Мария испытала смешанные чувства, узнав об отъезде дочери. Она не стала возражать, осознавая, что такие уникальные возможности не стоит упускать. Кто из людей может отправиться не просто на другую планету, а в волшебные миры, где обитают те, кого раньше считали богами? Но с другой стороны, ей было страшно отпускать ребёнка в незнакомое место. 

— Мам, не волнуйся, господин позаботится о моей безопасности. — Стелла обняла мать, забравшись к ней на колени. — Я обещаю, что буду вести себя хорошо и не искать неприятностей. 

— Я знаю, что ты умный ребёнок, — вздохнула Мария, погладив её по голове. 

— Папа тоже не против. 

— Раз твой отец согласен, то и я не против. 

— Спасибо, ты самая лучшая на свете! — Стелла радостно поцеловала мать и спрыгнула на пол. — Мне нужно собрать вещи. 

— Сколько чемоданов ты можешь взять с собой? — снова заволновалась Мария. — Учебники, одежда и обувь займут много места. 

— Это не проблема! — отмахнулась Стелла и достала из кармана маленький шёлковый мешочек, украшенный бисером. — Вот, это сумка с чарами незримого расширения. Я теперь совсем как Гермиона! 

Мария с улыбкой наблюдала за дочерью, которая была большой поклонницей «Поттерианы» и в свободное время пересматривала все фильмы о сказочном мире. Ей не нравились главные герои и злодеи, зато она восхищалась предметами, которые приносили пользу их владельцам. 

Её не могла удивить трансгрессия, ведь отец и другие волшебники легко перемещались по миру, используя свои магические способности. Полёт на метле был скучным по сравнению с возможностями доспехов, созданных любимым дядей Тони. Однако такие артефакты, как «бездонный кошелёк», пока оставались недосягаемыми для землян. 

Локи, как всегда узнав о желании Стеллы, преподнёс ей подарок после визита в мир гномов. Её искренняя детская радость вызвала у него улыбку. Он обожал баловать её, словно собственного ребёнка. Если бы его враги увидели, с какой нежностью он общается с обычной смертной девочкой, то наверняка заподозрили бы, что его околдовали. 

Вечером Люциус вернулся домой и направился на третий этаж, узнав от слуг, что его семья находится в покоях дочери. 

— Чем вы занимаетесь? — спросил он, остановившись на пороге гостиной. — Нас выселили из дома?

— Я собираюсь в поездку, — произнесла Стелла, слегка запыхавшись. Её щёки порозовели, а волосы прилипли ко лбу. — Не переживай, пап, мы с мамой взяли только самое необходимое. 

— Мы очень старались, — с улыбкой добавила Мария. 

— Вы не слишком увлеклись? — спросил Люциус, глядя на гору вещей, разбросанных по ковру. Его взгляд остановился на цветочном горшке с любимым кактусом дочери, стоящем на стопке учебников. С лёгкой иронией он произнёс: — Ты уезжаешь навсегда или всё же вернёшься к моменту поступления в университет? 

— Ну, па-ап… — протянула Стелла и бросилась к нему в объятия. — Хватит шутить. Я должна подготовить подарки для друзей своего господина. 

Люциус сильно сомневался, что у Локи есть по-настоящему близкие люди, но был бессилен, когда его дочь вела себя как озорной и нежный ребёнок. Она редко позволяла себе расслабиться, поэтому такие моменты были особенно дороги для родителей. Всё её время занимали учёба, ритуалы и светские обязанности, и нагрузка на неё в чём-то была даже больше, чем у взрослых. 

— Ну всё, хватит притворяться, — улыбнулась Мария и обратилась к мужу: — Нужно сделать заявление, чтобы рассказать людям, куда уехала наша дочь?

— Об этом позаботится его высочество, — покачал головой Люциус.

Локи решил, что Стелла достигла достаточного уровня зрелости и можно официально признать её своим первым и главным служителем. Ранее никто из посторонних не знал о её высоком статусе. Жрецы в храмах были заметны, а её скрывали от посторонних глаз. Однако пришло время продемонстрировать всем, что дочь Стива Роджерса находится под защитой асов.

На официальных страницах Стива Роджерса и его жены через несколько дней появились снимки и видеозаписи, на которых Тор, Локи и Стелла, улыбаясь, помахали руками и через некоторое время растворились в ослепительном световом потоке. На земле осталась выжженная печать с руническими символами. 

Под постами был представлен развернутый текст, разъясняющий связь между единственной дочерью президента и асгардскими принцами. Не прошло и пары минут с момента публикации, как число лайков и репостов резко возросло, а количество комментариев увеличилось, словно снежный ком.

«Чёрт! Это на самом деле так? Стелла Роджерс — мутант?» 

«Человеку выше: даже дурак мог бы догадаться, что у Капитана Америки не мог родиться обычный ребёнок».

«Пользователю выше: вот что значит хорошие гены». 

«Я тоже хочу таких родителей! Президент, первая леди, вам нужен взрослый, хорошо воспитанный сын, который будет почтителен к вам?»

«+1 к человеку выше. Брат, я наконец нашёл тебя! Папа и мама, скорее заберите нас домой! Мы очень страдаем, живя вдали от семьи!»

Люциус пробежался глазами по комментариям и усмехнулся. Интернет-пользователи веселились, как будто наступил какой-то праздник. Конечно, были и недовольные отзывы, но специалисты по связям с общественностью оперативно добавляли агрессивных хейтеров в чёрный список и ограничивали их доступ. 

— Стелла слишком рано появилась в обществе, — поморщилась Мария. — Я боюсь, что она окажется под сильным давлением. 

— Чего ей бояться? Она — разумный ребёнок, — пожал плечами Люциус, отложив в сторону планшет. — У неё устойчивая психика. Ритуалистов не так легко сломить. К тому же, общаясь с Локи, она не может оставаться наивной. Они изучают не только бестиарии о волшебных животных, но и более серьёзные вещи. 

— Это меня и тревожит, — призналась Мария. — Разве ребёнок её возраста должен разбираться в политике, дипломатии и искусстве войны?   

***

Первого сентября Стив сидел за столом и с немного усталой улыбкой наблюдал за учениками, которые собрались в зале. Праздничный ужин уже начался, звучали оживлённые голоса, которые заглушали стук столовых приборов. Все наслаждались вкусной едой и общением с друзьями, с которыми не виделись почти два месяца. 

Ремонт замка и строительство нового сооружения были завершены вовремя, и теперь Хогвартс выглядел свежим. Зачарованные свечи, парящие над столами, озаряли отреставрированные знамёна факультетов, тёмно-зелёные скатерти, фарфоровую посуду и отражались в оконных стёклах, создавая волшебную атмосферу. 

Локхарт, сидевший рядом со Стивом, искренне сказал:

— Господин директор, проделанная вами работа заслуживает огромного уважения. 

— Это не только моя заслуга, — ответил тот, посмотрев на деканов, расположившихся за столами своих факультетов. 

— Без денег это было бы невозможно, — усмехнулся Гилдерой. 

Стив утвердительно наклонил голову, соглашаясь с его словами. Расходы на капитальный ремонт и строительство оказались значительными. Однако для Малфоев эта сумма была несущественной. Стоимость обновления сезонного гардероба Абраксаса или его самого намного превышала эти затраты. 

Деньги, предоставленные другими меценатами, были направлены на выплату стипендий детям из малообеспеченных семей, а также на приобретение оборудования и материалов. Кроме того, была внедрена система поощрений для преподавателей, чьи ученики демонстрируют выдающиеся способности и приносят пользу Хогвартсу.  

В учебной программе появились общеобразовательные дисциплины, такие как обществознание, физика, химия, биология, алгебра и геометрия. Стив стремился к тому, чтобы выпускники могли легко адаптироваться к жизни в магловском обществе, поскольку немногие могли позволить себе обучение в обоих мирах. 

У него был чёткий план, как превратить Хогвартс в престижную магическую школу. Однако канон «Поттерианы» постоянно ставил перед ним новые препятствия. Оригинальный сюжет развивался стремительно, чтобы нивелировать все изменения, которые вносили попаданцы, и не позволить этому миру отклониться от обязательных ключевых моментов.

Когда на столах появился десерт, Стив поднялся со своего места и произнёс:

— Внимание, дорогие ученики! У меня есть для вас новость. 

— Что случилось? — послышались голоса из зала. — Неужели нам добавили ещё какие-то уроки? Мы этого не выдержим! 

— Тишина! — голос, усиленный магическим заклинанием, разнёсся по залу, заставив всех замолчать. Когда Стив убедился, что все присутствующие обратили на него внимание, он продолжил: — В этом году Хогвартс удостоен чести принимать делегации из других школ для участия в волшебном соревновании. 

— Это турнир трёх волшебников? — неуверенно спросил кто-то. 

— Много лет назад его запретили, — ответил Стив. — На нашем мероприятии будут оценивать не только физическую и боевую силу. Кандидаты должны продемонстрировать свои знания и умения в разнообразных сферах магического искусства. 

— Малфой, ты знал об этом? — тихо спросил староста пятого курса, когда директор закончил свою речь. 

— А ты как думаешь? — усмехнулся Драко, чувствуя гордость. — Разве это не мой отец только что сделал объявление? 

— Расскажи нам подробности, — попросил староста, однако его перебил Слагхорн, сидящий во главе стола своего факультета. 

— Вы всё узнаете позже. Я приду в общежитие и отвечу на ваши вопросы. 

Несмотря на волнение, все присутствующие смогли в полной мере насладиться вкусными десертами и чаем. Хотя школьники немного утомились после долгой поездки на поезде, их любопытство было настолько сильным, что оно придало им энергии. Они обсуждали предстоящее соревнование и оценивали свои шансы на победу. 

Слизеринцы, поужинав, собрались в общей комнате и с любопытством наблюдали за своим деканом, который уютно расположился в кресле у камина. Он мягко улыбнулся, прочистил горло и начал неторопливо рассказывать о том, что их ждёт в предстоящем учебном году, и как нужно вести себя, чтобы не уронить честь факультета. 

Стив вернулся в свои покои и, устроившись на диване, закрыл глаза. Утомительная суета последних дней не давала ему полноценно отдохнуть, но впереди его ждали многочисленные задачи. Обновление Хогвартса было лишь вершиной айсберга, но главное — организовать соревнование так, чтобы избежать любых трагедий. 

— Директор Малфой, — раздался тихий голос с портрета. — Я вам не помешал?

— Всё в порядке, — ответил Стив и сел, стараясь держаться ровнее. Он знал, что Финеас Блэк не стал бы тревожить его по пустякам. — Что-то случилось? 

— Я хотел бы обсудить с вами проблему оборотней. 

— Хорошо. Видимо, вы поговорили с Регулусом. 

Финеас кивнул, удобно устроившись в нарисованном кресле, и сказал: 

— Вы правы. Глава нашего рода порекомендовал мне быть с вами предельно открытым.

— Вы можете говорить свободно? — сказал Стив, поставив ещё один плюс Регулусу. 

— Мы, бывшие директора, не обладаем никакой официальной властью, но искренне переживаем за благополучие школы, — начал Финеас. — Вы знаете, что вассалы играют ключевую роль для любого лорда. К тому же, поскольку Хогвартс — это живая, обладающая сознанием магическая сущность, его желания и стремления также имеют огромное значение. 

— Ему нужно всё, — насмешливо фыркнул Стив. — Иногда мне кажется, что его тотемное животное — жаба. 

— Почему? — нахмурился Финеас.

— Это просто шутка, — отмахнулся Стив. — Прошу вас, продолжайте, директор Блэк. 

— Мы обсудили ситуацию и пришли к следующему выводу: если вы согласитесь принять оборотней и других вассалов, мы готовы передать вам все наши сбережения. 

— У портретов есть деньги? — искренне удивился Стив. Наставник Гамп не рассказывал ему о таких возможностях магической живописи. 

— Нет, — сказал Финеас, улыбаясь и качая головой. — Однако у каждого из нас есть что-то, что мы не передали своим потомкам. Это своего рода тайные запасы, которые мы сделали на случай непредвиденных обстоятельств.

— То есть вы хотите заплатить мне за услугу? Или это для школы? — уточнил Стив. 

— Именно вам, — пояснил Финеас. — Поскольку это ваша заслуга.