Дамиан и Андромеда вновь встретились на праздновании дня рождения Люциуса. По этому поводу четвёртого апреля один из престижнейших отелей Лондона был закрыт для посторонних посетителей. Парадный банкетный зал и все апартаменты высшего класса были забронированы специально для гостей, прибывших в столицу из других мест. 

Элегантные автомобили один за другим плавно подъезжали к парадному входу. Из них с грацией выходили дамы в роскошных бальных платьях и сверкающих драгоценностях и джентльмены в безупречно сидящих чёрных смокингах. Слуги, одетые в ливреи, выстроились в два ряда и с почтением кланялись им. 

Все гости были хорошо знакомы друг с другом, поэтому, входя в холл, освещённый мягким тёплым светом, они обменивались приветствиями. Каждый из них был богат и знатен и с юного возраста вращался в кругу, куда нет доступа посторонним. Они заключали династические браки, таким образом сохраняя богатства, накопленные предками. 

В высшем обществе находились те, кто выделялся даже среди представителей аристократии. Блэки были частью этой верхушки элиты, и поэтому прибытие Ориона с Андромедой вызвало значительный интерес у тех, кто строил планы на брак с этой семьей и рассчитывал на привилегии, связанные с их статусом. 

Многие узнали, что граф Линкольн и и его супруга приняли в свою семью среднюю дочь ближайшего родственника — виконта Вильерса. Это сделало её ещё более привлекательной для потенциальных женихов, которые надеялись получить полезные связи, внушительное приданое и улучшить гены своих потомков. 

Несмотря на то, что большинство маглов не имели представления о существовании магического мира, Андромеда выделялась среди незамужних аристократок даже без своего статуса сильной волшебницы и опытной ритуалистки. Её яркую красоту и энергичность невозможно было скрыть ни строгим этикетом, ни достаточно скромными нарядами, которые обычно носят незамужние девушки. 

Тот факт, что за её руку и сердце боролись несколько достойных кавалеров, не отпугивал других охотников за невестами. Напротив, это соперничество только усиливало её привлекательность, ведь обладание столь желанным призом могло возвысить победителя в глазах общества, что ценилось гораздо выше материальных благ. 

Андромеда ощущала на себе пристальные взгляды — алчные, оценивающие, завистливые. Однако её лицо оставалось невозмутимым. Она с достоинством приветствовала тех, кто подходил к Ориону, чтобы обменяться с ним парой слов. Её улыбка была такой же безмятежной, как если бы она находилась в кругу близких. 

Орион медленно прошёл в зал и, выбрав себе место у колонны, продолжал общаться со старыми друзьями и бизнес-партнёрами из обоих миров. В этот день он воспользовался артефактом иллюзий, чтобы выглядеть старше, чем был на самом деле — как сорокалетний магловский аристократ, живущий в своё удовольствие. 

Его волосы были густыми и без единого седого волоска, а взгляд оставался пронзительным и острым. Костюм подчёркивал стройную фигуру. Родовые драгоценности, такие как кольцо с гербом Блэков, запонки и булавка для галстука с крупными чёрными бриллиантами, демонстрировали его высокий статус. 

На мероприятии присутствовали около пятисот человек, но благодаря просторному залу, никто не чувствовал себя стеснённым. Официанты разносили напитки, ловко передвигаясь среди гостей. Оркестр, расположившийся на галерее, играл лёгкую классическую музыку, не мешающую общению.  

Андромеда, получив согласие отца, покинула его и присоединилась к группе молодых девушек. Хотя между ними была некоторая конкуренция, никто из них не проявлял явной неприязни, опасаясь прослыть невоспитанными и испортить свою репутацию, что вызвало бы гнев родственников и ухудшило их положение на брачном рынке. 

Вскоре раздался голос ведущего праздника, который торжественно возвестил о прибытии именинника. Все приглашённые обратили свои взоры к парадной лестнице, по которой медленно сходил Люциус. Несмотря на то что он все ещё оставался слишком худым, болезненная бледность исчезла, а глаза его сияли. 

Именинник неспешно прогуливался по залу, с признательностью принимая поздравления. Когда он приблизился к группе юных аристократок, Андромеда заметила в его поведении нечто особенное — он был напряжённым и слишком отстранённым в разговоре с ней. Причина выяснилась быстро: вскоре её нашла служанка и незаметно передала записку. 

Орион, заметив свою дочь, которая подошла к нему и попросила уделить ей немного времени, извинился перед собеседниками. Они отошли в сторону и, незаметно укрывшись под магическими чарами, чтобы не привлекать внимания, тихо обсудили приглашение на беседу, которое прислал Абраксас. 

— Хочешь встретиться с ним? — уточнил Орион, предоставляя Андромеде право выбора. Несмотря на то что её романтические чувства были вызваны приворотным зельем, она могла всё ещё испытывать привязанность к человеку, который стал её первой любовью. 

— Мне интересно, что он хочет предпринять. Зачем ему видеться со мной в таком состоянии? Вдруг у него есть какая-то важная информация, которую он хочет обменять на нашу помощь? 

— Значит, ты не веришь в его бескорыстие? — усмехнулся Орион, на что Андромеда лишь скривила губы. С тех пор как действие зелья прошло, она увидела, насколько нелепыми были её мечты об этом человеке. 

— Как мне поступить? 

— Встреча возможна, но в моём присутствии, — после недолгого раздумья произнёс Орион. — Мы не можем рисковать твоей репутацией. Хотя Малфои связаны с нами договорами, это не значит, что мы можем им доверять. 

— Хорошо, отец, тогда я найду вас после ужина, — кивнула Андромеда. Их места находились за разными столами. 

Орион вернулся к своим товарищам, а она решила пройтись по залу, устав стоять на одном месте и слушать пустые сплетни и завуалированное хвастовство девушек. Ей было неинтересно знать, на каких курортах они отдыхали, и кто из молодых джентльменов оказывал им знаки внимания.

Дамиан Крам обнаружил Андромеду на балконе. Она наслаждалась тёплым весенним ветерком и любовалась видом на залитую светом фонарей площадь. Там прогуливались туристы и местные жители. Уличные музыканты исполняли популярные мелодии, под которые пары кружились в танце. 

— Мисс Блэк, рад встрече с вами, — произнёс он, встав рядом с ней и опершись о перила. — Как вы поживаете в последнее время?

— Прекрасно, мистер Крам, — улыбнулась Андромеда. — Я думала, что вы уже вернулись на родину. 

— Интересы бизнеса задерживают меня в вашей стране. Возможно, я останусь здесь на пару лет или даже на более долгий срок. 

— Разве у вас нет дел дома? 

— С ними прекрасно справляется мой отец. Я лишь помогаю ему по мере сил, — Дамиан говорил искренне, не скрывая своего положения в семье. 

— Вы уже нашли себе друзей, мистер Крам? 

— Неужели это так просто? — с усмешкой произнёс он, перебирая нефритовые чётки. 

Андромеда ощутила странное спокойствие, словно его мягкий голос и тихий звон бусин успокаивали её, помогая привести мысли в порядок. Казалось, даже лёгкий ветерок затих, внимательно прислушиваясь к их разговору, а облака на небесах разошлись, открывая прекрасный серебристый лик луны. 

Голос распорядителя прервал её медитативный транс, заставив нервно вздрогнуть. Дамиан, заметив, что она пришла в себя, подал ей руку и предложил:

— Позвольте проводить вас к ужину, мисс Блэк. 

— Спасибо, мистер Крам, — вежливо сказала она, положив руку на его запястье и ощутив пальцами гладкость ткани. Ей показалось, что от него исходил аромат сирени, но не сладкий, а холодный, с лёгкой освежающей горчинкой. 

Пропустив вперёд гостей старшего возраста, молодёжь тоже направилась в банкетный зал. Некоторые из приглашённых тихо обсуждали отсутствие Нарциссы на празднике. Она была официальной невестой Люциуса, а брачный союз Малфоев с Блэками подтверждался контрактом, поэтому ситуация вызывала вопросы. 

Андромеда села за стол и с улыбкой поприветствовала соседей. Дамиан расположился на противоположной стороне, на пять мест левее, так что они не могли продолжить общение. Она не испытывала ни малейшего сожаления по этому поводу, поскольку её тревожило странное чувство дежавю, будто она забыла что-то очень важное.   

Эдвард Уэнтуорт, младший сын графа Страффорда, расположился справа от Андромеды и начал делиться с ней впечатлениями о своём последнем путешествии в Африку. В его словах прозвучало нечто, заставившее её насторожиться. Она стала внимательно слушать, а затем тихо задала вопрос:

— Вы сказали, что столкнулись с гипнотизёрами? Они действительно могут внушить людям что угодно?   

— Да, я стал свидетелем проявления их силы. Несколько человек, впав в транс, выполняли любые приказы: они пели, плакали, прыгали и даже издавали нелепые звуки вроде кудахтанья и мяуканья. Это было немного смешно, но жутко, — кивнул Эдвард и, наклонившись к ней, добавил тихим шёпотом: — Чем это отличается от «империо» в исполнении маглов? 

К счастью, остальные гости за столом были поглощены своими беседами и не особо следили за чужими разговорами. Андромеда нахмурилась, обдумывая эту тему, которая представлялась ей крайне рискованной и опасной в свете нынешнего сложного положения в магической Британии. Наконец она уточнила:

— Эти гипнотизёры использовали какие-то специальные приспособления? 

— У одного из них был маятник — примитивное устройство из металлической цепочки и полудрагоценного камня. А другой воздействовал на подопытных с помощью звуков и игрушки — механической птички, которая ритмично хлопала крыльями, — ответил Эдвард, а затем, проницательно взглянув на неё, спросил: — Вы тоже столкнулись с чем-то необычным, мисс Блэк? 

— Нет, — покачала головой она, не желая делиться с посторонними своими секретами. — Просто мне стало любопытно. 

— Будьте осторожны, — предупредил Эдвард. — За вами следят слишком много завистливых и алчных людей. 

— Благодарю вас, мистер Уэнтуорт, — улыбнулась Андромеда.   

Она искоса посмотрела на Дамиана, который беседовал со своими соседями по столу. Неужели он мог применить к ней технику гипноза? При встрече в чайной он вёл себя сначала навязчиво, но потом неожиданно успокоился, словно по волшебству, после того как она почувствовала лёгкое замешательство. При этом он постукивал пальцами по столу, а в зале не было посторонних. Могло ли это быть заговором с его стороны? 

Сегодня, когда они находились на балконе, он перебирал в руках чётки, и её окутало странное чувство покоя и защищённости, несмотря на настороженность по отношению к возможному противнику. Возможно, это был очередной этап его воздействия на неё? Может ли быть, что Крамы решили применить гипноз, раз приворотные зелья перестали действовать на неё после перерождения?

В таком случае, чья это была идея — Йордана и Стефании или Гриндевальда, известного своими нестандартными подходами к решению проблем? И как это отразится на планах Блэков, которые лавируют между опасными течениями?  

Андромеда, погружённая в свои мысли, не забывала поддерживать разговор с соседями. К счастью, все были поглощены едой, которую подавали официанты, и не обращали внимания на её немногословные ответы. В центре внимания находился именинник, который сидел за главным столом в окружении самых важных гостей. 

После ужина, длившегося полтора часа, Орион не присоединился к джентльменам, отправившимся в курительный салон. Вместо этого он нашёл Андромеду и пошёл с ней в зимний сад на верхнем этаже отеля. Слуги сопроводили их к лифту, а затем один из них предложил выпить чаю в уютном уголке, спрятанным за высокими растениями. 

Через несколько минут послышался тихий звук шагов и лёгкое шуршание. Высокий мужчина в чёрном костюме толкал перед собой инвалидное кресло, в котором сидел Абраксас. Тот выглядел так, будто постарел на полвека. В его волосах блестела седина, а на измождённом лице появились глубокие морщины. 

— Милорд, счастлива встрече с вами, — присев в реверансе, произнесла Андромеда, скрывая потрясение. 

— Благодарю вас за то, что согласились на мою просьбу, — слабо улыбнулся Абраксас. Его руки, лежащие поверх пледа, заметно подрагивали, а в голосе слышалась одышка. 

— Мы должны были сделать это, — добавил Орион. В его взгляде читались сложные эмоции. Очевидно, ему было сложно справиться с шоком при виде некогда блистательного графа, который покорял сердца дам своим очарованием. 

Когда все устроились вокруг стола, слуга отошёл за границу чар от подслушивания, но его пристальный взгляд не отрывался от хозяина. 

— Есть ли надежда на ваше исцеление? — прямо спросил Орион. 

— Её не было раньше, и вряд ли она появится в будущем, — ответил Абраксас, скривив губы. — Если бы такая возможность существовала, Люциус вряд ли обратился бы ко мне с просьбой о ритуале переноса магического паразита. 

— У нас есть предположение, — медленно произнёс Орион. — Возможно, этого червя удастся уничтожить, если тело носителя погибнет. Вы могли бы использовать эликсир «Живой смерти» или устроить себе клиническую смерть, тщательно рассчитав время. 

Абраксас на несколько секунд замер, пытаясь оценить информацию, и в его глазах вспыхнула надежда. Он с благодарностью ответил: 

— Я обязательно займусь изучением этого вопроса. Если специалисты выразят положительное мнение, я непременно опробую этот метод. В конце концов, мне нечего терять. Я всё равно не продержусь дольше нескольких месяцев. 

— За это время специалисты могут совершить прорыв, — напомнил Орион.

— Я тоже надеюсь на чудо, — искренне улыбнулся Абраксас и, переведя взгляд на Андромеду, сказал: — Мисс Блэк, я пригласил вас, чтобы обсудить важный вопрос, но теперь, получив призрачный шанс на выживание, не знаю, как поступить.