Нормально переговорить с Активом у Брока так и не вышло. Вернуться на базу начальство вернулось, но сразу же улеглось в стеклянный гроб отдыхать, и было неизвестно, насколько сие могло затянуться.

Брок честно навестил пещеру своего спящего красавца несколько раз и уже приготовился к нужным отработкам одного и того же материала, как оказался вызван к вышестоящему начальству. А визиты к Александру Пирсу всякий раз заканчивались каким-нибудь пиздецом для отряда и для Брока лично.

— Пока Актив деактивирован, — с порога заявил тот, — вы будете прикомандированы к ЩИТу. 

Брок, если бы мог двинуться, перекрестил бы начальство или проверил на употребление особо тяжёлых наркотических средств.

ЩИТ? Серьёзно? Может, их сразу в охрану к президенту сунут? Чего мелочиться-то? Боевое крещение с Активом они прошли не единожды, мышей ловили, всякую псевдомагическую хрень таскали, голожопых учёных на ручках доставляли на базу. Дальше-то что?

— Однако неофициально вы по-прежнему работаете на нашу великую организацию, — продолжил Пирс. — Завтра явитесь к директору ЩИТа Николасу Фьюри. 

— А зарплатная ставка в нашей великой организации… — Брок чуть добавил пафоса в голос, — сохранится за бойцами? Работа двойным агентом достаточно нервная.

— Сохранится, — подозрительно дружелюбно улыбнулся Пирс. — К ней прибавятся соответствующие ставки и премии в ЩИТе.

Выражение лица начальства не вызывало воодушевления. Брок прекрасно знал, что когда высокое руководство радуется, дерьмо активно валится на тех, кто снизу. А так как Актив отправился в спячку, снизу оставался только он сам.

— Какие-то особые указания по поводу выполнения обязанностей будут, сэр? — сделав рожу подебильнее, бойко спросил Брок.

— Не забывайте, что вы все подписали документы о соблюдении секретности, — с отеческим увещеванием в голосе напомнил Пирс. — Ну и о санкциях за нарушение секретности не забывайте.

— Бойцы отлично осведомлены об этом, сэр, — отчеканил Брок, вытягиваясь в струнку.

Начальство любило самоотдачу, хотя наёмники, как проститутки, любые дополнительные функции готовы были выполнять только за соответствующую надбавку к гонорару. Но сейчас Брок решил в такие нюансы не вдаваться. Чем меньше Пирс на них нагрузит, тем лучше. Всё-таки ЩИТ считался лучшей шпионской организацией в мире.

Лезть в орлиный клюв Брок желал не больше, чем в клюв головоногого, но вариантов на этот раз не было. Идеальная жопа морозилась в холодильнике, платить бойцам за безделье Пирс, видимо, не желал. Осталось понять, как донести эту радостную весть до собственных бойцов. А потом ещё как-то не огрести от Роллинза. И, главное, за что? По сути-то Брок ни в чём не был виноват.

Подписав бумаги на перевод, Брок забрал папки с новыми личными делами на своих бойцов, где в биографии нигде не значилась работа на многоногого монстра, хоть реально иди и в Пентагон устраивайся.

Но в Пентагон не хотелось. Государственной армии Брок нажрался по самое горло. Больше никогда!

Роллинз уже на подлёте понял, что грядут перемены. Понял по озадаченному лицу Брока и встопорщенным больше обычного волосам. 

— Чего хотел Пирс? Сказать, что ты молодец, и дать денег?

— Ну, я молодец, и денег нам дадут, — взбодрился Брок. — Но нет.

— Пиздюлей дадут? — глянул на него с прищуром Роллинз. — Во что ещё ты нас втравил, кошка дурацкая?

— Без пиздюлей мы всю жизнь как без пряников, — надулся тот и сунул Джеку бумаги. — Читай, если грамотный.

Чем дальше Роллинз читал, тем больше вытягивалось его лицо: по всей видимости, и он не горел желанием забуриться под блохастое крылышко к орлу. Хотя тут скорее в клюв.

Но батя сказал — надо! Партия сказала... И так далее.

— Отговориться, что ли, не мог? — свернув бумаги в трубочку, Джек от души дал ими Броку подзатыльник. — У тебя же язык хорошо обычно работает. А тут чего?

— А тут Пирс, — вздохнул тот. — Ну и идеальная жопа в морозилке. Зато денег вдвое больше, прикинь?

— А проблем?

Джек растёр ладонями лицо.

Вообще Брок его понимал. ЩИТ — неизвестная вражеская территории, которая непонятно что готовит. А тут целый отряд по протекции Александра Пирса. За ними будут пристально следить.

— Прорвёмся, — успокоил его Брок. — Мне одна мышка шепнула, что Фьюри и Пирс дружат взасос. 

— Да хоть ебутся, — фыркнул Джек. — Если окажется, что Фьюри не в курсах маленькой грязной тайны своего дружка, по асфальту раскатают нас, а не его.

— Это мы ещё посмотрим! — оскалился Брок. — Джек, когда я сдавался? 

Тот глянул на него и только вздохнул:

— Территориально нас хоть никуда не кидают? А то я не особо к переезду готов. И у Вудстока рассада.

— И у тебя невеста, я помню, — кивнул Брок. — Нет, всё тут, в пределах Яблока. Когда предложение-то сделаешь?

—Да вот хрен теперь знает, — уже куда радушнее усмехнулся Джек. — Сначала поглядим, куда ты нас втянул и насколько эта жопа глубока. Не хочу мою девочку на смертника подписывать.

— Ты сначала её спроси, — фыркнул Брок. — Никогда ничего ни за кого не решай, понял, охотник на крокодилов?

Джек глянул на него хмуро, но ничего отвечать не стал. 

Купленное кольцо пока лежало в шкафчике на базе, чтобы, случись что, Сьюки не нашла его и не плакала ещё сильнее из-за того, что связалась с долбоёбом, а он не вывез.

— Она ведь знает, что ты наёмник? — требовательно спросил Брок. — Знает же? Так?

— Кошка, не нарывайся на грубости. Сначала заимей личную жизнь, а потом советы раздавай, — фыркнул Джек. — Ладно, разгребём и это.

— Вот умеешь же ты… — потёр затылок ладонью Брок. Ему нравилось ощущение коротких колючих волосков под пальцами. — Мда. Разгребём. О! Я знаю, что нам сейчас надо!

— Ёбнуть коньяка и закусить его отличным стейком, но нет счастья в этой жизни, а ты вещай, — пихнул его локтем в бок Джек.

— Коньяк у тебя есть, эстет из пустыни, а стейк я закажу ради твоих зелёных глаз, — пообещал Брок. — Ты в европейской литературе рубишь? В старой?

— Ты мне стихи читать собрался? Шекспира? — уставился на него Джек. — Ну, жги.

— Бери выше! — воздел палец к потолку Брок. — Мы будем смотреть классическую комедию Карло Гольдони. Но сначала я закажу стейки.

— Рамлоу, ты не заболел случаем? — Джек ловко скрутил Брока и, облапив его, прижал ладонь ко лбу. — Да нет, вроде бы жара не чувствую. С чего такой странный выбор? Спойлеры к дальнейшей жизни ищешь?

— Инструкцию по выживанию, — двинул его локтем в рёбра тот. — Пусти заказ сделать. 

— А более приближённого к современности источника нет? — разжал хватку Джек.

— Этот самый лучший! — пообещал Брок. 

— Верю на слово, — не особо радостно хмыкнул Джек, но в заначку за коньяком и нормальными бокалами, чтобы не хлебать, как варвары, из горла, полез.

Откуда у сынка австралийских фермеров-овцеводов пристрастие к хорошему коньяку — не бренди, нет, именно к французскому коньяку! — Брок не представлял. А Джек не кололся. Но на все праздники он получал свою дорогущую бутылку. 

Радовало, что распивал он это чудо алкогольной промышленности преимущественно в компании лучшего друга. Иногда к посиделкам присоединялся Ари, но он к алкоголю относился с большим подозрением и вообще вёл крайне здоровый образ жизни для человека их профессии. 

— Стейки обещали минут через двадцать, — сказал Брок. Он прекрасно знал, какую прожарку предпочитает лучший друг. — Щас…

И он принялся рыться в дисках, которые сам же Джеку и натаскал: тот был страшный тормоз, новые технологии осваивал неохотно, так что ни подписки на кабельное, ни Нетфликса у него не было. Да и телевизор он почти не смотрел, по-старпёрски предпочитая книги.

Джек плюхнулся на диван и любовно принялся убирать в сторону подушки, чтобы Брок не спихнул их бесцеремонно на пол.

— О! — обрадовался тот и потряс диском. — Я же помню, что приносил. 

Брок натащил в дом Джека столько всякого, что вполне мог считать его квартиру своей. Даже в шкафу можно было отыскать его шмотки, в том числе несколько пар трусов. Кое-кто из отряда, зная о пристрастиях командира, всерьёз считал их «друзьями с привилегиями». Таким умникам Брок раздавал подзатыльники и объяснял, что они ничего не понимают в дружбе. Особо непонимающим «дружить» предлагал Ари, но все почему-то отказывались.

— У меня ананасы консервированные есть, — крикнул Джек, шурша по кухонным ящикам.

— На хуя? — отозвался Брок. — Ты ещё анчоусов к коньяку притащи!

— Ничего ты не понимаешь в прелестях жизни, — фыркнул тот и ананасы всё же приволок, а ещё не доеденный с выходных виноград, мясистые фермерские томаты, которые Брок таки научил его выбирать, и вполне неплохой чеддер.

— Ну да, ну да, — пробурчал Брок и врубил запись спектакля.