На этот раз Брок проснулся без боли. Это было чудесно, и он пару минут лежал в постели, наслаждаясь ощущением гладкости свежевыглаженного белья, которое пахло ромашками. В последнее время Баки невзлюбил ароматы цитрусовых и изменил состав порошка и кондиционера для стирки. Остальные «гады» относились к этому с юмором: пусть занимается чем хочет, лишь бы не искал опасных приключений. 

— Командир, ты проснулся, у тебя ритм дыхания изменился, — раздался справа до боли знакомый голос, выдернувший Брока из блаженной полудрёмы. 

— Зимний, твою мать! — он резко открыл глаза и увидел аккуратно причёсанного и гладковыбритого «киборга», сидящего на стуле с видом отличника на уроке. Тот даже ладони аккуратно положил на коленки и смотрел с преданностью хорошо воспитанного бойцовского пса. 

— Чего ты ругаешься, командир? — спросил он с обидой в голосе. 

— Откуда ты здесь взялся? — грозно прошипел Брок, не доверяя его невинному выражению лица. 

— Пришёл, — последовал краткий ответ. 

— Я понимаю, что тебя нам не инопланетяне подбросили! 

— Командир, технически я и есть инопланетянин. 

— Хватит пудрить мне мозги! — рявкнул Брок и посмотрел на открывшуюся дверь, в которую вошёл Барти. Увидев, что всё в порядке и все в сознании, тот заявил: 

— Завтрак через полчаса. Раз пришёл в себя, вставай, а то все по тебе соскучились. 

Брок сел на кровати, прислушиваясь к организму. Болей или других неприятных ощущений не было, и он осторожно поднялся на ноги под внимательным взглядом Зимнего и изучающим — Барти. Последний прокомментировал: 

— Мы тебя вылечили, так что можешь скакать, как привык. 

— Кругом одни доктора, — проворчал Брок и отправился в ванную, решив отложить расспросы на потом. Есть хотелось так, что в животе не урчало, а завывало, поэтому он торопливо искупался и, даже не высушив волосы, в одном полотенце на бёдрах вернулся в спальню, где больше не было посетителей. 

Все «гады», включая Биннса и Каонаси, нашлись в столовой. Фамильяры, сбившиеся в одну кучу, заняли подоконник, на котором лежало вязаное гнездо. Солдат, увидев хозяина, громко хлопнул крыльями и, подлетев к нему, опустился на плечо. Ласково перебирая влажные пряди его волос, он недовольно ухал, вероятно, ругая Брока за бессознательность и отсутствие инстинкта самосохранения. 

Герцог наблюдал за воссоединением парочки, обняв за шею до сих пор безымянную игуану, заметно подросшую за последнее время и в очередной раз поменявшую цвет теперь на огненно-оранжевый. Спустя какое-то время, он наконец подал голос: «Бро, на этот раз ты прошёл по самому краю! Стать жертвой на алтаре, знаешь ли, совсем не по-пацански!»

Его слова будто сняли напряжение, и все заговорили разом, рассказывая, кто как выбирался из ловушек, которые отключились, когда погиб Жером. Баки, сидящий за столом, чуть заметно улыбнулся, приветствуя Брока, и тот, подойдя к нему, обнял его за плечи и тихо прошептал: 

— Я рад, что мы выбрались. 

— А я-то как рад, братаны! — протиснулся между ними Герцог, метя хвостом по их лицам и счастливо скаля острые зубы. — Не, я не согласен менять партнёра! Меня и этот устраивает! 

Солдат негромко ухнул, недовольно тараща глаза и всем своим видом показывая, что ему надоел этот мохнатый друг. Однако с плеча Брока он так и не слетел, крепко вцепившись в прочную ткань рубашки, и время от времени щипал его за ухо и в приливе нежности ерошил волосы. 

Наконец все немного успокоились и принялись за завтрак, всё ещё обсуждая прошедшие дни и гениального психа Кусто. 

— Мы нашли его архив и подробные описания ритуалов по привязке, отсечению и изменению вида фамильяров, — деловито сообщил Алан. — Пока спрятали всё у нас, но надо что-то решать, потому что если такая информация попадёт в руки ещё одного маньяка… 

— Эволюция магического мира пойдёт другим путём, — процитировал Брок, который прислушивался к разговорам, не забывая есть и подкармливать Солдата. 

— Значит, на повестке дня два вопроса: что делать с архивом и кто этот мужик? — резюмировал Грег, бросив взгляд на Зимнего, методично поглощающего мясную кашу. 

— Так. — Брок отложил столовые приборы и, обведя всех взглядом, спросил: — Дадите время, чтобы придумать какую-нибудь причёсанную версию? 

— Говори уже, хватит придуриваться, — проворчал Грег. — Понятно, что вы с Сириусом что-то скрывали от нас, но, надеюсь, мы доказали, что нам можно доверять. Тем более что Рег что-то по-родственному знает. Давайте, колитесь. 

Брок переглянулся с Баки, который пожал плечами, отдавая ему роль рассказчика. Возражать он не собирался. В конце концов, если они собирались быть с «гадами» в одной команде, всегда был риск раскрыть больше, чем нужно, или столкнуться с очередными неожиданностями вроде Зимнего Солдата, свалившегося им на головы. 

— Ладно, — глубоко вздохнув, заговорил Брок. — Начну с того, что я помню свою прошлую жизнь, где я был не волшебником, а маглом. 

— Пробуждение памяти из-за ритуала? — спокойно уточнил Алан, выглядящий так, словно сейчас достанет перо и пергамент и начнёт вести конспект. 

— Нет, вселение, захват тела, — поправил его Брок. — Северус Снейп покончил жизнь самоубийством, а я каким-то образом занял его место. 

Наступила недолгая пауза, во время которой «гады» сосредоточенно обдумывали информацию. Наконец Барти уточнил: 

— Это было летом перед вашим шестым курсом? 

— А когда же ещё, — ответил за Брока Грег. — До этого Северус был тем ещё придурком, а потом внезапно изменился. 

— Он не выдержал разрыва с Эванс? — догадался Алан. — Да ещё та история с исподним. Он же чуть не сдох, не хотел выходить из комнаты, есть бегал украдкой на кухню, а в поезде где-то спрятался, мы не смогли его найти. 

— Не сильно-то и искали, — признался Грег. — Мы тогда и не дружили толком. Общались на уровне однокурсников с одного факультета. Он нас к себе не подпускал. Да ему и не нужен был никто, кроме этой грязнокровки и Мародёров. 

— Вы правы, он не смог вынести унижения, поэтому отравился, а я в тот момент, видимо, как раз сдох в своём мире, но при этом очень хотел выжить. Вот меня и закинуло сюда, в Поттериану, — кивнул Брок и увидел, как загорелись интересом глаза друзей. — Ща сам расскажу, не пытайте! — рассмеялся он, подняв вверх руки. — Значит, так. В моём мире все вы — герои детской сказки и фильмов. Протагонист — Гарри Поттер — сын оленя. Антагонист — Том Риддл. 

— Глава невыразимцев? — уточнил Барти, как будто в маг-Британии было много волшебников с такой фамилией. Получив в ответ согласный кивок, он живо сообразил. — Ты сказал про фильмы. Сможешь показать воспоминания? 

— Бля, их там столько… — протянул Брок. — Не на один час. Давайте я вам сейчас коротенько изложу главное, вы зададите вопросы, а кино посмотрите в свободное время. 

«Коротенько» затянулось почти на два часа, потому что по ходу повествования ему приходилось давать пояснения по устройству своего мира, отличающегося от здешнего. Что его радовало, друзья не смотрели на него как на захватчика или демона, которого надо срочно изгнать из тела. 

Когда Брок уже еле шевелил языком от усталости, к делу подключился Баки, который ошарашил всех: 

— Я тоже не Сириус Блэк. Вернее, я — он по всем показателям. У нас с ним одна кровь, магия и воспоминания, даже артефакты и ритуалы однозначно идентифицируют меня как его. У Блэков уже были такие случаи пробуждения памяти о других жизнях.

— И это случилось, когда тебя взорвал олень, — точно угадал Алан. — До этого ты был придурок придурком, почти как Северус, а потом резко повзрослел и поумнел. 

— Это моя заслуга! — гордо произнёс Герцог, лёжа на плечах Баки. — Неизвестно, чем бы всё закончилось без меня.

— Рег, а ты как к этому относишься? — осторожно спросил Алан. — Ты давно об этом узнал? 

— Недавно, — спокойно ответил тот. — Но начал догадываться уже несколько месяцев назад. Я же следил за Сири, чтобы с ним подружиться, поэтому узнавал его привычки и предпочтения. Сначала обрадовался, что он так сильно изменился, но не насторожился, ведь родители провели несколько его проверок из-за смены фамильяра. Потом стал приглядываться, анализировать его поступки и понял, что мой пустоголовый брат не смог бы перешагнуть ни через себя, ни через Мародёров, ни тем более отказаться от Джеймса. Бегал бы за ним до самой смерти. Значит, случилось что-то важное, а что? Вариантов было немного, тем более что, как и сказал Сири, у Блэков уже случалось такое раньше.  

Все неловко молчали, не зная, что сказать. Какие слова были бы уместны в такой ситуации? Сириус, живой и здоровый, сидел, покачиваясь на стуле, и курил, словно в этой ситуации не было ничего странного. Впрочем, магия способна на самые невероятные вещи, поэтому никто не удивлялся. 

— Постойте-ка… Вы были знакомы в прошлой жизни! — воскликнул Барти, — Вот почему вы так быстро нашли общий язык! Я думал, что Северус не захочет иметь ничего общего с Сириусом, но вы стали парой! 

— И это вторая часть нашего рассказа, — подал голос Брок, успевший немного отдохнуть и выпить кружку тёплого чая. 

Разговор продолжался, и к его завершению «здешние гады», включая Биннса и Каонаси, были в полном замешательстве. Они с любопытством смотрели на Зимнего, который сохранял непроницаемое выражение лица, но при этом не забывал есть печенье и пирожные, запивая их молоком. 

— Так этот… Джеймс Барнс не из вашего мира? — уточнил Алан. — А из того «параллельного», в который вы провалились из той мордредовой пещеры? 

— Ага, — кивнул Брок. — Мы были на задании, откуда сбежали через межмировой портал и снова оказались здесь, в телах Сириуса и Северуса.    

В столовой воцарилась тишина, которую нарушало только дыхание людей, не-людей и фамильяров. Все пытались осознать и принять теорию мультивселенной, подтверждение которой неспешно поглощало тульский пряник. Баки, уезжая из Советского Союза, предусмотрительно сделал запас этих лакомств. 

— А оттуда больше никто не придёт? — с некоторой опаской спросил Барти. — Вдруг ещё кто-нибудь захочет попытать счастья в другом мире. 

— У них нет ключа от портала, — сообщил Зимний. — А без него ничего не выйдет. 

— Вот счастье-то какое, — вздохнул Алан и добавил: — Давайте сделаем перерыв. У меня уже мозг кипит от переизбытка информации. Надо отвлечься на что-то другое. 

Все с энтузиазмом поддержали его предложение, и уже через минуту в столовой осталась только троица «пришельцев». Брок, окинув тяжёлым взглядом Зимнего, поинтересовался: 

— И чего ты припёрся? Я же всё устроил. Или мой «близнец» не захотел с тобой возиться? 

— Он не ты, — кратко ответил тот и посмотрел на него ангельским взглядом, в котором блестели непролитые слёзы. — Там всё совсем по-другому. Я не смог. Прости, командир. 

Брок сглотнул, неожиданно почувствовав острую жалость к этому несчастному человеку. Однако не успел он что-то сказать, как раздался спокойный голос Баки: 

— Ты используешь не те приёмы. Не включай котика и не переусердствуй, а то у меня зубы сводит. 

— Понял, — чётко кивнул Зимний и, прихватив ещё один пряник из корзинки, стоящей на столе, улизнул из столовой. 

Брок проводил его взглядом и, вздохнув, спросил: 

— Помнишь, ты как-то рассказывал мне сказку про теремок? Почему мне кажется, что я попал в неё, а не в Поттериану? 

— Это кроссовер, — сказал Баки под насмешливое тявканье кицунэ. Она занимала место среди фамильяров и выглядела очень довольной. 

Через стену просочился Биннс и сказал: 

— Господа, предлагаю отправиться к дельфинам. Нужно принять решение относительно них. Вы знаете, что они могут совершить самоубийство? Поэтому, если они нам ещё нужны, следует поспешить. 

— Не могу понять, почему они всё ещё живы, ведь Жером мёртв, — задумчиво произнёс Брок. — Может быть, в его записях есть что-то об их прежних владельцах? 

— Только отметки «не представляет опасности», — ответил Баки. — Ты думаешь, этот человек не убрал их после того, как разорвал связи с фамильярами? 

— Всему есть причина, — сказал Брок, прищурившись. — Магия — это, конечно, хорошо, но должен быть разумный обоснуй.