Два блондина-2 (65 глава)
Избирательный участок, где должен был проголосовать Капитан Америка, с самого утра был под усиленной охраной полиции и специальных служб. Зрители и репортёры толпились за металлическими ограждениями, готовые запечатлеть на фото и видео знаменитого супергероя.
Ровно в десять часов к участку подъехали три мощных внедорожника. Из них вышли мужчины в чёрных костюмах, которые образовали живой коридор. Из автомобиля, который они сопровождали, выбрался Люциус и подал руку Марии, одетой в элегантное пальто и платье.
Они с радостью улыбались и позировали фотографам, которые, казалось, были в восторге от того, что делают. Со всех сторон раздавались громкие крики: «Мистер и миссис Роджерс, пожалуйста, посмотрите сюда! Да здравствует наш первый суперсолдат! Стив Роджерс — наш герой!»
Люди размахивали флажками и держали в руках транспаранты с фотографиями Капитана Америки и патриотическими лозунгами. Некоторые пытались передать своих детей через ограждение, чтобы супергерой смог прикоснуться к ним, но бойцы «Цербера» вежливо, но твёрдо не допускали приближения к своему боссу.
На избирательном участке царили относительная тишина и спокойствие. Опытные репортёры из крупных изданий профессионально выполняли свою работу, запечатлевая каждый шаг будущего президента. Почти все были убеждены в победе Стива Роджерса и относились к нему с уважением.
Люциус ощущал себя так, словно выпил зелье «феликс фелицис». Он был полон радости и лёгкости, а в его крови как будто бурлили пузырьки шампанского. Его глаза светились, а на лице играла счастливая улыбка. Казалось, что сегодняшний день собрал в себе сразу несколько его любимых праздников.
Мария, поддерживая его под руку, тоже была в хорошем настроении. Она вежливо выслушала объяснения сотрудника, взяла бюллетень и прошла в кабинку, вход в которую был закрыт занавеской. Для обычных избирателей были подготовлены небольшие столы с невысокими ширмами с трёх сторон.
Доджер, который приехал с хозяевами, остался в зале позировать фотографам, демонстрируя свой новый ошейник. Его ухоженная шерсть блестела, а глаза сияли. Он выглядел совершенно счастливым, но держался с достоинством, как и полагается хорошо воспитанному псу будущего президента.
Когда Люциус подошёл к избирательной урне, его ослепили вспышки камер. Он с улыбкой на лице медленно опустил свой бюллетень в прорезь на крышке и, дождавшись Марию, подал знак Доджеру. Они вместе направились к выходу, где их уже ждали журналисты, которые хотели взять интервью.
— «Нью-Йорк Таймс»! — быстро произнёс невысокий мужчина. — Мистер Роджерс, как вы оцениваете свои шансы на победу?
— Я искренне надеюсь и верю, что мои сограждане сделают правильный выбор, — ответил Люциус. — И я хочу пожелать удачи моим оппонентам. Все они — достойные люди, которые стремятся сделать всё возможное для процветания нашей страны.
— «Си-Эн-Эн»! Мистер Роджерс, если не секрет, за кого вы проголосовали? — спросила женщина в чёрном костюме.
— Это секрет! — с улыбкой покачал головой Люциус.
— Тот же вопрос к миссис Роджерс! — воскликнула журналистка.
— Я отдала свой голос за мужа, потому что считаю, что он идеально подходит для этой должности. Он неоднократно доказывал, что готов пожертвовать своей жизнью ради спасения людей, — искренне произнесла Мария.
Вопросы у репортёров, казалось, не кончались, и через пятнадцать минут Люциус, подняв руку, громко произнёс:
— Дамы и господа, к сожалению, мы не можем задерживаться здесь надолго, так как это мешает работе избирательного участка. Просим нас извинить. Нам было очень приятно пообщаться с вами. Мы обязательно встретимся в другой раз.
Доджер первым запрыгнул в машину и с довольной улыбкой занял переднее пассажирское сиденье, устремив взгляд в окно. Мария и Люциус сели сзади, и вскоре кортеж неспешно тронулся в путь, направляясь к Манхэттену. По дороге они смотрели новости, и большинство телеканалов показывали их интервью.
Также особый интерес вызвало голосование Джеймса Барнса и его невесты, которые посетили избирательный участок неподалёку от башни Старка и тоже дали интервью журналистам. Однако вопросы, которые задавали репортёры, касались в большей степени их личной жизни и планов на будущее, чем того, за кого они отдали свои голоса.
— Баки и Маша отлично выглядят, — с улыбкой произнесла Мария. — Надеюсь, что они скоро поженятся.
— К сожалению, их бракосочетание постоянно переносится, — поморщился Люциус. — Министр Пирс беспокоится о безопасности своей дочери и не хочет, чтобы она появлялась в людных местах. Как ты понимаешь, свадьба таких людей — грандиозное событие, и среди гостей будут представители мировой элиты.
— Я никогда не думала, что однажды мы с Ксавьером окажемся по разные стороны баррикад, — вздохнула Мария. — Он всегда казался мне разумным человеком, который искренне стремится помочь людям.
— Он действительно помогает, но только тем, кто готов заплатить за спасение своей верной и бескорыстной службой, — с усмешкой произнёс Люциус. В который раз он подумал, что в каждом мире есть свой «Дамблдор», который руководит действиями других людей из-за кулис, оставаясь при этом в безопасности и не давая властям повода для ареста за его преступления.
— Ксавьер был довольно близок с Ником Фьюри, — задумчиво произнесла Мария. — Я знаю, что они встречались без свидетелей и обсуждали возможное сотрудничество. Но это было неофициально.
— Разумеется, — с насмешкой в голосе сказал Люциус. — Ксавьер — частное лицо, а не глава официальной военизированной организации. Он не имеет права заключать контракты со Щитом. И кого бы он представлял? Несчастных, обездоленных мутантов, которые совершили множество тяжких преступлений?
— Если задуматься, его школа — это настоящий лагерь для подготовки спецагентов.
— Да, и обработкой этих агентов занимаются сильные менталисты, — кивнул Люциус. — Только представь, какие идеи можно внушить тем, кто скрывается от закона и ищет способ выжить. Они готовы пойти на всё, лишь бы получить безопасное место и защиту от властей.
— Что стало с теми детьми, которых вернули семьям?
— Ими занимается специальная комиссия.
— Мне страшно подумать, что наша Стелла могла оказаться среди них, — с дрожью произнесла Мария. — Она не знала бы о нас или, что ещё хуже, возненавидела бы нас.
— Этого никогда не случится, — пообещал Люциус, сжав её руку.
***
Локхарт, казалось, обладал особым даром предчувствовать неприятности и получать от этого удовольствие. Не успел Гарри постучать в дверь, как он появился на пороге своего кабинета, его брови слегка приподнялись, а на губах заиграла ироничная улыбка.
— Дуэль до смерти? Кто из вас будет дуэлянтами, а кто секундантами? — спросил он, и его официальный тон совсем не соответствовал радостному выражению глаз.
— Тренировочный спарринг между двумя парами, — сдержанно произнёс Драко, после чего, с лёгким поклоном, добавил: — Мы хотели бы попросить вас, профессор, стать нашим рефери.
— Какая честь для этого скромного джентльмена! — не скрывая восторга, воскликнул Локхарт и даже потёр ладони, словно предвкушая отличное развлечение. — Прошу вас, господа, — сделал он приглашающий жест и первым пошёл по коридору.
Дуэльный зал находился на том же этаже, что и кабинет английской литературы, поэтому через пару минут вся компания была уже на месте. Грегори и Винсент остановились у входа, а Драко и Гарри направились прямо к центральной арене и поднялись на неё по лестнице с левой стороны.
Локхарт, заметив замершую парочку возле двери, с удивлением спросил:
— Господа, вы изменили свои намерения?
— Мы… — начал было говорить Грег, но Драко нетерпеливо перебил его:
— Или начинаем, или мы уйдём сейчас же!
— Малфой, — Гарри дёрнул его за рукав и тихо прошептал: — не нагнетай, пожалуйста. У нас нет времени на ссоры.
Драко, прищурившись и стиснув зубы, всё же кивнул. Увидев, что он немного расслабился, Грегори и Винсент переглянулись и тоже вышли на арену. Их противостояние выглядело забавно: двое высоких и широкоплечих подростков против пары худеньких мальчиков. Хотя они были ровесниками, создавалось впечатление, что между ними как минимум лет пять разницы.
Гилдерой встал между ними и быстро изложил правила:
— Бой до первой крови. Вам запрещено использовать непростительные и боевые заклинания.
— Да, сэр! — в унисон ответили дуэлянты и, вытащив волшебные палочки, отсалютовали ими, внимательно глядя на соперников.
Затем Гилдерой спустился с арены и, активировав защитный купол, дал сигнал к началу поединка. В тот же миг в воздухе вспыхнули разноцветные лучи. Никто из четверки не произнёс ни слова. Они двигались с невероятной скоростью, прикрывая своих напарников, и наносили удары без остановки, выискивая уязвимости противников.
Внезапно раздался громкий треск, и на пол упала огромная кобра, которая раскрыла капюшон и угрожающе зашипела, покачиваясь. Грегори от неожиданности пошатнулся и чуть не упал, но Винсент вовремя подхватил его под руку. Однако это промедление могло стать роковым для них.
Змея бросилась вперёд, но, не успев прикоснуться к ним, исчезла. Драко медленно вложил волшебную палочку в ножны и отчётливо произнёс:
— Мы победили!
— Почему? — воскликнул Грегори, но тут же почувствовал жжение на лице. Он коснулся болезненного места и с удивлением увидел на пальцах кровь.
— Мы победили, — повторил Драко и, поклонившись ошеломлённому Гилдерою, добавил: — Благодарим вас за помощь, сэр!
Гарри также поклонился профессору и, следуя за другом, покинул арену. За их спинами остались озадаченные Гойл и Крэбб, которые в тишине рассматривали небольшие раны на своих лицах, из которых сочилась кровь. На них не было других повреждений, кроме тех, что были получены в результате обычного, но выполненного с невероятной точностью «секо».
Когда победители покинули дуэльный зал, Гилдерой взглянул на часы. Они показывали, что с начала поединка прошло чуть меньше полутора минут. Он был в полном потрясении и прошептал: «И это второкурсники? Да они настоящие монстры, а не дети! Да хранит магия Британию от гнева и мести таких волшебников!»
— Мы потеряли много времени, — произнёс Драко, поморщившись, и быстро направился к лестницам. Чтобы не тратить время на спуск, он не стал идти по ступенькам, а просто спрыгнул вниз, поддерживая свой полёт с помощью чар левитации.
— Ты что-то чувствуешь? — с тревогой спросил Гарри, когда они приземлились в холле, напугав девочек-хаффлпаффок, которые шли в своё общежитие.
— Да, у Лавгуд появились проблемы, — кивнул Драко. Как только он оказался во дворе, то сразу же достал из кармана пиджака переговорное зеркало. Когда ему ответили, он произнёс официальным тоном: — Господин директор, у нас проблема: пропала ученица первого курса, Полумна Лавгуд. Мы направляемся на её поиски.
— Подробности! — отрывисто сказал Стив.
— Она исчезла ещё до завтрака, примерно час назад. Я просил профессора Флитвика найти её, но он отказал, поскольку как декан не чувствует опасности для своей подопечной, — коротко сообщил Драко, не замедляя шаг. Он немного помолчал, а затем продолжил: — Пап, я уверен, что счёт идёт на минуты. Мы не можем ждать вас.
— Не снимайте маячки, — не стал спорить Стив. — Мы придём по ним.
— Хорошо, — одновременно кивнули мальчики, и Драко добавил тихо: — Пап…
— Мы скоро будем в школе, — произнёс Стив. — Я уже сообщил Нотту.
Гарри едва не столкнулся с Драко, который внезапно остановился возле каменной хижины и пристально посмотрел на заколоченные окна, а затем выхватил волшебную палочку и направил её на замок. Через мгновение раздался громкий щелчок, дверь открылась, и из дома выскочили несколько маленьких акромантулов.
Гарри начал связывать их, а Драко бросился внутрь. От замка к сторожке бежали преподаватели во главе с заместителем директора. Когда взрослые приблизились к бывшему дому Хагрида, то увидели как двое мальчиков выносят на улицу Луну. Она была без сознания, а её платье покраснело от крови.
— Её укусили акромантулы! — воскликнул Гарри. Мадам Помфри быстро кивнула и, не теряя времени, принялась вливать в рот пациентки зелье, которое она достала из маленькой аптечки, висящей у неё на поясе.
— Что здесь произошло? — задыхаясь от волнения, спросил Нотт.
— Это надо спросить у вас! — зло процедил Драко. — Так сотрудники Хогвартса выполняют свои обязанности?
В это время неподалёку послышались тихие хлопки, и перед домом появились три человека. Они быстро направились к лежащей на траве Луне. Увидев, что она без сознания, Стив подхватил её на руки и исчез, коротко бросив: «Я в Мунго».
Помфри успела крикнуть, что она дала пациентке общее противоядие. Абраксас и Баки остались на месте и, внимательно осмотрев взъерошенных мальчишек и связанных акромантулов, перевели взгляды на профессоров.
два блондина
Это у профессоров Дамболдорово воспитание взыграло😈