Заявление Люциуса произвело эффект разорвавшейся бомбы. Даже операторы, которые снимали интервью, на мгновение отвлеклись от работы, чтобы посмотреть на супергероя не через объектив камеры, а вживую. Как будто это действие могло раскрыть какие-то сокровенные тайны, которые публичные люди обычно тщательно скрывают от посторонних.

Журналистка была так любопытна, что, казалось, даже вибрировала от нетерпения. Её глаза загорелись азартом охотника, который заметил добычу. Она подалась вперёд и вкрадчиво спросила:

— Неужели сейчас мы услышим историю любви всеми почитаемого Капитана Америки? 

— На самом деле она очень простая и незамысловатая, — как будто в смущении пригладил волосы Люциус. — Я ведь обычный бруклинский парень, поэтому не силён в ухаживаниях и не особо романтичен. У меня нет опыта серьёзных отношений, поэтому мне остаётся лишь молить бога, чтобы моя избранница проявила снисхождение к моим ошибкам. 

— Не надо скромничать, мистер Роджерс. Многие люди хотели бы заполучить такого галантного партнёра, как вы, — отмахнулась от его оправданий журналистка. — Так как вы познакомились со своей избранницей?  

— Я встретил её почти сразу после того, как очнулся от долгого сна уже в современном мире. Увидел и понял, что она — та, кого я никогда не забуду, — с лёгкой мечтательностью в голосе ответил Люциус. — Наверняка у всех такое было. Одно мгновение, единственный взгляд — и твоё сердце замерло от восторга. 

— Это очень поэтично и красиво. 

— В тот момент я чувствовал себя влюблённым болваном. Не мог выдавить ни слова, — стеснительно улыбнулся Люциус. 

Он уже, наверное, в тысячный раз подумал, что уроки актёрского мастерства — лучшее вложение денег, которое совершил за всю прошлую жизнь. Приобретённые навыки позволяли ему максимально достоверно изображать любые эмоции, в то время как разум оставался кристально чистым.  

Вот и журналистка купилась на его игру и тоже заулыбалась, выглядя намного мягче, чем в начале интервью. И даже тон сменила: вместо агрессивного интереса в её голосе наконец-то послышались сочувственные и одобрительные ноты. Если она и притворялась, то делала это на должном уровне. 

— И что же было дальше? Вы пригласили её на свидание? 

— Ну что вы, я не настолько самоуверенный человек. В детстве и молодости я был очень болезненным и редко общался с посторонними девушками. Поэтому я только и мог, что вспоминать эту прелестную леди и мечтать о новой встрече. Кто-то услышал мои молитвы, и я увидел её во время лечения, которое проходил в санатории. 

— Случайно? — чуть прищурилась журналистка. Она хоть и немного подобрела, но хватку не потеряла и была готова выцарапать из жертвы максимум нужной информации. 

— Да. Она отдыхала в Майами, получив отпуск. Мы столкнулись в одном из местных ресторанов, куда я пришёл поужинать вместе со своими помощниками. 

— У вас были помощники? Или это была охрана? 

— О нет, что вы. Я не настолько известная личность, чтобы мне требовались телохранители. И я надеюсь, что не настолько слаб, чтобы за меня вступались специально обученные люди, — с лёгкой усмешкой сказал Люциус. — Просто прежде я был совершенно не приспособлен к быту. Я жил в то время, когда технический прогресс был ещё далёк от нынешнего уровня. Даже такие простые вещи, как включение воды в душевой кабине, запуск стиральной машины или пылесоса, ставили меня в тупик. 

Здесь он не лгал. И Стиву, и ему было трудно приспособиться к новому времени, потому что они были своего рода «динозаврами». Хотя Малфои и не отвергали магловские изобретения, обычно их обслуживанием занимались слуги. Они даже не набирали воду в ванну, не ходили по магазинам и не мыли посуду.

Поэтому Брок и его «волчата» выполняли двойную роль: охранников и инструкторов. Люциус был очень благодарен им за это, понимая, что второе не входило в их обязанности. Однако они делали это по собственной воле и весьма деликатно, чего нельзя было ожидать от «туповатых» военных, которые славятся своей жёсткостью.

У Стива не было таких помощников, поэтому он часто ошибался. Его «соратники» только смеялись над его промахами и ехидно комментировали их, стараясь самоутвердиться за его счёт. Только Тони пытался его направить, но делал это в своей грубоватой манере, что только ухудшало и без того прохладные отношения.

Стив был довольно неуклюж и неловок в социальных взаимодействиях, потому что у него не было опыта дружбы, кроме как с Баки. Из-за этого он не мог оценить и правильно принять помощь, а наоборот, сердился из-за высокомерия и неуместных шуток Тони. Он даже не смог поблагодарить его.

— И что же произошло потом? — спросила журналистка. — Вы всё же пригласили на свидание девушку вашей мечты? 

— Да, я очень волновался, боялся, что мне откажут. Но она была так великодушна, что приняла моё неуклюжее приглашение, — смущённо ответил Люциус. — Разумеется, я старался произвести на неё приятное впечатление, ведь второго шанса могло и не быть.

— Если вы познакомились в первые дни после пробуждения, означает ли это, что ваша возлюбленная имеет отношение к специальным службам?

— Да, она работает в одном из военных ведомств и занимает там высокий пост, несмотря на то что начинала с самых низов. 

— А мы узнаем, как её зовут? — поинтересовалась журналистка. — Или это секрет?

— Нет, это не тайна. В ближайшее время мы будем появляться с ней в обществе, и люди всё равно узнают, — ответил Люциус, пожав плечами. С теплотой в голосе он добавил: — Мою любимую зовут Мария, Мария Хилл, теперь она миссис Роджерс.

— Представляю, какой ажиотаж это вызовет среди наших читателей! Миссис Роджерс вполне может возглавить список самых популярных людей в интернете.

— Надеюсь, это не принесёт ей вреда. В её положении нельзя волноваться, — сказал Люциус, мгновенно став серьёзным. Он посмотрел прямо в камеру и обратился к зрителям: — Уважаемые дамы и господа, мы с супругой надеемся на вашу поддержку. Поэтому просим вас не слишком остро реагировать на наши отношения. Мы любим друг друга и с нетерпением ждём появления нашего ребёнка. Однако мы не хотим быть похожими на звёзд телевидения. Мы собираемся жить скромно, как и большинство американцев. И не будем устраивать шоу из своей личной жизни.  

— Капитан Америка в первую очередь заботится о своих близких, — одобрительно кивнула журналистка. — Ну что ж, на этом мы закончим наше интервью. Мистер Роджерс, благодарю вас за встречу и честные ответы. 

Люциус опустил взгляд, пряча улыбку. История его любви с Марией была соткана из паутины правды и лжи. Хотя никто не мог обвинить их в искажении фактов, они всё же тщательно продумали и проверили «легенду», чтобы никто не заподозрил, что семья Роджерс что-то скрывает. 

***

Баки откинулся на спинку стула и посмотрел на Фаджа. Тот не смутился от пристального взгляда, а, напротив, расслабился и выглядел довольным. Хотя у него было много недоброжелателей и критиков, он прекрасно понимал свои возможности и не боялся пользоваться поддержкой других людей.

— А если я откажусь от вашей помощи и продолжу расследование сам? — спросил Баки.

— Я окажу вам всю необходимую поддержку в этом деле, — ответил Фадж. — Мои предположения не имеют под собой никаких фактов. Это просто слухи и домыслы, которые я узнал от разных людей. Если вы настаиваете, я расскажу вам всё без каких-либо условий.

— Я вас услышал, господин министр, и ценю вашу откровенность, — сказал Баки после короткой паузы. — Я поговорю с Люциусом и Абраксасом и сообщу вам результаты.

— Благодарю вас, господин Долохов! — Фадж лучезарно улыбнулся. — Вы ведь не обижаетесь на меня? Я ни в коем случае не шантажирую вас, просто хочу подстраховаться. У меня есть много планов, которые помогут улучшить жизнь британских волшебников.

— Чтобы достичь высоких целей, нужен нестандартный подход, — усмехнулся Баки. Он не был огорчён или шокирован поведением министра. Наоборот, ему было приятно иметь дело с человеком, который говорит прямо, без обиняков, а не плетёт интриги.

Навыки Зимнего Солдата никуда не исчезли, и он легко мог определить, когда ему лгут. Поэтому он ценил честность. Фаджа в этом плане он особенно уважал, потому что тот не пытался изображать из себя героя, а сразу обозначил условия сотрудничества.

— Вы совершенно правы, господин Долохов. Приятно беседовать с умным человеком. 

Они расстались, довольные беседой. Баки вернулся домой и медленно прошёлся по комнатам. После отъезда Гарри уютный коттедж как будто опустел и потерял своё очарование. Даже озеро, поблёскивающее под солнечными лучами, больше не манило отправиться на рыбалку или просто посидеть на деревянном причале, слушая приятный плеск волн.

Немного подумав, Баки бросил в камин горсть пороха и назвал нужный адрес. Через несколько секунд полёта по дымоходным трубам он оказался в транспортном зале Малфой-мэнора. Там его встретил домовой эльф.

— Хозяин Абраксас в столичном особняке, а хозяин Люциус в своём кабинете, — почтительно доложил он и с поклоном предложил: — Я провожу уважаемого гостя. 

— Не стоит, я сам найду дорогу. 

За прошедшее время Баки запомнил расположение помещений в особняке. Поэтому он быстро добрался до крыла с личными рабочими комнатами Люциуса, где обнаружил Стива, который сидел за рабочим столом и проверял счета, делая выписки в толстом бухгалтерском журнале. 

— Привет бизнесменам! 

— И тебе привет, счастливчик! — сказал Стив, устало зевая и потирая покрасневшие от чтения глаза. — Как ты здесь оказался, в этой обители аристократов?

— Занесло министерским ветром, — усмехнулся Баки. Он неторопливо прошёлся по кабинету, рассматривая картины и безделушки. — Я пообщался с одним интересным человеком и решил навестить тебя.

— Что-то случилось? — Стив нахмурился, предполагая худшее. — Тебе нужна моя помощь?

— Вроде того, — ответил Баки и сел на широкий подоконник, с которого открывался прекрасный вид на английский парк с чёткими линиями и красивыми топиариями. — Фадж предложил мне сделку. Он назовёт имена предполагаемых убийц Марии Долоховой, а взамен Малфои поддержат его на следующих выборах в качестве кандидата на пост министра.

— Мы бы сделали это в любом случае, — с улыбкой произнёс Стив, немного расслабившись. — Но, разумеется, было бы приятно получить за это какую-то дополнительную услугу.

— А ты и правда стал бизнесменом.

— Общение с отцом и другими акулами не проходит даром. 

— Фадж почему-то уверен, что вы с Абраксасом к нему охладели, и боится за своё место. 

— Я уволил одного из его протеже. Помнишь моего секретаря в министерстве? Это троюродный племянник министра. Теперь он остался без приличной работы, потому что Амбридж его ненавидит и всеми силами мешает ему сделать карьеру за счёт дядюшки. 

— Какие интриги, — ухмыльнулся Баки. — Так Фадж устраивает Малфоев? 

— Он договороспособный, — пожал плечами Стив. — Нам нужен лояльный человек на этой должности. Хотя Дамблдор и умер, но его сторонники остались в министерстве и в Визенгамоте и создают проблемы «тёмным». 

— Хочешь, я улажу этот вопрос? — небрежно предложил Баки, который не собирался прикидываться невинным ангелочком. — Как говорится, нет человека… 

— Если понадобится, я тебе скажу, — ответил Стив.

Он тоже «потемнел», если можно так сказать о супергерое, которого называли «Совестью и честью нации». В довоенном Бруклине выжить было непросто, особенно для человека с таким набором болезней и без денег и нормальной работы. Общение с влиятельными людьми сделало его жёстче и лишило остатков скромности. Капитан Америка не только продвигал военные займы, но и решал деликатные проблемы, о которых обычно не говорят в приличном обществе.

Попав в новый мир, он убедился: люди остаются людьми, независимо от того, есть у них магия или нет. Они плетут интриги, строят козни, устраняют конкурентов, воруют, лгут и не брезгуют ничем, чтобы достичь своих целей. Так почему он должен быть единственным «цивилизованным» человеком? 

— Ты можешь заключить сделку с Фаджем. Ты же знаешь, что я всегда тебя поддержу, — сказал Стив. — И мой отец не против сблизиться с тобой.

— А как поживает его «лучший друг»? — спросил Баки.

— Он восстанавливает здоровье, а ещё пытается узнать, сколько денег и кем было украдено из орденской кассы. И, разумеется, хочет отомстить тем, кто создал ему репутацию монстра, присвоив его личность.

— Ну, бог ему в помощь, — усмехнулся Баки и жёстко добавил: — Но, как говорится, шаг влево или вправо, как и прыжок в воздух, будут расценены как попытка к побегу. Я буду следить за ним и не дам мутить воду.