Гости с трепетом следили за церемонией бракосочетания. Молодожёны, взволнованные и такие красивые, взялись за руки и не могли оторвать друг от друга влюблённых взглядов. С неба медленно падали нежные белые и розовые лепестки чайных роз, наполняя воздух волшебным ароматом.

Подружки невесты не могли сдержать слёз, слушая клятвы Долорес и Алана. Даже у шаферов жениха покраснели глаза от переполняющих их эмоций. Простые и искренние слова молодой пары тронули сердца всех присутствующих, включая опытного ритуалиста, который провёл не одну свадьбу.

Гризельда Марчбэнкс занимала место в первом ряду, рядом с членами семьи Амбридж. Несмотря на солидный возраст и полностью седые волосы, она выглядела прекрасно в своём тёмно-синем шёлковом платье, украшенном лишь камеей из слоновой кости. Руки в шёлковых перчатках крепко сжимали веер.

Со стороны Долорес также расположились её друзья и коллеги, а также сослуживцы отца со своими жёнами. «Чистильщики», «уборщики» или «мусорщики», как называли волшебников, работающих в «убойном» спецотделе аврората, выделялись своим внушительным видом и сосредоточенными взглядами.

Однако сейчас даже эти суровые люди выглядели растроганными и взволнованными. Они знали малышку Долли с самого её рождения и любили как родную племянницу. Эти чувства были обусловлены тёплыми отношениями с её отцом, который посвятил большую часть своей жизни служению обществу и защите сограждан.

У Амбриджей не было родных, поскольку Орфорд и его жена были сиротами. Они познакомились в магловском приюте, где жили до совершеннолетия. Однако их друзья стали для них настоящей семьёй, разделяя с ними и горести, и радости. Эти отношения были ближе кровных, так как были основаны на взаимном уважении и доверии.

Со стороны Алана тоже было не так много гостей. За последние десятилетия некогда многочисленный род Эйвери значительно сократился. Сейчас в нём насчитывалось всего около двадцати человек, хотя ещё около века назад на семейных праздниках собиралось не менее сотни родственников.

В результате череды трагических событий Алан потерял двух родных дядей и их жён. Они оставили после себя трёх дочерей, которые сейчас жили за границей. В течение короткого времени не стало двоюродных дедушек, прадедушек, бабушек и прабабушек, хотя, по меркам волшебников, они были ещё не так стары и в целом здоровы. Несколько кузенов и кузин погибли из-за несчастных случаев и болезней.

Казалось, что несчастья преследуют британских Эйвери. Возможно, именно поэтому глава рода с радостью согласился отдать Алана в род Марчбэнксов. Так он хотел обезопасить своего младшего внука, которого искренне любил, хотя и старался не показывать этого, чтобы не навлечь на него беду.

Вот и сейчас на его строгом лице не отражалось никаких эмоций, но внимательный взгляд был прикован к паре, которая стояла у цветочной арки. Лишь когда ритуалист наконец завершил церемонию, и золотистые полупрозрачные нити связали молодожёнов, в уголках его глаз появилось лёгкое покраснение, а губы сжались чуть сильнее обычного, но эти изменения вряд ли были заметны посторонним.

Алан нежно поцеловал руку Долорес и, не в силах сдержать улыбки, посмотрел на неё с искренней радостью. Когда раздались аплодисменты гостей, он словно очнулся от своих мыслей и, повернувшись к ним, с поклоном принял поздравления. Первыми к ним подошли главы родов, затем родители и другие родственники. Каждый из них говорил слова любви и поддержки, которые были столь же искренними, сколь и тёплыми.

Вскоре всех присутствующих пригласили на свадебный завтрак. Столы, покрытые белоснежными скатертями, были сервированы серебряными приборами. Фарфоровая посуда, украшенная гербом Марчбэнксов, создавала атмосферу торжественности. В вазах стояли изысканно оформленные цветочные композиции, придавая праздничной трапезе еще больше очарования.

— Я чувствую себя очень странно, — пожаловался Брок, выпив немного шампанского. — Почему мне кажется, что я — старший брат Долли, который отдал свою любимую сестрёнку какому-то проходимцу?

— Стареешь, командир, — усмехнулся Зимний, с благодарностью кивнув официанту, который подал ему салат.

— Наглый кабан украл нашу маленькую милую капустку, — пошутил Баки, взглянув на счастливо улыбающихся молодожёнов.

— Интересно, что вы почувствуете на нашей с Арианой свадьбе? — спросил Грег.

— Прибери свои грязные мысли, она ещё ребёнок! — нахмурившись, грозно сказал Брок. Но вскоре он рассмеялся и добавил: — Дядюшка Аби не согласится так быстро отдать тебе свою фею. Так что пока мы можем быть спокойны.

— Вы точно мои друзья? — притворно обиделся Грег.

— В этом деле мы на стороне Аберфорта, — пожал плечами Баки.

Когда пришло время дарить подарки, Брок поднялся из-за стола и, подойдя к молодожёнам, передал им шкатулку. В ней лежали документы, два браслета и старинное изумрудное ожерелье. С улыбкой на лице он произнёс:

— Дорогие наши друзья, я с радостью дарю вам от всех «слизеринских гадов» поместье в Сан-Ремо. Надеюсь, вы проведёте там незабываемый медовый месяц!

— Месяц? — удивлённо приподняла брови Долорес.

— Разумеется, — кивнул Брок. — Алан прекрасно справился со своими заданиями и заслужил продолжительный отпуск. Когда вы вернётесь, ему, конечно, придётся работать вдвое больше, чем обычно, но мы уверены, что он не будет против.

Все рассмеялись, а глава рода Эйвери, улыбаясь, одобрительно кивнул. Его младший внук нашёл себе замечательных друзей, которые не только были верными союзниками, но и оказались очень щедрыми людьми. Гризельда Марчбэнкс тоже выглядела очень довольной. Хотя она и сама была богата, подарок произвёл на неё приятное впечатление своим масштабом.

Остальные гости тоже не скупились: они преподнесли молодожёнам драгоценности, крупные суммы денег, дорогой автомобиль, несколько старинных артефактов и произведений искусства. Каждый из них поднимал тост за счастье новой семьи, желал ей процветания и, конечно, здоровых детей.

Спустя два часа после начала торжественного завтрака, все гости и хозяева отправились отдыхать. Вечером предстоял свадебный приём, а ночью — ритуал, который вводил наследницу и её супруга в род Марчбэнксов на равных правах. В ожидании этих событий гости могли немного поспать в отведённых им комнатах или прогуляться по поместью.

Брок сбросил туфли и, развязывая галстук, направился в ванную, где слуга уже приготовил для него купальню, наполненную приятной тёплой водой. Из окна открывался чудесный вид на парк: аккуратно подстриженные деревья шелестели листвой, в их ветвях щебетали птицы, а в воздухе витал нежный аромат роз.

Дверь в соседние покои распахнулась, и появился Баки, который на ходу разговаривал с кем-то по переговорному зеркалу. Увидев полураздетого Брока, он спросил:

— Почему ты не отвечаешь на звонки?

— Что-то случилось? — удивился тот, не успев снять рубашку.

— Здесь милорд Октавиус, — ответил Баки и передал ему зеркало.

— Доброе утро, сэр, — произнёс Брок, увидев в отражении лицо деда.

— Здравствуй, внук. Прости, что отвлекаю тебя от праздника, но это срочное дело, — сказал Октавиус. — Недавно мне позвонил мистер Риддл. Он сообщил о проблемах с Аркой Смерти и попросил вашей помощи.

— Как это касается нас? — нахмурился Брок. — Мы не артефакторы и не ритуалисты, ну, кроме Барти и Рега. Но они вряд ли опытнее невыразимцев.

— Дело в том, что Арка Смерти каким-то образом… вошла в контакт с вашим летательным аппаратом, и он, кажется, собирается переместиться к ней, — ответил Октавиус. — И ещё одна проблема: мисс Гонт находится внутри него и не может выбраться.

— О… — задумчиво произнёс Брок и, взглянув на Баки, пообещал: — Хорошо, мы сейчас пойдём в отдел Тайн.

— Будьте осторожны, — сказал Октавиус. — Если там действительно опасно, не рискуйте собой.

— Хорошо, сэр, не волнуйтесь, — кивнул Брок и, закончив разговор, спросил у Баки: — Что ты думаешь по этому поводу?

— Наш НЛО хочет сбежать, захватив заложника, — ответил тот и добавил: — Переодеваемся и через пять минут идём в министерство.

Они разошлись по своим гардеробным, чтобы сменить официальные костюмы на более удобную одежду, а затем встретились в общей гостиной и направились в трансгрессионную комнату, где находился гостевой камин, подключенный к дымолётной сети. Оба были молчаливы и сосредоточены, погружённые в раздумья о возникшей проблеме.

В отделе Тайн царила непривычная суматоха. На стенах мигали красные лампы и надписи «Опасность!», слышалось лёгкое потрескивание, словно от разрядов электричества. Невыразимы, обычно сохраняющие спокойствие и невозмутимость, сейчас бегали по коридорам, громко переговариваясь. В воздухе витал тяжёлый запах гари, усиливая общую тревогу.

Брок и Баки стремительно продвигались вперёд, чтобы как можно скорее попасть в ангар, где находилась мятежная космическая яхта. Однако не успели они дойти до цели, как раздался оглушительный грохот, и одна из стен с треском обрушилась. С потолка посыпалась штукатурка, и в этот момент зазвучал пронзительный сигнал сирены.

— Господа, вы прибыли как нельзя вовремя! — воскликнул Риддл, появившись из-за замаскированной двери.

— Разве стены не магические? — спросил Баки, не тратя время на приветствия.

— Недавно мы возвели каменные, — ответил Риддл. — Но это неважно. Давайте попытаемся остановить корабль. В нём находится Меропа.

Они поспешили к ангару, и Брок спросил на бегу:

— Если дело дойдёт до выбора, кого мы будем спасать в первую очередь?

Риддл бросил на него пронзительный взгляд и решительно ответил:

— Корабль и Арку!

Брок молча кивнул, не пытаясь оспаривать его решение. Невыразимцы имели свои убеждения, и дело для них было важнее любых других связей. Некоторые могли бы назвать их жестокими, но такова была их работа. Каждый из них был готов отдать свою или чужую жизнь ради достижения высшей цели.

Яхта уже разрушила несколько стен и уверенно продвигалась к подземелью, где находилась Арка Смерти. Её скорость значительно замедляли магические путы, окутавшие корпус, но было очевидно, что они не способны полностью остановить её и вернуть на место.

Десятки невыразимцев пытались использовать заклинания, но они отражались от металлических боков корабля, оставляя лишь небольшие подпалины. Риддл поспешил на помощь своим подчинённым. В руках у него был странный на вид прибор, который, после активации, создал полупрозрачную завесу, укрепив стены.

— Отставить атаку! — крикнул Баки, когда очередной выстрел из пушки, установленной на яхте, едва не сжёг двух человек.

— Полномочия подтверждены, — после короткой паузы раздался механический голос искусственного интеллекта.

— Вернуться на прежнее место стоянки! — приказал Баки, и корабль медленно начал двигаться в сторону полуразрушенного ангара.

Невыразимцы не почувствовали облегчения от того, что ситуация временно разрешилась. Напротив, их движения стали более напряжёнными. Они не опустили волшебные палочки и не отключили приборы, создающие помехи для движения яхты, хотя уже убедились, что эти артефакты почти бесполезны в данной ситуации.

Когда все оказались в ангаре, Баки произнёс:

— Открыть входной люк.

— Доступ разрешён, — ответил голос ИскИна.

Когда Брок и Баки оказались внутри яхты, они увидели Меропу, лежащую на полу. Её серый костюм был залит кровью, а лицо было настолько бледным, что напоминало гипсовую маску. Её глаза были открыты, но взгляд оставался остекленевшим, и только чуть заметное дыхание показывало, что она ещё жива.

Никто из невыразимцев не смог подняться по трапу, и, когда Баки попытался дать им доступ, то снова послышался механический голос:

— Безопасность корабля под угрозой. Активирован режим усиленной защиты.

— Что вы успели натворить? — хмуро спросил Брок у Риддла, вынеся Меропу наружу и передав её целителям.

— Это долгая история, — поморщившись, ответил тот.

— Мы никуда не торопимся, — сказал Баки и, закурив, сел на ступеньку трапа. — Рассказывайте, а потом будем решать, как разгрести этот бардак.