В тот же самый день был произведен осмотр ирьенином, мистическая рука которого прошлась по мне не раз и не два. Все из-за шокированного состояния и известных только ему мыслей. Следом после проверки был проведен также тест на состояние психики, ибо лишиться чакры и СЦЧ без последствий... Не верил в это никто.

Обстоятельный разговор с отцом и вовсе прошел спустя пару дней. За все это время он ходил сам не свой, а его взгляд обращенный ко мне был наполнен непомерным количеством печали и жалости. Как он мне пояснил это все было из-за яда, которым меня отравил диверсант клана Сенджу. Состав оказался им неизвестен и после неудачной попытки детоксикации его эффект лишь усилился. Произошло это примерно с неделю назад. Отсюда и объяснялась такая худоба.

Потери памяти Таджима, а это был именно он, казалось, не придал особого значения и списал все на побочное действие яда и восстановительные процессы организма. Немного поговорив с ним я показал свои имеющиеся знания о клане, наших врагах и истоках. Общая информация была принята и вот уже отец принялся объяснять мне расклад собственной семье. В клане, подобно Хьюга, было разделение на главную и побочную ветвь, но на деле это было подобно писательству вилами на воде и лишь создавало видимость расслоения. В действительности же клан был единым целым, а "главной ветвью" становились сильнейшие потомки семьи, как и должно работать, по сути, везде. Таджима являлся сильнейшим потомком среди четырех своих братьев, которых унесла все та же война с Сенджу начавшаяся еще задолго до его рождения. Оттого и реакция на возможность моей смерти была столь резкой. Помимо меня в семье было еще три брата: Второй брат - Джиро, Третий брат - Мадара и совсем новорожденный Изуна. Был еще один, но Аобу унесла война и я должен был стать следующим. Мать звали Ханако и именно её я видел в своем окружении даже больше, чем отца в последнее время. Та практически неотрывно следила за моим состоянием: кормила, поила, обтирала и даже спала и ела в одной комнате со мной стараясь не отходить. Из-за такой заботы на меня ревниво косились двое оставшихся: Джиро и Мадара соответственно. Изуна же находился с нами. Должен сказать, что такой доброты и заботы я не ощущал даже в прошлой жизни и это заставило меня проникнуться к столь юной девушке уважением и даже немного родственной любовью. Кормили обильно и вкусно, так что к моменту разговора с отцом я не напоминал иссушенный труп.

Прервемся ненадолго и поразмыслим на счет родственных связей и отношения к ним. Таджиму, Ханако и братьев я сразу воспринял своими, пусть между нами еще не было родственных уз кроме кровных. Почему? Я не вижу смысла отвергать родителей этого тела из-за того, что я, по сути, куда старше и родители были и раньше. Это было крайне детским поступком. Куда легче, разумнее и лучше сродниться с ними и принять всю ту любовь, которой мне не хватало за несколько жизней. Слишком человечно для демона, который вырезал истребителей с напрочь поломанными судьбами, а также обычных людей? Ну, для начала обычных людей я не убивал даже ради пропитания, а ел исключительно истребителей. Можно сказать, что даже будучи порождением зла я не оставил хоть каких-то моральных ориентиров и не уступил свой разум тупым демоническим инстинктам. Именно это и позволило мне стать Высшей Луной затмив собой скорость развития Доумы и силу Кокушибо. Насчет истребителей... Я сам был им и предельно понимаю, что они знали риски этой работы. Моральный груз той жизни меня не так сильно тяготит, но свой отпечаток он определенно оставил.

Вернемся к семье. Все члены клана довольно молоды, а стариков здесь крайне мало. Должен сказать, что у подобных людей я хотел бы чему-нибудь обучиться. Нет, не мастерству... Тактика сражения Шиноби в корне отличается от забоя тупых от крови демонов и вырезание целых отрядов аномально сильных, но все же обычных людей. Какой-никакой похожий опыт могли предложить разве что Столпы, но и они руководствовались лишь кендзюцу и им не были близки битвы с такими же сильными соперниками. Лучший пример - Ренгоку. Превосходящий по силе даже потомка Цугикуни он слился из-за "правильных" моральных устоев, скованности и обязанности сохранить каждую жизнь будучи предельно аккуратным. Шиноби было не чуждо наплевать на гражданских и провести лучшую тактику против такого же сильного противника, а потому после битвы таких людей оставалось лишь пепелище. Старики - кладезь знаний тактики и ведения боя. Их навыки выживания обеспечат мне серьезную основу в этом мире.

Следом за информацией о клане Таджима также вновь познакомил меня с людьми, с которыми контактировал прошлый я, но отклика во мне не увидел и опустил это дело. Куда больше его волновала кардинальная смена характера своего сына. Манера речи, отсутствие детской наивности, необычайная чуткость и разумность... Таджима даже заподозрил бы, что его сына заменили шпионом-диверсантом, но ирьенины подтвердили его родственность клану Учиха и к нему в частности, так что пришлось смириться с подобными изменениями.

- ... - глава клана сидел перед собственным сыном и пытался подобрать слова, чтобы поведать о главной потере из-за проклятого яда, но слова словно застревали в горле, - Сэберо, я... Насчет твоего состояния...

- Ото-сан, - переведя все его внимание на себя я чуть подобрался и выпрямился выражая недетскую стойкость, - Не будьте со мной слишком мягки. Я уже понял, что со мной что-то не так. Словно я чего-то лишился, но понять чего именно - не способен. Только по вашему виду мне понятно, что это что-то основополагающее... Что-то, что делало меня тем, кто я есть. Пусть я и ослабел, но я все еще член клана Учиха. Твой сын. Так скажи мне, в чем дело?

Переход от уважительного обращения на обращения к равному отрезвил отца. На лице смешалось несколько эмоций, но больше всего в глазах читалась гордость. Правильные слова позволили отринуть тяжкие думы и понять, что его сын практически перестал быть ребенком после этого случая. Поза Таджимы сразу стала казаться увереннее, а взгляд излучал силу... Даже после второго перерождения в мире с восточной стилистикой меня берет мандраж от того, как же нереально я разговариваю. Менталитет берет свое, но иногда меня пробирают приступы стыда за сказанные слова. Я мог бы донести все куда короче и яснее, но меня попросту не поймут! Благо это действительно работает, иначе я уже давно бы бросил попытки овладеть красивой речью.

- Ты прав. После воздействия яда твое тело больше не имеет чакры. Ты никогда не сможешь использовать техники, сражаться, быть Шиноби... В клане это посчитают слабостью, а слабость у нас не любят. Для тебя настанут тяжелые времена. Я пойму, если ты откажешься покидать дом, но этот груз придется тащить всю жизнь, - прошло несколько минут в молчании, прежде чем я все старательно обдумал и обратился к отцу вновь.

- Ото-сан, проверьте меня Шаринганом. Проверьте и скажите мне, чем я отличаюсь от мебели, досок, воздуха, - просьбе Таджима крайне удивился, но все же активировал свои глазки и внимательно сравнивал меня с окружением, пока что он меня не понимал и я решил подтолкнуть его в правильном направлении, - Попробуйте ощутить меня и, скажем, моих младших братьев за этими сёдзи, - как только мои слова прозвучали за дверьми послышался удаляющийся топот ног, отчего я и отец не смогли сдержать улыбки.

- Я тебя... Не чувствую? - на лице постепенно возрастало удивление, но продолжить не дал уже я.

- Да, я лишен чакры. Во мне нет её циркуляции и очага. Чем я для врага отличаюсь от камня на дне реки? От листвы на дереве? От брони на его теле и теле товарищей? - выждав паузу специально поиздевавшись над Таджимой я продолжил, - Меня для их ощущения не существует.

Таджима начал было обдумывать все сказанное, но я вновь не дал ему отвлечься и решить, что я просто цепляюсь за хоть что-то, чтобы не быть бесполезным и слабым в клане. Он это поймет, но точно не сегодня.

- Яд сделал из меня идеальную заготовку для идеального шпиона-диверсанта. На меня не должны реагировать печати, меня не способны засечь сенсоры, чакро-звери видят во мне пустоту и на меня не должны работать иллюзии. С последним мы можем удостовериться прямо сейчас. Ото-сан, будьте любезны погрузить меня в кошмар.

Столько перспектив открывается для меня, обычного, не владеющего чакрой, человека! Про фуин я не уверен, там есть и нажимные и куча прочих механизмов, но для сенсоров я никто. Буквально воздух. Хьюга меня не увидит даже с активированным додзюцу! У них зрение не может быть на все триста шестьдесят градусов, такого может достигнуть разве что периферийное зрение и для моего обнаружения им придется искать меня концентрировавшись на всем своим взглядом, что невозможно. Как настоящий шиноби я способен притвориться крестьянином и незаметно устранить цель. По мнению отца я теряю куда большую силу, но он еще не знает, каким монстром я был во время бытия истребителем!

Дальнейший разговор проходил в этом же ключе. Мы взвесили все плюсы и минусы. То чему мне надо будет обучиться и чего хотел я сам. Отец очень удивился просьбе выдать деревянный боккен, поскольку ранее я питал тягу к метательному оружию куда больше. Тем не менее он обещал выбрать для меня лучший, чему я был несказанно рад. Обсудили мы и тех, кто будет меня обучать ремеслу. Большая часть тренировок отойдет тактике, умениям ближнего боя и маскировке, а следом уже все остальное. В тот же день я узрел себя в отражении и, надо сказать, внешность меня удивила! Это был некий симбиоз между типичной внешности Учиха и того же Ренгоку. Отличалось это больше бровями, но они были куда тоньше. Прическа была практически точно такой же, лишь цвет и форма волос отличались. Кожа после восстановления фигуры приобрела более здоровый оттенок и стала походить на здоровую и аристократично белую кожу, что свойственно некоторым Учиха. Само тело практически не имело изъянов в виде родинок, прыщей (конечно, откуда им взяться) и прочего. Осталось только подрасти и за мной действительно девочки будут бегать толпами... Вот уж такого мне не надо.

На следующий день мне, как и было обещано ранее, принесли первоклассный боккен из темного чарко-дерева. Среди обычных деревьев такое ценилось куда больше, ведь бумага из таких деревьев лучше всех подходила к различным фуин техникам. Росли они в зонах повышенного скопления природной чакры близь территорий Отшельников. Например, отсюда было практически рукой подать до придатка отходящего от великого леса Шиккоцу. Благо эти же самые деревья были просто огромными и одного-двух бревен хватало, чтобы не нуждаться в них примерно несколько лет. Стоило ли говорить, что из них делали те самые красные доспехи? Да, они получались чрезвычайно крепкими и при том отлично проводили чакру, что возводило степень защиты до немыслимых значений. Чакро-сталь на их фоне была словно Китайской подделкой зарекомендовавшего себя именитого бренда. Одно спасает эту поделку - чакро-стали куда больше, чем чакро-дерева и с ней куда легче работать, да и в атакующем потенциале чакро-дерево серьезно ей уступает обеспечивая лишь защиту. Добывалась чакро-сталь, вопреки канону, даже у нас в шахте неподалеку. Весьма логично, иначе если бы страна Железа была единственным поставщиком чакро-стали на весь мир Шиноби - цены на продукцию касались бы небес.

Подобный боккен предназначался для двух вещей: длительному обучению кендзюцу и обучению управления чакрой. Да, знаменитое состояние потока чакры можно было использовать и на них. В моем случае это было бесполезно.

Вслед за этим отец составил для меня режим тренировок предназначенных для моего скорейшего восстановления. Весьма полезно, ведь я не знаю чем отличается организм шиноби от обычного человеческого. Шиноби куда крепче того же камня и если одного такого кинуть в стену, то он, скорее всего, пробьет её на вылет или же оставит отпечаток своего тела на ней. Мне же необходимо было восстановить утраченные калории и объем мышц для сбалансированного тела. Да, я вернул себе почти нормальный вид после нескольких дней ухаживания матерью, но я лишь накопил жирка, который теперь требовалось перенаправить в энергию.

Подъем произошел на самом рассвете. Пройдя во внутренний двор, а затем и в обособленно стоящее додзе Таджима познакомил меня с мастером кендзюцу на данный момент. Это был поджарый молодой человек, из-под одежды которого выглядывали литые, но в меру накаченные мышцы. Обладая характерными ониксово-черными глазами Учиха его взгляд был на удивление жизнерадостным для нынешних времен постоянной войны с Сенджу. Волосы были коротко пострижены в противовес моим длинным локонам, а их форма больше напоминала прическу Шисуи. Мне представили его как Акиру Учиха. Да, довольно жизнерадостный. Подстать имени.

После обмена любезностями мы приступили к тренировке... без боккена. Да, для начала требуется восстановить форму, затем натренировать выносливость с реакцией, а только затем приступить к владению мечом. Пользуясь моментом я выпросил себе возможность оставить меч на поясе, чтобы привыкнуть к его весу и подстроиться движениями. Акира не возражал.

Вперемешку с довольно простыми упражнениями по типу бега я также занимался восстановлением техники концентрации дыхания. Каждый раз концентрируясь я доходил до пятнадцати секунд и пытался вытерпеть еще пару секунд сверху, дабы тело начало подстраиваться под мои нужды. Это крайне действенная методика, если начинать выполнять её еще в детстве! Растущему организму куда проще подстроиться, нежели уже почти сформировавшемуся. Этому учитель меня учил каждый день, дабы в будущем я мог спокойно перенять его Дыхание Воды. Да, мое самое первое дыхание стало Водным из-за его адаптивности и текучести движений. К каждому противнику оно позволяло найти свой подход и было больше востребовано к моей ловкости, нежели к силе. Сейчас моей лучшей характеристикой была именно скорость и мастерство с восприятием, так что ловкость я мог развить крайне легко занимаясь лишь прыжками и кувырками. До тех акробатических пируэтов, которыми я владел ранее мне как до местной луне пешим ходом.

Кстати о луне! Здесь она куда ближе, так что я получил ответ на вопрос о необычном освещении в аниме. Да, она была просто ближе и давала куда больше света, нежели в первом и втором мире.

Не забывал я также и о своих младших братьях, чей интерес выливался в постоянные трения вокруг додзе и прилегающего к нему двора. Практически каждую тренировку я замечал пару макушек наблюдающую из-за угла, но каждый раз будучи обнаруженными они ненадолго прятались, чтобы вновь иметь возможность наблюдать после. Спустя неделю подобное отношение мне надоело и как-то раз я сделал вид, что их не заметил и вошел в додзе обойдя парочку с черного входа. Пока они вовсю расширяли глаза и пытались меня найти в просторном помещении я, на опыте, бесшумно подошел сзади и обнял их не давая сбежать.

- Так, вам ведь говорили, что игнорировать своих родственников неприлично? Особенно наблюдать за ними каждую тренировку? Джиро? Мадара? - от неожиданности их лица побледнели лишившись детской румяности, а сами попытались выбраться, что им и удалось. Оба встали передо мной слегка нервничая.

- Ани... Да, мы это... Просто интересно было! - нашел было легкий путь Джиро, которому покивал Мадара.

- Интересно было меня игнорировать неделю? Вы довольно жестоки... - посокрушавшись над их словами и скорчив обиженное выражение лица заставил их запаниковать.

- Да нет же!! Просто раньше ты не хотел тренироваться проводя время с нами или метая сюрикены, а сейчас... - да, в основном говорил Джиро стараясь не дать Мадаре взболтнуть лишнего.

- А сейчас мне нужно восстановиться после отравления, Джи-отоуто, - медленно подошел к братцу и потрепал его по голове, что заставило его зажмуриться и поворчать некоторое время. Похожее я провернул и с Мадарой, - Мне интересно вот что... Почему вас не тренируют? Проводить все время за играми и подглядываниями не самое лучше препровождения свободного времени!

- А... О-отоу-сан з-занят, - на этот раз первым ответил младший, - Нас учит Окаа-сан, но пока только письму и языку. Те.. Те-о-рии, во!

- В таком случае вопрос тот же. Почему вы не учитесь, а подглядываете за мной?

- Просто ты ни разу к нам не пришел... Окаа-сан говорит, что у тебя нет памяти и ты нас забыл, - оба Учих развели тут такую тоску, что я не удержался и обнял их.

- Это правда. Хоть мои прошлые воспоминания о вас и утеряны, но я все еще ваш брат и вы можете помочь мне создать новые! Даже несмотря на все это я продолжаю вас считать своей семьей. Разве это не говорит о чем-то? Семейные узы так просто не разорвать. Будьте уверены, что даже если бы я тогда отправился в Чистый Мир, то регулярно бы вас навещал... И давал тумаков за то, что не слушаетесь родителей!

Немного отстранившись решил приватизировать иконический жест по отношению к Учиха, а именно тычок указательным пальцем по лбу, о котором вспомнил буквально только что. Оба брата, держась за лбы, недовольно что-то пробурчали, но против моей обезоруживающей улыбки не пошли.

- Завтра обещаю провести с вами время. Постараюсь выполнить все тренировки побыстрее и заняться с вами чем-нибудь. Ну а сейчас идите к Окаа-сан и порадуйте её! Ей без вас было скучно!

Малышня согласно закивали и с теплыми улыбками на лице скрылись из виду в коридоре соседнего здания, а я же зашел в додзе начиная выполнять упражнения на выносливость.