Орион удобно устроился на диване и закрыл глаза, откинувшись на спинку. Под веками ощутимо пекло, а в голове шумело от усталости. Даже ему, привыкшему к долгим светским мероприятиям, было не по себе после нескольких часов непрерывного общения с людьми, что уж говорить о тех, кто не был готов к такому.

— Хочешь успокоительное зелье? — с сочувствием в голосе спросила Вальбурга. Она нежно провела рукой по волосам мужа, а потом поцеловала его в лоб.

— Лучше стакан тёплого молока, — пробормотал он, прижимаясь виском к её прохладной ладони. — Я чувствую себя слишком старым для всех этих танцев. Как же я завидую отцу и другим старшим родственникам, которые спокойно провели весь вечер в креслах, наслаждаясь сигарами и виски.

Вальбурга звонко рассмеялась, глядя на его огорчённое лицо. Она уже привыкла к его постоянным жалобам на шумные развлечения. Что поделаешь, её муж не любил большие скопления людей и светские рауты, хотя ему и приходится посещать их как минимум два раза в месяц.

В его положении было бы неразумно игнорировать негласные правила высшего общества. Ведь именно на балах, концертах и спектаклях заключались самые выгодные сделки. Пока одни наслаждались танцами и искусством, главы семей договаривались о партнёрстве и обсуждали детали будущих контрактов.

Только те, кто не знаком с миром крупного бизнеса, могут полагать, что аристократы и состоятельные люди работают исключительно в кабинетах. На самом деле они активно ищут возможности для увеличения своего капитала. Ведь где, как не в компании себе подобных, проще всего добиться улучшения своего благосостояния?

В роскошных клубах солидные джентльмены за чашкой чая или бокалом алкоголя ведут деловые разговоры. Даже если вокруг царит атмосфера веселья, они находят время, чтобы обсудить потенциальные инвестиции и узнать последние сплетни, которые могут повлиять на различные аспекты их жизни — от изменения котировок акций до возможного банкротства конкурентов.

Они не могут позволить себе фиксированный график работы и регулярные выходные, так как даже небольшое промедление может привести к серьёзным проблемам для бизнеса. Конечно, они не занимаются решением мелких вопросов — для этого есть управляющие и заместители. Однако важнейшие аспекты находятся под их постоянным контролем.

Орион был одним из тех, кто стоял на страже благополучия тысяч работников. Его профессионализм был необходим для обеспечения их безопасности и стабильности. После разделения рода, когда часть предприятий перешла под управление Сигнуса, ему стало легче, но это не означало, что он избавился от всех забот.

Кроме того, Орион был вынужден заботиться не только о своём бизнесе, но и о безопасности близких. У Блэков было много недоброжелателей, которые только и ждали удобного случая, чтобы напасть на них и нанести вред. Конкуренты и давние враги не постесняются уничтожить ослабевший род.

— Всё будет хорошо, — тихо произнесла Вальбурга, мягко массируя виски мужа. — Я уверена, что мы справимся.

— Я тоже надеюсь на это, — вздохнул Орион. — Однако, чем глубже мы погружаемся в расследование, тем яснее осознаем, что вся Британия пронизана интригами и заговорами. Иногда мне кажется, что каждая магическая семья только и ждёт подходящего момента, чтобы нанести нам удар.

— Меня встревожила одна деталь, — сказала Вальбурга. — Я беседовала с дамами, и некоторые из них вроде бы в шутку назвали тебя истинным тёмным лордом.

— Что? — сонливость Ориона как рукой сняло. Он открыл глаза и пристально посмотрел на жену. — Кто именно это сказал и в каком контексте?

— Джулия, жена лорда Нотта, начала разговор первой, — ответила она, немного подумав. — Мы говорили о маглорождённых. Многие из них посещают церкви вместе со своими старшими родственниками, где священники рассказывают о грехах колдунов. Некоторые дети считают нас самыми страшными существами, потому что нас называют древнейшими и благороднейшими. Я не понимаю, какая связь между этими двумя понятиями, но для них Блэки — чуть ли не демоны, которые пьют кровь младенцев.

— Энгус Нотт — правая рука Гриндевальда в Британии, — произнёс Орион, слегка прищурив глаза. — Если его супруга распространяет такие сведения, значит, ей было дано соответствующее поручение.

— Ты предполагаешь, что Тома Риддла заменили тобой?

— Это возможно, поскольку Блэки сейчас больше всех мешают планам Гриндевальда.

— Значит, в прошлой жизни Андромеды он напал на Риддла, потому что мы стали слабыми из-за Нарциссы?

— Да, это, пожалуй, самое логичное объяснение его поступкам, — кивнул Орион. — Он получил контроль над Вальпургиевыми рыцарями через Абраксаса. А мы вымерли, потому что утратили удачу. И чем хуже было Малфоям, тем сильнее страдали мы — это было взаимосвязано.

— Таким образом Гриндевальд устранил всех своих конкурентов, — пробормотала Вальбурга и поёжилась, почувствовав, как по коже пробежали ледяные мурашки.

— Любопытно, кого на этот раз выберут Избранным? — размышлял Орион. — Если взять за основу то, что пророчество услышал Тед Тонкс, то его роль — дублёр Северуса Снейпа. Значит, их отношения с мисс Смит вскоре будут разрушены. Она выйдет замуж за другого человека и родит сына, который станет символом «светлых» и поведет их против Блэков.

— А когда мы все погибнем, все наши капиталы и бизнес перейдут к единственному оставшемуся в живых родственнику — сыну Нарциссы и Люциуса, а через него — Гриндевальду. — Вальбурга скривила губы от злости, осознавая, как легко было пожертвовать их родом ради достижения цели. — Как ты думаешь, Риддл убил Гриндевальда из-за того, что узнал, кто именно виновен в гибели его соратников?

— Возможно. К тому времени большинство его близких соратников были уже мертвы. Некоторые погибли во время войны, другие — в Азкабане. Да и сам Волдеморт был не лучше лича. Вероятно, он чувствовал, что его дни сочтены, и хотел забрать с собой в мир иной своего главного врага. Вот только к тому времени он был почти безумен, поэтому не понял, что в Нурменгарде находится не сам Гриндевальд, а его двойник.

— Какие же подлые люди! — в ярости прошипела Вальбурга. — Они уничтожили столько магических родов ради прихоти!

— Им нужны плацдарм, армия и деньги, — вздохнув, сказал Орион и обнял её, успокаивая. — Британия для них — жирный кусок, которого хватит на долгие годы жизни и борьбы за власть.

— Что мы будем делать? — с тревогой спросила Вальбурга. — Я боюсь.

— Мы справимся, — повторил её слова Орион. — Нас предупредили, поэтому их выпады не станут для нас неожиданностью.

— Хорошо, что Сири и Регги находятся вдали от этих тревог. Нельзя допустить того, чтобы их втянули в британское противостояние.

— Пока они слишком молоды. Мы постараемся решить основные проблемы, но им всё равно придётся столкнуться с трудностями. Такова жизнь.

Разговор был прерван появлением домовика, который с поклоном доложил, что для хозяина есть несколько писем, в том числе и от юной мисс. Орион велел ему принести почту и первым делом прочитал записку Андромеды.

— Что случилось? — спросила Вальбурга, заметив улыбку на лице мужа.

— Анди обеспокоена исчезновением Каллидоры, — ответил он.

— Она не в курсе вашего плана?

— Нет, — покачал головой Орион. По его пальцам пробежали язычки пламени, которые перекинулись на бумагу и за мгновение испепелили её. — Мы не раскрываем ей все подробности, чтобы она не спугнула наших врагов.

— Надеюсь, она не обидится, — вздохнула Вальбурга.

— Анди взрослая женщина, и её не волнуют такие мелочи, — пожал плечами Орион и, поднявшись на ноги, устало потянулся. — Нам нужно отдохнуть. Мы должны присутствовать на бранче, чтобы наши гости не чувствовали, что ими пренебрегают.

***

Андромеда проснулась от тихого шороха. Это Китти раздвигала занавески на окнах, и в комнату проник яркий солнечный свет.

— Пора вставать, хозяюшка, — сказала домовушка, улыбаясь. — Через час все соберутся в лиловой столовой.

— Дядя и тётя тоже будут там? — зевнув, спросила Андромеда и села на разворошенной постели, пытаясь избавиться от сонливости.

— Хозяюшка должна называть милорда и миледи отцом и матерью, — проворчала Китти. — Хозяюшка должна гордиться тем, что стала дочерью…

— Ладно, — беспечно перебила её Андромеда и отправилась в ванную комнату. Их ждал ещё один день, насыщенный развлечениями. К счастью, на этот раз ей не пришлось надевать неудобное бальное платье и тяжёлые драгоценности, а можно было обойтись лёгким шёлковым костюмом и почти невесомыми туфлями, от которых не болели ноги.

Не успела она завершить причёску, как послышался тихий стук в дверь, и послышался приглушённый голос Сириуса:

— Анди, ты проснулась? Можно нам войти?

— Конечно, — произнесла она, не в силах сдержать улыбку. Компания братьев всегда приносила ей радость.

Сириус и Регулус пришли к своей сестре не с пустыми руками, а с букетом цветов, который, вероятно, сами собрали в оранжерее. Розы были разных размеров, с необрезанными шипами, но их милый вид не мог оставить равнодушной Андромеду. Она поблагодарила за подарок и с наслаждением вдохнула тонкий аромат цветов.

— Мама и папа уже проснулись, — сказал Сириус, с любопытством осматриваясь по сторонам. Заметив многоярусную шкатулку с заколками и украшениями, он спросил: — Можно я посмотрю?

— Конечно, — кивнула Андромеда, бросив взгляд на Регулуса, который листал книгу, найденную на столике у окна.

— А почему их так мало? — разочарованно протянул Сириус. — Хочешь, я подарю тебе что-нибудь красивое?

— Не нужно, — рассмеялась Андромеда и пояснила: — Это украшения на каждый день. Дорогие вещи находятся в сейфе, а родовые — в хранилище. Когда они мне понадобятся, я просто возьму их на время, а затем верну обратно.

— Ну тогда ладно… — немного успокоился Сириус и замолчал, увидев личного домовика отца, появившегося в будуаре. Тот поклонился и передал Китти запечатанный конверт, а затем бесшумно исчез. — Это от папы?

— Да, — кивнула Андромеда, открывая письмо. Она быстро пробежала взглядом по короткому тексту и, кивнув, добавила: — У меня был вопрос к нему, и я только что получила ответ.

— Почему вы не можете просто поговорить? — удивился Сириус.

— Потому что в поместье полно гостей, которых нужно развлекать! — ответил Регулус, раздражённо закатив глаза. — Если хозяева будут пренебрегать их обществом, они почувствуют себя неловко! Как ты можешь не понимать таких простых вещей? Ты ведь будущий глава рода.

— Подумаешь, забыл, — немного смутился Сириус и быстро переключился на другую тему. — Анди, хочешь, я украшу твои волосы розами?

— Конечно, — кивнула она.

Регулус, не говоря ни слова, поднялся с кресла. Он выбрал из букета несколько самых красивых полураспустившихся бутонов и отрезал от них стебли. Затем провёл над ними рукой, от чего появились серебристые искры, которые пробежали по лепесткам. После этого он объяснил:

— Это чары кратковременной консервации. Обычно их используют для сохранения ингредиентов.

— Зельевар! — с усмешкой произнёс Сириус, аккуратно вплетая цветы в причёску Андромеды. Её волосы были собраны в свободную косу, обёрнутую вокруг головы и украшенную голубой шёлковой лентой. Управившись с ответственным делом, он удовлетворённо вздохнул и похвалил сам себя: — Вышло просто замечательно!

— Позвольте сопроводить вас на завтрак, мисс Блэк. — Регулус окинул сестру оценивающим взглядом и подал ей руку.

— С удовольствием, мистер Блэк, — с улыбкой ответила Андромеда, аккуратно взяв его за запястье.

Сириус тут же встал с другой стороны от неё и весело добавил:

— С тобой эти приёмы не такие скучные.

Оживлённо беседуя, они спустились в столовую, расположенную на первом этаже. Это было поистине чудесное место для позднего завтрака, откуда можно было наслаждаться видом на парк и розарий через распахнутые французские окна. Солнечный свет отражался в хрустальных подвесках люстры, создавая золотистые блики на стенах, обитых шёлковыми обоями.

Гости уже сидели за длинным столом, наслаждаясь изысканными блюдами и обсуждая бал, закончившийся перед рассветом. Орион и Вальбурга улыбнулись, отвечая на приветствия своих детей. Они позволили Сириусу и Регулусу есть вместе со взрослыми, поскольку в поместье остались только близкие родственники и друзья семьи.

Андромеда заняла своё место за столом и окинула взглядом присутствующих. Хотя на поздний завтрак пришли Сигнус и Друэлла, она не заметила Нарциссу. Вероятно, та снова сослалась на болезнь, чтобы не тратить время на общение с теми, кто ей неинтересен. Создавалось впечатление, что её не волнует никто, кроме Люциуса.

«Интересно, какую очередную каверзу она задумала?» — подумала Андромеда. Она больше не питала иллюзий относительно своей младшей сестры. Если раньше её капризы можно было объяснить избалованностью, то теперь стало ясно, что её действия, направленный только на благо Малфоев, могут привести к гибели всех Блэков.