На первый взгляд Пьетро Максимову было не больше двадцати лет. Это был привлекательный молодой человек со светлыми волосами и стройной фигурой. Его можно было бы назвать красивым, если бы не ускользающий взгляд и брезгливое выражение лица, которые портили впечатление от его приятной внешности.

Чтобы не допустить побега, Люциус и Антон не только сковали его ноги и руки цепями, способными выдержать силу суперсолдат, но и связали его магическими путами. Пьетро, поняв, что не может покинуть небольшое помещение без окон, которое охраняли «Марки», хранил высокомерное молчание.

Вероятно, он надеялся на помощь сестры, которую пока не сумел обнаружить Джарвис. Вот только Ванде было сложно пробраться в особняк, находящийся под контролем искусственного разума. Она не могла повлиять на него, как на обычных людей, используя магические иллюзии.

Пьетро, видимо, не осознавал этого и потому был слишком самоуверен. Он не понимал, что попал не к «светлым» героям, которые соблюдают законы, а к Пожирателям смерти — злодеям, которые, как известно, не меняют свою сущность. Поэтому он ожидал гуманного обращения с пленником.

Люциус спросил светским тоном:

— Мистер Максимов, вы будете говорить добровольно или подождём вашего адвоката?

— Не играй с едой, — усмехнулся Антон, удобно расположившись на стуле и закурив сигарету. Он выглядел таким беспечным, словно находился в театре в ожидании начала спектакля.

Пьетро с презрением скривил губы, но уже через мгновение не смог сдержать крик боли. Он всегда считал себя терпеливым человеком, способным преодолеть любые трудности, но сейчас его мнение изменилось. Эти ощущения были совершенно новыми и ни на что не похожими.

Ему казалось, что его обварили кипятком, а затем под кожей зашевелились миллионы огненных муравьёв. Они вгрызались в его плоть, стараясь добраться до костей, но он не мог пошевелить даже пальцами, чтобы добраться до них и уничтожить. Поэтому ему оставалось только кричать и материться, чтобы дать выход эмоциям.

Но самым ужасным было не это, а то, что в то время как он испытывал невыносимую боль, два палача спокойно обсуждали ритуальные практики. Они вели разговор так, будто не замечали человека, который корчился на бетонном полу. Из его прокушенных губ текла кровь, смешиваясь со слюной, а глаза, казалось, были готовы выскочить из орбит.

— Мы можем использовать его для усиления защитных чар дома, — произнёс Люциус, задумчиво постукивая пальцами по бедру. — Конечно, в нём нет магии, но если использовать пытки, то можно получить достаточно энергии, чтобы заложить алтарный камень.

— Сомневаюсь, что этого будет достаточно, — покачал головой Антон. — Нужно штук пять мутантов, чтобы получилось что-то приличное. Ты же не хочешь выращивать алтарь полвека?

— А что, если провести ритуал жертвоприношения какому-нибудь тёмному божеству?

— Например, Локи? — усмехнулся Антон. — Если ты решил посвятить ему дочь, то можно сразу заложить основу для первого домашнего храма.

— Это неплохая идея, — согласился Люциус. — У нас в поместье было старое капище, которое даже после пары веков простоя фонило силой.

— Не забывай, что у него есть сестра-близнец, — Антон кивнул в сторону Пьетро. — Если использовать их кровную связь, можно достичь двух целей одновременно. Ты же знаешь, что близнецы выделяют больше энергии, когда их используют вместе. Они, конечно, не волшебники, но будут страдать не только от своей боли, но и от переживаний за близкого человека. Это компенсирует отсутствие дара.

— Ты прав, я упустил этот момент из виду, — с новым интересом глядя на пленника, кивнул Люциус. — Надеюсь, Ванда не оставит своего брата и попытается его спасти. Не хотелось бы затягивать с ритуалом. Технологии — это, конечно, хорошо, но ничто не может сравниться с надёжностью магического манора.

— Вы чудовища! Не смейте даже думать о моей сестре! — с трудом сдерживая гнев, прорычал Пьетро.

Люциус спокойно взглянул на часы и произнёс с одобрением:

— Этот парень не так и плох. Он держится почти пять минут.

— Посмотрим, на сколько его хватит. Может, мы недооцениваем его? — сказал Антон, закуривая новую сигарету. — Маглы могут преподнести сюрпризы. Вот помню, однажды, был муторный рейд…

— Твари, чтоб вы сдохли! — крикнул Пьетро.

— Зашли мы в деревню, — словно не услышав его, продолжил рассказывать Антон. — А там оказалась магловская защита — металлическая проволока под электрическим напряжением. Адриан на неё напоролся и так заорал от боли, что разбудил всех окрестных собак.

— Этот мальчишка всегда был слабаком, — поморщился Люциус и снова взглянул на часы. Затем он добавил, словно сомневаясь: — Может усилить воздействие?

— А вдруг его заклинит? — не согласился с ним Антон. — Ты же знаешь, что для ритуала важно, чтобы жертва оставалась в сознании и реагировала на пытки. Иначе чем она отличается от барана?

— Ладно, — вздохнув, кивнул Люциус и прошёлся по помещению, словно пытаясь найти что-нибудь интересное. — Скучно ждать, когда он выдохнется.

— А куда нам торопиться?

— Это ты можешь тратить время, как заблагорассудится. А у меня плотное расписание мероприятий, — поморщился Люциус.

— Что вы от меня хотите? — с трудом прохрипел Пьетро, всё-таки сдавшись. Его довело до ужаса понимание, что эти люди не просто жестоки, но и равнодушны к человеческим страданиям.

— От вас? — удивлённо приподнял брови Люциус. — Нам нужны только ваши кровь и сила, мистер Максимов.

— Не трогайте сестру, — взмолился тот. — Я сделаю всё, что вы прикажете. Можете пытать меня сколько хотите, только оставьте её в покое.

— С чего ты решил, что можешь ставить нам условия? — усмехнулся Антон.

— Вы люди или нет? — со злостью взглянул на него Пьетро, с трудом сдерживая стоны. — Вы считаете себя богами? Кто дал вам право убивать кого угодно?

— Ой, вот только давай без громких заявлений, — отмахнулся Антон. — Это не мы на вас напали, а вы с сестрой начали выслеживать нас. Что, хочешь сказать, это не так? Тогда какого хрена вы ошивались возле наших домов? Хотели наняться на работу и стать садовниками?

***

Баки провёл целый день в Хогвартсе и чувствовал себя великолепно. Это место словно источало силу, которая наполняла энергией даже самых уставших людей. Казалось, что его организм получил мощный заряд, которого хватит на долгое время. Неудивительно, что школьники были такими активными, ведь они жили здесь почти круглый год.

Некоторым ученикам стоило бы ослабить влияние Хогвартса, чтобы они не были такими резвыми и болтливыми. Например, членам новоявленного «Золотого трио», которые разговаривали, гуляя по замку, и не умолкли, даже когда летали на мётлах, хотя холодный ветер бил им в лица.

Ужинали неугомонные герои тоже вместе с Баки, на этот раз устроившись за столом факультета Рейвенкло. «Умники» подтвердили своё прозвище и потратили драгоценное время на допрос с пристрастием страшного русского колдуна. Они точно его не боялись, напротив, проявили такой энтузиазм, что тот едва успел поесть, отвечая на вопросы.

Их интересовало всё: от жизни за границей до условий содержания в Азкабане. Некоторые ученики даже делали конспекты, проявляя неподдельный интерес, словно настоящие учёные, собирающие данные для будущих исследований. «Подопытная мышь» невольно почувствовала волнение под их горящими взглядами.

— Какая система защиты в тюрьме? — спросил староста пятого курса. — Это правда, что ни один заключённый не смог убежать оттуда?

— Даже если ты выберешься из замка, то куда двинешься потом? — насмешливо спросил другой пятикурсник. — Вокруг острова на многие мили Северное море, пересечёшь его вплавь, не имея ориентиров? Трансгрессия там не работает, портала или лодки — нет. Полетишь на метле?

— Тогда уж сразу на фестрале, — рассмеялась Луна. — Они могут преодолевать большие расстояния, создавая невидимое поле вокруг себя и седока, и не боятся дементоров, в отличие от гиппогрифов или абраксанских лошадей.

Баки внимательно посмотрел на неё. Как оказалось, эта девочка, похожая на сказочную фею, не просто так посоветовала друзьям в каноне лететь спасать Сириуса Блэка именно на этих волшебных существах. На самом деле она заботилась о них, потому что не хотела, чтобы они нарушили Статут о секретности.

Он и раньше думал, что в этой детской сказке всё не так просто, как казалось на первый взгляд. Теперь он убедился, что даже второстепенные персонажи имели свои мотивы и причины действовать так, а не иначе. Просто им не хватило места в истории, чтобы раскрыть их характеры и объяснить их поступки.

За столом Рейвенкло завязался оживлённый спор о самых надёжных способах побега из тюрьмы. Вскоре в дискуссию включились и ученики из Слизерина, которые сидели рядом. Это вызвало беспокойство у преподавателей, которые с тревогой смотрели на нарушителей тишины, словно опасаясь, что они вот-вот приступят к штурму Азкабана.

— Правда же, это весело? — тихо произнесла Луна, наклонившись к Баки.

— Очень, — согласился тот, чувствуя обжигающие взгляды недовольных профессоров. — Так ты знакома с фестралами?

— Да, — кивнула Луна. — Они тоже пользуются сумеречными тропами, как и мы, поэтому я сталкивалась с ними и даже подружилась с несколькими из них.

— Как и вы? — переспросил Баки, но получил в ответ лишь загадочную улыбку.

Директор Нотт, не выдержав, поднялся со своего места и громко произнёс:

— Ученики, не отвлекайтесь от еды!

В зале наконец наступила тишина, но по горящим взглядам некоторых школьников и сотрудников школы было понятно, что дискуссия продолжится. Тема побега заинтересовала почти всех обитателей замка. Даже призраки о чём-то оживлённо шептались, зависнув под потолком Большого зала.

— Поговорите с ним, — неожиданно сказала Луна, дотронувшись до руки Баки.

— С кем и о чём? — удивлённо спросил тот.

— С Гарри, конечно, — ответила Луна и добавила, печально улыбнувшись: — Это известие расстроит его, но вы же понимаете, что такую информацию невозможно скрыть навсегда?

— Я не хочу причинять ему боль, у него и так была тяжёлая жизнь. — Баки опустил голову, чувствуя себя опустошённым. Он не желал своему младшему брату зла, но осознавал, что если тот узнает правду от посторонних, то может почувствовать себя преданным. Враги или те, кому нравится наблюдать за страданиями других, могут использовать это в своих целях.

— У него есть те, кто его поддержит, — просто сказала Луна. — Пока вы искренне любите его, он никогда не будет одиноким.

— Спасибо, — бледно улыбнулся Баки. — Теперь я знаю, как поступить.

— Не стоит благодарности, — ответила Луна. — Я ведь тоже переживаю за него.

— О чём вы шепчетесь? — с подозрением и ревностью спросил Драко, сидящий напротив них. — Вы что-то задумали?

— Он такой зануда! — невсерьёз пожаловалась Луна и добавила, напустив на себя отрешённый вид: — Его мозгошмыги слишком жирные. Пора посадить их на диету.

— Лавгуд! — возмутился Драко, покраснев.

— Хватит уже, — раздражённо закатил глаза Гарри, сидящий рядом с другом. — Вы ведёте себя как старая и сварливая супружеская пара.

— Поттер! — рявкнул Драко.

Наблюдая за ними, Баки не смог сдержать улыбку. Эти дети были настолько забавными, когда пытались притереться друг к другу, что сразу становилось ясно: их ждёт долгая и крепкая дружба, которая останется с ними на всю жизнь.

Так было и у них со Стивом. Поначалу между ними почти каждый день разгорались мелкие ссоры. Им было интересно вместе, но каждый из них упорно отстаивал свою точку зрения, что порой приводило к конфликтам.

Шли годы, они потеряли свои семьи и стали друг для друга не просто друзьями, а кем-то большим. Даже после перемещения в сказочный мир их отношения не изменились, а стали намного крепче, чем раньше.

— Гарри, покажешь мне свои любимые места в замке? — спросил Баки.

Драко открыл было рот, чтобы заговорить, но остановился, заметив, как Луна отрицательно покачала головой. Несмотря на кажущееся высокомерие, он был чутким человеком и прекрасно понимал, какая атмосфера царит вокруг.

— Конечно, — с ноткой удивления в голосе ответил Гарри и поднялся из-за стола.

Баки последовал за ним, с признательностью улыбнувшись Луне и кивнув Драко. Ему нужно было решить важный вопрос и, если потребуется, утешить младшего брата. Хотя тот и был сильным человеком, в глубине души он оставался ребёнком, которому нужна защита близких. Кто сможет спокойно вынести известие о родной матери, которая, даже обезумев после пыток, все эти годы продолжала искать похищенного сына?