Чарльз просил приглядывать за школой, и обычно это не занимало много времени. Проверить, кто ошивается рядом, кто пытается сунуть нос не в своё дело, кто из мелких снова решил, что может прыгнуть выше собственной головы. Ничего сложного.

Ган стоял у окна в заброшенном школьном кабинете и курил, глядя на тёмный двор. За стеклом моросил дождь, фонари размывались мутными пятнами, а в голове снова и снова всплывала Рейко. Блять. Прошло столько времени, но внутреннее раздражение всё никак не хотело утихать. Он сделал затяжку и медленно выпустил сизый дым. Хотелось ударить кого-нибудь так, чтобы кости хрустнули под пальцами.

Давно он не ощущал этого будоражащего чувства, когда кровь несётся по венам с бешеной скоростью, а инстинкты вырываются наружу, заслоняя разум. Это было животное удовольствие: дрожь в пальцах, сжатые кулаки, удар, врезающийся в человеческую плоть. Ломающиеся кости, брызги крови, размозжённые останки, а в голове наконец оглушительная тишина.

Из мыслей его вырвали внезапный шорох и скрип двери. Ган выдохнул, затушил сигарету о подоконник и двинулся на звук. В темноте глаза быстро отыскали жертву. Когда силуэт оказался достаточно близко, Ган схватил пацана за шиворот и с силой усадил на парту.

— Хули ты тут забыл? — Ган брезгливо скривился, отпуская Даниэля. Он сразу его узнал. Пацан, который был для Чарльза занозой в заднице. Ган отступил на шаг, давая ему возможность всё объяснить. Тот едва удержался на парте, смахнул со лба мокрые пряди и упрямо посмотрел на него. Какого хуя он припёрся?

— Я не знал, как вас найти, и не знал, как стать сильнее, поэтому пришёл сюда! — затараторил Даниэль.

Гана это взбесило. Нахера ему тренировать такого отброса? Пришёл посреди ночи, дрожит, как побитая псина, и ещё смеет просить о силе. С его-то телом?

— Что ты, блять, несёшь, сукин ты сын?

Даниэль вздрогнул, но не отступил. Наоборот, решил продемонстрировать свои хилые удары и приёмы.

— Я хочу стать сильнее!

Ган чуть ли не рассмеялся и с лёгкостью заблокировал удар. Даниэль ударил снова, но всё так же жалко. Ган даже не сдвинулся с места. Перехватил его руку, выкрутил запястье так, что пацан зашипел от боли, а затем резко пнул в корпус. Даниэля отбросило к стене. Он ударился спиной и сполз вниз, хватая ртом воздух.

— Сила не появляется от одного желания, — процедил Ган. Он подошёл ближе и снова ударил его ногой в живот. Даниэль сдавленно кашлянул, сворачиваясь на полу.

— Но если тебе нечего будет предложить, — Ган наклонил голову, глядя на него сверху вниз, — ты умрёшь. Усёк? А теперь съёбывай отсюда.

Что Гану не нравилось в школоте, так это их вечная уверенность в собственной смелости. Стоило кому-то вбить им в голову пару красивых слов о силе, как они тут же начинали считать себя особенными. Но стоило им хорошенько вмазать, и вся эта храбрость осыпалась на пол вместе со слюнями, кровью и жалким скулежом о пощаде.

Ган признавал только силу и талант. Всё остальное было мусором. Такие, как этот пацан, его не привлекали. Пусть хоть миллион раз покажет свою целеустремлённость. Если уж суждено быть отбросом, то им и останешься.

Отряхнув руки, Ган засунул их в карманы и отвернулся от Даниэля, направляясь к выходу. Он всё же надеялся, что пацан поймёт с первого раза и просто свалит. Но вместо этого тот вцепился в край его кофты и подтянулся, заставляя себя подняться с пола.

Ган остановился. Пальцы пацана заметно дрожали. От ударов на лице уже проступили гематомы, а на скуле тянулась кровавая ссадина.

— Я… — он сглотнул кровь и поднял мутный взгляд. — Я не уйду.

— Что?

— Я сказал, что не уйду!

Стало тихо. Только дождь шуршал за разбитым окном, да где-то от ветра скрипела старая дверь. А потом Ган рассмеялся. Этому щенку до силы было как до луны.

— Хорошо, — сквозь смех произнёс Ган. — Ты убедил.

Тренировать пацана оказалось тем ещё удовольствием. Ган отрывался на нём по полной, не жалея ни сил, ни времени. Только в жёстких условиях можно было стать сильнее, и Даниэль получил их сполна. Ган и сам не заметил, как пролетело несколько дней, прежде чем ему доложили, что его жёнушка вернулась в Сеул. Ни единого сообщения за полторы недели.

Впрочем, Хан Соён постаралась на славу, исправно докладывая обо всём, что касалось Рейко и происходящего внутри компании. Её отчёты были настолько подробными, что временами превосходили работу его собственных людей. Жена, значит, налаживала новые связи. Конечно. Деловая бизнесвумен.

Размяв шею, Ган бросил одно поленце пацану, второе взял себе и пошёл в душ. Они тренировались на заднем дворе той самой школы. Здесь было удобно, а людей поблизости не водилось. Идеальное место для того, чтобы учить щенков искусству боя.

***

Дни, проведённые в Пусане, пролетели незаметно. Рейко была слишком занята, чтобы позволить себе думать о муже. Хотя он явно постарался, чтобы застать её врасплох. Но, к удивлению, деловые встречи действительно помогали отвлечься. Люди вокруг, постоянные переговоры и новые задачи не оставляли времени возвращаться к тому, кто сейчас находился далеко.

Миджин расписала всю неделю буквально по минутам, с самого утра и до позднего вечера. Продвижение бренда новой косметической компании шло успешно, реклама работала хорошо. Вскоре вложенные средства должны были начать окупаться, ведь теперь качественную косметику могли позволить себе не только состоятельные люди, но и представители среднего класса.

После состоялась ещё одна встреча, которая должна была стать шагом к расширению бизнеса на востоке. Опиум планировали поставлять и в другие страны, поэтому Рейко заключила ещё один договор на сотрудничество с Ваном. В данный момент он как раз находился в Пусане и занимался налаживанием новых связей.

Они договорились встретиться в Сеуле, как только она вернётся в город. Ван предложил провести время в загородном клубе и сыграть в теннис. Рейко не стала возражать, напротив, с готовностью приняла приглашение и сразу из аэропорта отправилась туда.

Миджин заранее подготовила и приобрела всё необходимое, поэтому по прибытии в клуб передала ей спортивную сумку и ракетку. В Шанхае Рейко часто играла в теннис с Жэньцзе. Когда-то она даже задумывалась о профессиональной карьере, однако семейные ценности оказались сильнее её личных стремлений. Её с детства готовили к роли, связанной с управлением бизнесом, а не со спортивными достижениями.

В Сеуле стояла ясная солнечная погода. После дождливой недели воздух стал особенно душным и влажным. Футболка неприятно липла к коже, и Рейко то и дело поправляла её, пытаясь хоть немного впустить прохлады.

Вместе с Миджин она вошла в административное здание клуба, где их уже встретил вежливый персонал. Одна из сотрудниц учтиво проводила их к раздевалкам, по дороге рассказывая об услугах клуба и знакомя с его территорией.

Они неспешно шли вдоль небольшой ухоженной аллеи, где среди аккуратно подстриженных кустарников распускались розы. Отсюда открывался по-настоящему впечатляющий вид — смотровая площадка выходила прямо на город, а вдали возвышались горы Намсан, нависая над панорамой Сеула.

Свернув на каменную дорожку, ведущую к теннисному корту, они остановились. Рейко сразу заметила Жэньцзе. Он уже был на площадке и активно разминался, уверенно отбивая мячи один за другим.

— Жэньцзе, — окликнула его Рейко, оставляя Миджин и сотрудницу клуба позади. Ван остановился на площадке и, заметив её, приветливо улыбнулся.

— Линьсюэ, — протянул он, закинув ракетку на плечо. После чего подошёл к сетке, отделявшей корт от дорожки.

— Я думал, ты уже успела переодеться.

— Только приехала. Нам показывали территорию клуба, — ответила Рейко, бросив взгляд в сторону девушек. Затем снова посмотрела на него с лёгкой насмешкой. — А ты, смотрю, времени зря не теряешь. Уже вспомнил, как отбивать мяч?

Жэньцзе усмехнулся, взъерошил рукой чёрные волосы и несколько раз легко постучал ракеткой по плечу.

— Я и не забывал. Стараюсь не пропускать тренировки.

— Какой ты молодец! А я вот сто лет не играла, — разочарованно вздохнула Рейко.

— Ну тогда иди переодевайся. Буду ждать тебя здесь.

Ван весело подмигнул и, коротко отсалютовав ракеткой, вернулся к разминке. Рейко не стала задерживаться: подойдя к девушкам, направилась вместе с ними в раздевалку.

Внутри было немноголюдно, поэтому свободных шкафчиков оказалось достаточно, чтобы спокойно разместиться, не сталкиваясь друг с другом и не выискивая укромный уголок для переодевания. Миджин терпеливо ждала, пока Рейко сменит одежду, после чего они взяли несколько бутылок воды и полотенца и вместе вернулись на теннисный корт.

— Отличная погода, — сказала Рейко, опуская сумку на скамью и выходя к Жэньцзе.

Она размялась, разогревая мышцы, а потом направилась на другой конец корта. Легко постучав носком кроссовка по покрытию, перетекла в стойку, настраиваясь на игру.

— Уже забыл, как ты замечательно выглядишь в форме, — игриво заметил Ван, рассматривая её с головы до ног.

— Не отвлекайся! — крикнула Рейко. Взяла мяч, несколько раз ударила им о землю и, замахнувшись ракеткой, отправила его на сторону Жэньцзе.

Мяч перелетел сетку и с глухим стуком ударился о корт. Ван сместился вбок, принял подачу и ответил точным ударом по диагонали. Рейко успела среагировать в последний момент и, шагнув в сторону, отбила его у самой сетки. Мяч несколько раз быстро пересёк коридор корта, набирая темп, пока оба не перешли в более плотный обмен ударами. В какой-то момент Жэньцзе усилил давление, заставив Рейко отступить назад, но она быстро вернула контроль над розыгрышем. Они продолжали играть, пока мяч не улетел в аут.

— Ты молодец, быстро вспомнила, как играть, — похвалил её Ван. Он подошёл к скамье и забрал из рук Миджин бутылку воды. Вскоре к ним присоединилась и Рейко. Она промокнула полотенцем вспотевший лоб и сделала несколько жадных глотков.

— Не собираюсь тебе поддаваться, — с азартом произнесла она и вернулась на площадку.

Оба увлеклись игрой, игнорируя происходящее вокруг. Рейко сосредоточенно отбивала мяч и не сразу заметила знакомый силуэт у края площадки. Подав, она отвлеклась, сбилась и пропустила удар Жэньцзе.

— Ган? — она замедлилась и замерла, встретившись с недовольным выражением его лица. Ещё минуту назад она даже не вспоминала о муже, а теперь он стоял здесь, словно грозовая туча. От его присутствия стало не по себе, будто бы в чём-то провинилась.

— Ты что тут делаешь? — спросила Рейко, невозмутимо поправляя влажные волосы, прилипшие к лицу. Жэньцзе тем временем обошёл сетку и остановился рядом.

Ган не ответил. Лишь обогнул корт и вошёл внутрь, сокращая расстояние между ними. На Вана он даже не посмотрел — всё его внимание было приковано к Рейко.

— Не слишком ли ты увлеклась?

— Мы только начали. Может, присоединишься?

Рейко попыталась отвлечь его, но заметила, как раздуваются крылья его носа, как подрагивают от напряжения плечи. На шее дёрнулся кадык, невольно притягивая внимание. Рейко могла сколько угодно убеждать себя в обратном, но стоило Гану появиться рядом, как привычное равнодушие осыпалось осколками под ноги.

— Не горю желанием.

— Да ладно тебе, Линьсюэ отлично играет, — вклинился Ван, опуская ладонь ей на плечо. Рейко тут же стряхнула её. Не стоило лишний раз испытывать терпение Гана.

— Нам надо поговорить. — Он нахмурился и кивнул головой, давая понять, чтобы она шла за ним.

Передав ракетку Жэньцзе, Рейко без возражений последовала за мужем. Его бесцеремонное появление и сорванная игра раздражали, но злость странным образом переплеталась с куда более опасным чувством. Её взгляд зацепился за широкую линию плеч Гана. Под белой тканью футболки отчётливо проступали крепкие мышцы, и от этого внутри собралось непреодолимое желание провести ладонью по его спине, впиться ногтями в кожу и оставить на ней тонкие шрамы.

Отогнав от себя эти мысли, Рейко остановилась напротив него, когда они отошли достаточно далеко, чтобы их разговор никто не услышал.

— Зачем ты приехал сюда? — спросила она, задирая голову. Без каблуков по сравнению с Ганом совсем маленькой показалась. Если бы захотел, раздавил, стёр одним щелчком пальцев. Самым раздражающим был тот факт, что он понятия не имел, что здесь забыл. Как только доложили, что Рейко вернулась, не мог думать ни о чём, кроме того, чтобы её увидеть. И на новый вопрос «зачем» у Гана тоже не было ответа.

— Муж захотел увидеть жену. Тебе надо объяснять элементарные вещи?

— Мы бы увиделись вечером, я не собиралась прятаться от тебя. Неужели так сильно соскучился? — её шпилька попала если не в яблочко, то очень близко. Ган скрипнул зубами, хмуро посмотрел на неё.

— Нам надо чаще появляться на людях, — проговорил он наконец. — Тебя не было слишком долго.

— Ну, теперь я здесь, — как ни в чём не бывало пожала плечами Рейко. Обогнула его и пошла к раздевалкам, издевательски покачивая бёдрами. Взгляд Гана прикипел к движениям короткой юбки, к ровным ногам в белых коротких кедах. Она вообще подозревала, как выглядит в этой форме?!

Ган метнул взгляд на Вана, тот тут же отвернулся и начал отбивать от поля мяч. Ракетку Рейко он положил на краю корта. Ган вновь взглянул на Рейко — она успела дойти до входа в здание и уже открыла стеклянную дверь. Не раздумывая, он направился за ней. Почему она постоянно пыталась оставить последнее слово за собой? Он ещё не всё ей сказал.

В теннис приехала поиграть… Ган ненавидел теннис, предпочитая ему контактные виды спорта. Если не можешь разбить чьё-то ебало, нахуй вообще тратить время? Войдя в холл, Ган остановился и несколько раз сжал и разжал кулаки. В первую очередь Рейко предпочла встретиться с Ваном, вместо того, чтобы увидеть мужа. Она его вообще ни во что не ставит?! Шумно выдохнув, он просканировал холл, нашёл вход в раздевалки. Там было пусто. На лавке лежала одежда, в душевых шумела вода.

Ган не стал задумываться, одна там Рейко или же нет. Он просто стащил с себя майку и штаны с кроссовками и полностью обнажённый вошёл в душевые. Кроме Рейко никого не было, но срать Ган хотел, даже если бы были. Она стояла в кабинке, спиной к нему, окружённая клубами пара. При одном только взгляде на плавные изгибы, на подтянутую задницу, у него моментально на полдень встал.

Шагнув к ней, Ган опустил тяжёлые ладони на бёдра, потянул на себя. Рейко напряглась, посмотрела на него через плечо.

— Хватит от меня бегать, — низко протянул он, резко разворачивая и толкая к стене. В глазах Рейко не было ни тени страха, только упрямство и вызов. Эта сука как будто на прочность проверяла, прикидывая, как далеко он может зайти.

— Разве я бегаю? — она приподняла бровь. Вода хлестала по его плечам и спине, и дышалось тяжело. От влажности или по другой причине? Ган крепче стиснул бёдра, точно зная — завтра появятся синяки. Не слабые следы страсти, а настоящие синяки, багровые — доказательство принадлежности ему, и только. Рейко даже не поморщилась. Вместо этого с силой оттянула его волосы на затылке и, привстав на носочки укусила за нижнюю губу. Даже глаза не закрыла, так и смотрела с мстительной жадностью.

Почувствовав вкус крови во рту Ган холодно улыбнулся. Укусил в ответ и тут же ворвался языком в рот, заставляя впечататься затылком в стену. Груди смялись о его грудь, стон потонул в звуках падающей воды. Ган оторвал её ноги от пола, и они тут же сомкнулись на его торсе. Звериное желание уже не поддавалось контролю, и он спустил его с поводка. Придерживая Рейко одной рукой, он взял член и приставил к входу. Накрыв её рот своим, он вставил сразу до середины, заглушив мычание. Двигаться начал короткими толчками, каждый раз проникая глубже. Пронзить насквозь, насадить на себя стало единственным желанием.

Ноги Рейко впились в плечи, оставляя пламенеющие полосы. Ган прижался виском к её виску, слушая надсадное дыхание, не разбирая — своё или её. Рейко начала тонко стонать, подставляя шею под укусы и засосы, которыми он щедро украсил её кожу. Он хотел унизить, поиметь, как дешёвую шлюху, но, когда внутри стало слишком горячо и влажно, замедлился, чтобы продлить момент. Растянуть, сохранить в памяти путанный взгляд, остановиться на её пике, давая возможность насладиться оргазмом, а потом сорваться и кончить, залив изнутри.

Прошло всего несколько минут, а оба тяжело дышали, как загнанные лошади после бешеной скачки. Отпустив Рейко, Ган молча отвернулся, несколько секунд постоял под душем и вышел. Задержался у стеклянной перегородки, бросил, не глядя:

— Одевайся, я отвезу тебя домой.

— У меня на сегодня были дела.

— Уверена, что сможешь их выполнить? — он посмотрел через плечо на свои отметины. — В таком виде?

Ладонь Рейко взметнулась к шее, глаза швырнули молнии.

— Ты сделал это специально?

— Сама подумай.

Ган вышел с чувством долгожданного удовлетворения — этот раунд остался за ним.