Красивый после душа, даже такой мрачный, был квинтэссенцией соблазна. Брок облизал его всего, начиная от лица, заканчивая и уделяя особое внимание области, с которой сползали тёмно-синие пижамные штаны. Но большее пока невозможно. Так что оставалось вздыхать, жрать стейки и смотреть, как Джек выбирает, то что будет пить. 

— Мартель… — бормотал Джек, двигая бутылки в домашнем баре. — Портвейн… Пряный ром… Чёрный ром… О! Коктейль «Идиот»: коньяк и кока-кола! Будешь?

Брок сначала благосклонно кивнул, а потом вспомнил, что его не видят, и рыкнул что-то весьма согласное, заглатывая сразу половину стейка. На королевских харчах, кроме врагов, есть ещё кормежка. Нужно только проследить, чтобы огорчённое Высочество не только пил, но и закусывал. То, что они дома, устраивало Брока, и он вполне одобрял, что Джек категорически отказывался от переезда во дворец. Хотя королева настаивала и делала это очень активно — годами было плевать на сына, и тут внезапный приступ родительской любви. После покушения дракон и вовсе не хотел, чтобы около его принца тёрлись лишние люди. 

Джек взял бутылку рома, бутылку колы, смешал себе коктейль в бокале, а невидимке — в фарфоровой белой супнице с позолотой, упал в кресло и провозгласил:

— За то, чтобы у нас всё было, а врагам — хуй во все места!

Брок вылакал сразу всё, выдохнул целый сноп искр и согласно и громогласно прорычал. Так  всё и будет. Просто нужно чуточку подождать. Он развалился на полу, примостив тяжёлую рогатую голову на коленях у своего красивого. Хорошо же? Он непритязательный дракон, ему мало нужно для счастья, пока Джек рядом. 

— Я так хочу тебя увидеть, — вздохнул тот, почёсывая чешую между рогами. — А то мне кажется, что у меня крыша едет.

На этот раз Рамлоу расстроенно заворчал. А он-то как хочет, чтобы принц наконец смог его видеть! Ещё лучше будет, конечно, дорасти до размера взрослой особи и вернуть себе тем самым возможность обернуться человеком. Но где столько врагов взять? Если Брок возьмется расти всерьёз, то столица может обезлюдеть. Поэтому приходилось страдать и терпеть. 

Кое-каких красок в это существование добавляло обещание Джека, что он сможет сожрать исполнителя, посредников и, наконец, заказчика покушения на него. Но его сперва нужно найти, размотав всю цепочку. Когда зазвонил личный телефон принца, никто из них даже не подумал пошевелиться — сейчас Джека ни для кого нет. Заебали… Такое ощущение, государство только на нём и держится. 

— Меня нет, — буркнул Джек. — Нет ни для кого. 

Он смешал ещё по коктейлю себе и невидимке, выпил и встал. Сунулся в холодильник, достал пару мясных нарезок, хлеб и заявил в пространство:

— Это — мне.

Рамлоу великодушно махнул крылом — жри… Он сам умёл пару кило стейков и был полностью доволен. Но на этом прекрасном моменте, как подсказывает нелегкий опыт, и следовало насторожиться. Вместо этого он валялся, пил и любовался Его Высочеством. И тут пришлось вынуть морду из миски, потому что зазвонил телефон с поста охраны. 

— Меня нет, — буркнул Джек, уже изрядно захмелевший. — Ни для кого нет.

Хотя было интересно, кто смог пробиться в охраняемый небоскрёб.

Брок зевнул во всю пасть и решил, что поспит. Но Джек встал и, шлёпая босыми пятками по полу, добрался до телефона. Дракон фыркнул — и чего это прекрасному принцу настолько неймётся? Отлично же отдыхают.  

— Твой отец!.. — прорыдал в трубку женский голос, который Джек сначала не узнал. — Он умер!.. Открой немедленно!

— Раз умер, значит, спешить уже некуда, — ответил Джек, положил трубку и только тогда сообразил, что звонит — снизу! от охраны! — похоже, Роза.

Брок рыкнул так, что стёкла дрогнули, что должно было означать — похер! Все дела, назначение даты коронации, похорон и траура завтра. Сайлас мёртв, ему уже всё равно, вот пусть лежит и воняет. А королева пусть пиздует спать, тоже мне, мать года!

— Вот и я так думаю, — кивнул Джек и выдрал телефонный провод из розетки. — И думать об этом я тоже буду завтра.

До постели они таки героически доползли. Лично у Брока голова была не бо-бо… То ли организм после первой пьянки приспособился к разрушающему действию алкоголя, то ли с принцем даже попойка оставляет за собой только приятное. Дракон проснулся, аккуратно выбрался из-под тяжёлой руки своего сопящего сокровища и пошёл на кухню. Где, проколов когтями пластик, влил в глотку две бутылки минеральной воды. И лишь затем вернулся в постель к Джеку.

Время было шесть утра. По расчетам Брока, скоро к Его уже Величеству начнут ломиться. 

И верно, в семь утра в пентхаус, цокая каблуками по каменному полу, ворвалась встрёпанная, не спавшая ночь, с расплывшейся косметикой и в помятом костюме королева Роза.

— Джек! — тряхнула она сына за плечо. — Король умер! 

Брок рыкнул и весьма непочтительно чуть прижал тонкую кисть Её вдовствующего теперь Величества зубами. Умер так умер… Чего орать? У сокровища точно будет головная боль от такого пробуждения. Матушка Джека сначала замерла, а потом заорала, временами переходя на ультразвук — доброе утро, мать её так!

Джек, даже толком не проснувшись, выхватил из-под подушки пистолет и наставил на источник крика. 

Наступила тишина. 

— Так-то лучше, — буркнул Джек, так и не открыв глаз, плюхнулся обратно, натянул на плечо одеяло и сонно засопел.

Дракон насмешливо сощурился, королева тихо булькала горлом. Он решил, что король не хочет просыпаться, а мамочке пора пойти вон. Если Роза рассчитывала помыкать сыном, то крупно заблуждалась. Брок схватил даму за полу пиджака и потащил к выходу.  

Сделав два шага, оттого что что-то волокло её от кровати сына, Роза некрасиво плюхнулась на задницу. 

Брок рыкнул — вот что за противная баба… то есть женщина. Он пихнул её в спину лапой, а потом слегка царапнул по шее когтями. Джек зашевелился на постели, а внизу дракон услышал целую толпу. Ее Величество не одна, что ли, припёрлась? Нет, конечно, он понимал, что когда красивый станет королём, покоя им не видать. Но не с утра же? Слово приватность кому-то здесь знакомо? 

— Пусти, скотина! — шёпотом заорала Роза, отмахиваясь. — Тварь поганая!

Ну скотина, он и не отрицает, ну тварь… Но почему поганая? 

Он, в отличие от всяких коронованных стерв, полезный. Вон сколько биомусора утилизировал с пользой. Джек вряд ли будет доволен, если мамочка пополнит список сожранных. Но выставить её из спальни он собирался в любом случае. И решил быть менее деликатным — Её Величеству прилетело рогами с разгона в спину. Так что она опрокинулась и долетела почти до открытой двери. 

— Блядь, мне поспать сегодня дадут или нет? — простонал Джек. — Какого хуя?

— Джек, что за лексикон! — не удержалась Роза. — Просыпайся, пьяница! Твой отец умер!

О невиданной хрени, с которой она ожесточённо боролась, королева пока умолчала. Брок бросил измочаленную женщину валяться у двери, а сам побежал к своему сокровищу. Джек выглядел не очень. Ему просто необходимы обнимашки и целительное драконье тепло. 

Едва невидимка с рогами оказался рядом, Джек обнял его. 

— Ну умер и умер, — буркнул он. — Как будто кто-то будет жить вечно.

Принц сел, потирая глаза. Брок уложил голову ему на колени: встать и бежать куда-нибудь своему сокровищу он не позволит. Душ, нормальный завтрак, а потом только королевские вопросы. Хорошо бы матушке убраться и всю толпу с собой захватить. 

— Как ты можешь! — возмутилась Роза и принялась неловко и неуклюже подниматься. Каблуки этому не способствовали. — Немедленно во дворец!

Джек посмотрел на неё одним глазом и сказал:

— Нет. Кофе, завтрак, душ, а потом всё остальное. Кофе можешь пока сварить. Или приказать сварить. Мне без разницы.

На писк, который издала Её Величество, Брок даже повернул голову и открыл один глаз. Да уж… Всю жизнь относиться к ребенку как к предмету мебели, а теперь удивляться, что он не спешит любить, почитать, да и вообще выполнять требования. Он зажмурился, когда чуткие пальцы красивого погладили его за рогами — хорошо. 

— Джек, как ты можешь! — покачнулась утвердившаяся на каблуках Роза.

— Могу. Так, — коротко ответил Джек. — Сделай кофе.

Бывший принц, а теперь целый король погладил его в последний раз и пошел, пошатываясь и зевая, в душ. Брок решил, что одеться и помыться Его Величество может и без его чуткого присмотра. Лучше узнать, кто припёрся с королевой, и проследить, чтобы в утренний кофе королю яду не сыпанули или не плюнули. Больно злой взгляд был у мамаши. 

Однако вдовствующая королева и правда отправилась готовить кофе сама. Спустившись по неудобной лестнице, она нашипела на советника Хансена, телохранителей, начальника охраны небоскрёба, который открыл ей доступ в пентхаус, на прислугу и отправилась шариться по кухонным шкафам.

Брок оценил: характер Её Величества можно было использовать как инструмент устрашения. Конечно, если королева соизволит вспомнить, что должна помогать сыну, а не использовать его. Брок открыл холодильник, затем его захлопнул, утащив курочку, совсем не смущаясь суеверной тишине после явления полтергейста. Он кушает, он занят. И лишь королева накладывала в турку ярко пахнущие молотые зёрна, не реагируя на невидимку. Роза уже, похоже, не удивлялась. 

Когда Джек во всём великолепии чёрного траурного костюма, туфель и галстука спустился в столовую, его уже ждали полный фарфоровый кофейник, из носика которого вился пар, сливочник, сахарница, горячие тосты с обрезанными корочками, мясные нарезки, джемы и одинокая витаминка на блюдечке.

И — никого.