Машина, в которой находились Люциус и Антон, остановилась у контрольно-пропускного пункта. Охранники, заметив знакомый номер, оперативно распахнули металлические ворота, которые, как и высокий забор вокруг строительной территории, были покрыты защитным материалом, не давая любопытным увидеть то, что находится внутри. 

По зелёным полянам струился рукотворный поток, над которым были перекинуты причудливые мостики с ажурными перилами. Храм, расположенный в центре, напоминал творение изо льда. Такой эффект был достигнут благодаря использованию серебристых стеклянных панелей, которые отражали солнечные лучи, создавая мерцание. 

— Это по-настоящему красиво, — тихо произнёс Антон, впечатлённый величественным видом сооружения. 

— Даже те, кто не является фанатом Локи, захотят увидеть это зрелище, — рассудительно сказал Люциус. — Люди будут делать селфи на фоне храма и выкладывать их в соцсетях. 

— А остальные будут выглядеть так же?

— Да. Жители любой страны должны их узнавать. Я рассчитываю, что в каждом крупном городе появится свой храм. Я хочу сделать их культовыми местами. 

Из главного входа появился человек в элегантном тёмном костюме, сшитом на заказ. Он приветливо улыбнулся и произнёс:

— Мистер Роджерс, мистер Барнс, добрый день! Меня зовут Адам Свифт, я управляющий нью-йоркского отделения строительной компании «Stark-С Corporation». 

— Здравствуйте, мистер Свифт, рад знакомству с вами! — Люциус обменялся с ним рукопожатием, а Антон просто кивнул, придерживаясь роли равнодушного и хладнокровного Зимнего солдата. 

— Если вы не против, я проведу для вас экскурсию, — сказал управляющий и сделал приглашающий жест. На его запястье сверкнули дорогие часы и запонка в манжете белоснежной рубашки. — Как вы видите, все работы закончены. Наша команда приложила усилия, чтобы завершить этот проект в назначенный срок. Ландшафтный дизайн был разработан лучшим ландскапером Нью-Йорка, Бредли Муном. 

Люциус с интересом слушал рассказ, внимательно осматривая окрестности. Пока, на его взгляд, всё было в порядке: трава аккуратно подстрижена, нигде не видно мусора, дорожка из камней блестит чистотой, вода в ручье кристально чистая, а на дне можно разглядеть белый песок. 

Стены из стекла были сделаны так, что с улицы нельзя было увидеть, что происходит внутри. Здание состояло из трёх частей: в центральной зоне находился главный молельный зал, а в боковых — служебные помещения и жилые комнаты для будущих жрецов культа Локи и их помощников. 

Люциус рассчитывал, что все храмы будут открыты круглосуточно, чтобы люди могли прийти туда в моменты отчаяния и обрести душевное равновесие. Ведь для всемогущего Трикстера не составляет труда отправить своих двойников, чтобы утешить страждущих и получить их силу в обмен на помощь. 

Это были взаимовыгодные отношения, в которых все участвующие стороны получали то, чего желали. В мире магии не было места бескорыстию, ведь за всё нужно платить адекватную цену. Долгая жизнь, здоровье, удача, процветание в бизнесе — это не те вещи, которые можно купить за деньги. 

— Вы хотели бы что-то добавить? — поинтересовался управляющий. Его помощники стояли рядом, не вмешиваясь в разговор, чтобы не отвлекать важных персон. 

— Нет, всё просто великолепно, — улыбнулся Люциус. — Благодарю вас за отлично выполненную работу. 

— Тогда мы вас оставим, — с облегчением выдохнул управляющий. — Если у вас возникнут замечания, мы сразу же исправим недочёты. Второй храм, находящийся в Вашингтоне, будет готов через два с половиной месяца. Надеюсь, вы останетесь довольны. 

Когда посторонние покинули святилище, Антон приблизился к статуе, изображающей Локи на троне, и, склонив голову, начал выкладывать на алтарь предметы, которые принёс с собой: небольшой кинжал с рукояткой из кости, простую деревянную чашку размером с детский кулачок и платок с вышитым на нём четырёхлистным клевером. 

Он сделал аккуратный порез на руке и стал внимательно следить за тем, как кровь течёт по пальцам. Его движения были неторопливыми, а на лице застыло выражение безмятежности, как будто происходящее было обычным делом. Когда чашка наполнилась наполовину, он приложил платок к ране, и она мгновенно затянулась. 

Люциус повторил его действия, а затем они вдвоём встали на колени и пролили кровь на подножие статуи. В воздухе появился сильный запах талого снега и раскалённого железа, по каменному полу пробежали мерцающие серебристые искры, а потом по помещению пронёсся сильный порыв ветра, взъерошив их волосы. 

— Приветствую тебя, о Локи, повелитель огня и льда! — произнёс Люциус слегка охрипшим голосом.

— Славься, Локи! — вторил ему Антон. 

Их тела пронзил холод, а затем окутал удушающий жар. Но они не дрогнули, продолжая стоять на коленях со склоненными головами. Вдруг раздался тихий стук, и перед ними упали два металлических кольца с выгравированными рунами и украшенные крупными чёрными камнями, внутри которых, казалось, пылали языки пламени. 

— Это награда за ваши старания, — произнёс знакомый голос. Вместо каменной фигуры на пьедестале теперь восседал Локи, занявший место на троне. 

— Благодарим вас, великий конунг, — произнёс Люциус, аккуратно взяв кольцо, которое идеально подошло по размеру на указательный палец правой руки. Он ощутил лёгкую боль, словно внутри ободка была спрятана тонкая игла, которая уколола его кожу. 

— Эти украшения сделаны гномами Нидавеллира. Вы можете использовать их как свои волшебные палочки, — пояснил Локи. Он заметил, что волшебники не могут воспроизвести некоторые заклинания без привычных им концентраторов магии, и решил их проблему, чтобы поощрить за то, что они усердно выполняют свою часть сделки. 

В глазах Антона зажёгся огонёк радости. Он больше, чем Люциус, нуждался в колдовстве, которое позволяло безупречно выполнять сложные задачи. Не все проблемы можно было решить с помощью оружия или заклинания «империо», ведь часто требовалось более деликатное вмешательство, чтобы изменить поведение людей. 

Он слегка приподнял руку и беззвучно произнёс магическую формулу. По его желанию каменный пол заблестел, словно покрылся льдом, а на стенах появились морозные узоры. Пламя в свечах разгорелось ярче, и с потолка начали медленно опускаться сверкающие снежинки, растворяясь в воздухе. 

Люциус внимательно наблюдал за тем, как меняется обстановка в храме. Он чувствовал, как от его кольца исходит едва уловимый холод, который наполняет тело энергией. Это ощущение, которое он давно не испытывал, привело его в восторг, как в те далёкие времена, когда ему впервые доверили волшебную палочку. 

***

— С мисс Лавгуд всё будет в порядке, — сказала медсестра, закончив осмотр. 

— Ей не нужно в больницу? — с тревогой уточнил Баки. 

— Нет, — покачала головой медсестра. — Достаточно просто отдохнуть и принять несколько зелий. К счастью, истощение не представляет серьёзной опасности. Однако в дальнейшем ей следует контролировать расход магической энергии. По крайней мере, до четырнадцати лет мисс Лавгуд не следует использовать сложные заклинания, чтобы не навредить себе. 

— А как же «патронус»? — раздался тихий голос Луны. — Я хотела освоить его в ближайшие месяцы. 

— Куда же вы все так спешите? — вздохнула медсестра, помогая ей удобнее устроиться на кровати. — Всё хорошо в своё время.

— Слушайся взрослых, — строго произнёс Баки. 

В этот момент раздался стук, и в дверь, не дожидаясь ответа, просочились Гарри и Драко, выглядя как коты, которые просто проходили мимо по своим очень важным делам. Увидев свою подругу, хоть и бледную, но улыбающуюся, оба «идеальных ребёнка» заметно оживились и подошли к ней. 

— Как ты? — спросили они одновременно. 

— И вам здравствуйте, — проворчал Баки, человек-невидимка. — Почему вы не на уроках? 

— Я простудился, — кашлянув, слабым голосом пробормотал Драко и сел на кровать, стоящую справа от Луны. Гарри устроился с другой стороны и поставил самодиагноз:

— У меня приступ гастрита. Я ведь сирота, в детстве недоедал, часто держался только на чёрством хлебе и воде, вот и заработал болезнь. 

Баки пристально взглянул на двух симулянтов, которые сидели с выражением боли на лицах. Он бы поверил им, если бы не знал об их актёрском таланте и не видел, как сверкают их глаза. Ему оставалось только грозить им кулаком, тем более что медсестра уже начала проводить диагностику, сдерживая улыбку. 

— Мадам, я буду жить? — спросил Гарри, лёжа на кровати.

— Непременно! — ответил Баки вместо медсестры и добавил зловещим голосом: — Вас ждут касторка, клизмы и пиявки. Через несколько дней будете как новенькие.

Драко невольно вздрогнул от его тяжёлого взгляда, но продолжил играть роль больного. Его глаза покраснели, а на щеках выступил румянец от смущения, но он продолжал натужно кашлять, изображая простуду. 

Баки был уже не в силах терпеть этот спектакль и решительно заявил:

— Если вы хотели просто пообщаться со своей подругой, не стоит отнимать время у занятых людей и тратить ценные лекарства.

Гарри мгновенно перестал притворяться, услышав его серьёзный тон, и сел, сразу же извинившись: «Мадам, это наша ошибка. Мы не должны были вас обманывать». Медсестра ответила ему добродушной улыбкой и, дав настоящей пациентке выпить зелье, ушла в комнату отдыха, оставив друзей наедине. 

Баки сидел на стуле, внимательно слушая беседу, но не принимая в ней участия. Он чувствовал спокойствие, когда дети были рядом, под его присмотром, и не рисковали собой, ввязываясь в приключения. Вдруг он увидел, что Луна смотрит на него как-то странно, будто хочет что-то сказать, но почему-то не решается.

— Что случилось? — спросил Гарри, тоже заметив необычное поведение своей подруги. 

— Вы можете ненадолго оставить нас с господином Долоховым? — произнесла она и, когда мальчики вышли, продолжила более серьёзным тоном: — Мне бы не хотелось говорить об этом, но я должна сообщить вам печальную новость. 

— Хорошо, — согласился Баки, не имея ни малейшего представления о том, что может сказать эта странная девочка. Неужели грядет конец света? Или все маги станут ходячими мертвецами? А может, к Земле приближается космический флот? Или людям пора строить убежища, чтобы спастись от ядерного апокалипсиса? Однако все его догадки оказались далеки от истины. 

— К сожалению, я не могу стать вашей супругой, — с грустной улыбкой сказала Луна и, пытаясь утешить, добавила: — Но мы непременно сохраним дружбу на всю жизнь. Это я вам гарантирую.

Баки с трудом подавил смешок, глядя на её печальное выражение лица. Он прочистил горло и произнёс: 

— Благодарю вас за честность, мисс Лавгуд. Я постараюсь смириться с этой потерей. 

— У вас всё будет хорошо! Я не расскажу о том, что произойдёт, чтобы потом вам не было неинтересно.

— Конечно, — с серьёзным видом кивнул Баки. — Никто не любит спойлеров

— Тогда давайте скрепим наш договор! — обрадовалась Луна. 

Они с достоинством пожали друг другу руки, и Баки, уже не скрывая улыбки, задал вопрос:

— Раз мы теперь стали друзьями, ты ведь будешь делиться со мной занимательными историями о других людях?

— Безусловно! Порой мне хочется осудить с кем-нибудь секреты, но я опасаюсь доверять их детям. Ведь они могут разболтать их, а это может привести к неприятным последствиям. 

— Ты рассуждаешь так, будто сама уже совсем взрослая.

— Да, — Луна вздохнула. — Порой я чувствую себя древней старухой, которая прожила долгую жизнь. Это очень непросто.

Баки мгновенно стал серьёзным, отбросив свой легкомысленный тон. Он осознал, что эта девочка-подросток видит себя в разных реальностях, где её «двойники» различаются по возрасту. Они оказываются в разных ситуациях, испытывают сложные чувства и даже борются за свою жизнь, как это было в каноне «Поттерианы». 

— Я всегда буду поддерживать тебя, — заверил он от всего сердца. 

Луна не успела ответить, как дверь распахнулась, и в палату вошли её друзья. Они, должно быть, подслушали их разговор, потому что Гарри с интересом спросил:

— Если ты не выйдешь за моего брата, то за кого же тогда? Это я? 

— Почему сразу ты? — возмутился Драко. 

— Я — Избранный! — Гарри с гордостью вскинул голову. 

— Однако всё самое лучшее достаётся Малфоям! — произнёс Драко, прищурившись и став похожим на Люциуса. — А тебе как положительному персонажу следует быть скромным и бескорыстным.

Баки рассмеялся, слушая их препирательства. Эти дети были такими забавными.