Фууухххх. Эта глава выпила из меня всю кровь... Надеюсь, получилось хоть что-то. Переписывал её раз 10. Получилась она (как я надеюсь) крайне серьёзная по смыслу. Так что ждите в следующей главе много рофлов и стеба).

Если есть какие-то ошибки - пишите в комментариях. Обязательно их исправлю когда-нибудь...

-------------------------------------------

Шифу застал Угвея под сенью Персикового дерева. Старый мастер был неподвижен: лишь лепестки, медленно кружась в танце, опускались на него, и казалось, сама природа чтила его безмолвную медитацию. Воздух вокруг вибрировал беззвучной гармонией.

Не успел Шифу сделать шаг, как губы Угвея приоткрылись, и его голос, тихий и в то же время ясный, разрезал тишину, словно эхо из самого сердца мира.

- Ах, Шифу... мой друг... - Глаза его оставались закрытыми. - Ты принёс на своих плечах тяжёлые вести... Ветер шепчет, что тени прошлого тянутся к нам в настоящее, норовя поглотить хрупкий свет сегодняшнего дня.

Шифу молча протянул свиток. Угвей принял его с той же неторопливой, несуетливой грацией. Он развернул пергамент, и его глаза, словно высекая истинный смысл из символов, заскользили по строкам.

Вскоре он дочитал, с прежней методичностью свернул свиток и вернул его на колени. Пальцы на мгновение задержались на сломанной восковой печати.

- Да, друг наш Ли Юн прав в своих подозрениях, - произнёс Угвей, и его голос был ровным и спокойным - Корни этих банд уходят глубже, чем кажется. Их питает не просто жажда наживы.

Он поднял взгляд на Шифу, и в его глазах не было ни гнева, ни тревоги - лишь спокойное, безрадостное знание.

- Что это значит, Мастер? В чём их цель? - голос Шифу дрогнул, и в нём, как и всегда за многие годы в присутствии Угвея, проступила та самая неуверенность, которую он так тщательно скрывал ото всех, но никогда - от него.

- Их цель? - Угвей медленно провёл лапой по воздуху, и пылинки закружились в луче света, словно попав в невидимый водоворот.

- Когда кузнец растапливает горн, разве он думает о тепле? Нет. Он думает о стали, что родится в этом огне.

Его голос стал глубже, обретая металлический отзвук.

- Грабежи... насилие... это не цель. Это уголь для горна. И они куют оружие...

Шифу остолбенел. Угвей говорил как всегда туманно, и Шифу мысленно достраивал картину: чей-то влиятельный клан использует страх и террор как инструмент для захвата власти в соседних регионах. Эта мысль казалась логичной, почти утешительной в своей привычной коварстве. Но Шифу не мог понять, причём здесь отзыв стражи из Долины Мира?

Угвей, словно читая его мысли, медленно покачал головой.

- Но страшнее то, что Имперский Совет видит в происходящем лишь повод для плетения своих интриг. Отзыв стражи из нашей долины - лишь предлог, чтобы показать слабость Нефритового Дворца.

- Но Мастер Угвей... Разве они не уважают вас? - спросил Шифу с искренним недоумением.

- Они боятся меня, Шифу... и ждут не дождутся того момента, когда я уйду. - Поправил его Угвей, а в глазах старого мастера мелькнула тень усталости, какой Шифу никогда прежде не видел.

- Кхм... Но они этого не дождутся! Вы прожили больше тысячи лет и проживёте ещё столько же! - нервно произнёс Шифу, в его голосе звучало почти детское отрицание.

Угвей улыбнулся, но улыбка эта была печальной.

- Сама вселенная шепчет мне, что скоро мой жизненный путь в этом мире будет окончен. И когда я уйду в мир духов, многие попытаются взять то, что им не принадлежит. - Он сделал паузу, глядя на цветущие ветви над головой и продолжил:

- Хуже того, что наши же братья захотят разорвать на части наследие, что я оставил после себя... Нефритовый дворец, знания и силу, что собирались здесь тысячелетиями.

В его словах не было страха - лишь спокойное приятие неизбежного и глубокая печаль за тех, кого он оставляет.

- Они видят в Дворце лишь сокровищницу свитков и артефактов, не понимая, что истинное сокровище - в сердцах тех, кто здесь учился. Но когда я уйду, - Угвей посмотрел прямо на Шифу, - именно ты станешь стражем этого наследия.

- Но мастер... как я... как я смогу без вас? - в голове Шифу нестерпимо бился тревожный, печальный набат. Годы, десятилетия строгого самообладания рушились в одно мгновение, обнажая ту самую неуверенность, что гнездилась в нём с юности.

- Мастер, я... - начал Шифу, но слова застряли в горле, превратившись в сдавленный шёпот.

Угвей внимательно смотрел на него, и в его взгляде не было осуждения: лишь безграничное понимание.

- Не нужно оскорблять печалью мимолетность бытия, - мягко сказал он, и в его голосе звучала вся мудрость тысячелетий.

- Старое дерево всегда уходит, уступив место новым росткам, как и положено великому круговороту жизни. По, Пятёрка... - он сделал паузу, и его взгляд стал глубже...- ...и главное... ты, мой упрямый, прекрасный ученик... вы - те самые ростки, что прорастут новой силой.

- Но я не готов! - вырвалось у Шифу с отчаянием, и он продолжил:

- Развал прошлой Пятёрки, Тай Лунг... я сделал так много ошибок! Я... я даже не верю вашим словам о том, что панда является Воином Дракона! Я - плохой ученик, Мастер. Я не достоин...

- Твоя главная ошибка, друг мой, - тихо перебил его Угвей, - в том, что ты всё пытаешься контролировать, принимая изгибы реки судьбы за свои личные промахи.

Старый мастер тяжело опустился рядом с Шифу, и в этом движении вдруг отчётливо проступил его возраст - не мистический, а вполне земной, уставший.

- Но ты забываешь, - продолжил он, глядя куда-то вглубь десятилетий, - что и сам я прожил очень долго. И совершил множество ошибок. Намеренно или нет: не имеет значения. Последствия: вот что реально. И в историях с прошлой Пятёркой, и с твоим... с нашим Тай Лунгом, есть и моя вина. Великая вина.

Угвей на короткое время замолчал и продолжил: - Но не позволяй тяжести прошлых трагедий диктовать шаги будущего. Ведь, опасаясь совершить новую ошибку, ты невольно создаёшь другую.

Шифу замер, мысленно уже ожидая услышать от Угвея те очевидные истины , к которым он сам уже ранее пришёл. Но следующие слова прозвучали для него как удар гонга, отозвавшись глухой болью в самом сердце.

- Вспомни, какими глазами на тебя смотрит Тигрица. - Произнес Угвей.

Воздух застыл. Шифу замер, и перед его внутренним взором вдруг возник образ грозной ученицы: не той, что он тренировал все эти годы, а той, что смотрела на него в редкие мгновения тишины после изнурительных тренировок. Взгляд, в котором читалось не только уважение ученика к учителю, но и глубокая, тщательно скрываемая потребность дочери в одобрении отца.

-Ты для неё не просто учитель, Шифу. Ты - отец. Тот, кто заменил ей того, кого у неё никогда не было. - Угвей сделал паузу, позволяя каждому слову достичь глубины сознания Шифу.

- Ты также считаешь остальных своих учеников своей семьёй. И ты боишься. Боишься снова не справиться. Боишься снова разочаровать. Боишься, что твоё одобрение и внимание... что твоя любовь... может снова привести к трагедии. Боишься, что своим неверием в мой выбор и боязнью не преуспеть в тренировке Воина Дракона, и разочаруешь меня.

- Что мне делать, Мастер? - голос Шифу прозвучал надтреснуто, умоляюще, обнажая всю глубину его растерянности.

Угвей внимательно смотрел на него, и в его взгляде не было готовых ответов - лишь безграничная вера в того, кто сидел перед ним. Медленно, с нежностью, он разломил спелый персик, что лежал у его ног. Сок брызнул, словно слеза, на землю.

- Просто верить, ученик мой... Просто верить, - его слова были тихими, но наполненными такой силой, что они, казалось, звучали в самом воздухе.

Угвей аккуратно отделил косточку и, наклонившись, посадил её в мягкую почву у подножия дерева, присыпав землёй своими пальцами. Смахнув почву с лап, он продолжил:

- Поверь в них. Направь их. Взрасти их. Не как скульптор, высекающий из мрамора идеальную статую, а как садовник, ухаживающий за живым ростком. Ты не можешь заставить его расти быстрее. Не можешь заставить его цвести по твоему желанию. Ты можешь лишь поливать его, защищать от сорняков и верить - верить в то, что в нём уже заложена вся сила, чтобы стать великим деревом.

- А главное, - голос Угвея стал особенно мягким, - поверь и в себя. И в меня.

Он остановился прямо перед Шифу, и в его взгляде не осталось ни туманной мудрости, ни пророческой отстранённости - лишь ясная, пронзительная правда.

- Поверь, что мой выбор пал на тебя не случайно. Что все эти годы я видел не только твои ошибки, но и ту несокрушимую честность, что за ними стояла. Тот стержень, что позволял тебе подниматься - снова и снова. Даже когда ты в этом сомневался.

- Учитель, но что такого в этой панде? - в голосе Шифу прозвучала обида, которую он таил все эти дни. - Что есть в нём такого, чего нет у моих учеников? У тех, кто годами оттачивал каждое движение, чьи жизни целиком посвящены кунг-фу?

Угвей внимательно посмотрел на Шифу, и в его взгляде мелькнула тень чего-то древнего и необъятного.

- Не знаю, - тихо произнёс он.

Шифу отшатнулся, словно от удара. Его глаза широко раскрылись от шока. Такая откровенность от Угвея была поразительной.

- Увидев его, - продолжил старый мастер, глядя куда-то сквозь время и пространство, - я увидел картины прошлого и смутные видения будущего. Отблески судеб, ещё не сотканных.

- Но Панда... - попытался возразить Шифу, всё ещё не в силах принять это. - Он же даже не особо заинтересован в познании искусства кунг-фу! Да, я сумел его заинтересовать, но не думаю, что он видит в этом свою жизнь.

- Ах, Шифу... - на губах Угвея появилась лёгкая, знающая улыбка. - По, сам того не понимая, уже когда-то встал на путь кунг-фу. Уж поверь мне в этом. Его тело, его дух... они словно костёр, что пока тлеет в углях, но набирает силу, чтобы однажды превратиться в звезду.

- Это вы сейчас про ци говорите? - с подозрением уточнил Шифу, всё ещё цепляясь за рациональное объяснение.

- Всё может быть, ученик... Всё может быть... - Угвей склонил голову, и его взгляд внезапно стал пронзительным, с внезапностью сменив тему. - И, кстати... как ты узнал о старой традиции приёма учеников в Нефритовый дворец?

Шифу застыл на месте. Его глаза непроизвольно расширились, а челюсть чуть не упала до пола. Мысль о том, что он используя самый нелепый метод для проверки Панды, внезапно оказался древней традицией, не укладывалась у него в голове.

Угвей, видя замешательство ученика, позволил себе лёгкую, почти невидимую улыбку и продолжил:

- Ну что ж, мой юный друг, - Угвей мягко кивнул, и в его глазах вспыхнула та самая искра, что зажигала сердца многих учеников на его долгом веку. - Перед тем как отправиться в мир духов, я постараюсь передать тебе и другим ученикам некоторые знания, которыми владею. Ты же не думаешь, что я оставлю вас без возможности защитить Нефритовый дворец и Долину Мира?

Шифу всё еще не мог прийти в себя от предыдущего откровения, но новые слова Угвея заставили его насторожиться. «Юный друг» - так Угвей называл его лишь в первые годы обучения, когда Шифу был вспыльчивым и нетерпеливым учеником.