«Я немедленно напишу письмо милорду и отправлюсь в совятню. Как раз успею до начала урока», — сказала Милана, утирая слёзы. Она достала из сумки чистый пергамент, перо и чернильницу и, не садясь на стул, быстро написала несколько фраз и поспешила покинуть Большой зал. 

— Что будем делать? — с тревогой спросил Джонатан Кэрроу. 

— Пойдём на уроки, — ответил ему Этьен Писсарро. — Если нам засчитают прогулы, то начислят штрафные баллы и запретят тренировки. Мы не можем подвести Джастина. Для него важны победы в дуэльных турнирах, а у нас мало времени для подготовки. 

— Может, подежурим у больничного крыла? — предложил Серж Фортескью.

— Если я хорошо узнал нашего декана, то Джастина уже переправили в больницу Святого Мунго, — покачал головой Мартин Уолтерс. — Хотя они и не заключили ученический контракт, их отношения больше похожи на родственные. Кроме того, Северус Снейп-Принц лично попросил декана позаботиться о своём младшем брате. И милорд Октавиус ясно дал понять, что ценит Джастина как близкого родственника.   

— Вы видели, директор Блэк тоже пошёл с деканом Слагхорном, он ведь дедушка Сириуса Блэка — магического партнёра Северуса Снейпа-Принца, — сказал Джонатан. 

— Так, малышня, быстро все по классам! — строго произнёс староста седьмого курса Слизерина. — Мы тоже волнуемся за вашего командира, но это не повод отлынивать от занятий. 

Друзьям пришлось покинуть Большой зал под его внимательным взглядом. Никто не посмел спорить и навлекать на себя гнев старших. 

***

Мартин был прав: Слагхорн без промедления направился к медицинскому порталу, который находился в больничном крыле Хогвартса. Им пользовались в экстренных случаях, когда кто-то из обитателей замка оказывался в серьёзной опасности. Джастин был очень плох, но его состояние не афишировалось, чтобы не напугать учеников.

Дежурный целитель, увидев неподвижное тело, мгновенно приступил к работе, унеся его в смотровой кабинет. Слагхорн и Арктурус, оставшись в приёмном покое, отказались от чая, предложенного медсестрой, и, сообщив ей необходимые данные о пациенте, устроились на скамейке. 

Они были не только обеспокоены состоянием Джаса, но и встревожены нападением на него. В Хогвартсе, конечно, не проходило и недели без каких-либо драк или дуэлей. Юные волшебники, стремясь показать свою способности и завоевать престижные позиции в школьной иерархии, не жалели сил. 

Однако этот случай отличался от других: пострадавший был на грани жизни и смерти из-за отравления ядом. Если виновные будут найдены, то им грозит исключение из школы, ведь Хогвартс имел статус убежища, в котором несовершеннолетние волшебники находились под защитой преподавателей. 

— Господин директор, как вы думаете, кто стоит за этим нападением? — спросил Гораций, утирая платочком пот со лба. 

— Принцы, — без малейшего сомнения ответил Арктурус. — Это их стиль. Осталось найти доказательства. 

— Эти подростки так жестоки, — пробормотал Гораций. — Я уже несколько раз предупреждал их о недопустимости подобного поведения, но они пропускают мои слова, как нечто незначительное. 

— На редкость избалованные молодые люди, которым не помешает хорошая порка, — неодобрительно покачал головой Арктурус.

Они замерли в тревожном ожидании, но минуты текли, а целитель всё не возвращался к ним. Спустя полчаса пламя в камине вспыхнуло, и в приёмном покое появился Октавиус. Он выглядел обеспокоенным и сразу же направился к дежурной медсестре, у которой спросил:

— Как себя чувствует Джастин Снейп-Принц? Я могу его увидеть?

— Он сейчас проходит осмотр, милорд, — сказала женщина, узнав его. Она указала на людей, сидящих в углу. — Директор Блэк и декан Слагхорн тоже ждут результатов обследования. 

Октавиус кивнул ей и направился к своим старым знакомым, которые поднялись ему навстречу. После обмена приветствиями Арктурус рассказал всё, что было известно на данный момент, и заверил, что проведёт тщательное расследование происшествия, как только они вернутся в Хогвартс. 

— Мы предполагаем, что это дело рук Юлия и Клавдия Принцев, — осторожно добавил Гораций. — Если мы найдём доказательства… 

— Наказывайте их так, как полагается по правилам Хогвартса, — твёрдо заявил Октавиус. — Я не буду вмешиваться и заступаться за них, напротив, жду от вас справедливого решения. 

Гораций облегчённо перевёл дух, ведь он волновался о том, что окажется между двух огней. За долгие годы работы в школе он часто сталкивался с давлением со стороны родственников провинившихся учеников. Те просили его о дружеской услуге или даже угрожали ему, чтобы замять неприятные дела. 

Такая ситуация складывалась не только на Слизерине, но и на других факультетах. И при желании деканы могли приобрести множество крупных и мелких должников или, наоборот, получить проблемы. Поэтому им приходилось быть осторожными, ведь некоторые их подопечные происходили из влиятельных семей. 

Гораций избегал неприятностей благодаря полезным связям. Он не зря активно развивал свой клуб и поддерживал отношения с бывшими учениками, которые охотно оказывали ему поддержку. В ином случае его давно «научили» бы, как относиться к привилегированным подросткам, многие из которых заслуживали порки. 

— Как вышло, что Джастина никто не хватился? — спросил Октавиус. 

— Это моя вина, — ответил Гораций. — Я отбыл на конференцию и оставил его без защиты. 

— Вы преувеличиваете, — отмахнулся Октавиус. — Никто не может находиться рядом с учениками круглые сутки. 

— Думаю, нам надо пересмотреть расписания выходных дней. Пусть дети отдыхают днём, но они должны проходить проверку перед отбоем. Так мы хотя бы сможем избежать одной проблемы, — заметил Арктурус и не успел продолжить, как в приёмном покое появился целитель. Он подошёл к ним и, поприветствовав, сообщил:

— Жизни пациента ничего не угрожает. Однако ему придётся остаться в больнице на несколько дней и пропить курс детоксикационных и укрепляющих зелий. 

— Что это был за яд? — спросил Октавиус. 

— Я предоставлю вам отчёт, милорд, — ответил целитель. 

— Составьте список зелий, я сам займусь их изготовлением, — кивнул Октавиус. 

— Благодарю вас, милорд, это было бы очень хорошо, — признательно поклонился целитель. — Вы можете покинуть больницу. Пациент будет спать не менее шести часов. Когда он проснётся, вы сможете навестить его. 

— Устройте его в лучшей палате, — сказал Октавиус. — Я оплачу счета. 

— Этого не требуется, — улыбнулся целитель и напомнил: — В нашей больнице члены семьи мастера Снейпа-Принца обслуживаются бесплатно и по высшей категории. 

На лице Октавиуса появилось гордое выражение, которое он даже не пытался скрыть. Внук был его отрадой — человеком, который сочетает в себе лучшие черты предков и уже прославил род, получив заслуженное признание не только в магической Британии, но и далеко за её границами. 

— Что ж, тогда я отправлюсь готовить зелья, — сказал он, получив от целителя список. — Думаю, мне потребуется около трёх часов на работу. После этого я приду в Хогвартс, чтобы узнать новости о расследовании. 

Гораций и Арктурус вернулись в школу и, отменив на сегодня уроки зелий, начали опрашивать домовиков, волшебные портреты и призраков. Очень скоро картина преступления сложилась, явно доказывая, что в нём замешаны близнецы Принцы. 

Хотя Юлий и Клавдий пытались скрываться, но они не имели надлежащих умений, поэтому их заметили по пути на стадион и возвращающихся обратно примерно в то время, когда там занимался Джастин.   

Когда Октавиус появился в школе, доставив зелья в больницу, и выслушал собранную информацию, он только попросил быть свидетелем разговора с близнецами. Гораций вызвал их во время обеденного перерыва и пригласил их отца. 

Маркус пришёл в Хогвартс, воспользовавшись разовым разрешением на перемещение через камин директора. Увидев дядю, он заметно встревожился. Однако ему не позволили задать вопросов, потому что вскоре домовик привёл Юлия и Клавдия. 

— Итак, господа, мы собрались здесь, чтобы расследовать преступление, совершённое против ученика второго курса Джастина Снейпа-Принца, — произнёс Арктурус. 

— Вы подозреваете в этом моих детей? — нахмурился Маркус. 

— У нас есть доказательства того, что это сделали Юлий и Клавдий Принцы, — спокойно взглянул на него Арктурус. — Мы провели расследование и выяснили, что вчера около семи часов вечера они вдвоём отправились на стадион, где в это время тренировался потерпевший. 

— Это какая-то ерунда! — сердито воскликнул Маркус. — Ученики имеют право перемещаться по замку в разрешённое время. Или стадион был полностью забронирован для этого… юноши? 

— Пригласите сюда Пивза, — сказал Арктурус. Когда полтергейст просочился в кабинет сквозь стену и, почтительно поклонившись, завис в воздухе, он спросил его: — Что именно ты видел вчера вечером, когда находился на седьмом этаже западного крыла? 

— Эти ученики прошли в сторону стадиона. Чуть позже другой ученик, Снейп-Принц, спустился на поле. Через несколько минут эти двое вернулись в школу, — доложил Пивз. 

— Почему ты не сообщил об этом деканам? — строго взглянул на него Гораций. 

— Я был занят, а потом забыл об этом, — смущённо ответил Пивз. — Пожалуйста, простите меня. Я не думал, что это важно. 

— И это все доказательства? — усмехнулся Маркус. 

— Нет, — покачал головой Арктурус и вызвал следующего свидетеля — нарисованного рыцаря Бёрка, чей портрет висел рядом с лестницами. 

— Эти молодые люди сегодня утром обсуждали то, как отомстили «этому ублюдку из Лютного», — сообщил он, указав на близнецов. — Они говорили тихо, но у меня прекрасный слух. 

— Итак, вы признаёте свою вину? — спросил Арктурус у Юлия и Клавдия, но те дружно замотали головами, отрицая обвинение, а Маркус сказал:

— Вы слишком предвзяты, господин директор. Я возмущён вашим отношением к моим сыновьям и требую справедливого разбирательства! 

Однако не успел он продолжить, как Октавиус, поднявшись с кресла, подошёл к близнецам и, встав перед ними, размеренно произнёс: 

— Я приказываю вам сказать правду как ваш господин. Если вы обманете, то пусть магия накажет вас так, как посчитает нужным. 

— Дядя! — шокировано воскликнул Маркус. — Вы слишком жестоки к детям. 

— Итак, я жду, — словно не услышав его, сказал Октавиус, глядя на побледневших близнецов. — Или вы отказываетесь отвечать своему сюзерену? 

— Мы… Я… — срывающимся голосом пробормотал Юлий, а потом, указав на младшего брата, крикнул: — Это он украл у дедушки артефакт иллюзий и предложил обмануть ублюдка, а потом сделать с ним что-нибудь! 

— Что? Да это ты сказал мне украсть артефакт! — возмутился Клавдий. — Милорд, не верьте ему! Вы ведь знаете, что я никогда не посмел бы сделать такое! 

— Значит, вы напали на Джастина? — прищурился Октавиус. — Откуда вы взяли яд? 

— Он был в сейфе у дедушки, — опустив голову, признался Юлий. — Мы подслушали, что он не убивает жертву, а только парализует её на несколько дней. Поэтому мы решили подшутить над ублю… Снейпом-Принцем. 

— То есть отравить человека — это шутка в вашем понимании? — возмутился Гораций. 

— Он ведь остался жив, — пробурчал Клавдий, бросив взгляд на Октавиуса. — Мы не убийцы. Просто хотели проучить его. 

— Что ж, картина ясна, — кивнул Арктурус. — Я созову педсовет и приглашу представителей от попечителей Хогвартса, чтобы рассмотреть вопрос об исключении из школы этих учеников. 

— Дядя, прошу вас, заступитесь за мальчиков! Будьте милосердны к ним! Что с ними будет после исключения из Хогвартса? Даже если они поступят в заграничную школу, это повлияет на их будущее! — в отчаянии воскликнул Маркус. Но в ответ он услышал лишь холодное: 

— Тебе бы лучше позаботиться о своём собственном положении. 

Это заставило его задрожать от страха. Он прекрасно знал, насколько мстительным мог быть Октавиус, когда речь шла о чём-то важном. Пример Эйлин был ещё свеж в его памяти. Если отец не общался с дочерью долгие годы из-за её непослушания, то что он сделает с родственниками, которые осмелились ослушаться его приказа?