Пьетро лежал на кровати, подложив руки под голову, и разглядывал потолок. Боль от пытки давно утихла, и теперь ему стало тоскливо. Он со стыдом вспоминал, как корчился на полу, выплёвывая кровь и слюну, а за этим равнодушно наблюдали два безжалостных негодяя, которых американцы называли спасителями нации.

Если бы у него появилась возможность отомстить этим злодеям, он бы сделал это, несмотря на угрозу для собственной жизни. Однако его останавливала мысль о сестре, которая останется беззащитной после его смерти. Это было недопустимо, ведь они заботились друг о друге с самого детства.

Пьетро повернулся на бок, рассматривая камеру, хотя уже изучил все детали, вплоть до крошечного скола на спинке кровати. Здесь не было ничего лишнего, только стандартный набор мебели, как в дешёвом гостиничном номере. Даже зеркало в ванной комнате отсутствовало, и она была оформлена в минималистичном стиле.

Звук поворачивающегося ключа в замке привлёк его внимание, но он спокойно лежал, будто оказывая пассивное сопротивление своим захватчикам. Однако, как только он увидел человека, вошедшего в комнату, то сразу же вскочил на ноги, не обращая внимания на «Марков», стоящих у двери.

— Ты в порядке? — с беспокойством спросил Пьетро, внимательно осматривая сестру, словно пытаясь обнаружить какие-либо повреждения.

— Да, — кивнула Ванда, выдавив слабую улыбку.

— Тебя держат в плену, как и меня?

— Уже нет, — покачала головой Ванда и устроилась на единственном стуле.

Пьетро сел на кровать напротив неё и мельком взглянул на камеру видеонаблюдения, которая висела под потолком. Затем он обратил внимание на охранников. Осознавая, что за ними следят, он не мог быть откровенным и не мог придумать, как спросить об их текущем положении и перспективах на побег.

— Что значит «уже нет»? — он наконец задал самый безопасный, по его мнению, вопрос.

— Я пришла к соглашению с мистером Роджерсом и мистером Барнсом, — ответила Ванда.

— Они наши враги! — прошипел Пьетро, сжав кулаки. — Друзья Тони Старка не могут быть нашими союзниками! Мы поклялись отомстить за наших родителей. Или ты передумала? Мы столько лет готовились к этому, а теперь собираемся отступить?

— Послушай меня, — поморщившись, произнесла Ванда. — Пожалуйста, вспомни наше детство. В какой школе мы с тобой учились?

— В той, что прямо возле нашего дома, — уверенно ответил Пьетро.

— А детский сад?

— Он был ведомственным, от папиной работы.

— Хорошо, — кивнула Ванда. — Родители брали нас в отпуск? Куда?

— Что ты хочешь сказать? — прищурившись, с подозрением спросил Пьетро. — Ты что-то узнала? Расскажешь мне?

— Да, но прежде чем мы сможем поговорить по душам, тебе нужно ответить на мои вопросы. Не думай, что я пытаюсь что-то утаить или просто теряю время. Это важно для нас обоих.

В комнате воцарилась напряжённая тишина. Пьетро сидел, нахмурившись, и пристально смотрел на сестру. Он понимал, что колдунья, обладающая даром ментальной магии, могла бы без труда заставить его вспомнить всё, вплоть до момента появления на свет. Но она почему-то не хотела этого делать.

Когда его мысли путались из-за изнурительных тренировок, Ванда умела погрузить его в прекрасные мечты о том времени, когда их семья была счастлива. Он видел маму в белом фартуке, хлопочущую на кухне над свежеиспечённым пирогом, и отца, который чинил велосипед или помогал им делать уроки.

Пьетро внезапно содрогнулся, осознав, что не может вспомнить черты лиц своих родителей. Вместо них он улавливал лишь расплывчатые силуэты, как будто кто-то пролил воду на акварельный рисунок. Это вызвало у него странное чувство страха, и по его телу пробежал холодок.

— Сестра, что происходит? — хриплым голосом спросил он, с отчаянием глядя на Ванду. — Что со мной?

— С нас спал морок, — печально улыбнувшись, ответила она.

— Что это значит?

Ванда неожиданно легко соскользнула со стула и, опустив голову, встала на колени. Пьетро, встревоженный, вскочил с кровати и бросился к ней, испугавшись, что с сестрой случилось что-то неладное. Но, услышав её слова, произнесённые шёпотом, он застыл, не в силах сразу осознать их смысл.

— Прости меня, брат, это моя вина. Я ввела тебя в заблуждение, и ты жил в мире моих фантазий. Мы с тобой не родственники по крови, а просто дети, которые росли на базе Гидры. Вероятно, мы родились там или попали туда, будучи младенцами, потому что я не помню ничего, кроме лабораторий.

— А как же наша семья? — растерянно спросил Пьетро, тоже опустившись на пол. — Мама и папа…

— Я их придумала! — Ванда расхохоталась, но это был скорее истерический смех. Из её глаз текли слёзы, нос покраснел, губы дрожали, но она не замечала этого. — Мы с тобой были как две подопытные мышки в одной клетке. И я забрала тебя себе, потому что мне было очень страшно одной!

— Не плачь, глупенькая! — Пьетро привычно заключил её в объятия и позволил ей спрятать лицо у себя на плече, как он делал это раньше.

— Мы с тобой не родственники! — всхлипывая, повторила Ванда.

— Нашла о чём волноваться.

— Мы даже не близнецы!

— Было бы странно, если бы мы были близнецами при таких условиях, — тихо рассмеялся Пьетро, нежно гладя её по голове. — Обещаю, что останусь твоим братом и буду относиться к тебе так же, как и раньше.

— Ты не сердишься на меня? — с тревогой взглянула на него Ванда. — Я обманула тебя.

— Нет, — улыбнулся Пьетро. — Если бы не ты, то, возможно, я бы не выжил.

Глядя на то, как на экране монитора двое людей обнимаются, Антон сказал:

— Тебе нужно будет найти новых жертв, чтобы заложить алтарь.

— Это несложно, — небрежно отмахнулся Люциус. — У Ксавьера целая куча претендентов на роль моих баранов.

***

— Милорд, могу я поговорить с вами? — вежливо спросил Драко после того, как закончился ужин.

— Конечно, — кивнул Стив, поднимаясь из-за стола.

Они вышли из Большого зала и без слов дошли до покоев директора, приветствуя по пути портреты, которые с интересом провожали их взглядами. В замке царила тишина, которую нарушало лишь завывание ветра. Тусклый свет, проникавший сквозь окна, и огоньки люмосов, парящих над ними, разгоняли сумрак.

Когда Драко оказался в гостиной, он не стал садиться в кресло, а остался стоять в центре комнаты, его лицо выражало серьёзность и сосредоточенность. Он словно боялся начать разговор, и Стив решил помочь ему:

— Если у тебя есть вопросы, не бойся задавать их.

— Ты уйдёшь от нас? — сдавленным голосом произнёс Драко после долгой паузы. Его глаза покраснели, как будто он с трудом сдерживал слёзы.

Стив почувствовал, как к нему подступает головная боль, и, ущипнув себя за переносицу, уточнил:

— Кого ты имеешь в виду под «нами»?

— Я и дедушка — Малфои, — ответил Драко. — Ты нас ненавидишь?

— С чего ты это взял? — тяжело вздохнул Стив.

— Дедушка сказал, что после поступления в художественную академию ты переедешь в собственный дом.

— Какова взаимосвязь между проживанием отдельно и возникновением неприязни? Абраксас годами жил за границей, разве это означает, что он ненавидит свою семью?

— Пап, ответь, пожалуйста, — попросил Драко.

— Хорошо. — Стив кивнул и продолжил, тщательно подбирая слова: — У меня и твоего дедушки возникло небольшое недопонимание, поэтому я решил, что нам стоит взять паузу и немного отдохнуть друг от друга.

— Он обманул тебя?

— Нет, просто скрыл информацию. Это случилось, когда мы с ним только познакомились.

— Я так и знал, что он однажды всё испортит, — печально улыбнулся Драко. — Прости.

— За что ты извиняешься? — Стив смущённо посмотрел на ребёнка, который был явно расстроен из-за него. — Это никак тебя не коснётся. Ты можешь приходить ко мне, когда захочешь.

— Это совсем не то же самое. Чем дольше мы будем жить порознь, тем сильнее увеличится дистанция между нами.

— Присаживайся, — Стив похлопал по дивану рядом с собой и, когда Драко нерешительно примостился на самый край, обнял его за плечи. — Не переживай. Мы с твоим дедушкой не ругались, просто… не поняли друг друга.

— Мама тоже так говорит об их отношениях с отцом. В итоге они развелись и стали чужими людьми. Вполне вероятно, что у меня скоро появится отчим.

— Это вряд ли. Ей слишком нравится свобода, чтобы отказаться от неё.

— Её нынешний любовник такой противный, — пожаловался Драко. — Когда мы разговариваем, он постоянно вмешивается, как будто хочет напомнить о себе.

— Метит территорию, — усмехнулся Стив.

— Ага, гадкий французик.

— Он стремится покорить сердце твоей матери. Она — воплощение красоты и благородства. Разве найдётся мужчина, который устоит перед таким сокровищем? Нам нужно пожелать ей счастья.

Они некоторое время молчали, погружённые в свои мысли, а затем Драко, тяжело вздохнув, сказал:

— Вероятно, это расплата за то, что я оставил отца. Я отказался от него. Так поступают только отъявленные негодяи, и магия наказала меня за это.

— Какая глупость! — не выдержав, рассмеялся Стив. — Законы вселенной не работают на опережение. Ты ещё ребёнок, так почему должен отвечать за поступки своего «близнеца»?

— Дедушка считает меня недостойным звания наследника, — напомнил Драко. — Он проницательный человек, значит, во мне и правда есть что-то плохое.

— Ты способен повлиять на своё будущее, это в твоих руках, — уверенно произнёс Стив. — Я убеждён, что ты станешь хорошим человеком и совершишь множество добрых поступков. У тебя есть для этого необходимые качества.

— А если я не смогу?

— Значит, так тому и быть. Со своей стороны, я обещаю, что наши отношения не изменятся. Ты останешься моим сыном, пока это нужно тебе.

— Я постараюсь не разочаровать тебя.

Несмотря на попытки Стива поднять ему настроение, Драко оставался подавленным. Проведя с ним ещё немного времени, он покинул директорские покои, но направился не в общежитие, а в пустой кабинет на третьем этаже. Там его ждали друзья, которые сидели на подоконнике, грея руки о банки с зачарованным огнём.

— Как всё прошло? — встревоженно спросил Гарри. — Вы поговорили?

— Да, — кивнул Драко и прошёлся по комнате, не в силах скрыть своё волнение. — Отец поссорился с моим дедушкой и решил жить отдельно. Он это подтвердил, но сказал, что я могу навещать его в любое удобное время.

— Этого мало для дружбы, — прищурившись, сказала Луна.

— Я и сам знаю! — раздражённо огрызнулся Драко.

— Хватит ругаться, — поморщившись, привычно произнёс Гарри. — Нам нужно придумать, как помирить нашего милорда и твоего деда. Есть идеи?

— Можно создать им общие приключения, — предложила Луна. — Они ведь до сих пор не выяснили, кто напал на Миссис Норрис.

— Сдадим им Дафну? — оживился Драко. — Она такая самодовольная гусыня!

— Не стоит осуждать людей только из-за того, что тебе что-то в них не нравится, — рассудительно заметил Гарри. — Может быть, ты в итоге женишься на Астории.

— В этот раз — нет! — Луна отрицательно покачала головой, вызвав у друзей любопытство, и добавила: — Я не стану говорить о том, что будет, даже не просите!

— Не очень-то и хотелось, — недовольно фыркнул Драко. Немного подумав, он согласился: — Я голосую за общие приключения.

— Есть ещё вариант со спасением прекрасной принцессы, — ухмыльнулся Гарри. — А что? Мы отлично подойдём на эту роль.