Пэйринг и персонажи: Ким Тэхён/Чон Чонгук

Жанры: AU, Повседневность

Предупреждения: Нецензурная лексика, ООС, Рейтинг за секс, Сталкинг, Упоминания изнасилования, Упоминания убийств 

Другие метки: Анальный секс, Вуайеризм, Мастурбация, Минет, Одержимость, Разница в возрасте, Стимуляция руками, Южная Корея 

Описание:
— Ты понимаешь, — вкрадчиво так начал Тэхён, — что это одержимость? Ты не влюблен в меня, Чонгук, ты одержим.

— Пускай, — повторил он и чуть наклонился, приближая свое лицо к лицу Тэхёна. Тот хоть и не смотрел на него, наверняка видел периферическим зрением. — От того, что ты назвал мои чувства как-то иначе, они не изменились. Понимаешь? Хочешь считать это одержимостью? Вперед. Лично я как любил тебя, так и продолжу любить.  

Чонгук не мог насытиться. Нет, дальше поцелуев и прикосновений они не заходили, однако ему отчаянно хотелось большего. Ему было мало. Мало Тэхёна. А тот, совершенно не обращая внимания на его потребности, строжил Чонгука, который, едва придя со школы, бежал к своему хёну.

— У тебя что, уроков завтра нет?

— Есть конечно, — легкомысленно пожав плечами. — Не переживай, я ночью все выучу.

— Ночами спать надо, а не зубрить! — сверля его недовольным взглядом. — Под глазами не синяки даже, а настоящие кратеры.

И это правда. Всю предыдущую неделю Чонгук никак не мог оторваться от Тэхёна и проводил у него все свободное время. А по ночам готовился к занятиям, почти до самого утра. По итогу валился с ног от усталости, но при этом испытывал такое всепоглощающее счастье, что готов был и дальше жертвовать сном, лишь бы подольше побыть с Тэхёном.

— Хочешь, буду замазывать их?

— Я хочу, чтобы ты нормально спал! — отрезал Тэхён, и Чонгук прикусил язык. — Так что отныне ты приходишь ко мне лишь тогда, когда сделал все уроки. Ясно тебе?

— Я не могу, — взмолился Чонгук. — Правда, хён. У меня все мысли только вокруг тебя вертятся, ни на чем не выходит сосредоточиться. Как я буду сидеть дома за учебниками, зная, что ты тут, а?

— Чонгук, — Тэхён вздохнул. — Ты же собираешься в Сеульский Национальный, так? И готов запороть учебу, когда до выпуска осталось всего ничего?

Стыдно, да. Но он действительно пытался не думать о Тэхёне, только это оказалось чем-то из разряда невозможного. Да черт, он даже занимаясь по ночам, то и дело переводил взгляд на монитор, чтобы посмотреть на спящего хёна.

— Прости, — повинился он.

— Господи, я обсуждаю домашнее задание с тем, кого собрался трахнуть, — Тэхён закатил глаза, а у Чонгука рот наполнился слюной от этих слов. — Так, ребенок, — хоть он и просил так не называть, Тэхён упорно продолжал. — И не надо на меня смотреть! Ведешь себя абсолютно по-детски! Вот никакой же серьезности! — снова вздохнул. — Раз уж ты все равно идешь ко мне после школы, будешь делать домашку, пока я работаю. Поэтому марш за учебниками.

Теперь после школы Чонгук заходил домой, брал все необходимое, а затем шел к Тэхёну. Тот чуть сдвинул компьютер, освободив половину стола для него. Они сидели рядом — Тэхён работал, а Чонгук делал уроки. Отвлекались на перекусить, иногда негромко переговаривались, а когда заканчивали, Чонгук забирался к Тэхёну на колени и целовал его. Долго, со вкусом, так что губы потом были гладкими и припухшими. Чонгук дорвался. Ему хотелось постоянно касаться Тэхёна, обнимать, зарываться пальцами в темные волосы, вжиматься в твердое тело. И тот факт, что ему наконец-то можно делать все это, просто сносил крышу.

— У тебя получается все лучше, — хмыкнул Тэхён в самые губы, сминая ладонями ягодицы Чонгука.

— Я старательно учусь, — он улыбнулся и вновь потянулся за поцелуем. — Может, пора научить меня еще чему-нибудь?

— Ну никакого стыда у нынешнего поколения.

Да, Тэхён был старше его аж на десять лет, и то и дело акцентировал на этом внимание. Только вот необходимости в этом не было — Чонгук и без того прекрасно осознавал нехилую разницу в возрасте, буквально всегда, когда находился рядом с Тэхёном. И хотя он сам давно не был по-юношески угловатым, тело Тэхёна все же отличалось от его собственного. Ну… по крайней мере то, что он сумел увидеть и потрогать. Трудно сказать, в чем именно заключалось это отличие, просто Чонгук мог с уверенностью заявить, что Тэхён — мужчина. Взрослый в смысле. Красиво выпирающие вены на руках, крепкая грудь, видневшаяся в вырезе футболки, острый кадык и четко выступающая линия челюсти… А еще голос. У Чонгука он давно сломался, так что ничуть не походил на пищание малолетки и был вполне красивым, как ему казалось. Но по-мужски низкий голос Тэхёна — это просто нечто. И движения. Была в них какая-то плавность и напористость одновременно, одна только походка чего стоила — так не ходят молодые парни, нет. Так ходят уверенные в себе мужчины.

Все вместе это возбуждало и завораживало, заставляя раз за разом останавливать свой взгляд на Тэхёне. И если прежде Чонгук с уверенностью мог сказать, что влюблен, то теперь затруднялся подобрать подходящее слово, чтобы в полной мере описать свои чувства. Есть что-то еще сильнее, чем любовь?

Сам Тэхён называл это одержимостью. И Чонгук не спорил. Он одержим. Зависим. Он дня не проживет, если Тэхён его бросит, просто сдохнет от тоски.

Или, скорее, найдет его и вернет, неважно каким способом. Если понадобится, то похитит и запрет, лишь бы тот был с ним. Наверное, это что-то действительно нездоровое, но кому от этого плохо? Чонгуку? Нет, ему хорошо, даже слишком, просто от того, что его хён позволяет быть рядом. Тэхёну? Но с чего бы? Чонгук сделает все, что пожелает Тэхён, и тот прекрасно знал об этом. Он готов стать кем угодно, научиться чему угодно, подстраиваться и гнуться, лишь бы Тэхён принадлежал ему. И пускай пока он Тэхёну просто нравится, Чонгук был уверен, что тот его обязательно полюбит. По-настоящему.

— Я хочу большего, хён, — шептал он в самое ухо. Прикусил мочку и потянул, наслаждаясь тем, как судорожно тот выдохнул от его действий. — Давай займемся сексом. Я так давно тебя хочу, ты не представляешь, — и потерся об ощутимый стояк Тэхёна, провоцируя. Заёрзал, сидя у того на коленях.

— Чонгук-и, — мурлыкнул Тэхён в ответ, — такой нетерпеливый, — а затем поднялся со стула, удерживая его за бедра. Не ожидавший ничего подобного Чонгук вцепился в плечи Тэхёна, вжимаясь сильнее и, быстро сориентировавшись, крепче обхватил ногами.

— Трахать будешь? — поинтересовался он, пока Тэхён нес его к кровати. Черт! Совсем недавно, прячась, он мог лишь мечтать о том, что будет лежать на ней рядом с Тэхёном.

— Не планировал, — усмехнулся в ответ, роняя его на кровать, чтобы тут же навалиться сверху, прижимая своим весом.

— В смысле? Почему? — надулся Чонгук и недовольно поджал губы. Неужели все еще считает его ребенком? Ему казалось, что они уже прояснили этот момент, но если Тэхён не хочет заниматься с ним сексом, то…

— Что ты там себе уже напридумывал? — Тэхён сдвинулся вбок, устраиваясь рядом, и прошелся ладонью по его стояку.

— Н-ничего, — хотелось ответить спокойно, но Тэхён сжал его напряженный член прямо через штаны, вырывая из груди судорожный выдох.

— Да что ты? — ехидно так. — У тебя на лице все написано, — скользнув ладонью под футболку. — Рассказывай, Гук-и.

— Я… мне…

Он никак не мог толком сформулировать ответ, концентрируясь на неспешных движениях Тэхёна и его поглаживаниях возле самой резинки штанов. Дразняще, издевательски так. Хотелось сильнее, хотелось уже по-настоящему, и Чонгука слегка потряхивало от одной лишь мысли, что его грязные ночные фантазии могут стать реальностью.

— Ответь же мне, — вот как можно звучать мягко и вместе с тем требовательно, а?

— Мне кажется, что ты... — Чонгук выдохнул нервно и выпалил на одном дыхании: — Не хочешь заниматься со мной сексом, — вот буквально протараторил. А теперь, зажмурившись от стыда, ждал реакции на свои слова, всякой на самом деле — от лекций про возраст до слов о нежелании Тэхёна в принципе спать с ним. Но уж чего он не ожидал, это громкого смешка. Стало так обидно, что Чонгук даже глаза распахнул, возмущенно уставившись на пытавшегося сдержать смех Тэхёна. — Смешно тебе? Да ты…

— Бож-же, ребенок, — даже губы подрагивали от смеха. — Неужели ты не видишь, что это не так?

— Да как я должен это увидеть, блин? — возмущаясь пуще прежнего. Ну правда — как? Это он трясется от малейшей ласки, задыхается, стонет, дрожит, да, черт, даже вслух умоляет о сексе.

— Ну, хотя бы вот так, — Тэхён взял Чонгука за руку и прижал ее к собственному паху. Понять зачем, было несложно. Он, заливаясь краской и смущенно отводя глаза, чувствовал под ладонью член Тэхёна. Твердый… — И если у тебя еще остались сомнения, — цепко ухватив его за подбородок и вынуждая посмотреть на себя, — то знай, что каждый вечер, после того, как ты поёрзаешь своей потрясающей задницей на моих бедрах, я иду в душ и дрочу. Мне даже порно не нужно, достаточно подумать о тебе.

Теперь Чонгук краснел не только щеками, у него даже уши горели от стыда. Он замер, как кролик перед удавом, под пронзительным взглядом потемневших глаз.

— Тогда... — голос подвел и позорно дал петуха, но смутиться еще сильнее Чонгук просто не мог. — Тогда почему ты не… ну…

— Тебе рассказать, как нужно готовиться к анальному сексу? — с лукавой улыбкой поинтересовался Тэхён.

— Нет, я читал…

— Значит, ты должен понимать, что я не могу просто раздеть тебя и трахнуть, как мне хочется?

— Угу, — буркнул он. Ну а что говорить? Да — он идиот, который не подумал об очевидных вещах! — Но ведь ты мог бы сказать мне, и я бы... — решимость таяла на глазах и закончил он совсем тихо: — Ну, подготовился.

— Чонгук, — Тэхён потрепал его по голове, взлохмачивая волосы, — просто скажи мне, когда ты будешь готов, хорошо? Можешь задавать вопросы, можешь воспользоваться моим душем, можем даже вместе съездить и купить все необходимое. И не сомневайся в том, что я тебя хочу. Понял?

— Да, — Чонгук не мог даже представить, как будет просить Тэхёна купить ему клизму или выслушивать матчасть на эту тему. Не говоря уже о том, что он в доме Тэхёна решит это сделать… Ужас какой! Не-не-не, ни за что на свете. Чонгук справится сам!

— И еще. Я хочу, чтобы ты понимал, что в однополых отношениях секс с проникновением — это вовсе не обязательно.

— Это в каком смысле? — он так искренне поразился, что от былого стеснения не осталось и следа.

— В самом прямом. Мы можем хотеть друг друга постоянно, Чонгук, — он тут же закивал, соглашаясь. Ведь действительно хочет Тэхёна едва ли не каждую секунду. — Но у анального секса есть множество минусов, начиная от довольно долгой подготовки и заканчивая тем, что он может навредить твоему здоровью, если делать это слишком часто. Именно поэтому я хочу, чтобы ты понимал — взаимная дрочка, минет, да любые другие ласки, которые приведут тебя к оргазму — это тоже секс. Секс, которым я хочу с тобой заниматься. Ясно?

— Тогда… — он сглотнул. — Тогда займись со мной сексом, хён. Хоть каким-нибудь.

Тэхён на это только хмыкнул и, потянувшись, поцеловал его. Чонгук без колебаний разомкнул губы, пропуская в рот настойчивый язык. Тэхён всегда так целовал — словно бы имел, словно утверждал свое право, умудряясь доминировать даже в этом. А Чонгука каждый раз вело, и даже мысли перехватить инициативу не возникало. Он просто подчинялся, осторожно отвечал и то цеплялся за плечи Тэхёна, то путал его волосы пальцами, сильнее притягивая к себе. Прежде он даже не подозревал, насколько это может быть приятно, и сколько всего можно выразить одним лишь поцелуем. А теперь ему нравилось ощущать хозяйничающий во рту язык, нравилось, как Тэхён прикусывает и посасывает его губы, как касается ладонью его лица.

— Такой отзывчивый, — шепнул Тэхён и подцепил резинку его штанов. — Помоги мне.

Чонгуку потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем именно просит Тэхён. А когда дошло, то он тут же приподнял бедра и сам вцепился в свои штаны, приспуская их. Его поспешность вызвала еще один смешок у Тэхёна, но Чонгук не обратил на это внимания, куда сильнее переживая по поводу того, что он, считай, голый… и наверняка довольно нелепый в спущенных штанах и задранной футболке. Однако все мысли разом вымело из головы, стоило ощутить пальцы Тэхёна на своем члене. Пока еще легкие прикосновения, но Чонгук так долго мечтал об этом, так сильно хотел, что сейчас готов был спустить от малейшей ласки. Он выгнулся, толкаясь бедрами вверх, молча прося о большем.

— Не вертись, неугомонный, — Тэхён провел носом по его шее, так что по коже табунами побежали мурашки удовольствия, — лежи смирно, Гук-и.

Какой тут смирно? Когда Тэхён ладонью сжимает его член, а зубами прикусывает шею? Когда шумно выдыхает, зализывая свои же укусы, и надрачивает в одном темпе, просто идеальном? Чонгук прикрыл глаза, чуть откидывая голову назад, полностью отдаваясь теплым рукам и позволяя делать с собой все, что захочется. Он кусал губы и постанывал, стараясь не звучать совсем уж отчаянно, да комкал простынь, борясь с желанием вцепиться в Тэхёна.

— Хён, — всхлипнул Чонгук, — еще немного, хён.

Он даже не пытался сдерживаться, знал, что не сможет.

— Что, уже? — и замедлился издевательски.

— Хён! Пожалуйста…

— Ладно-ладно, — потянул мочку уха зубами, а затем зашептал: — Мне так нравится твое нетерпение.

Чонгука просто обволакивало голосом, а хрипотца, что звучала в нем, пиздец как заводила. Черт. Тэхён мог бы ему таблицу умножения зачитывать, а он бы млел да кончал только от этого. И да, — ему хотелось хоть немного продлить удовольствие, урвать еще чуть-чуть ласки, но это что-то за гранью. Прежде он дрочил себе и кончал, просто думая о Тэхёне, а теперь Тэхён сам ласкает его рукой… И это персональный, мать его, рай Чон Чонгука.

— Мой горячий Гук-и, — нашептывал Тэхён, — такой уже мокрый.

А до Чонгука дошло, что это хлюпает его собственная смазка. Господиблять… Его сорвало просто за секунду: горячая волна ударила в пах, он дернулся навстречу и вцепился пальцами в футболку Тэхёна, когда его скрутило оргазмом. И это не шло ни в какое сравнение с теми ощущениями, когда он удовлетворял себя сам. Это круче! Это сильнее, мощнее, приятнее. Черт! Невообразимо хорошо. Настолько, что ему потребовалось время, чтобы включиться в происходящее. Сердцебиение грохотом отдавалось в ушах, напряженные прежде мышцы расслаблялись, и Чонгук бессильно развалился на кровати.

— Много-то как, — прокомментировал Тэхён.

Что? Распахнув глаза, он непонимающе уставился на своего хёна. А потом перевел взгляд на его руку и, кажется, в десятый раз за вечер залился краской. Потому что его сперма стекала с ладони на запястье и капала на постельное. И, блять, реально много… Он не виноват! Дрочить чаще, чем дрочит сейчас, просто невозможно же!

Только вот было что-то привлекательное в белых разводах на потрясающе красивых пальцах Тэхёна и его, увитом венами, запястье. Чонгук невольно сглотнул и облизал губы.

— Даже не думай, извращенец, — хохотнул Тэхён.

Кажется, у него действительно все на лице написано. Чонгук опустил глаза, вперившись взглядом в собственные руки, ибо неловко же. От того, что Тэхён в два счета его раскусил, поняв о чем он думает, и от того, насколько пошлыми были его мысли.

— Прости, я…

— Я как-нибудь разрешу тебе слизать. Но не в этот раз, хорошо? Иначе я точно не сдержусь, а сейчас не самое подходящее время.

И как Тэхён может быть таким спокойным, а? Чонгук вновь поднял глаза и невольно разулыбался. Ничего тот не спокоен. Голос — может быть. Но на штанах красноречивый такой бугорок, на лбу выступила испарина, а глаза кажутся черными из-за расширившихся зрачков.

— Ты хочешь меня, хён, — довольно заметил он.

— Ну, мы вроде как это уже решили, нет? — улыбнувшись в ответ.

— Я имею в виду, что конкретно сейчас хочешь. Можно я… — он замялся, подбирая слово, — помогу?

— С ума меня сведешь, засранец, — выдохнул хён. — Не сегодня. Серьезно, Чонгук. Обещаю, что всему тебя научу, но сейчас мне действительно надо доделать работу. А если мы продолжим, то это точно надолго.

— Завтра? — с надеждой протянул он, преданно заглядывая в глаза.

— Завтра, — согласился Тэхён. И предложил: — Пойдем, выдам тебе полотенце.

После душа, раздумывая о том, что стоит принести сюда хоть какую-то смену одежды (он искренне надеялся, что сегодняшняя близость не была разовой акцией), Чонгук вернулся в комнату. Тэхён сидел за ноутом, откинувшись на спинку стула, скрестив руки на груди, и недовольно пялился в экран.

— Что случилось?

— Ничего, — отмахнулся тот, — туплю уже просто к ночи.

— М? — Чонгук подошел ближе, наклонившись, приобнял Тэхёна, укладывая подбородок на плечо. — Не получается?

— Надо поспать, — устало потерев глаза, — завтра встану пораньше и посмотрю свежим взглядом. Подвезти тебя в школу?

— Ты же понимаешь, что я не откажусь? — заглядывая в экран ноутбука.

— А я и не хочу, чтобы ты был против.

— Вот, — Чонгук ткнул пальцем, указывая на ошибку, — это искал?

Тэхён посмотрел, куда он указывает, перевел взгляд на Чонгука, снова на экран, и медленно ответил:

— Это, — и заклацал по клавиатуре, исправляя. — На кого, говоришь, ты хочешь пойти учиться?

— На IT, — он не помнил точно, говорил ли про выбранный факультет.

— И готовишься заранее?

В голосе звучало какое-то напряжение, но Чонгук никак не мог понять, что не так сделал.

— Есть такое, — пожав плечами. — А что?

— Ничего, — Тэхён развернулся на стуле. — У тебя талант, знаешь? Уверен, что ты сможешь поступить, — и, притянув к себе, быстро поцеловал. — А теперь иди домой, Чонгук-и. Иначе, боюсь, твоя мама заинтересуется, почему ты проводишь у меня так много времени.

— Ей плевать, — ляпнул Чонгук. Правда, тут же пожалел об этом. — Вот только не надо меня жалеть, ладно? Я давно привык к этому, и сейчас ее отношение меня вполне устраивает.

— Не буду жалеть, договорились. Но… постараюсь стать для тебя не только парнем, но и тем взрослым, которому не наплевать. Обещаю.