупить по мне бладжерами, потому что… потому что я их брат?..

— Думаю, да.

Это же полный, самый настоящий в своей масштабности… бред!

— Я… вы… — Рон задохнулся и закашлялся, — да у вас хоть у кого-то тут есть братья и сестры вообще?..

Пьюси задумался.

— У мелкой Гринграсс вроде сестра есть, а так… — он дернул плечом, — не помню. Кажется, нет.

— И это заметно! — возмутился Рон. — Да Фред и Джордж будут молотить по мне не только бладжерами, но еще и битами, а потом ногами!

Пьюси снова приложился к бутылке.

— Флинту об этом знать не обязательно, — сказал он.

— В смысле? Он же должен знать, кого набирает в команду! — заявил Рон. — Как ему капитанить тогда?

— А что ты за него переживаешь? За себя переживай, — посоветовал Пьюси. — Сначала попади в команду, а там разберешься. Все мы тут были новичками.

— Вряд ли вы были новичками, роняющими квоффл от волнения…

— Да Флинт в свою первую игру забил гол в наши же кольца, — хмыкнул Пьюси. — Думаешь, почему его все Меткачом за глаза называют?

— То есть Флинт тоже лажал?..

— Да все лажали, Уизли! — Пьюси сделал еще глоток. — В плохую погоду я несколько раз пасовал рейвенкловцам, а не своим, потому что мокрый синий и мокрый зеленый — одна херня. Так ладно еще квоффл упустить, а Боул вон Монтегю вообще из игры выбил в прошлом году…

— Ничего себе…

— И, как видишь, все мы до сих пор в команде, — подвел итог Пьюси. — Говорю же, главное попасть и закрепиться, а там разберешься.

Рон прикусил нижнюю губу.

— Я слышал, там Малфой… Малфой тоже хочет в следующем году пробоваться, — сказал он. — И он вроде как настроен выклянчить у отца метлы… в смысле, для всей команды.

— Ну и?

— Тогда у меня точно ноль шансов…

— Пусть сначала выклянчит, а там посмотрим, — махнул Пьюси. — Поборешься тогда за место запасного игрока.

А вот это неплохая мысль…

Запасной игрок как бы считается универсальным, но его обычно тренируют как раз на ловца.

— Ловцов стараются выбить первыми, — задумчиво произнес Рон, представив, как Фред и Джордж размазывают змееныша по полю. — А значит…

— И поиграть сумеешь, и на метлах новых полетаешь, — закончил за него Пьюси.

А что? Звучит как план…

Хотя Малфоя тогда терпеть надо будет, выносить его подколки по поводу сидения на скамейке запасных и бла-бла-бла.

Ну, ничего, это можно пережить. Пьюси прав, главное, попасть в команду.

— Почему ты со мной возишься? — спросил Рон, вдруг осознав, насколько разговор ему помог. — Я же тебе никто.

— Не знаю. Ты вроде забавный, — пожал плечами Пьюси. — Хоть какое-то разнообразие среди этих кислых надменных рож.

— А, ну… ты вроде тоже ничего, — сказал Рон и протянул Пьюси кулак.

Тот как будто бы не понял, что ему делать, поэтому чокнулся об него бутылкой.

— Нормально, малой, прорвешься.

— Надеюсь, — вздохнул Рон. — Кажется, многим здесь не очень нравится, что я с гриффиндорцами общаюсь. И Флинту особенно…

Пьюси поперхнулся от смеха — и все, что он пил, пошло у него через нос.

Рон во все глаза уставился на него, не понимая, чем вызвана подобная реакция.

Наклюкался уже, что ли?..

— С чего ты взял? — спросил Пьюси, пытаясь вытереть лицо рукавом.

— Ну… он несколько раз указал на это, типа как подколол? Не знаю. Типа как межфакультетская вражда и все такое…

— Не помню, чтобы межфакультетская вражда мешала Флинту долбиться в десны с чертовым Оливером Вудом!

Ч… чего?!..

А как… а в смысле?..

Пьюси медленно моргал, время от времени откидывая голову назад на спинку кресла. Рон заметил, что бутылка в его руках уже наполовину опустела.

— Знаешь что? — спросил Пьюси, а потом охнул и сразу захихикал: — Я становлюсь такии-им болтливым, когда пьянею… представляешь?

Все-таки напился.

— Я никому не скажу, — пообещал Рон.

Он тихо и аккуратно подошел к Пьюси, присел на корточки, поднес руку к донышку бутылки и стал медленно поднимать ее вверх.

Пьяное сознание Пьюси подвоха не уловило, не поняло, что ему предлагают выпить еще раз. А потом еще раз. И снова. И опять.

— Так кто там кого долбит? — спросил Рон, когда убедился, что его уловка сработала.

* * *

Пьяный Эдриан Пьюси выдал ему много чего интересного…

— …Уоррингтон пробовался в прошлом году, но из-за наказаний и отработок не ходил на тренировки, в итоге его выперли.

…полезного…

— …Пароль от Ванны старост — «Чистые намерения».

…и очень… деликатного.

— … в общем, я зашел в раздевалку, а они там… метлы полируют. Друг другу. Если ты понимаешь, о чем я…

— Понимаю, — кивал Рон и снова подталкивал ладонью донышко бутылки, — ты пей-пей.

По крайней мере, теперь он знал, что предъявить, если опять начнутся стенания насчет общения с гриффиндорцами — и особенно с Гарри.

А еще лучше…

Нет, наверное, это совсем уже подло — шантажировать Маркуса Флинта его секретиком, чтобы тот уж точно взял Рона в команду, но…

Ладно, это он уже решит по ходу дела. Тем более, Пьюси сказал ему еще кое-что:

— Ты ему нравишься.

— Н-нравлюсь? — сглотнул Рон. — Флинту?

— Ты не лебезишь и не подлизываешься. Флинт не любит слабаков и сопляков без самоуважения. Чем больше ты с ним споришь, тем лучше.

Ага, главное, чтобы он не начал тебя уважать так же сильно, как он «уважает» Оливера Вуда...

Рон пока прекрасно справлялся с полировкой своей метлы сам.

Однако же информация была полезной. Рон понял, что выбрал правильную стратегию переговоров, когда Флинт к нему подошел, а не стал радостно скакать, вилять хвостиком и всячески благодарить за приглашение. Это могло бы отпугнуть капитана троллей.

— Ты мне очень помог, Эдриан, — тихим и убаюкивающим тоном произнес Рон. — Проводить тебя в спальню?

В целом, он мог бы тут его уложить, но тогда и у Малфоя появился бы доступ к пьяной болтливости Пьюси. Нет уж, пусть сам его спаивает и информацию добывает, Рон не собирался предоставлять гаденышу все на блюдечке!

— Абырвалг, — ответил Пьюси, роняя голову на грудь.

К тому моменту он уже еле-еле шевелил языком, путал слова и иногда отрубался на половине фразы. И все равно Рон решил не рисковать и вывести Пьюси отсюда, пока остальные ребята не вернулись.

Рон перебросил его руку через плечо и потащил Пьюси к выходу. К счастью, ноги тот переставлял сам, иначе Рону пришлось бы оставить его где-нибудь в коридорчике у стеночки.

А еще им очень повезло, что на лестнице тусовались друзья и однокурсники Эдриана, так что Рон с чистой совестью скинул эту туго соображающую тушку на них.

— …и вы так классно играли! — услышал он знакомый писклявый голос.

Рон подошел к перилам, перегнулся через них и посмотрел вниз.

— …Тот момент, когда ты протаранил этого идиота-Поттера, чтобы сбросить его с метлы! — заливался Малфой. — Это не просто игра, это уже искусство!

А Флинт стоял и смотрел куда-то в сторону, как будто специально не замечал всех подлизывательных стараний Малфоя.

— Да-да, — скучающе произнес он. — Слушай, мне надо отойти…

— Какое-то срочное дело, да? — со сладким наигранным пониманием в голосе спросил Малфой.

— Нет, просто не хочу с тобой разговаривать, — прямолинейно и жестко ответил ему Флинт.

Малфой сначала покраснел, а потом побледнел. Он стоял с плотно сжатыми губами и смотрел на Флинта так, словно вот-вот был готов расплакаться.

Рон закрыл ладонью рот, чтобы не заржать на всю лестницу и тем самым спалить свое присутствие.

Вот и подтверждение слов Пьюси — подлизываться к Флинту нельзя. Пошлет.

Играй сегодня Слизерин с каким угодно факультетом, кроме Гриффиндора, скорее всего, Рон поступил бы, как Малфой — выждал момент, подошел и начал бы фанатично рассказывать, как ему там все понравилось и какая чудесная и увлекательная вышла игра.

И все же метлы…

Если Малфой это всерьез все рассказывал и ему правда удастся уломать своего отца, гаденышу даже не нужно будет приходить на отборочные — ни на первый круг для своих, ни на какой другой.

И не поможет Рону репутация Чарли, не поможет никакая инсайдерская информация, даже неожиданное пробуждение какого-то квиддичного таланта не поможет, да и Рон не особо верил, что в нем такое способно проснуться.

Пожалуй, строить мосты нужно начинать уже сейчас…

— Эй, Малфой! — окликнул змееныша Рон, когда спустился вниз по лестнице.

— Чего тебе, Уизел?

Ага, и как с такой падлой мириться-то вообще? И надо ли?..

Может, удар в нос все-таки окажется выразительнее слов?..

— Нам еще семь лет учиться вместе, — издалека начал Рон. — Семь лет в одной комнате…

— Ну и что? — перебил его Малфой.

Спокойно, Рон, спокойно!

Дыши…

— А то, что в этих всех склоках нет смысла, — процедил он сквозь зубы, хотя на деле хотел, ну о-очень хотел сказать другое. — Своими ссорами мы мешаем не только себе, но и остальным, кто с нами живет.

— Ну, и?

Рону уже начинало казаться, что этот шуршунчик плешивый специально его провоцировал на конфликт.

— Как хочешь, Малфой, — заявил Рон, устав от этих игр. — С этого момента я не буду с тобой ссориться, не буду с тобой драться, не буду устраивать никаких подстав, пока… — он выдержал паузу для драматизма, — пока ты не нападешь на меня первым. И если ты это сделаешь, я отвечу соразмерно. Уж поверь.

Малфой фыркнул и что-то там пробормотал себе под нос.

— Как хочешь, — повторил Рон. — Квоффл на твоей стороне поля. Решай. Но не ной потом, что я тебя не предупреждал.

Ужасно, ужасно, ужасно сильно хотелось толкнуть его плечом, но Рон удержался и просто прошел мимо.

И чем больше он отдалялся, тем сильнее чувство гордости за себя согревало в груди и расправляло ему плечи.

Если Малфой решится пойти на уступку и согласится остановить вражду, Рон все равно будет тем мудрым звеном этой тупой цепи, которое сделало первый шаг и разорвало замкнутый круг.

Если Малфой продолжит выпендриваться и подлить, значит, ярлык инфантильного избалованного засранца закрепится за ним до конца, и Рон раз за разом сможет напоминать об этом, тыкать, как нашкодившего низзла — а что ты плачешь, это ты сам выбрал, а я предлагал!

Рон довольно щелкнул костяшками пальцев.

Главное, чтобы ему самому хватило выдержки сдержать собственное обещание.