* * *

1. Она лежала на сене обнаженная. ее груди как бы манили его к себе... 

\Он смотрел на нее задумчиво и жевал сено.. "Все таки скотина и есть скотина", - вздохнула она, подошла к коню и потрепала его за холку...\

* * *

3. Их губы все сближались и сближались. Она была в его крепких и надежных объятиях. Она уже чувствовала его горячее дыхание, его силу, его мощь… И зловонный запах изо рта. 

\«Вот так, - грустно подумала она, - в расцвете сил в лесу быть съеденной медведем».\

* * *

4. «О да, - кричала она. – Возьми меня милый, возьми, я вся твоя, да! Да! ДААААА!».

\ А соседи по купе – друзья-сослуживцы – слушали эти вопли и недоумевали: неужели она тоже хочет с мужем на конгресс по сталеплавильному оборудованию.\

* * *

5. Ее рука легко соскользнула к нему в плавки… Вторую руку она удобно подсунула под его спину. Нащупав между его ног что-то очень знакомое, она вздохнула: 

* * *

\«Васенька, ну что же ты снова в штаны напрудил, большой вроде мальчик»…\

* * *

6. Она лежала на спине, раскинувшись. Нагая, властная, красивая… Хриплое дыхание вырывалось из ее высоко поднимающейся груди. 

\Он недовольно посмотрел на нее и больно ткнул локтем в бок: «Не храпи, дура!».\

* * *

7. У нее сегодня был первый раз с женщиной. Она, конечно, очень смущалась. Ее более опытная подруга легонько одобряюще погладила ее по спине, и в сердце ворвался успокоительный бальзам. 

\«Ну, понеслась», – подумала она, и байдарка рванула к финишу…\

* * *

9. Его дыхание становилось все более тяжелым и прерывистым, на лбу выступили бисеринки пота… На мускулах надулись вены, а она, чуть не плача от счастья, бессвязно целовала его в губы, уши, лоб. Наконец победный вопль вырвался из его рта: 

\«На!», - сказал он ей, бросая только что надутый насосом от велосипеда плавательный матрас.\

* * *

10. Ощутив его у себя во рту, она испугалась, ведь мужчина забыл предупредить, что он такой большой… «Глотай, родная, глотай», - сказал он, ласково гладя ее по голове. 

\И она, захлебываясь слюной, послушно продвигала все глубже в себя шланг ФГС.\

* * *

11. Ее черное кожаное белье внушало страх, но интерес был сильнее. Он тихонько подошел к ней и лизнул ее ноги. Она засмеялась. Подойдя к белью, он понюхал его и, схватив, побежал. 

\«Джек, сука, стой, поймаю. Отдай белье», - орала ему вслед не ожидавшая подвоха хозяйка.\

* * *

12. Под медленную, но ритмичную музыку, она начала расстегивать лифчик. Он сел поудобнее, и приготовился смотреть дальше. Покончив с лифчиком, она взялась за трусики. Здесь вышла небольшая заминка. 

\Метнув в сторону возлюбленного злобный взгляд, она сказала: «Если ты еще раз завяжешь мое белье в узел…».\

* * *

13. Он с жадностью обхватил ее сосок и тихонечко прикусил. На мгновение она почувствовала легкую боль, которая сменилась приятными ощущениями. Она гладила его по голове, а он прикасался к груди руками и всхлипывал от счастья. 

\«Кушай, Витенька, кушай, маленький», - приговаривала мама улыбаясь.\

* * *

14. От вошедшего стержня, ее попка почувствовала резкую боль. Из ее глаз брызнули слезы. «Первый раз?» - волнуясь, спросил он. Она, не в силах говорить, лишь кивнула. 

\«Ну, ничего, ничего, антибиотики тебя вылечат», - сказал врач, выбрасывая шприц.\

* * *

15. Мягко покачивая бедрами, она направилась к нему. Он затаил дыхание. Она сняла очки и встряхнула волосами. На ней была короткая юбка, и его взгляд буквально приковался к ее ножкам. Хриплым голосом она сказала ему: 

\«Петров, давай сюда шпаргалку, или вон из класса».\

* * *

16. В ее руке оказался большой огурец. «То, что надо», - с лукавой улыбкой подумала она. Погрузив его в ложбинку, она начала двигать им назад-вперед, влево-вправо, отворачивая голову и закрывая глаза. Рука уже начала уставать, но огурец, видимо, был недостаточно велик. 

\Карандаш, упавший за диван, он достать не мог…\

* * *

17. Он робко положил руку на плечо спящего друга. Друг не шелохнулся. Он погладил его чуть сильнее. Друг улыбнулся во сне. Ладонь перекочевала на спину… Друг проснулся, и с улыбкой посмотрел на него. Он потянулся губами к его уху и прошептал: 

\«Время час, девчонки спят, пойдем мазать?»\

* * *

18. Она, широко раздвинув ноги, соблазняюще смотрела на него. Ее рука гладила волосы, а вторая поигрывала лямочкой от лифчика. Он встал и решительным шагом направился к ней. Она подалась ему навстречу. 

\«Девушка, оплатите проезд и уберите, пожалуйста, ноги из прохода», - попросил кондуктор.\

* * *

19. «Милый, а может все-таки потом», - она умоляюще посмотрела на него. «Нет, любимая, давай сейчас», - пробормотал он, стаскивая с нее лифчик, кружевной пояс, трусики. «Любимый, ну, пожалуйста, ну не нужно, ну как ты не понимаешь, люди же», - чуть не плакала она… Но его было уже не остановить. 

\Он выскочил из примерочной, швырнув в лицо консультанту ком одежды – «И чтоб в моем магазине китайского белья больше не было!»\

* * *

20. Он вошел в нее со всей страстностью и нежностью влюбленного мужчины, который очень много времени посвятил тому, чтобы добиться ее. Он был в ней, он рыдал от счастья, целуя ее. Она безраздельно принадлежала только ему, и он ее боготворил.

\ Одно «но» червячком точило его сердце – она была оформлена в ипотеку…\

* * *

21. Они втроем занимались любовью уже пятый день, запершись безвылазно в комнате, им уже было невыносимо самим, но оставить начатое дело они не могли. Им очень хотелось спать, они устали и их члены затекли, глаза слезились от яркого света и сигаретного дыма. 

\Но русская партизанка Любовь Иванова гордо молчала! \