Люциус перемещался по залу, заботливо поддерживая Марию под руку. Те, кто беседовал с ними, не могли сдержать улыбок при виде их спокойных и довольных лиц. Важные персоны умилённо вздыхали, с ностальгией вспоминая, как они были счастливы, когда ожидали рождения своих детей. 

Молодожёны принимали поздравления и добрые пожелания от всех присутствующих. Даже если у кого-то из женщин были планы на Капитана Америку, сейчас было не время для этого. Измена всегда осуждалась высокопоставленными людьми, хотя сами они могли иметь несколько романов одновременно. 

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Люциус, помогая Марии сесть в удобное кресло. — Хочешь пить? 

— Да, у меня ужасно пересохло во рту, — ответила та. — Я не привыкла так много разговаривать с посторонними людьми. 

— Теперь тебе придётся делать это постоянно, — напомнил Люциус и попросил проходящего мимо официанта принести стакан яблочного сока. — Мы с тобой публичные личности, и со временем будем только повышать статус. 

— Я знаю, — серьёзно кивнула Мария. — Не волнуйся, я не подведу тебя.

— Я тоже буду на твоей стороне, — сказал Люциус. 

«Пока ты соблюдаешь наш договор», — вслух не прозвучало, но каждый из них знал правила игры. Они были согласны с тем, что брак — это работа, которую должны выполнять два человека. Только тогда он принесёт хороший результат, а не разочарование, как другим парам, понадеявшимся на легко проходящие романтические чувства. 

Люциус считал, что не способен на настоящую любовь. Он был слишком прагматичным и сдержанным. К тому же, у него никогда не было опыта, когда он сам добивался чьего-то внимания. Обычно это женщины проявляли к нему интерес, а ему оставалось только согласиться на отношения, не прилагая особых усилий. После завершения таких романов он расставался с любовницами без особых переживаний о возможных последствиях.  

Нарцисса была ему подстать и ценила соблюдение внешних приличий больше, чем чувства. С самого начала брака она осознавала, что их союз временный, и никогда не испытывала ревности. Ей было важно, чтобы даже после развода её статус законной супруги не подвергался сомнению. А подарки, полученные за измены мужа, помогли ей смириться с ситуацией и существенно увеличили её состояние. 

— О чём ты думаешь? — тихо спросила Мария, заметив, что муж погрузился в размышления. На его лице застыло сложное выражение, словно он вспоминал о чём-то приятном, но доставляющем лёгкую боль. Однако не успел тот ответить, как к ним присоединился Тони, который с довольным видом расположился в кресле и заявил: 

— Сегодняшняя вечеринка просто отстой, как и всегда! 

— И почему тогда ты выглядишь таким счастливым? — усмехнулся Люциус. 

— Деньги, друг мой, делают жизнь намного лучше. А я никогда не теряю время зря, — ответил Тони и огляделся по сторонам. Его ассистент мгновенно подал ему бокал с шампанским и отошёл на несколько шагов, чтобы не мешать разговору. 

В этот момент послышались возбуждённые голоса у входа, люди засуетились, вытягивая шеи, чтобы увидеть причину переполоха. Фотографы и журналисты рванули вперёд, как стая гончих псов, торопясь запечатлеть интересный момент. 

Люциус поднялся из кресла, заметив высокую фигуру, вошедшую в банкетный зал. Он извинился перед Марией и неторопливо направился к Локи, который стоял в окружении людей, возвышаясь над ними. 

— Ваше высочество! — с достоинством поклонился Люциус, и взгляды окружающих устремились на него. Кто-то смотрел с завистью, кто-то — с одобрением, а кто-то — расчётливо, ведь в высших кругах было известно о дружбе между Капитаном Америкой и инопланетным принцем. 

— Мистер Роджерс, рад вас видеть, — благосклонно улыбнулся Локи. — Я как раз хотел побеседовать с вами. У вас найдётся свободная минута? 

— Конечно, ваше высочество, — ответил Люциус и направился к столикам, стоящим в отдалении от основной скопления гостей. 

Когда они устроились у окна, Локи сказал, мгновенно став серьёзным: 

— Время вышло. Я чувствую приближение Таноса. Вы готовы? 

— Да, насколько это возможно. Как скоро нам ждать гостей? 

— От силы неделю. Поэтому лучше, чтобы вы спрятали своих близких в безопасном месте, — посоветовал Локи, бросив короткий взгляд на Марию, которая издалека наблюдала за ними. — Детей магии слишком мало в этом мире. Каждый из них драгоценен. 

— Благодарю вас за совет, ваше высочество, — склонил голову Люциус. 

— Тогда позаботься о своих делах, — сказал Локи и, поднявшись со стула, неторопливо направился в центр зала. 

Его немедленно окружила толпа журналистов и тех, кто хотел показать своё почтение инопланетному принцу. Он слушал их с небрежной холодной улыбкой, позируя фотографам, но не позволял никому прикоснуться к себе. В чём-то его действия напоминали поведение Тони, который тоже не приветствовал физические контакты с посторонними и никогда не брал ничего из чужих рук, опасаясь провокаций. 

Люциус, оставаясь с виду невозмутимым, вернулся к Марии и сообщил ей: 

— Тебе придётся на некоторое время укрыться в убежище. 

— Что случилось? — с тревогой спросила она. 

— Скоро могут возникнуть проблемы. Я не хочу подвергать тебя опасности. Я распоряжусь, чтобы слуги собрали все необходимые вещи. Не беспокойся, твои врачи будут сопровождать тебя. 

— Как ты думаешь, это может продолжаться до самых родов? — Мария невольно положила руки на живот, словно пытаясь защитить своего будущего ребёнка от опасности.

— Надеюсь, что нет, но нам нужно быть готовыми ко всему, — ответил Люциус.

После разговора с Локи у него не было желания общаться с кем бы то ни было, но он понимал, что должен сохранять спокойствие. Не стоило сеять панику и пугать обычных людей. Это было бы недальновидно и глупо, ведь большинство обывателей, вероятно, даже не узнают о том, что Земле угрожает опасность уничтожения или захвата инопланетной цивилизацией. 

***

Абраксас неторопливо прогуливался по кабинету, разглядывая книжные корешки в шкафах за стеклянными дверцами. Остальные же присутствующие были взволнованы произошедшим и бурно обсуждали случившееся. Сам факт того, что кто-то проник в помещение, защищённое чарами, чтобы совершить подобное действие, вызывал тревогу у всех.

— Мы опросили призраков и портреты, но пока не нашли свидетелей, — сказал Нотт. — Но в это время суток мало кто ходит по школе, и, похоже, за этим коридором никто не следил. 

— Гарри Поттер и Драко Малфой тоже никого не видели, пока охраняли зеркало? — поинтересовался Стив. 

— Нет, милорд, пока они были здесь, они не заметили ни одного человека, — сказал Нотт, покачав головой. — В любом случае, они всего лишь второкурсники. Если злоумышленник воспользовался мантией-невидимкой или скрыл свою личность чарами, то вряд ли дети смогли бы его обнаружить. 

Абраксас застыл, услышав эти слова, и посмотрел на Стива. Тот вопросительно приподнял брови, а затем нахмурился, вспомнив важный факт. После смерти Дамблдора никто не позаботился о том, чтобы передать Гарри артефакт, принадлежавший Поттерам. Куда же он подевался и в чьих руках находится сейчас?

Можно было предположить, что знаменитая мантия лежит в каком-то тайном хранилище. Однако Стив чувствовал, что всё не так просто. Дары Смерти играли важную роль в каноне, так же как и некоторые другие артефакты. Они обязательно должны сыграть свою роль, как ружьё, висящее на стене.

— Мы ненадолго отлучимся, — сказал Абраксас и первым вышел из кабинета. 

Стив последовал за ним и, оказавшись у лестниц, где не было ни одного человека, достал волшебную палочку, чтобы поставить защиту от подслушивания. Хотя он чётко ощущал, что никто не посмеет помешать им с отцом. Хогвартс не позволит приблизиться к ним ни людям, ни неживым обитателям замка.  

— Почему мы забыли об этом? — хмуро спросил Абраксас.

— Где сейчас находится старшая палочка? — тоже задал вопрос Стив. — Это так странно. Как будто кто-то стёр наши мысли об этих проклятых артефактах. 

— Я постараюсь узнать об этом, но мне очень не нравится ситуация. 

— Вам не кажется, что мир будто не хочет сходить с проторенной дорожки? На втором году обучения Гарри Поттера в Хогвартсе появился Локхарт. Кто-то окаменил кошку Филча и написал о возвращении наследника. Что же будет дальше? Нельзя допустить, чтобы пострадали дети! 

— Согласен, — кивнул Абраксас, озабоченно прищурившись. — Я почти уверен, что авроры ничего не найдут. Да и что это за преступление? Скорее, это невинная детская шалость. 

Стив прислушался к своим ощущениям и, попытавшись связаться с Хогвартсом, почувствовал, что тот чем-то раздражён и словно обижен, потому что не знает о том, что происходит в его стенах. Создавалось впечатление, что в некоторых местах замка появились «слепые зоны», где он не мог ничего услышать или увидеть. 

— Давайте наймём больше охранников, а лучше — создадим команду из домовиков. Их здесь несколько сотен, пусть разобьются на смены и патрулируют коридоры, — предложил Стив.  

— Хогвартс знает что-нибудь об этом происшествии? — спросил Абраксас, и его лицо помрачнело, когда он услышал отрицательный ответ. — Я попытаюсь что-нибудь выяснить, встретимся позже.

Они попрощались, и каждый пошёл своей дорогой. Стив направился в подземелья, где находились кухня и общежитие домовых эльфов. Как будто стыдясь своей беспомощности, Хогвартс услужливо указал ему кратчайший путь. Узкая лестница-эскалатор привела его к началу коридора, который вёл к нужному месту.

— Уважаемый господин директор прибыл! — раздался дружный хор голосов, когда Стив вошёл в просторное помещение, наполненное ароматами еды. 

— Я хочу поговорить со старшим общины, — сказал тот, поприветствовав их в ответ. 

Вперёд выступил морщинистый домовик, который, несмотря на возраст, держался очень прямо. Он поклонился и сказал: 

— Господин директор хочет задать вопрос о нарушителе? 

— Кто-нибудь из вас видел, как это случилось? — спросил Стив.

— Нет, — покачал головой домовик. — Эльфы Хогвартса очень сожалеют. 

— Я хочу, чтобы с сегодняшнего дня вы охраняли замок. Сколько из вас может патрулировать коридоры? — Стив окинул взглядом лица, обращённые к нему, и невольно улыбнулся. Однако вскоре он снова стал серьёзным и добавил: — Я надеюсь на вашу помощь. Сегодня в замке произошло нехорошее происшествие. Пострадала кошка мистера Филча. Кто знает, вдруг злоумышленник в следующий раз нападёт на детей. 

— Этого нельзя допустить! — снова хором произнесли домовики. 

— Пожалуйста, поручите нескольким эльфам присматривать за учениками. Если вы заметите что-то необычное, сразу же сообщите об этом мистеру Нотту или деканам, — попросил Стив. 

— Мы можем связаться с вами, — сообщил старший общины. Вероятно, он хотел бы общаться с настоящим директором, а не с человеком, который занимает эту должность формально. — Даже если вы окажетесь на закрытой территории, мы можем подойти к границе и подать вам сигнал. 

— Хорошо. Чем больше людей вы оповестите, тем лучше, — согласился Стив и поинтересовался: — Вам нужна моя помощь?

— У нас всё хорошо! Господин директор такой добрый! Спасибо! — наперебой заговорили домовики, заставив его снова улыбнуться. 

— Тогда я надеюсь на вас, — сказал Стив и, попрощавшись, покинул кухню, чтобы вернуться в «штаб», временно расположившийся в кабинете Локхарта. 

Несмотря на позднее время, там стало ещё многолюдней, чем до его ухода. Невыразимцы внимательно осматривали кошку, так и лежащую на столе. Мрачный Филч наблюдал за ними, как будто боялся, что они навредят ей ещё больше. Пара авроров исследовала надпись на стене. 

— Есть какие-нибудь новости? — спросил Стив у Нотта, который стоял у двери.

— Мы выяснили, что надпись сделана куриной кровью, — ответил тот. — Мы проверили птичник и обнаружили, что исчезли два петуха.

— Почему именно два? Одного не хватило бы? — с раздражением вздохнул Стив, вспомнив, что старый Шу не реагирует на петушиный крик.

Когда ему задали вопрос на эту тему, он насмешливо сообщил, что детские выходки его не смутят. Чтобы по-настоящему его напугать, потребуется настоящий дракон, который решится бороться с ним за власть над замком.