*******************

Орион положил газету на столик и поднялся с кресла навстречу гостю. Он искренне улыбнулся и приветливо сказал:

— Друг мой, давно не виделись. 

— Это моя вина. Прошу прощения, милорд, — шутливо ответил Октавиус, поклонившись.

— Как ваше здоровье? — уже серьёзным тоном спросил Орион, вернувшись на своё место. 

— Почти пришло в норму. — Октавиус пригладил волосы, в которых снова блестела седина. — Ничего страшного, просто надо принять дополнительный курс «Чуда», и всё наладится. 

Некоторое время они беседовали, обсуждая светские сплетни, пока официанты подавали им напитки и закуски. И только когда все посторонние покинули кабинет, Орион перешёл к делу, ради которого и пригласил на встречу своего друга. 

— Со мной связались невыразимцы. Мистер Риддл был очень взволнован. 

— Он и взволнован? — усмехнулся Октавиус, покачивая в руке бокал. — Мне кажется, у него отсутствуют эмоции. 

— Да, выглядит он совершенно невозмутимым, что немного пугает, — поддержал его Орион, а потом добавил: — Так как это дело связано с нашими наследниками, я был заинтересован в беседе. 

Взгляд Октавиуса сразу же стал внимательным, от былого веселья не осталось и следа. Он подался вперёд и спросил:

— Что случилось? 

— Команда «гадов» прислала невыразимцам некоторые вещи, полученные из кладов. Среди них есть космический корабль. Он полностью исправен и готов к путешествиям. Единственная проблема для тех, кто хочет его присвоить, управлять им могут только Сириус и Северус. 

— Почему они отдали чужакам такую важную вещь? — прищурившись, произнёс Октавиус. — С ней что-то не в порядке?

— Именно! Наши наследники в очередной раз доказали свою смекалку, — усмехнулся Орион, раскуривая сигару. — Оказалось, что корабль находится под контролем так называемого искусственного разума, который не подчиняется волшебникам, а только сотрудничает с ними. И пока непонятно, на каких условиях, и чем за это придётся заплатить. 

— Что случилось с прежними владельцами? 

— Погибли. Но они спасли корабль ценой своих жизней. 

— Вот как, — пробормотал Октавиус, уставившись в окно на тихую улочку, по которой изредка проезжали автомобили. — Значит, эти хитрые мальчишки решили переложить проблему на чужие плечи. 

— Совершенно верно, — с удовлетворением подтвердил Орион. — Согласно магическому договору с отделом тайн, все вещи, которые «Слизеринские гады» передадут невыразимцам, должны быть возвращены их владельцам по первому требованию. Так что они не только не рискуют, но и извлекают выгоду из этой ситуации. На этот раз им потребовалось несколько сундуков с увеличенным пространством, один из которых был оснащён имитацией океана. Мистер Риддл пытался выяснить у меня, зачем им нужен пляж, но я, как и он, пребывал в неведении.

Октавиус был погружён в свои мысли. Он получил важную информацию, которая заставила его задуматься. У него было много вопросов, но он не решался задать их главе Блэков, опасаясь, что его любопытство может быть воспринято как вторжение в секреты рода или угроза для наследника. 

Словно почувствовав его колебания, Орион сказал: 

— Если вы хотите узнать у меня что-то, прошу вас быть предельно откровенным. Принцы и Блэки связаны союзом будущих глав, поэтому я готов поделиться с вами нужной информацией. 

— Это касается Сириуса, — наконец произнёс Октавиус и добавил: — Если вы посчитаете мои вопросы неуместными, то просто сделаем вид, что я их не задавал. 

— Всё в порядке. 

— Откуда Сириус узнал о кладах? Вы выяснили это? Команда «гадов» передвигается по миру с чёткой целью. Хотя для посторонних они просто путешествуют и развлекаются, но мы знаем, что это не так. У них есть план, маршрут и информация о том, как добраться до тайников. Это не может быть просто удачей. 

— Вы правы, — кивнул Орион, улыбаясь, словно услышал комплимент своему старшему сыну. — Однако вынужден признаться, что я и сам не знаю правды. В некоторых вопросах Сириус очень скрытен. Даже я не могу надавить на него. 

— Это неудивительно, ведь не зря они с Северусом — идеальные партнёры. Оба слишком независимы и надёжно хранят свои тайны. Нам остаётся только смириться с этим, — усмехнулся Октавиус и, немного подумав, добавил: — Вы хотите узнать, почему мой внук неожиданно согласился войти в род? 

— Не скрою, мне это очень интересно, ведь Сириус не делится со мной тайнами своего партнёра, — прищурившись, кивнул Орион. — Но я не хочу доставлять вам неудобства своими вопросами. 

— Полагаю, вам следует знать об этом. Его душа стала нестабильной после того, как он попал в магическую ловушку, поэтому привязка к роду оказалась лучшим решением его проблемы. Однако всё началось гораздо раньше. Как вы знаете, Северус пытался совершить самоубийство, и это, конечно, не могло не оставить следа. — Октавиус отвел взгляд, его глаза наполнились волнением, а голос дрогнул. — Я не могу сказать точно, насколько ужасным было его состояние в тот момент, но могу предположить… 

— Я рад, что он остался в живых, — сочувственным тоном сказал Орион. — Нашим детям пришлось пережить страшные ситуации. 

— Да, мы не самые лучшие родители, — произнес Октавиус с легкой грустью в голосе. Он провёл рукой по волосам, пытаясь скрыть свои чувства. — Однако, после того как Северус неудачно попытался совершить самоубийство, его жизнь кардинально изменилась. Он словно повзрослел за одну ночь. Когда я узнал об этом, то решил поискать информацию в семейных хрониках Принцев. И вот что я обнаружил: один из наших предков сильно пострадал при взрыве в лаборатории и впал в кому. Когда он очнулся, его поведение также стало странным. Хотя ему было всего пятнадцать лет, его идеи стали основой для возвышения нашего рода.

— Думаете, он получил знания свыше? 

— Не только их, но и опыт. После выздоровления он в кратчайшие сроки стал выдающимся зельеваром и достиг невероятных успехов в других областях магии. Именно он первым из Принцев был удостоен дворянского титула от королевской семьи.

Орион, погруженный в размышления, задумчиво постукивал пальцами по подлокотнику кресла, оценивая полученную информацию. Сириус тоже изменился после комы, и даже его фамильяр стал другим. Однако все проверки подтвердили, что это действительно он — их с Вальбургой старший сын, а не кто-то чужой, захвативший его тело.

В хрониках Блэков также упоминались «проснувшиеся» люди, которые получили воспоминания о своих прошлых жизнях. Именно они стали теми, кто возвеличил род. Поэтому Орион сразу поверил словам Октавиуса, ведь, как оказалось, и у Принцев встречались такие уникальные личности.

— Как вы это восприняли? — наконец поинтересовался он.

— С радостью, — честно ответил Октавиус. — Хотя Северус и сейчас может быть довольно строг, с ним можно найти общий язык, если не предъявлять ему неоправданных требований. Он стал разумным и осторожным, но при этом достаточно смел, чтобы идти своим путём.

Орион кивнул, вспомнив, что Сириус раньше был эгоистичным, слишком порывистым и капризным, но после комы его характер сильно изменился к лучшему. Это не могло не радовать его близких, ведь они всегда верили, что он одумается и станет настоящим наследником рода. 

***

Октавиус вернулся домой, но не успел переодеться, как слуга доставил ему письмо. Прочитав его, он сразу же направился к камину и через пару минут, получив разрешение директора Хогвартса, оказался в его кабинете. 

— Добрый день, — поприветствовал он Арктуруса, который поднялся из-за стола.

— Рад видеть вас, — ответил тот, жестом приглашая сесть. 

Октавиус удобно устроился в кресле и сказал:

— Мы с вами не чужие люди, поэтому давайте обойдёмся без реверансов и сразу перейдём к делу, из-за которого вы пригласили меня. 

— Хорошо, как пожелаете, — согласился Арктурус и, не став тратить время на лишние слова, сообщил: — Сегодня утром в Хогвартсе произошла серьёзная драка, в которой участвовал член вашей семьи. 

— Джастин? — Октавиус был изумлён. Он, конечно, догадывался, что тот не образец добродетели, но никогда не думал, что его вызовут в школу из-за какого-то проступка. — Не могли бы вы рассказать подробности? 

— Конфликт произошёл перед завтраком. Юлий и Клавдий Принцы оскорбили Джастина, и тот вступил с ними в драку. Старосты пытались остановить их, но в дело вмешались друзья с обеих сторон. В результате многие младшекурсники получили серьёзные травмы, двоих даже пришлось отправить в больницу Святого Мунго. 

— Юлий и Клавдий, — повторил Октавиус, неприятно усмехнувшись. 

Он разорвал все связи с семьёй Адриана и старался не обращать внимания на их действия. Однако, как оказалось, они не собирались останавливаться. В этом году близнецы, внуки Адриана, поступили в Хогвартс на первый курс и, как это было традиционно для Принцев, попали на факультет Слизерин, где сразу же начали сеять смуту и плести интриги против Джастина.

Из-за того, что Октавиус полностью отказался поддерживать этих наглых родственников, они оказались в сложной ситуации. Для обычных людей доход с фабрики мог бы показаться достаточным, но не для тех, кто привык жить в роскоши и тратить чужие деньги так, будто они ничего не стоят.

Вся семья Адриана ненавидела Джастина, считая его причиной всех своих проблем. Но на самом деле Маркус и Филипп сами разрушили отношения с богатым дядей, когда начали критиковать его на приёме. Однако им нужно было найти виновного, и они выбрали самого слабого человека, чтобы отомстить за свои обиды. 

— Декан Слагхорн неоднократно жаловался на плохое поведение этих молодых людей, — продолжил Арктурус. — Они слишком избалованы своими родственниками и ведут себя грубо. Такие случаи нередки, поэтому я не вмешивался в мелкие конфликты на факультете. Однако на этот раз ситуация вышла из-под контроля.

— Как себя чувствует Джастин? — с тревогой спросил Октавиус. — Он серьёзно пострадал? Ему нужна помощь?

— О, нет! Он не получил даже незначительной травмы, — с улыбкой заверил Арктурус. — Ваш молодой родственник обладает удивительной боевой ловкостью для своего возраста и собрал великолепную команду. Они даже получили прозвище «Новые гады», хотя и представляют разные факультеты. А учитывая, что мистер Снейп-Принц тренирует их по методике своего старшего брата Северуса, это делает их настоящей силой в Хогвартсе.

Как только Октавиус узнал, что с Джасом всё хорошо, то сразу же почувствовал облегчение. Он искренне переживал за этого ребёнка, который уже успел испытать немало трудностей в жизни. Кроме того, будучи главой рода, он нёс ответственность за младших и не мог просто так оставить без внимания виновников произошедшего. 

— Я могу встретиться с ним? 

— Разумеется, — ответил Арктурус. — Вы хотите, чтобы я пригласил мистера Снейпа-Принца сюда, или вы сами навестите его?

— Пожалуй, я навещу Джастина, чтобы познакомиться с его друзьями, — решил Октавиус и, попрощавшись с директором, покинул его кабинет.

Не спеша, он шагал по коридорам, кивая детям, которые почтительно склонялись перед ним. У двери общежития его встретил Слагхорн, которого, вероятно, уже известил о визите Арктурус.

— Добрый день, — с искренней улыбкой поприветствовал Гораций.

— Здравствуйте, дорогой друг! — ответил Октавиус. — Хотя сегодня не самый радостный повод для нашей встречи, мне всё равно приятно снова видеть вас.

— Да, конфликты между родственниками не приносят удовольствия, — с лёгкой досадой произнёс Гораций и, открыв дверь, предложил: — Прошу вас. 

Ученики, заметив гостя и декана, поднялись со своих мест, приветствуя старших. Среди них был и Джастин, который сидел в компании нескольких мальчиков. Увидев Октавиуса, он сразу же направился к нему, понимая, что именно из-за него тот пришёл в школу. 

— Приветствую вас, милорд, — с поклоном обратился он к главе. 

— Господин декан, вы не возражаете, если я поговорю с Джастином наедине? — спросил Октавиус и, получив разрешение Слагхорна, направился к свободным креслам у окна, откуда открывался захватывающий вид на тёмные глубины Чёрного озера. Устроившись поудобнее, он обратился к Джасу, который сел напротив: — Как ты себя чувствуешь? 

— Хорошо, милорд, — быстро сказал тот, а затем, взволнованно взглянув на него, спросил: — Милорд, вы не сердитесь на меня? 

— Нет, — покачал головой Октавиус, старательно игнорируя облегчение, промелькнувшее в глазах Джаса. — Директор Блэк уже сообщил мне о возникшем конфликте, но я бы хотел услышать подробности от тебя.