Снейп. Брок Северус Снейп-4 (2 глава)
Лили осторожно вошла в детскую и замерла на пороге. Над колыбелькой летали разноцветные шарики и погремушки, которые раньше были сложены в плетёную корзину. Гарри с улыбкой смотрел на них и махал пухлыми ручками, как будто пытаясь подманить игрушки к себе.
— Малыш... — прошептала Лили, бессильно прислонившись к дверному косяку. На её глазах выступили слёзы, но она не могла бы сказать, были они от радости или от печали.
— Что случилось? — раздался голос Петунии, которая поднялась на второй этаж, держа в руках букет из свежих цветов, срезанных в теплице. Заглянув в комнату, она охнула, увидев «карусель», устроенную племянником.
— Петти, что мне делать? — тоскливо взглянула на неё Лили. — Как только Поттеры узнают о том, что у Гарри пробудилась магия, то сразу же заберут его.
— Ты знала на что шла, — сурово сказала та, ставя цветы в вазу. Наклонившись над колыбелью, она легко коснулась щеки ребёнка и чуть мягче добавила: — Вам подарили несколько месяцев счастья, но теперь время вышло.
Лили закрыла глаза и сделала глубокий вдох, а затем взяла на руки Гарри, который радостно улыбнулся, увидев её. За прошедшие месяцы он сильно подрос и уже не был похож на крошечную куклу. Его щёчки округлились, а глаза стали ярко-зелёными, как у мамы. И даже его кудряшки медного цвета были такими же, как у неё.
Прошло шесть месяцев с того дня, когда Гарри принял участие в ритуале, который позволил ему обрести магических опекунов. Благодаря поддержке взрослых людей, маленький, истощённый ребёнок, который едва выжил после жестокого поступка своего «любящего» отца, получил возможность расти, как и другие дети.
Мэри очень серьёзно относилась к своим обязанностям и хотя бы раз в неделю приходила, чтобы принести подарки: игрушки, милую одежду или полезные мелочи вроде зачарованного светильника. Она искренне привязалась к Гарри и не жалела времени на изучение информации, которая могла бы помочь ему.
Время от времени Лили получала посылки от Северуса, которые доставлял его домовик Марк. В основном, там были зелья для детей на все случаи жизни: от простуды, для лёгкого прорезывания зубов и другие лечебные средства. Но иногда в коробках находились сувениры из разных стран.
Конечно, Гарри пока не мог оценить эти подарки, но Лили аккуратно собирала коллекцию в свободной комнате, где установила застеклённые шкафы. Иногда она подолгу рассматривала кукол в национальных нарядах, расписные шкатулки, веера и диковинную посуду и пыталась представить места, где они были куплены.
— Завидуешь? — спросила Петуния, как-то застав сестру на «выставке».
— Нет, — с улыбкой покачала головой Лили. — Ты же знаешь, что я домоседка. Для меня нет ничего милее собственного коттеджа и цветов на заднем дворе.
— Когда-то ты мечтала объехать весь мир, работать спасателем на корабле и даже слетать на луну, — усмехнувшись, припомнила Петуния.
— А ещё я хотела стать продавцом мороженого и водителем автобуса, — пританцовывая по комнате, рассмеялась Лили. Она остановилась у окна, откуда открывался вид на внутренний дворик, и, поцеловав сына в нежную щёчку, беззаботно сказала: — Когда-нибудь я сделаю то, что загадывала в детстве. Почему бы и нет? У нас ещё полно времени. Вся жизнь впереди. Гарри подрастёт, и мы с ним отправимся в путешествие!
Петуния опустила взгляд, пытаясь скрыть свои грусть и сочувствие к младшей сестре. Хотя они обе сильно изменились за последние два года, некоторые вещи оставались прежними. Несмотря на небольшую разницу в возрасте, Лили всегда казалась ей ребёнком, которого нужно оберегать и защищать от любых бед. Так было всегда, с самого их детства.
Когда-то такие взаимоотношения вызывали у Петунии злость и раздражение. Однако после того, как она вышла замуж и взглянула на своих родственников со стороны, то осознала причину двойных стандартов, которые царили в их семье. Сейчас она и Лили вели себя так же, как и их родители, когда речь заходила о Гарри. Всё их внимание было сосредоточено на нём, в то время как остальные вопросы отходили на второй план.
Хорошо, что Эдмунд был очень чутким и заботливым человеком. Он с пониманием отнёсся к просьбе жены вернуться на родину и даже согласился остаться дома до тех пор, пока здоровье её племянника не улучшится. Он без колебаний отложил своё путешествие и договорился с друзьями, что присоединится к ним на следующем этапе исследования природы Южной Америки.
Теперь у Петунии не было причин оставаться в Британии, ведь Гарри не только выздоровел, но и обрёл магию, что очень важно для волшебного мира. Конечно, Лили будет скучать по сыну, но в этой ситуации никто не мог ей помочь. Она сама согласилась на условия договора с Поттерами, и теперь его нельзя было расторгнуть, если только обе стороны не согласятся на это.
Однако было глупо надеяться на такой исход дела, поэтому Петуния, откашлявшись, строго сказала:
— Сообщи Джеймсу о том, что у Гарри был выброс. Нельзя скрывать такие вещи.
— Я знаю, — тяжело вздохнула Лили и нежно поцеловала сына. — Я уже не ребёнок и понимаю, что не всё будет идти так, как я захочу.
— Мы все повзрослели, — согласилась Петуния, печально улыбнувшись, и добавила: — Всё будет хорошо.
Лили села в кресло и, достав волшебную палочку, призвала патронуса. Гарри с радостью замахал руками, пытаясь дотронуться до полупрозрачной сияющей иллюзии. Но она, словно живая, ускользала от него, игриво прыгая по воздуху. Казалось, что между ними царит полное взаимопонимание.
Когда патронус умчался доставлять сообщение, Лили почувствовала, как её фамильяр запрыгнул ей на колени и замурчал. Он потёрся головой о руку Гарри, выпрашивая ласку.
— Кажется, перед этим ребёнком никто не может устоять, — улыбаясь, сказала Петуния.
— Главное, чтобы это правило работало в отношении Поттеров, — поморщилась Лили.
Не прошло и пары минут, как послышался мелодичный перезвон сигнальных чар. Кто-то просил допуск в дом.
— Прибыл наш прекрасный принц, — насмешливо скривила губы Петуния и, забрав у сестры ребёнка, добавила: — Впусти его, а не то он устроит скандал. Отвратительно избалованный мальчишка!
Джеймс и правда выглядел нервным и возбуждённым, переминаясь с ноги на ногу у калитки. Увидев Лили, он нетерпеливо воскликнул:
— Почему так долго?
— И тебе доброго дня, Поттер, — спокойно ответила она, давая ему допуск. — Как поживаешь?
— Это правда? — не обращая внимания на её слова, спросил Джеймс.
— Думаешь, я стала бы шутить такими вещами? — нахмурилась Лили.
— Я должен измерить его силу, — сказал Джеймс и добавил, пресекая возможные возражения: — Теперь это безопасно!
Он быстро поднялся по лестнице на второй этаж и, увидев Петунию, сдержанно кивнул ей, как будто не был с ней знаком. Его интересовал только Гарри, которого он не видел больше двух месяцев. Им не запрещали встречаться, но у Джеймса не было на это времени. Да и что может быть интересного в общении с младенцем?
Несмотря на явное недовольство Лили и презрение Петунии, он достал артефакт и взял каплю крови у ребёнка. Тот тихо заплакал, словно вспомнив о прошлой проверке, которая могла стоить ему жизни. Но Джеймс не обратил на это внимания, а был сосредоточен на шкале, которая медленно заполнялась, пока не достигла максимального уровня.
— Да! Это мой хороший сын! — воскликнул он, счастливо улыбаясь.
Петуния стиснула зубы, с трудом удержавшись от ругани, а Лили поинтересовалась:
— Что вы собираетесь делать дальше? Ты заберёшь Гарри?
— Не сегодня, — легкомысленно отмахнулся Джеймс и пояснил: — Мама всё ещё слаба, чтобы присматривать за Гриффином. А мы с отцом постоянно заняты.
— То есть сын останется со мной? — прищурившись, уточнила Лили. По её лицу нельзя было понять, какие эмоции она испытывает.
— Временно, пока здоровье мамы не улучшится. Ты ведь хотела, чтобы он побыл с тобой подольше, — ответил Джеймс и засобирался: — Мне надо сообщить родителям хорошую новость. Увидимся в другой раз.
Когда он ушёл, Петуния весело рассмеялась и сказала сестре:
— Вот видишь, а ты боялась, что у тебя отберут ребёнка. Но, как мне кажется, Поттеры не слишком заинтересованы в нём. Они обратят на него внимание, только когда он немного подрастёт. А пока им нужна лишь надёжная няня, которая освободит их от лишних забот.
***
Джеймс постучал в дверь и услышал тихий голос: «Входи, сынок». Юфимия полулежала на диване с книгой в руках. Она улыбнулась ему и спросила:
— Ты куда-то ходил?
— Да, меня вызвала Лили. У Гриффина был стихийный выброс!
— Правда? — обрадованно воскликнула Юфимия и села ровнее. — Как это было? Что он сделал?
— Эм… я забыл уточнить, — смутился Джеймс. — Я так торопился сообщить вам эту новость…
— Ничего, ничего, мы всё наверстаем, — счастливо улыбнулась Юфимия. — Ты сделал замеры?
— Артефакт показал высший уровень силы!
— Магия благоволит нам! Наконец-то мы преодолели тёмную полосу в жизни. Теперь всё будет хорошо. Больше никаких неприятностей, — взволнованно всплеснула руками Юфимия. На её глазах навернулись слёзы, которые она торопливо вытерла платочком. — Ты сообщил об этом отцу?
— Я не успел, но сделаю это прямо сейчас, – пообещал Джеймс. Он немного неуверенно добавил: — Мама, я сказал Лили, что Гриффин пока побудет с ней. Боюсь, маленький ребёнок будет вас тревожить, и вы не сможете отдохнуть.
Юфимия задумалась, но всё же кивнула и сказала:
— Ты прав, сынок. Ему не помешает материнская ласка. Он слишком мал, чтобы отдать его на полное попечение домовиков. А я пока слишком слаба, чтобы заботиться о нём. К тому же эта грязнокровка обходится нам дешевле профессиональной няни. Так что пока пусть всё остаётся по-прежнему.
Джеймс поцеловал руку матери и пошёл в свой кабинет, чтобы написать письмо, но по пути решил, что будет лучше поделиться хорошими новостями лично. Он знал, что отец сейчас должен быть на предприятии, принадлежащем их семье, где производили косметические средства для магловского мира, поэтому направился прямо в его офис.
Выйдя из камина, Джеймс огляделся и услышал голоса из соседней комнаты. Он поспешил туда, чтобы обрадовать отца своим известием, но, толкнув неплотно закрытую дверь, замер на пороге. Поняв, чему стал случайным свидетелем, он резко отвернулся и растерянно пробормотал:
— Простите, я не хотел…
За спиной послышались шелест ткани и приглушённый шепот. Раздался быстрый стук каблуков по полу, и только после этого прозвучал недовольный голос Флимонта:
— Что случилось? Почему ты явился без предупреждения? И повернись уже. Не стой там, как столб!
Джеймс выполнил приказ, но не посмел посмотреть в лицо отца. Глядя в пол, он сообщил:
— Сегодня у Гриффина был стихийный выброс. Артефакт показал высокий уровень силы.
— Хоть какая-то польза от этого отродья, — недовольно проворчал Флимонт. Он и раньше не очень любил своего внука, а за те месяцы, что тот считался маглом, его отношение к нему совсем испортилось. — Ты привёз его в поместье?
— Нет, — покачал головой Джеймс. — Матушка пока слишком слаба, маленький ребёнок в доме может ухудшить её состояние. Лили не против присматривать за ним и дальше.
— Неплохая идея, — согласился Флимонт. — Мне и самому не очень хочется слышать детские крики. К сожалению, малышей трудно удержать в их комнатах. Они могут случайно аппарировать. Ты доставлял нам много хлопот, пока не подрос.
В голове Джеймса крутился вопрос, который он, наконец, решился задать, хотя и опасался навлечь на себя гнев отца.
— Эта женщина — ваша любовница?
— А ты как думаешь?
Джеймс наконец взглянул на отца, ожидая увидеть на его лице раскаяние или хотя бы тень вины. Но вместо этого он заметил лишь скуку и насмешку.
— А как же мама?
— А что с ней не так? — ответил Флимонт, скривив губы. — Это никак не повлияет на наш брак. Или ты настолько глуп, что веришь в вечную любовь? Мы с твоей матерью магические партнёры, а не герои слащавого романа.
брок северус снейп
А Поттеры все эгоисты и снобы.
Спасибо большое 🌞
спасибо за продолжение, надеюсь,что бы дальше не было, малыш Гарри будет счастлив