Гремона плакала

/ну как ей не плакать, когда её так называют?/

* * *

- Экспелярмус!!!

И удар искры вонзился в грудь Джинни. Сначала ничего не понятно, только туман и подобие звезд перед глазами…Джинни повалилась на пол, и казалось, что она безжизненна.

 /вздыхает да. Вот автор и доигрался с усовершенствованием заклинаний… аминь!/

* * *

Грейнджер подошла к столику сладкой парочки и пьяным глазом уставилась на Финигана 

/и почему это предложение заставляет меня истерично хохотать?.. Непонятно./

* * *

по его щекам текли безмолвные слезы.

/фраза конечно избитая, но представить орущие слезы я как-то не могу/

* * *

Стоя перед открытым ящиком стола с кучей пергамента в руках 

* * *

Мне надо с Вами поговорить, надо Вам рассказать.

/фраза в принципе нормальная, но с чего бы Петунья так официально стала обращаться к мужу и сыну? /

* * *

Здесь не было ни Вернона, ни Петунии, ни Дадли Дурслей и абсолютно отсутствовал Гарри Поттер.

/видимо перечисленные перед Гарриком отсутствовали частично  /

* * *

Эти два шикарных молодых людей вызывали вздохи у всех представителей женского пола / трансвеститов, что ли?/, которые в данный момент находились в здание аэропорта, и не только у них /мухи женского полу к ним так и липли  / . Рука шатена лежала на плече блондина, его вид не располагал к знакомству с этой парой.

/Господи! Что автор этим хотел сказать? Про слэшь ничего не говорилось /

* * *

на расположенные и ухоженные перед домом клумбы. /уходили клумбы крутые ножки  /

* * *

- Надо осмотреть дом, - Грюм положил руку на плечо Люпина. Дом был пуст. Его волшебный глаз уже просканировал весь дом, и он мог с уверенностью сказать, что уже давно в этом доме никто не живет.

/ни че не поняла  /

* * *

Окажешься в одиночестве, а, может, еще и в пожиратели запишут.

/пунктуацая, блин!/

* * *

как вот он уже в этом старинном замке, который стоит в этом месте с момента его постройки. /вообще-то замки перебегают с места на место  , а этот стоит где поставили. Странно… Очень…  /

* * *

Ветви яблони с сочными красными плодами у входа в беседку стелились по земле.  

* * *

Глава 5. Два выдора: жить или умереть, дать умереть или спасти.  

* * *

И вдруг раздались долгожданные слова, которые казалось должны положить конец многолетней вражде и /(всех помирить?)/ всё-таки решить судьбу всех:

- Авада Кедавра! /Этими словами мириться особенно удобно./

- Экспеллиармус! /Тоже жест доброй воли так себе./

* * *

Голоса были разные, но все знали кому какое заклинание принадлежит.

/Да, будь голоса одинаковыми, проблем с идентификацией не возникло бы точно, без всяких «но»./

* * *

Каждый в этот момент хотел победить другого, в головах крутились разные мысли. Лорд Волан-де-морт не сомневался в своей победе (и поэтому ни о чем не заморачивался), а вот Гарри Поттера одолевали сомнение. Сделает ли он правильно, убив лорда? (Какой добрый мальчик!) Кому от этого станет лучше? (Милость к падшим – как это трогательно!) Просто так в момент его не станет. (Что может быть страшнее полного уничтожения?!) Это не наказание. (Эээ…) Даже то, что он осознает, что не поборол смерть - не самое жестокое наказание. Оно должно быть жёстче. (Упс…)

* * *

Он в миг обезоружил лорда и наложил сразу несколько заклинаний. В зале воцарилась тишина. Лорд сидел на коленях со связанными руками и ногами. В глазах его было непонимание.

/Непонимание, как он дошел до жизни такой?/

* * *

- Тёмный лорд повержен! - Провозгласил Гарри. Весь зал по-прежнему молчал. 

/Народ безмолвствовал./

- Гарри, ты уверен? - Девушка с каштановыми волосами подошла к Поттеру.

/А может, все-таки Аваду Кедавру?/

* * *

- Поттер, знаешь, после всех попыток я стал придерживаться мнения, что тебя надо убивать сразу, а не произносить длинных философических лекций. Они бы тебе всё равно не помогли. - Волан-де-морт в упор смотрел на Поттера.

/Дураком ты жил, Поттер, дураком помрешь./

* * *

Волан-де-морт смотрел в глаза Поттера. Мальчишка не сможет его уничтожить. Доброе сердце, душа и всё такое прочее.

/Печень, почки, селезенка и левая пятка, творящая, что пожелает./

* * *

Гарри обвёл взглядом зал. У орденовцев в руках были пожиратели смерти.

/Каждый выбрал себе УПСа по сердцу./

* * *

Волан-де-морт открыл глаза. Голова нещадно болела. Так бывало после неудач, когда разочарование заливалось огневиски. Он приподнялся на руках. Вокруг было достаточно темно. Холодный камень. Всё пока напоминает поместье.

/А Малфой имел обыкновение запирать Лорда в подвале после попоек./

* * *

Прошло некоторое время. Лорд не сменил позы. Он лежал. Думал, иногда дремал. Потом прошло ещё несколько часов, потом ещё и ещё, а потом ещё и снова несколько часов.

/Они стояли и смеялись. Прошло три месяца. ©/

* * *

Прошло ещё несколько часов. Тёмный лорд, конечно, был человеком сдержанным, холодным и высокомерным, презирал все людские чувства и переживания. (И знал наизусть Ницше). Но всё же всему есть предел. Он не ел больше суток, а может и двух. (О, эта низменная пошлость человеческого бытия)! Как бы соскучился уже по вкусу человеческой пищи. Даже в худшие времена. Времена переселения из человека в человека, из животного в животное, еда поступала буквально по часам. Но сейчас желудок просто устроил забастовку. Прошло ещё несколько часов. Лорд решил, что лучший способ сейчас заснуть. Просто провалится в глубокий сон. Ведь тогда не будет ужасного желания начать заниматься каннибализмом.

/Учитывая отсутствии сокамерников — самоедством./

* * *

Дверь в овальный кабинет с громким стуком распахнулась.

- Гарри Поттер! - В комнату вбежала Гермиона.

- Что тебе от меня сейчас надо? Не видишь я занят? - Гарри стоял у окна и смотрел в даль неба.

/Оставь меня, Моника, я в печали./

* * *