Семнадцатилетняя Беллатрикс Блэк, игнорируя вздохи Андромеды и поджатые губы Нарси, нанесла на запястья, за мочки ушей и главное — щедро на декольте специальные духи. Поправила пышные смоляные кудри и подмигнула своему отражению в зеркале. 
 
— Вы обе поклялись, что поможете. — Она резко повернулась к сестрам, так, что юбки её голубого платья взметнулись, открывая ножки в туфлях на внушительном каблуке. — Особенно ты, Анди, и не вздумай рассказать отцу или матушке! 
 
— Ты с ума сошла, — вздохнула Андромеда. — Он же полукровка!
 
— Он наследник Слизерина! — топнула Беллатрикс. — И самый сильный маг Англии.
 
— А как же Дамблдор? — негромко спросила Нарцисса.
 
— Этот магглолюбец и мужеложец? — скривилась Белла. — Никакого сравнения!
 
Если сегодня ничего не получится, родители заставят её выйти за мямлю, зануду и хорошего мальчика Рудольфуса Лестрейнджа. Беллатрикс передёрнулась, представив эту чудную семейную жизнь. Сёстры не понимали её одержимости Им, но поклялись молчать. 
 
Белла была готова рискнуть будущим, репутацией и жизнью, чтобы получить любимого мужчину. Цена не важна. 
 
Она покрутила в пальцах драгоценный флакон и оставила его на туалетном столике. Старая Нэн запрещала выливать на себя всё и сразу. И обычно строптивая Беллатрикс послушалась эту ведьму. 
 
— Я отвлеку родителей. — Нарси шагнула к ней и вдруг порывисто обняла. — Если ничего не получится, Белла, то тебе придётся уйти из дома. Ты это понимаешь? Лестрейнджи не примут опозоренную девицу. 
 
— Я понимаю, — заверила младшую сестру Белла. — Но мне плевать на Лестрейнджей. 
 
— Нам пора, — напомнила Андромеда и поправила букетик на поясе. — Идёмте.
 
На лестнице они услышали музыку, доносящуюся из бального зала, голоса первых гостей. Белла на секунду задержалась на верхней ступени, глядя на сестёр и запоминая, как свет золотит кудри Андромеды, её огромные ореховые глаза, полные волнения, улыбку Нарциссы и то, как эта кокетка играет с веером. 
 
Если Лорд на ней не женится, она больше никогда не увидит сестёр. Родители не простят ей позора. Белла сглотнула, упрямо вскинула голову и, гордо расправив плечи, начала спускаться вниз. 
 
Он ещё не прибыл. Он всегда прибывал почти самым последним. Но Белла как старшая дочь была обязана присутствовать с самого начала. Так что ей пришлось приветствовать гостей, улыбаться, делать книксены и терпеть, терпеть... 
 
Ей никакого дела не было до всех этих людей, их комплиментов и завуалированных шпилек. Она ждала только Его.
 
Идеальная сияющая улыбка дрогнула, когда она буквально кожей ощутила Его магию. Как лавина, как прилив, как лучи солнца после тьмы. Мать рядом поджала губы. Ей, урождённой Розье, претило приветствовать полукровку. 
 
Он вошёл с непринужденностью истинного властелина, в сопровождении Долохова и Малфоя-старшего. Белле на секунду показалось, что Его взгляд из трёх сестёр Блэк задержался на ней. И залитый светом свечей, изысканно украшенный цветами и ледяными фигурами зал для неё исчез. Остался только Он. 
 
Андромеда покосилась на неё с сочувствием и чуть шагнула вперёд, заслоняя собой и давая время перевести дух. Это помогло немного справиться с собой.
 
— Приветствую вас, мисс Блэк, — низкий холодный голос обласкал её всю. — Вы прекрасны. Запишите за мной первый, третий и седьмой танец.
 
Белла просияла так ярко, что не заметила строгий взгляд отца. 
 
— С радостью, мой Лорд. 
 
Она открыла маленькую книжечку со страницами из драконьей кости, которая болталась на шатлене, прикреплённом к её поясу. И внесла его имя оправленным в золото карандашом. 
 
Он смотрел на неё — и видел! Беллатрикс внутренне трепетала, но не подавала и виду. Сегодня решится её судьба! 
 
Ничего до первого танца она не запомнила — ни последующих гостей, ни ожесточённый шёпот матери, ни недовольные взгляды отца.
 
Только Его взгляд и руки, ведущие её в танце. Магия, которая вилась вокруг них, зажигая искры в воздухе. И то, как Его лицо теряло отстранённость с каждой фигурой танца. Белла, кажется, заметила бледного словно призрак Рудольфуса, который пялился на них. Но ей было плевать. 
 
Всё или ничего! Она всё-таки Блэк. 
 
Поэтому, когда в зале раздался шум — один из ледяных грифонов вдруг покинул свой постамент и начал наступать на стайку совсем юных девушек под их  дружный визг — и на них перестали смотреть, Белла взяла Его за руку и увлекла прочь из бального зала в зимний сад, заперев за ними дверь в него заклинанием. 
 
У них было не так много времени до того момента, как родители начнут её искать, но это время Беллатрикс Блэк собиралась использовать полностью.
 
— И куда мы? — уточнил Он, останавливая её. — Ты понимаешь, что делаешь, Беллатрикс? 
 
В зале творился сущий бедлам, над которым звенел испуганный визг Нарси. Сестричка и правда отвлекала родителей. Истерика прикуёт отца и и матушку к младшей дочери крепче любых цепей. 
 
— О да, мой Лорд, — торжественно ответила Беллатрикс. — Я выбрала свою судьбу, и эта судьба — вы!
 
И она впилась в Его узкие прохладные губы неумелым, но совершенно пламенным поцелуем.
 
Он сжал её плечи, словно тисками, а потом пальцы расслабились, и Белла почувствовала, как ей умело, очень страстно отвечают, да так, что у неё закружилась голова, в которой осталась только одна мысль — сработало! 
 
Духи сработали. 
 
Она ничего не умела и почти ничего не знала, но он вёл её по извилистой тропе чувственного наслаждения уверенно и бережно. 
 
Белла ахнула от восторга, когда он освободил из плена корсета её груди и принялся целовать соски. Внутри всё горело и неистово хотелось большего. Она зарылась пальцами в Его тёмные волосы, прижав голову к своей груди. 
 
У неё так громко стучало сердце, что женский вскрик Беллу нисколько не отрезвил. Она понимала, что их увидели, но пока Его губы на её груди, ей было всё равно. Но Ему — нет. 
 
— Полагаю, — он обхватил её рукой за подбородок, большим пальцем прошёлся по зацелованным губам, погладил, — здесь скоро будут твои родители. Давай приведём тебя в порядок, Белла. 
 
В два взмаха палочки Он уложил её волосы, вернул на место корсет, разгладил помявшийся подол платья, починил порвавшийся чулок и надел на её ноги туфли. Сотворил зеркало, чтобы Белла посмотрела на себя.
 
В отражении она увидела себя — с зацелованными припухшими губами, с румянцем на обычно бледных щеках, с сияющими глазами. И пусть одежда и волосы были в полном порядке, никто бы не задал вопроса, чем они тут занимались: ответ был написан на её лице.
 
 
— Беллатрикс! — яростный голос матери не заставил Беллу съёжиться. — Как ты посмела, мерза… 
 
Разгневанная женщина не договорила, потому что напоролась на взгляд стоящего рядом с её дрянной дочерью Лорда, как на нож. И он держал Беллатрикс за руку с таким спокойствием, будто не опозорил её на весь свет. Не погубил только что. 
 
— Пройдёмте в кабинет лорда Блэка, — повелительно произнёс он. — Немедленно.
 
Белла скосила взгляд на его брюки, явственно топорщащиеся спереди, и взглянула на мать с торжеством. 
 
— Хватит, — приказал Сигнус Блэк открывшей было рот жене. — Разберёмся в кабинете у Ориона. Белла, ты меня сегодня сильно разочаровала. И, чтобы ты знала, Нарцисса будет наказана, как и Андромеда, за помощь тебе. 
 
Белла проглотила просьбу не трогать сестёр, попытку оправдать их тем, что это она заставила — лицо отца было будто вырезано из камня. А глаза ничего не выражали, настолько он был на неё зол. Но всё равно она не жалела о том, что выбрала себя, а не удобный для рода союз. 
 
В кабинет Ориона Блэка Он зашёл, как в свой. Дождался, пока туда войдут Белла и её родители. Окинул взглядом Вальбургу. И чётко, звучно произнёс:
 
— Лорд Блэк, я прошу у вас руки вашей племянницы Беллатрикс.
 
Белла знала, почему Он просил её руки не у отца: такие вещи решал глава рода, а им сейчас был Орион. 
 
Воздух в кабинете сгустился, как перед грозой. Вальбурга положила нежную белую руку на плечо хмурого мужа, привлекая к себе внимание. Она оценила непреклонность Лорда и то, как Белла смотрела на него. 
 
Лучше сейчас объявить о помолвке, чем изгонять племянницу из Рода. Подобного Лорд Блэкам не простит. А бывший Том Риддл уже был достаточно могущественен, чтобы им всем приходилось с ним считаться.