Шериф Брок Свон (70 глава)
— Ты набрала вес, — сказала Рене, окинув дочь внимательным взглядом. — Мода на худобу закончилась?
— Я просто регулярно питаюсь и занимаюсь спортом, — ответила Белла, забрав у неё чемодан. — Папа свозил меня к врачам: диетологу и эндокринологу. Они назначили мне диету и прописали укрепляющие препараты.
— Не боишься стать толстушкой? — шутливо поинтересовалась Рене, идя вслед за дочерью.
— Не с моими нагрузками, — равнодушно пожала плечами она, ловко лавируя между людьми. — Все съеденные калории перерабатываются в энергию, а не оседают в виде жира. Папа следит за моими тренировками и состоянием здоровья.
— Папа, папа, папа — ты всё время говоришь о нём. А ведь раньше ваши отношения были не самыми тёплыми.
— Я была глупой.
Рене не знала, как найти общий язык с дочерью, которая оставалась невозмутимой и не реагировала на её шутки и подтрунивания. Раньше Белла бы ответила ей в том же духе, но теперь она смотрела на неё, как на надоедливого ребёнка, словно понимая, что мать пытается привлечь её внимание таким образом.
Это было неприятное чувство, ведь Рене привыкла к тому, что дочь всегда поддерживала её игру, даже если была чем-то недовольна. Теперь же казалось, что они стали чужими людьми, между ними словно выросла непреодолимая стена, превратив их в едва знакомых людей. А ведь прошло меньше года с момента их расставания.
Кем они станут друг для друга через несколько лет, когда Белла завершит обучение в школе и получит диплом о высшем образовании? Неужели их отношения окончательно прервутся? Этого нельзя было допустить, как и усиления влияния отца. Ведь тогда Рене останется одна, и некому будет поддерживать её в преклонном возрасте.
— Дорогая, у тебя появились друзья в Форксе? — спросила она, решив действовать мягче. — Может быть, ты влюбилась в какого-нибудь симпатичного парня?
— Мам, у меня нет на это времени, — ответила Белла с едва уловимым раздражением в голосе. — Я готовлюсь к поступлению в университет.
— О! Ты уже сделала выбор? Ты ведь вернёшься в Аризону? Тебе никогда не нравился климат Олимпийского полуострова. Здесь нет солнца, это так грустно.
Белла внезапно остановилась, и Рене едва успела затормозить, чтобы не столкнуться с ней. В этот момент ремешок на её правой босоножке порвался, как и на левой, и металлическая пряжка отлетела в сторону. Солнечные очки упали с соломенной шляпы и со звоном разбились о каменный пол, разлетевшись на осколки.
Окружающие с интересом посмотрели на Рене, которая была явно расстроена. Кто-то поднял с земли сломанную оправу и протянул ей, выразив сочувствие. Только Белла оставалась невозмутимой и молча наблюдала за тем, как её мать пыталась собрать кусочки стекла с помощью салфетки. Наконец она сказала:
— Если у тебя есть запасные босоножки, тебе стоит переобуться. Если нет, мы можем купить что-нибудь в магазине.
— Моя дочь такая милая и заботливая! — воскликнула Рене, но тут же вскрикнула, почувствовав боль от пореза.
К счастью, повреждение было несерьёзным, и кровь остановилась сразу после обработки раны антисептиком и наложения пластыря. Через полчаса все процедуры были закончены, и мать с дочерью наконец-то смогли выйти из аэропорта и дойти до внушительного чёрного внедорожника, стоящего на парковке.
— Чья это машина? — с удивлением спросила Рене, когда увидела, как Белла достала ключи из кармана и разблокировала двери. Фары мигнули, и раздался негромкий писк сигнализации.
— Папина, — ответила она, укладывая чемодан в багажник.
— Откуда у Чарли деньги? — удивилась Рене. Она знала, сколько стоит эта модель, ведь Фил давно мечтал о подобном внедорожнике, но его доход не позволял ему такую дорогую покупку.
— Отец имеет стабильный доход, — спокойно напомнила Белла. — Раньше он был вынужден отдавать значительную часть заработка на выплату алиментов, но теперь может позволить себе некоторые вещи.
— Он должен был подарить тебе машину!
Белла захлопнула багажник и повернулась к матери. Глубоко вздохнув, она медленно произнесла, стараясь сдержать эмоции:
— Через полмесяца мне исполнится восемнадцать лет, я стану совершеннолетней, а это значит, что родители больше не должны меня содержать. Я бесплатно живу у отца, он кормит меня и даёт мне деньги на карманные расходы — этого более чем достаточно. К тому же я подрабатываю в интернете: пишу небольшие статьи на заказ и занимаюсь переводами.
— Статьи и переводы? — насмешливо фыркнула Рене, но осеклась, заметив тяжёлый взгляд дочери. — Прости, дорогая, я всё никак не привыкну к тому, что ты так быстро повзрослела.
Белла вспомнила своё прошлое и невольно усмехнулась. Большую часть своей жизни она провела в одиночестве, пока её мать была занята работой, развлечениями и поиском личного счастья. Неудивительно, что она не заметила, как вырос её ребёнок.
— Нам пора возвращаться, — сказала Белла, не став озвучивать свои мысли. — Папа будет волноваться. Мы и так сильно задержались.
— Разумеется, дорогая, — с улыбкой ответила Рене, усаживаясь на переднее пассажирское кресло. Она была женщиной с мягким характером и не хотела конфликтовать с дочерью по пустякам.
Дорога до Форкса не заняла много времени. Шоссе было почти пустое, но Белла всё равно ехала с осторожностью, чтобы не потерять контроль и не повредить новый автомобиль отца. Из динамиков звучала негромкая музыка, по стеклу стекали капли дождя, но в салоне было тепло и комфортно.
Рене, почувствовав голод, собиралась перекусить и достала из сумки упаковки чипсов и хрустящего кунжутного печенья, но дочь не позволила ей оставлять мусор в машине, попросив потерпеть. Поэтому ей пришлось ограничиться водой и яблоком, и к моменту прибытия на место она почувствовала лёгкую тошноту.
— Ты забронировала номер? — поинтересовалась Белла, когда мимо промелькнул знак на въезде в город.
— Фил сделал это, — ответила Рене и, заметив, вывеску «Carver Café», попросила: — Давай пообедаем здесь. Я помню это место, тут неплохо готовят.
Белла взглянула на часы, украшающие её запястье, и свернула на парковку. Когда они вошли в зал, официантка улыбнулась, приветствуя их, и указала на свободный столик. Вскоре она подошла к ним и весело сказала:
— Привет, Изабелла. Как твои дела?
— Спасибо, у меня всё в порядке, готовлюсь к началу нового учебного года, — ответила она. — А вы как поживаете?
— У нас всё по прежнему, ты же знаешь, что в Форксе почти не бывает новостей, — рассмеялась официантка и с любопытством спросила: — Кто это с тобой?
— Это моя мама, Рене Дуаер. Мам, это Кора, владелица ресторана, — представила их друг другу Белла.
После обмена приветствиями они выбрали два блюда из меню и заказали освежающий лимонад. На улице шёл дождь, и было довольно душно и влажно. К счастью, в «Carver Café» работал кондиционер, и посетители чувствовали себя комфортно.
Близился обеденный час, и в кафе становилось всё оживлённее. Рене привлекала внимание окружающих, и некоторые узнавали в ней девушку, которая жила в Форксе в течение года, и сдержанно приветствовали её.
Когда в дверь вошли шериф и его заместитель, в зале повисла тишина, которую нарушал только голос диктора, доносившийся из телевизора. Все присутствующие затаили дыхание, словно ожидая увидеть захватывающую сцену встречи бывших возлюбленных.
— Пап, — произнесла Белла, подняв руку.
Брок неторопливо подошёл к столу и спросил:
— Как съездила? Всё в порядке?
— Да, мы немного припозднились, — подтвердила Белла, ощущая на себе любопытные взгляды окружающих. — Мама случайно поранилась, и нам пришлось искать аптеку в аэропорту.
— Привет, — кивнул Брок, взглянув на бывшую жену Чарли.
— Здравствуй, — сказала Рене, стараясь сдержать нахлынувшие чувства.
Она не могла поверить, что этот привлекательный мужчина — тот самый юноша, в которого она влюбилась почти двадцать лет назад. Он сильно изменился с тех пор: стал более уверенным и притягательным. Вокруг него словно витала аура властного самца, и ей невольно хотелось покорно склонить голову.
— Я заказал сэндвичи с рваной свининой и овощной салат, — сообщил Вейлон, подойдя к ним. Он небрежно кивнул, приветствуя Рене, и дружелюбно улыбнулся Белле.
— А кофе? — напомнил ему Брок.
— Чем тебя не устраивает бесплатный из нашего офисного аппарата? — раздражённо закатил глаза Вейлон.
— Он горячий, — усмехнулся Брок.
— Капризничаешь, как принцесса, — проворчал Вейлон, но всё же вернулся к стойке, чтобы дополнить их заказ двумя стаканами кофе со льдом.
— Пап, вы пообедаете с нами? — спросила Белла, надеясь услышать согласие отца. Однако тот взглянул на часы и, покачав головой, сказал:
— Прости, но у нас ещё работа. Увидимся вечером. Или у тебя есть что-то срочное?
Рене напряжённо вслушивалась в беседу своего бывшего мужа и их дочери, пытаясь осознать и принять тот факт, что они обсуждают семейные дела, не вовлекая её в разговор. Хотя она уже давно была в разводе с Чарли, но то, что он так легко вычеркнул её из своей жизни, вызывало у неё грусть и неуверенность в своём обаянии.
Когда Кора отдала Вейлону бумажный пакет с едой и стаканы с напитками, Брок вышел из кафе, попрощавшись со всеми. Рене проводила его долгим взглядом, а потом посмотрела на дочь, которая вернулась к своему обеду. Она не знала, как задать интересующие её вопросы, и долго молчала, ковыряя вилкой спагетти.
— Дорогая, когда твой отец стал таким? — наконец спросила она осторожно.
— Каким? — уточнила Белла, взглянув на неё без особого интереса.
— Ну… мужественным, — Рене с трудом подобрала определение для экс-супруга.
— Не знаю, — равнодушно пожала плечами Белла. — Мы не виделись с ним два года, и, когда я приехала в Форкс, он уже выглядел так, как сейчас.
— С ним что-то произошло? У него появилась другая женщина?
Белла усмехнулась, уловив в голосе матери нотки раздражения и ревности. Неужели та считала себя такой особенной и неповторимой, или же смотрела свысока на своего бывшего супруга? Она была настоящей принцессой, а он — простым свинопасом, которому случайно удалось завоевать её расположение?
— Я не пытаюсь контролировать жизнь своего отца. Он уже взрослый и не обязан передо мной отчитываться. И тебе я советую не вмешиваться, если не хочешь неприятностей.
Рене недовольно вздохнула, когда услышала такой грубый ответ. Она вдруг лишилась аппетита, и её настроение стремительно ухудшилось. Всё вокруг казалось унылым и безрадостным, а еда потеряла вкус и аромат. И дочь, которая сидела напротив с безразличным видом, совершенно не помогала улучшить ситуацию.
Рене неожиданно для себя обнаружила, что Фил, который всегда был таким весёлым и активным, кажется ей не таким интересным, как Чарли, который буквально излучает уверенность и силу. Она поняла, что мужчина постарше может быть более привлекательным, чем молодой парень, если следит за собой и ведёт себя достойно.
— Ты спишь с открытыми глазами? — поинтересовалась Белла, заметив, что её мать замерла, устремив взгляд в пустоту. Спагетти соскользнули с её вилки, но она не обратила на это внимания, словно забыв о том, что совсем недавно была голодна.
— А? Что ты сказала? — Рене пришла в себя, услышав голос дочери, и смущённо улыбнулась. — Прости, я задумалась.
— У меня скоро начинаются занятия, я отвезу тебя в отель, — сказала Белла, допив лимонад. — Давай не будем терять время.
— Сейчас же каникулы, — с недоумением взглянула на неё Рене.
— Разве не может быть занятий вне школы? — усмехнулась Белла и, достав несколько купюр из кошелька, положила их на стол.
— А можно мне пойти с тобой? Мы так давно не виделись. Я соскучилась по тебе.
— Нет, — решительно покачала головой Белла, поднявшись со стула. — Это в резервации, тебя туда не пустят.
— Ты дружишь с квилетами? — удивлённо спросила Рене, выходя из кафе.
— Что в этом удивительного?
— Они же такие… — Рене с трудом подобрала слова, чтобы выразить свои мысли. — Очень примитивные.
Белла резко остановилась и, повернувшись к ней, резковато произнесла:
— Прошу тебя с уважением относиться к моим друзьям. Они дороги мне. Ты моя мать, но даже тебе не позволено оскорблять моих близких.
— Хорошо, — растерянно кивнула Рене, почувствовав озноб от её тяжёлого взгляда. Ей вдруг показалось, что в глазах дочери вспыхнули алые огоньки. Это выглядело жутко.
Рене, Белла и безусый шериф :)
шериф брок свон
Слушайте, а может желание Эдика съесть Беллу это тоже защитный механизм но уже вампира, типа убей ее, пока она не убила тебя...