Андромеда-2 (70 глава)
Уже несколько месяцев Абраксас пребывал в отдаленном поместье, не имея возможности общаться с внешним миром. Человек, который заботился о нем, появлялся здесь нечасто, раз или два в неделю. Всю работу по дому и заботу о пациенте брали на себя эльфы, которые всегда оставались невидимыми и не отвечали на вопросы.
Старинный каменный дом располагался в сердце густого леса. Дикие олени безбоязненно выходили из чащи и мирно паслись на территории, прилегающей к жилым постройкам. Это свидетельствовало о том, что животные ранее не встречали охотников и могли чувствовать себя в полной безопасности.
По глади небольшого круглого озера неспешно плавали серые утки с выводком смешных неуклюжих утят, а по мелководью важно расхаживали дикие цапли, переступая своими длинными ногами и выискивая добычу. На крыше пустующей конюшни аисты свили гнездо, откуда наблюдали за округой.
Это место, казалось, было наполнено спокойствием и умиротворением. Однако с каждым днём Абраксас становился всё более угрюмым, несмотря на то, что ему уже позволяли свободно перемещаться по поместью, и его свобода более не ограничивалась пределами маленькой комнаты, где он впервые пришёл в себя.
У него было несколько причин для плохого настроения. Во-первых, его физическое состояние оставляло желать лучшего. Даже после короткой прогулки по дому он ощущал слабость и одышку. Это заставляло его чувствовать себя немощным стариком, что было особенно неприятно для некогда активного мужчины.
Во-вторых, драконья оспа отступила, однако её последствия всё ещё отражались на внешности Абраксаса. Шрамы от нарывов не исчезали, хотя он использовал восстанавливающие эликсиры, а кожа сохраняла неприятный зеленоватый оттенок. Кроме того, из-за резкого похудения на лице появились глубокие морщины.
Но самым неприятным был резкий запах, исходящий от его тела. Ни одеколоны, ни благовонные масла, ни ароматические ванны не могли его скрыть. Наоборот, смешиваясь, они создавали едкую вонь, напоминающую животный мускус и вызывающую непроизвольные рвотные позывы.
В-третьих, Абраксас не мог колдовать. Как бы он ни старался, ему не удавалось даже зажечь крошечный огонёк люмоса. Это было настолько пугающе, что его трясло от страха. Он, потомственный волшебник, привыкший к магии с самого детства, чувствовал себя так, словно его лишили чего-то важного.
Хотя невидимые слуги выполняли его желания, осознание своей неспособности творить чары доводило его до исступления. С раннего утра и до поздней ночи он, словно одержимый, предавался медитации и пытался создать хотя бы простейшие заклинания, но его дар безмолвствовал.
Не в силах сдержать своих эмоций, Абраксас впал в истерику и начал крушить всё, что попадалось ему под руку. Однако не прошло и нескольких минут, как он упал на пол, задыхаясь от бессилия. Его сердце бешено колотилось, голова кружилась, а мышцы сводило судорогой.
В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл его «надсмотрщик». Увидев разбитый чайный сервиз и тёмные пятна на ковре, он произнёс:
— Вам следует беречь здоровье и заботиться о себе.
Абраксас почувствовал себя неловко из-за того, что его застали в такой ситуации, и медленно поднялся на ноги. Он сел на диван и с холодным спокойствием спросил:
— Когда вы отправите меня домой? Я уже достаточно окреп, чтобы перенести трансгрессию. Или верните мне мои порт-ключи, и я сам доберусь до поместья.
— Вам не стоит спешить. Здесь вы можете восстановиться без лишних свидетелей.
— Я хочу вернуться, — прищурившись, твёрдо произнёс Абраксас. — Вы не имеете права удерживать меня.
— Ваш сын думает иначе, — сказал «надсмотрщик», равнодушно пожав плечами. — Он приказал мне следить за вашим здоровьем и сделать всё возможное для вашего лечения. Я просто выполняю его волю.
— Сколько он заплатил? Я готов дать вам в десять раз больше, — предложил Абраксас, осознавая, что единственный способ вырваться на свободу — договориться с этим человеком. — Или вам нужны какие-то услуги? Я предоставлю вам всё, что в моих силах.
— Благодарю вас, сэр, но у меня есть всё необходимое, — ответил «надсмотрщик», и на его губах на мгновение появилась холодная усмешка. — Я всего лишь слуга юного господина. Не стоит видеть во мне врага. Я делаю это для вашего блага. Разве у вас есть какие-то претензии?
Абраксас, осознав искренность его слов, угрюмо молчал. Если посмотреть на ситуацию со стороны, то о нём действительно проявляли заботу. Домовые эльфы готовили лечебные блюда, которые идеально подходили для его диеты, поддерживали чистоту в доме и с вниманием ухаживали за ним.
Он носил одежду, сшитую по индивидуальным меркам, а зелья для него готовил опытный мастер, который уже много лет сотрудничал с Малфоями. Его матрас, подушки, одеяла и постельное бельё были произведены компанией, известной своим высоким качеством, что обеспечивало ему полноценный отдых.
— Разве вам не будет неловко, если о вашем состоянии узнают ваши знакомые? — продолжал «надсмотрщик». — Как только вы окажетесь дома, к вам сразу же придут посетители, которые могут заметить… некоторые неприятные вещи.
Абраксас с отвращением посмотрел на свои руки. Его бледная кожа с зеленоватым оттенком была сухой и сморщенной, словно старая бумага. От тела исходил неприятный запах, напоминающий о больных стариках, доживающих свой век в приюте, который спонсировали Малфои. Это было по-настоящему неприятно.
— Что с моей магией? — наконец спросил он, смирившись.
— Как только вы полностью восстановите здоровье, ваш дар вернётся. Не переживайте об этом.
— Сколько мне ждать?
— Всё зависит от вашего организма, — развёл руками «надсмотрщик». — Возможно, вам потребуется всего месяц. Вы молоды и сильны, поэтому процесс не должен занять много времени.
— Мне нужно написать несколько писем, — сказал Абраксас, ожидая возражений. Однако он был приятно удивлён, услышав ответ:
— Конечно, сэр. Я с радостью отправлю вашу почту.
— Почему здесь нет сов?
— Мы находимся в уединённом месте, — уклончиво произнёс «надсмотрщик».
Поняв, что не дождётся никакой полезной информации, Абраксас кивнул и поднялся с дивана. Прежде чем уйти, он сказал:
— Мне нужны книги и свежая пресса. Я передам вам список.
— Вам доставят всё необходимое в кратчайшие сроки, — пообещал «надсмотрщик», слегка склонив голову.
Абраксас прошёл в небольшой кабинет, который находился рядом с его спальней. Он сел за стол и посмотрел в окно, откуда открывался вид на высокие деревья, подступающие к дому. После разговора с этим человеком у него было о чём подумать. Несмотря на свою отстранённость и сдержанность, тот казался ему очень опасным.
Неясно, какие отношения связывали «надсмотрщика» с Люциусом, но было очевидно, что в этой ситуации подкупить его не удастся. Поэтому Абраксасу нужно было как можно скорее восстановить свои силы и магию и найти надёжный способ покинуть это место, чтобы вернуть себе свободу.
Несомненно, Люциус попытается захватить власть, воспользовавшись его болезнью. У него всегда были большие амбиции, а с поддержкой деда его шансы на успех значительно возрастали. Вскоре он достигнет совершеннолетия, и если ему удастся стать главой рода, минуя отца, тот не сможет ничего предпринять, чтобы вернуть свои позиции.
Абраксас усмехнулся, осознав, что раньше недооценивал своего сына, считая его неопытным и неспособным к конкуренции. Теперь же он сам оказался в роли почётного узника, и даже его заражение драконьей оспой казалось подозрительным. Чтобы доказать вину Люциуса, нужна была сила, способная противостоять ему.
Он не стремился к открытой войне с собственным наследником, поскольку это было бы невыгодно для их рода. Однако ничто не мешало ему действовать в тени, нанося удары исподтишка. И его оружием мог стать самый близкий человек Люциуса, которого тот, в свою очередь, тоже сильно недооценивал.
Абраксас взял лист почтовой бумаги, открыл колпачок ручки и начал медленно писать: «Здравствуй, дорогая. Надеюсь, у тебя всё хорошо. Прости, что так долго не связывался с тобой. Ты, вероятно, знаешь, что некоторое время назад я заразился драконьей оспой. Сейчас моё состояние немного улучшилось…»
Так как их с Куинни связывали долгие романтические отношения, он не заботился о соблюдении этикета. Его письмо больше походило на интимную записку, в которой мужчина выражал беспокойство о своей возлюбленной и просил прощения за долгое молчание, которое произошло из-за неблагоприятных обстоятельств.
Никто, кто прочитал бы этот текст, не заподозрил бы, что в нём скрывается зашифрованное послание. Однако Куинни должна была уловить призыв о помощи и краткие указания. К сожалению, Абраксас не мог сообщить о своём местоположении, поскольку и сам не знал, где находится.
Он надеялся, что его судьба по-прежнему важна для Гриндевальда, и тот приложит все усилия, чтобы найти его. Малфои были его союзниками, но Люциус не проявлял желания сотрудничать с родственником. Абраксас рассчитывал на это, ведь его будущее зависело от того, успеет ли он обрести свободу до того, как его сын станет совершеннолетним.
Поставив подпись и дату, он начал писать второе письмо, адресованное Нарциссе. Его тон был мягким и заботливым, как у заботливого свёкра, который искренне переживает за свою будущую невестку. Таков был его образ в глазах этой глупой девчонки, которая не понимала, что её используют как инструмент для борьбы с врагами.
«Не забывайте следить за своим здоровьем, ведь вы будущая леди Малфой», — добавил Абраксас в конце и усмехнулся. Он знал, что болезненность Нарциссы — лишь физическая слабость изнеженной юной леди, которая, пользуясь жалостью родителей, пренебрегает тренировками, считая спорт слишком грубым занятием.
Написание последнего письма для Люциуса заняло больше времени, чем для предыдущих. Этот хитрый юноша был непредсказуем, и с ним нужно было обращаться осторожно, как с диким гиппогрифом. Если сделать ошибку, он мог отреагировать чересчур резко и ухудшить положение своего отца.
С самого рождения Абраксас был окружён роскошью и вниманием. Его окружали почтительные слуги, готовые выполнить любой приказ юного хозяина. Наставники не смели наказывать его, даже если он проявлял лень. Все вокруг старались угодить ему, стремясь заслужить его благосклонность.
Он не был готов мириться с лишениями, даже находясь в заточении, поэтому пока не решался вызвать недовольство Люциуса. В своём письме он держался холодно, но в его тоне читалась забота о сыне и о том, как тот справляется с делами. Он позволил себе лишь несколько фраз, выражающих недовольство своим вынужденным карантином, но при этом признавал его разумность.
Абраксас не стал запечатывать конверты, а лишь написал на них адреса. Этим он хотел продемонстрировать, что ему нечего скрывать и он не замышляет недоброе. Вернувшись в гостиную, он передал свои письма «надсмотрщику» и сказал:
— Надеюсь, вы отправите их как можно скорее.
— Конечно, я займусь этим прямо сейчас, — кивнул тот спокойно.
— Также я хотел бы получить эти книги и прессу, — сказал Абраксас, положив на стол пергамент.
— Будет сделано, — с невозмутимым видом ответил «надсмотрщик», пробежав глазами по длинному списку названий. — Что-нибудь ещё?
— Пока на этом всё, — покачал головой Абраксас.
Они попрощались как ни в чём не бывало, и вскоре домовые эльфы принесли обед. Это были лёгкие блюда для пациента: отварные овощи, индейка и белая морская рыба, приготовленные на пару, молочный пудинг и чай из цветов хризантемы, слегка подслащённый мёдом.
Абраксас с досадой осознал, что до сих пор не чувствует ни запаха, ни вкуса пищи. Последствия болезни были неприятными и лишали его удовольствия, но в данный момент он был бессилен что-либо изменить. Ему требовалось срочно восстановить силы, поэтому он без возражений съел всё до последней крошки и выпил зелья.
Его образ жизни был весьма непринуждённым. После обеда он отправился на прогулку, преследуя сразу две цели: немного размяться и исследовать окрестности. Абраксас не мог далеко отойти от дома, но стремился увидеть как можно больше, чтобы понять, где находится это место.
Он пристально следил за положением солнца и внимательно вслушивался в звуки, доносившиеся из леса. К своему удивлению, он не смог уловить ничего, кроме пения птиц и шелеста листвы. Ни шум автомобилей, ни гудки поездов не нарушали покоя. Казалось, что на многие мили вокруг поместья не было ничего, кроме деревьев.
Через полчаса короткая прогулка завершилась. Абраксас почувствовал слабость, его ноги подрагивали. Хотя погода была довольно прохладной, он вспотел и решил вернуться домой. В его состоянии даже небольшая простуда могла стать смертельной, ведь его организм был на грани истощения.
Эльфы уже наполнили ванну тёплой водой и добавили в неё целебные зелья. Они не показывались на глаза, но дотошно выполняли свои обязанности: подготовили чистую и мягкую одежду, которая не будет раздражать нежную кожу, а также домашние туфли. Постельное бельё было свежим и успокаивающе пахло ромашкой.
Абраксас неторопливо разделся, стараясь понять, сколько в доме невидимых слуг. Если ему придётся бежать, эта информация может оказаться полезной. Он не терял надежды вернуть своё положение и наказать сына, хотя и осознавал, что тот действовал согласно своим планам, которые составил под руководством деда.
андромеда
Уже то, как умерла Винда и как показатьно ей "помог" Гриня, должно наводить на мысли. Всякие мысли.
Умному человеку должна быть понятна ценность союзников для Гриндевальда. Нулевая.
Жадность фраера погубит. Главой рода он собрался стать.