Это - сиквел к работе "Царские цвета" https://archiveofourown.org/works/44597710

— Локи, — обречённо произнёс Баки Барнс, глядя в телевизор. Забытая бутылка с пивом повисла в пальцах, незамеченная медноголовая змея пригрелась на плечах. — На фига?

Баки всего-то хотел посмотреть соревнования сёрферов под пиво и жареные креветки. Но случайно перещёлкнул на новостной канал. А там… 

Он снова вздохнул и влил в себя всю бутылку, не чувствуя вкуса и глядя на экран. Там показывали предвыборные дебаты. Сейчас с трибуны что-то пылко вещала голубая агама в синем костюме. Ей возражал синий крайт в костюме коричневом. Коричневый с цветом чешуи не сочетался.

Локи сунул Баки в руку ещё одну бутылку пива. 

— Во-первых, — начал он, — это красиво.

— Красиво, — нехотя согласился Баки, глядя на то, как агама экспрессивно била сжатой в кулак лапой по трибуне. — А во-вторых? 

— Я изучил, во что люди верят наиболее истово, — нежно улыбнулся Локи. — И решил, что, хотя сильнее всего они верят в вечную любовь, плоскую землю и золотой миллиард, это скучно. А вот правительство рептилоидов… 

Что-то такое слышать приходилось и Баки. Где-то в шутку, где-то всерьёз говорили о том, что всеми нами управляют не люди, а рептилоиды то ли с Альфа Центавры, то ли с планеты-призрака Нибиру. Но Баки старался в такое не вслушиваться. Мало ли где у кого печёт, а тут Локи вдруг что-то заскучал.

— И как много людей это видит?

— Все, — самодовольно ответил Локи. — Кроме тех, кто смотрит на политиков вживую.

Баки только головой покачал, поднял с журнального столика пульт и переключил на новостной канал, где точно так же в прямом эфире показывали забавные кадры из передачи «В мире животных», которую ему случалось смотреть в Союзе.

— Все, говоришь? — хмыкнул Баки. — А чего тогда там, — он махнул рукой в сторону телевизора, — никто не бегает и не истерит из-за таких вот метаморфоз?

— Живьем они нормальные, — повторил Локи. — Да и времени прошло всего ничего. Минут двадцать. Я перед самым твоим приходом закончил чаровать. Ты бы знал, насколько это сложные чары!

— Да уж могу представить, — вздохнул Бак и сбил металлической ладонью крышку со следующей бутылки. — Так скучно живётся, да?

— Да, — признался Локи и приобнял его за плечи. — Светиться нельзя, Тора не подразнишь, Валькирия делом занимается… Может, у тебя есть идеи, как мне по-настоящему развлечься?

— Да вот я уже и не знаю, что можно покруче этого придумать, — рассмеялся Баки, удобнее устраиваясь в его объятиях. — А ты всех политиков так или по какому-то принципу можно избежать очешуивания?

— Можно, — кивнул Локи и замер: медноголовая змея принялась переползать ему на шею. — Те политики, которые не врут, видны как люди везде. 

— Да ладно? — не удержался Баки, подался вперёд, разглядывая заволновавшихся кандидатов.

По всему выходило, что кто-то кому-то всё-таки позвонил и донёс благую весть о проблемах с трансляцией. По морде Крафта, например, катился пот крупными градинами, а круглые глаза разве что только из орбит не вылезали.

— И долго твоё колдовство продержится?

— До выборов в Австралии, — ответил Локи. — Так что, как насчёт идей?

Баки задумчиво почесал подбородок.

— Я не особый мастак в таких делах, — развёл руками он. — Но понаблюдать будет интересно. Как представлю, сколько сумасшедших повылазит из всех щелей…

— Да, серьёзная нагрузка на здравоохранение, — с суровым видом покачал головой Локи. — Но что поделать?

Продолжая обнимать Баки за плечи, он дотянулся до планшета, потыкал в него и хихикнул. 

— Это мысль, — сказал он и протянул планшет Баки.

Баки хохотнул и покачал головой.

— Ты прекрасен, но чувство юмора у тебя за гранью. Хочешь ещё усилить нагрузку на здравоохранение? И вообще, если феячить, то хотя бы не на одной территории. Сам же говорил, что светиться тебе нежелательно.

— У тебя оно просто чёрное, — фыркнул Локи. — «Косточки в ряд, звёздочки в ряд — трамвай переехал отряд октябрят», помнишь? Помнишь, конечно, ты всю эту… как люди называют… чернуху помнишь. И я не собирался напрямую реализовывать идеи из комиксов. Так, кое-что и не напрямую. 

— Интересно будет понаблюдать, — ухмыльнулся Баки, ткнулся губами в гладкую щёку Локи и снова устроился в его объятиях.

Всё-таки тяжеловато жилось асу в австралийской глуши, где из радостей жизни только хорошая еда, качественное спутниковое телевидение, сёрфинг, когда волны поднимались выше, да соседские склоки по поводу выгула мелко срущих собачек не на своих лужайках. Скукота, одним словом. 

— Я вот думаю… — вздохнул Локи. — Может, дать голос рептилиям? Тем, кто у людей живёт. С черепахами обращаются просто ужасно.

— Это же такой треш начнётся, но… чего нет-то? — хихикнул Баки, закинул ноги на журнальный столик, чуть не уронив пустую бутылку из-под пива. — У зоозащитников возгорится. Но это, кстати, укладывается в канву восстания рептилоидов. Сначала они скинули личины и вышли к народу, а что будет дальше, вообще страшно представить. Тут же такую теорию заговоров выстроить можно ладную.

— Именно! — воздел палец Локи. — Людям нужны развлечения и пища для ума!

— Людям или одному скучающему тебе? — вкрадчиво поинтересовался Баки. — А знаешь, и правда пусть заговорят рептилии. Им есть что рассказать, мне кажется. 

— Я тебя люблю, — торжественно начал Локи, — в том числе за то, как хорошо ты меня понимаешь!

— Ты не поверишь, — ухмыльнулся Баки, оседлав его колени. — Я тоже тебя люблю.

За его спиной на экране телевизора творилось форменное непотребство. Если крайт тихо-мирно истерил, ожесточённо жестикулируя и бегая по сцене из стороны в сторону, дёргая торчащим из прорехи сзади полосатым хвостом, то агама неоригинально съехала или съехал в обморок. Баки как-то не следил за половой принадлежностью кандидатов. Он даже не знал, кого именно в этот раз будут выбирать.

— Давай в спальню, — предложил Лооки. — А остальное завтра.

Но назавтра ситуация только усугубилась, уже во время завтрака, стоило включить телевизор, как со всех телеканалов неслось что-то истерическое про попавшие в питьевую воду галлюциногенные вещества, про массовую истерию, гипноз, сбой в работе спутников телевещания.

— Как же им трудно признать, что нами и правда управляют рептилоиды, — хохотнул Баки, наливая в большую расписанную цветами кружку Локи зелёный чай с жасмином. 

Почему-то изящные чашечки из тонкого фарфора у них не жили больше недели. Только блюдца копились стопкой. 

— Увы, увы, — покивал Локи, обнимая его. — У меня три сеанса до обеда. Потом займёмся чем хочешь.

В Австралии Локи ухитрился легализоваться как помогающий специалист по нарративной практике и быстро оброс клиентурой. Правда, работал он по большей части онлайн. А Баки пока сторонился любой деятельности, где необходимо было с кем-либо контактировать. Зато с ремонтом у него прямо спорилось. Старенький харлей, купленный вместе с домом не просто обрёл вторую жизнь, а выглядел так, словно его только что закончили кастомизировать для какого-то богача.

— Можно на пляж выползти, — предложил Баки.

— Можно, — кивнул Локи, упираясь подбородком ему в плечо. — После четырёх. А потом в зоомагазин и за чашкой.

— Скоро Пэрис заказывать их начнёт персонально для тебя, на чём и скопит обоим близнецам на колледж, — рассмеялся Баки, погладил Локи по голове, проследил пальцем сложное плетение косы. — А в зоомагазин нам зачем?

— Не скопит, — заверил Локи. — Я заказал из России четыре чайных сервиза. А в зоомагазин, чтобы опробовать новое заклинание. Помнишь? 

— Точно, — щёлкнул пальцами Баки. — Значит, обязательно зайдём. Очень уж мне интересно, что там с хамелеонами делают, что они выглядят как жертвы экстремальной диеты при полном террариуме сверчков.

— Ты за рулём, — ткнул его пальцем в рёбра Локи.

В Австралии была зима, непрерывно лили дожди. Змеи, ящерицы, черепахи и даже некоторые жабы наползли в их дом и почти не конфликтовали. Но из обуви перед выходом приходилось вытряхивать любителей темноты.

Пока Локи проводил консультации, Баки убрал весь дом, распахнул стеклянные двери ведущие во двор, посидел, вслушиваясь в тихий шелест дождя и ушёл в гараж доводить до ума и так идеально работающий мотоцикл. Но то и дело поглядывал на часы, чтобы не упустить момент и приготовить чай ровно к тому моменту, когда распахнется дверь кабинета.

Локи вышел из своего звукоизолированного кабинета уставший и вымотанный. 

— Люди безжалостны к своим детям, — сказал он в который раз. 

— Это всё закладывается с детства, — пожал плечами Баки, вручил Локи пузатую кружку. — Ты странно с ней смотришься, веришь?

— Мне нравится, — ответил Локи и сел за стол. 

Он пил чай маленькими глотками и молчал. После работы ему было необходимо заземлиться и прийти в себя. 

— То есть отменять заказ на те твои беленькие? — хихикнул Баки и опустился на стул напротив Локи. — Там льёт. Всё равно поедем?

Сам-то он любил дожди, особенно здесь, в Австралии, где температура ниже ноля по Цельсию не опускается и даже в сезон дождей солнце выглядывает хотя бы раз в пару дней.

— Не вздумай отменять! — вскинулся Локи. — У меня бывают разные настроения. — Он допил чай и добавил: — На машине поедем. Что в новостях?

— Истерика и шапочки из фольги! — радостно объявил Баки. — И я не смеюсь. Помнишь польского блогера, что оружейку держит и про винтовки рассказывает? Включил я сегодня стрим, а та-ам… 

— Все в шапочках из фольги и крестятся? А фольга серебряная или золотая? 

— Обычная кулинарная, — расхохотался Баки. — И главный призыв — бойкотировать телевидение. Типа нас облучают вовсю. Правда, я так и не понял, почему вся эта истерика не коснулась компьютеров и интернета. Там же тоже вместо политиков рептилоиды.

— Видимо, мониторы и экраны смартфонов облучают слабее, — улыбнулся взбодрившийся Локи. — Поехали. Хочу дряни пожрать. В МакДональдс.

— Ты уверен? — чесанул затылок Баки, глянул в сторону окна. — Там же совсем дрянь. Может хотя бы в «БеттисБургер». Там хотя бы мясо, а не рога с копытами перемолотые. Нам, конечно, ничего не будет, но ведь не угодят, а ты расстроишься.

— Расстроюсь — им же хуже, — фыркнул Локи. — Мороженое, молочный коктейль и креветки даже им не испортить.

Баки только руки поднял, не собираясь спорить. Если так Локи хочется, то пусть будет МакДональдс. Дождавшись, пока он допьёт чай и переоденется, Баки набросил на плечи куртку и сдёрнул с крючка ключи от машины.

На пороге Локи поцеловал его в колючую щёку и шепнул:

— Люблю тебя.

И ссыпался по ступенькам вниз, привычно прикрывая себя и Баки водоотталкивающими чарами.

Баки прижал ладонь к щеке, улыбнулся и поскакал вниз к машине. Перекупщику, у которого они брали свой пикап, не удалось уговорить новых покупателей на что покруче, но именно эта машина им подошла как нельзя лучше. Комфортный трёхместный салон и достаточно вместительный багажник компенсировали все остальные недостатки.

Сначала решили заехать в зоомагазин, а потом уже еда и покупка продуктов домой. Баки втайне даже от самого себя надеялся встретить одного из рептилоидов за кассой супермаркета. Будто ему было мало чешуйчатой братии дома. 

Локи взял его за руку и поднёс исцарапанные и изрезанные пальцы в невыводимых следах машинного масла и графитовой смазки к губам — мимолётно, словно думая о чём-то ещё.

— Знаешь, я иногда сам себе завидую, — замерев на пару ударов сердца, выдал Баки и коротким поцелуем клюнул Локи в щёку.

Машина завелась с приятным урчанием. Влажная свежесть прохладного воздуха бодрила, не давая ослаблять внимание ни на минуту.

Жили они в тихом, ничем не выделяющемся пригороде. Одинаковые участки, лужайки, домики — и только задний двор с золотой полоской песка и не всегда спокойный океан делали это место поистине уникальным. Но всё равно иногда приходилось кататься в местный даунтаун.

И ещё рептилии. Огромное количество рептилий. 

На слова Баки Локи не ответил ничего. Он просто расслабленно смотрел вперёд, не выпуская чужой руки. Благо с машиной Баки и одной рукой спокойно управлялся.

Как обычно, в центре посреди рабочего дня было не протолкнуться от машин, это к вечеру город потихоньку засыпал, никоим образом не напоминая своих многолюдных братьев восточнее.  Найти парковочное место рядом с «Экзотариумом» вышло лишь каким-то чудом.

Едва Локи переступил порог магазина, приятно пахнущего свежестью и кокосовым субстратом, аметистовый питон в террариуме поднял голову и вслух пожаловался:

— Какая гадость эти ваши кормовые крысы! Холодная мокрая гадость!

Среднеазиатская черепаха поскребла лапой стекло террариума и присоединилась:

— И холодина. Я мёрзну! Даже аппетит пропал.

Жевавший за своей стойкой сэндвич консультант аж подавился, но тут же взял себя в руки и ядовито шикнул:

— Очень смешно.

— Да что тут смешного? Издеваетесь над рептилиями, — патетично покачал головой Баки и едва удержался, чтобы не отпрыгнуть в сторону от небольшого кубического террариума, из которого на него пялился крохотный хамелеон, тихо подвывая:

— Ярко, слишком ярко.

Яркий, как апельсиновая шкурка, эублефар в ближайшем к консультанту террариуме, заверещал:

— Почему сверчки слишком живые? Они бегают!

Голоса у всех рептилий были разные. 

Ошарашенный консультант завертел головой, не зная, куда смотреть в первую очередь, хотел было спрятаться в подсобке, но и оттуда раздавалось многоголосое завывание.

Последней каплей стал громадный варан, прижавшийся мордой к стеклу и выдавший хриплое:

— Почему крысы белые?! Хочу ящерицу!

— Отлично! — решил Локи и вышел из магазина. — Идём обедать.

— А это везде теперь так? — оглядываясь на магазин, поинтересовался Баки. — Ну, по всей Австралии? Или только в этом месте?

— По всему миру, — пожал плечами Локи. — В зоопарках, у частных владельцев, в магазинах… 

— А вот нехрен! — одобрил Баки, представляя себе ту вакханалию, что вокруг начнётся. Сначала продажные лживые политики, теперь рептилии… Особо впечатлительные ведь и апокалипсис сюда приплести попытаются. Ну так это их право.

— Да. Надо будет подумать про прочих домашних животных. Не тех, которые для еды, а кого держат вместо детей. Все эти собачки в платьицах…

— Давай только чуть-чуть переждём, а то ведь могут и геноцид устроить заговорившим вдруг братьям меньшим, — обхватил ладонь Локи Баки. — Ведь решат, что в них вселился кто-нибудь — и даёшь новый Салем. Только уже для ящерок, хомячков и котиков.

— Не держи меня за идиота, — ухмыльнулся Локи. — Я всё предусмотрел. Идём. Хочу дурацкого сладкого. 

Баки покосился на Локи и после этого завертел головой, выискивая большую жёлтую «М».  Обнаружилась она через дорогу на тёмно-зелёных зонтиках летней веранды.

— Мне много креветок, большой ванильный коктейль и большое мороженое с дурацкими шариками, — потребовал Локи, плюхаясь на жесткую скамейку. 

Вернулся Баки с двумя подносами, на одном всё то, что просил Локи, а себе — три острых бургера с яйцом и двумя котлетами, картофельные котлетки с дурацкой куриной солью, три больших порции фри, гору пакетиков с кетчупом и большую колу со льдом.

— Твой аппетит меня радует, — оповестил его Локи и присосался к коктейлю. 

Иногда, после особенно тяжелых сессий, ему хотелось наесться какой-то дрянной дряни. Благо не совсем человеческий организм позволял такие вольности без последствий. А уж про Баки и говорить не стоило, модифицированный организм пережигал любую дрянь. Даже гвозди, хотя их Баки есть не пробовал.

Дождь стих. Мимо них прошли под руку пара студентов в шортах, шлепанцах, одинаковых футболках с Дарт Вейдером и в шапочках из фольги. С девушки она то и дело съезжала, парень поправлял. 

— Мода вышла на улицы, — сказал Локи, отставил пустой стакан и принялся за креветок, макая их в мороженое. 

— Это не мода, это дурость какая-то, — вздохнул Баки, развернул первый бургер.

Где-то выше по улице взвыла сирена, мимо летней веранды пронеслась машина экстренной помощи и затормозила как раз около «Экзотики».

— Похоже, консультанту всё-таки поплохело или он решил, что двинулся с такой работой, — хмыкнул Баки и вгрызся в бургер.

— Второе, — ответил Локи. — Это психиатрическая. И вызвал её покупатель.

Креветки очень быстро закончились. Локи вздохнул и взялся за мороженое.

— Надо будет сходить за добавкой, — сказал он. — Тебе что-то взять?

— Мне ещё это доедать, — обвёл заваленный едой поднос Баки.  — Хотя колы явно на всё не хватит. Возьмёшь большую?

— Возьму, — заверил Локи.

После обеда они решили побродить по местной улице с дорогими магазинами. Локи желал попялиться на фарфор. Его много не бывает. Баки особо-то и против не был. Ему всё равно, где проводить время, лишь бы с Локи и лишь бы он радовался. Если для этого потребуется украсть императорский фарфор из Эрмитажа, разве это такая уж большая цена?

Однако из разговора с консультантом в магазине выяснилось, что обносить Эрмитаж не придётся. Локи просто заказал четыре чайных сервиза Императорской фарфоровой мануфактуры. Из Санкт-Петербурга. 

Вдоволь обсудив посуду, Локи купил чайную пару английского фарфора в золотых фазанах и китайскую в карпах, пообещав заглядывать ещё. Здесь его хорошо знали. И даже зачем-то забирали битые чашки и блюдца. 

Такие покупки никогда не сгружались в багажник, а занимали почётное место рядом с самим Локи, чтобы ни в коем случае не разбились. 

На улице по поводу закончившегося наконец дождя стало куда многолюднее. Но даже в этом респектабельном районе нет-нет да попадались люди в шапочках из фольги, оглядывающиеся вокруг безумными глазами.

— Хорошо, что рептилоидов только в сети и на телевидении видно, а то были бы жертвы.

— Баки… — с укоризной произнёс Локи. — Меня, конечно, считают злодеем все девять миров, но разве я кого-нибудь убил за те годы, что мы с тобой вместе?

— Это я про то, что в такие моменты истинная сущность человека наружу лезет, — попытался объясниться Баки, приобнял Локи за плечи. — Ведь политики и до перевоплощения рептилоидами были, а ты их сучность раскрыл. И вот эти вот индивидуумы не от большого же ума голову фольгой обматывают? Но большинство никак не прореагировало.

— Потому что изрядному количество людей плевать на политику, — улыбнулся Локи. — И про технологии замены движущегося изображения многие знают. А что до сучности… Баки, ты не хуже меня знаешь, что стоит слегка придавить — и из множества людей полезет озверевшая обезьяна. Тем большего уважения заслуживают те, кто остаётся человеком. Как ты.

— Ты просто встретил меня в благоприятный период жизни? — спросил Баки и сам же ответил: — Люди — трусы, а я больше ничего не боюсь. Разве что только пауков не очень люблю.

— У них ла-а-апы… — пошевелил длинными белыми пальцами Локи. 

Они незаметно свернули в переулок и наткнулись на отчаянно шипящего на облаивающих его бродячих собак котенка. Его и видно не было — забился под мусорный бак. Но шипел очень грозно.

Баки и Локи переглянулись. Отбить мелкоту решили сразу и не обсуждая этот вопрос. 

— А ну пошли прочь! — рявкнул Баки, схватил за шкирку одного из псов, легко отпихнул в сторону, сжал пальцами морду другой псины, развернувшейся к нему с ясными намерениями.

Локи тем временем, встав на колени, принялся выманивать из-под бака перепуганного котёнка. Из темноты раздавалось неуверенное шипение да сверкали два маленьких уголька.

— Вот нечисть! — воскликнул Баки, потряс прокушенной ладонью и обернулся к Локи. — Не вылезает?

— Сейчас вылезет, — пообещал Локи, улёгся плашмя, наплевав на то, что пачкает одежду, и ловко выудил грязно-рыжего котёнка с гноящимися глазками. 

— В ветеринарку и срочно! — постановил Баки, помогая Локи подняться.

Тот бесстрашно сунул дрожащего котёнка за пазуху и велел:

— Гугли ближайшую. 

Они не собирались заводить никаких млекопитающих — слишком уж их дом любили рептилии. Но этот рыжий комочек бесстрашия упал на них настолько внезапно… Локи точно знал: с судьбой не спорят. А со змеями, ящерицами, жабами и черепахами он договорится.

Баки плюхнулся на водительское сидение, озвучил навигатору адрес ближайшей клиники и утопил педаль газа в пол. Хотелось поскорее убедиться в том, что этот маленький которебёнок в порядке, и гноящиеся глаза — самое опасное, что с ним успело приключиться.

В клинике половина персонала были в шапочках из фольги.

— Посетителям спокойнее, — тихо объяснила девушка на ресепшне. — Кто у вас?

— Уличный котёнок, — ответил Локи, приоткрывая полу куртки и показывая пригревшегося малыша. — У него с глазами что-то. Заберём себе. 

— Ох, бедняжка, — вздохнула девушка и принялась оформлять документы.

Баки огляделся по сторонам и обнаружил неплохую такую зону ожидания для хозяев несчастных заболевших зверюшек. По крайней мере диван с креслами выглядели вполне удобными. Когда котёнка забрали для осмотра, Баки потянул к диванчику Локи.

— Нужно ещё всего коту или кошке накупить нужного.

— Купим, когда врач назначит всё, что нужно, — ответил Локи. — Хотя… Ты прав. Я буду тут, а ты спроси у красотки той, что нужно коту в доме, и поезжай за приданым. Только никаких очков и платьиц!

— Чего? — не понял Баки. — Какие платьца?

— Ну эти, в интернете, — поморщился Локи. — Я потом покажу. 

Котенок замяукал так, что слышно стало на всю клинику, и Локи, сначала отказавшийся присутствовать при осмотре, ринулся в кабинет. Баки только головой покачал и улыбнулся. Как же ошибались все те, кто обвинял Локи в беспринципности, безжалостности и бессердечности, как же ошибались.

Получив от девушки на ресепшене — ей даже на удивление шла маленькая аккуратная шапочка из фольги —  внушительный список необходимого для котёнка, а так же адрес ближайшего зоомагазина, Баки отправился на подвиги.

Оказалось, быть котовладельцем — непростая задача, особенно сейчас, когда часть населения сошла с ума. В супермаркете для животных с экрана вещал что-то комодский варан в сером костюме. Сидящий напротив него человек задавал вопросы.

— По теме же, — объяснил консультант. — Чем я могу вам помочь?

— Мне вот! — Баки протянул распечатку со списком.

— Взрослый? — не очень понятно уточнил консультант, но Баки понял, что тот про возраст кота и честно ответил:

— Совсем мелочь.

В захваченную от входа тележку полетели товары разной степени необходимости. Если первые пять пунктов шли обязательными, то остальные были помечены как «желательно иметь». Но Баки махнул рукой и разрешил сгружать в телегу. Через сорок минут он отъехал от кассы с чеком, который можно было обмотать вокруг шеи на манер шарфа. Три раза. 

Локи тем временем кусал губы, глядя, как котёнка — это оказалась девочка — обтирают влажным салфетками, чистят глаза, измеряют температуру и делают ещё сотню других манипуляций. Кошечка кричала, шипела, махала когтистыми лапками, но что она могла, такая маленькая? Ей было всего восемь-десять недель, по словам ветеринара. Но боевой настрой малышки впечатлил всех. Кошечка не сдавалась до последнего и даже попыталась прокусить палец ветеринара, когда тот брал кровь на анализ.

— Прививок, как я понимаю, ей не делали. Но сначала препарат от глистов. Через  десять дней, если никакое лечение не потребуется, сделаем и сразу же установим чип.

Локи только кивал и вздыхал. 

Котёнка просветили едва ли не полностью, но никаких особых проблем, кроме небольшой глазной инфекции, глистов и блох не обнаружили.

Несмотря на то, что Баки купил переноску, которую можно было фиксировать на сиденье автомобиля ремнем безопасности, Локи вёз котёнка домой за пазухой. 

— Назову её Фриггой, — сказал он. 

Баки никак комментировать этот факт не стал, хотя прекрасно знал, кому принадлежало это имя.

— Оказывается, дать речь домашним питомцам очень полезно, — неохотно признался Локи. — Ветеринары просто счастливы были. А хозяева, — усмехнулся он, — не всегда.

— Полезное дело ты сотворил, — улыбнулся Баки, покосился на топорщащуюся куртку Локи. — И с рептилоидами тоже ясно стало, кто есть кто.

— Но закономерность ещё не определили, — заметил Локи. — Как там было у Гёте? «Я та сила, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»? Почти про меня. Хотя разве желать развлечься — такое уж зло?

— Определят, — заверил его Баки. — Тут время нужно. Кто-нибудь один поймёт, как оно работает, поделится с другом, тот разнесёт весть дальше... Разойдётся. Какие временные рамки у заклятия? 

— Никаких, — пожал плечами Локи и самодовольно добавил: — Я силён. 

— Сиди смирно! — пискнула Фригга из-за пазухи.

— Могуч, — расхохотался Баки, уже представляя как эта рыжая негодница будет вертеть ими обоими.

— Прости, малышка, — пробормотал Локи. — Да, могуч, — добавил он громче. — Ты хоть представляешь, как нам повезло с Фриггой? В Австралии бродячих кошек отстреливают и запрещают ввозить. 

— Мама умерла, — отозвалась кошечка. — Все умерли. Я спряталась. Ты дашь мне еду?

— Никогда не перестану удивляться тому, насколько люди уродливы внутри. Вот как, зная всё это, можно выкинуть кошку? Да ещё, скорее всего, беременную, — вздохнул Баки и крутанул руль, сворачивая на подъездную дорожку их дома.

Ведь что было бы, не реши они всё-таки прогуляться по фешенебельному району, а отправиться сразу домой? Если не собаки, то служба отлова быстро бы закончили метания этой крошки, которая совершенно не виновата, что оказалась на улице.

— Рептилоиды везде, — оскалился Баки.

— Не гони на рептилоидов, — вздохнул Локи, кидая заклинание от вновь начавшегося ливня. — Это — люди. 

В доме ступить было некуда от сонных вялых змей и ящериц. 

— Малышка, — сказал Локи, доставая кошечку. — Сейчас я дам тебе еду.

— Еда! — насторожила ушки она. — Где еда?

— Баки, ты купил консервы для котят?

— И консервы, и сухой корм для маленьких, — проворковал Баки, почесав малышку Фриггу за ушком. — И разные разрешённые лакомства. Подождите немного, сейчас всё в дом занесу.

В багажнике, укрытом от дождя тентом, теснились фирменные пакеты зоомагазина, доверху набитые нужными и не очень вещами. Тех же игрушек Баки купил десятка два, фонтанчик-поилку, множества мисочек для корма и воды и пять ошейников на выбор.. А ещё два домика, три корзинки, огромный игровой комплект, когтеточки и лекарства по списку.

Фригга бессловесно плакала в ладонях Локи. Она была очень, очень голодна.

— Ну что такое, маленькая? — заворковал Баки, почесал между крохотными ушками. — Сейчас открою тебе консервочку.

Выполнил он свое обещание, едва только обмыв одну из мисочек, вскрыл консерву и выложил треть содержимого. На маленький котеночий вес большего и не требовалось. Но Фригга, урча и дрожа от жадности, влезла в миску обеими лапами и принялась глотать, не жуя.

Останавливать её Баки не решился, это могло только сильнее спровоцировать голодную малышку, и тогда придется ехать обратно в ветеринарку, но уже с более серьезной проблемой.

Любопытные рептилии из тех, кто уже успел отогреться после уличной прохлады, сунулись на кухню, чтобы рассмотреть новенькую. Но они молчали.

— Ещё! — потребовала Фригга.

— Достаточно, — строго сказал Локи, вытирая ей мордочку и лапки влажной салфеткой. — поспишь снова и будет еда.

Фригга лизнула лапку и вскарабкалась Локи на плечо.

Баки тем временем прошёл по дому, совершенно в рандомные места расставляя корзиночки и домики, сдвинул ногой большого варана и извинился:

— Прости, в следующий раз буду аккуратнее. Понимаешь, у нас тут ребёнок появился. Вы ведь будете дружить?

Варан ощупал воздух языком и живенько свалил с дороги.

Фонтанчик, наполненный фильтрованной водой, занял свое место около одной из розеток. Одна из лежанок отправилась на подоконник, куда днём светило солнце. По полу рассыпались разноцветные мышки.

Тайпан ткнулся в одну из мышек, но не заинтересовался. 

Локи тем временем устроился на диване с Фриггой на плече и безмолвно беседовал с каждым из чешуйчатых гостей, объясняя им новые правила.

Дом пополнился новым жильцом — маленьким пушистым солнышком, способным внести чуточку сумасбродства в их тихий устоявшийся быт.

Баки замер в дверях, с улыбкой глядя на бесконечно любимого Локи, на их маленькую Фриггу и понял одну простую истину — всё у них так, как надо, всё шло именно к этому моменту. В любой семье должны быть дети, у них они тоже есть, и много. И даже не хотелось спрашивать: «Локи, на фига?».