Люциус поместил Ванду в одну из комнат на подземном уровне и поручил заботу о ней «Маркам» и Джарвису. У него не было времени дожидаться, пока Максимовы придут в себя, так как это могло занять не один час или день. Его график был слишком насыщенным, и он не мог позволить себе отложить запланированные дела.

Антон первым покинул особняк на своём мотоцикле. Конечно, доспехи развивали большую скорость, чем любой наземный транспорт, но он пользовался ими нечасто. Это не было предубеждением против современных технологий, просто ему нравилось жить в своём темпе, а не опережать время.

Улицы Нью-Йорка были, как обычно, забиты транспортом. Такси, автобусы и личные автомобили создавали огромные пробки. Между ними сновали мотоциклисты и велосипедисты, а по тротуарам двигались потоки пешеходов, напоминающих роботов своими невыразительными лицами.

Антон остановился, ожидая разрешающего сигнала светофора, в этот момент в наушнике раздался голос Джарвиса:

— Мистер Барнс, вас вызывает профессор Ксавьер. Соединить?

— Давай, — кивнул Антон и вскоре услышал приятный мужской голос:

— Мистер Барнс, добрый день. Позвольте представиться, меня зовут Чарльз Ксавьер. Я директор школы для одарённых детей.

— Я слышал о вас, — ответил Антон, съехав на обочину и припарковавшись на небольшом свободном месте. — Почему вы позвонили мне?

— Я пытался связаться с мистером Роджерсом, но его ассистент сказал, что он занят.

— Запишитесь на приём, — равнодушно сказал Антон. Он снял шлем и закурил, наблюдая за людьми, торопливо проходящими мимо него. На самом деле ему было интересно узнать, что такого срочного произошло у главы американских мутантов, но он не показывал этого, предпочитая выжидать.

— Это срочный вопрос, — голос Ксавьера стал строже, утратив лёгкий светский тон. — Дело в том, что на территории особняка, где остановился мистер Роджерс, находятся два человека, нуждающиеся в помощи.

— Профессор, я не буду спрашивать, каким образом вы узнали эту информацию, но хочу напомнить, что вмешательство в личную жизнь кандидата в президенты страны — противозаконно, — произнёс Антон, прищурившись от сигаретного дыма. — Если на этом всё…

— Мистер Барнс, прошу вас не спешить заканчивать разговор. — Ксавьер немного помолчал и продолжил: — Если вы знаете обо мне, то должны быть в курсе моих… особых способностей. Так вот, я почувствовал, что эти люди посылают сигналы о спасении, и не могу их проигнорировать.

— Хотите вломиться в чужой дом? — усмехнулся Антон. — Желаю вам удачи.

— Мы не преступники.

— Тогда чего вы хотите от меня?

— Отпустите этих людей. Мы позаботимся о них.

Антон весело рассмеялся, поняв, что хитроумный профессор ведёт себя как осторожный лис. Он вроде и не угрожал в открытую, но в то же время намекал, что мутанты могут вмешаться в это дело. В его школе было достаточно опытных бойцов, один только Росомаха мог заменить целый отряд профессионалов.

Очевидно, его поведение было обусловлено уверенностью в том, что Капитан Америка — светлый герой, для которого нет ничего важнее защиты людей и справедливости во всём мире. Однако он не подозревал, что под личиной Стива прячется кто-то иной, более жестокий, эгоистичный и прагматичный.

— Вам смешно? — сухо спросил Ксавьер.

— Вы собираетесь пойти против будущего президента? — ответил вопросом Антон. — Насколько я знаю, вы сами сделали первый шаг, чтобы сотрудничать с властями. А теперь так быстро изменили своё решение.

— Страдают невинные люди…

— Ой, только не надо применять ко мне эмоциональный шантаж! Я на такое не куплюсь, — насмешливо закатил глаза Антон. — Вы можете действовать по своему усмотрению. Но хочу вас предупредить, что эти «невинные люди» убили около двухсот человек, — в его голосе слышался откровенный сарказм. — Или мутанты — это высшая раса, стоящая над стадом?

— Их скорее всего вынудили, — сказал Ксавьер. — Над ними могли проводить жестокие эксперименты.

— И что? — равнодушно пожал плечами Антон. — Я был в таком положении почти семьдесят лет, так почему вы не пришли и не спасли меня?

— Мы не знали о вас, — с печалью и сочувствием ответил Ксавьер.

— Или точнее, не хотели знать, — сказал Антон и добавил серьёзно: — Профессор, не всем мутантам надо помогать. Люди гораздо страшнее диких животных. Вы уверены, что хотите впустить в свою школу убийц? Или надеетесь подавить их в ментальном плане, а потом выдрессировать по-своему? Подумайте об этом. Чем вы готовы пожертвовать ради преступников? Своим положением? Жизнями подопечных? Свободой?

Не дождавшись ответа, Антон завершил разговор, не попрощавшись. Его не устроил ни тон Ксавьера, ни то, что он позвонил ему по личному номеру. Да, имея в подчинении таких талантливых людей, профессору не составило труда получить нужную информацию. Но это не значит, что его действия останутся безнаказанными.

Антон особенно остро реагировал на посягательства на свою частную жизнь. Всё ещё не оправившись от утраты любимой супруги и детей, он испытывал подозрение к любому, кто приближался к его семье. А Люциус в этом мире стал для него кем-то вроде младшего брата, которого надо защищать и оберегать от опасностей.

— Джарвис, ты записал разговор? — спросил он, выбросив в урну сигарету и надев шлем.

— Конечно, мистер Барнс, — сразу же ответил тот.

— Отправь файл… — Антон не успел договорить, как услышал:

— Сделано, мистер Барнс. Мистер Роджерс сейчас прослушает его.

Антон сомневался, стоит ли ему возвращаться в особняк или же надеяться на благоразумие Ксавьера. Этот человек представлял опасность, хотя и не мог преодолеть ментальную защиту волшебников. В его подчинении находились мутанты, которые привыкли действовать грубо, без тени сомнений.

В этот момент Антону позвонил Люциус и сказал: «Мы всё сделаем правильно. К нашему дому уже направляются официальные службы. Если мутанты попытаются прорваться внутрь, то им придётся ответить по всей строгости закона. Максимовых они всё равно не найдут, подземный уровень надёжен. А мою дочь уже увезли в другое место».

***

Стив устало потёр виски пальцами, пытаясь осмыслить полученную информацию. Он осознавал, что Баки не изменит своего отношения к младшему брату, кем бы тот ни был. Избранный или нет — какое это имеет значение? Так может, лучше оставить это в секрете, чтобы не расстраивать близких?

— Зачем ты мне это рассказал?

— Если Гарри — сын моей тёти, то я должен позаботиться о нём, — ответил Регулус. — Он наполовину Блэк.

— Постой, так если Генрих — сын Карлуса и Дореи, то он тоже твой родственник! — воскликнул Стив.

— Да, Дорея Поттер и Кассиопея — родные сёстры, — откашлявшись, произнёс Регулус и отвёл взгляд. — Среди Блэков считаются обычными близкородственные браки.

Стив был ошеломлён и не мог произнести ни слова. Он пытался представить, каково это — быть любовником своей родной тёти и даже стать отцом её ребёнка. Это казалось ему чем-то совершенно невероятным, хотя он и знал, что подобные практики были распространены среди аристократических и даже королевских семей.

В истории были примеры, когда отцы женились на своих дочерях, а братья — на сёстрах, но он никогда не сталкивался с подобным в реальной жизни. Хотя, если задуматься, Вальбурга и Орион были троюродными, но это не помешало им создать семью и родить двоих здоровых детей.

— Я понимаю, что для некоторых людей такие отношения выглядят необычно, — продолжил говорить Регулус. — Но Блэки не видят в этом ничего дурного. У волшебников нет проблем с генетикой из-за близкородственных связей.

— Ты не должен оправдываться передо мной, — торопливо прервал его Стив. — Я здесь чужак и не мне осуждать ваши обычаи. Тем более что ты не до конца уверен, что этот Генрих — сын Дореи. Давай лучше решим, что делать с Гарри. Я не уверен, что нам стоит травмировать его такой шокирующей информацией. Да и мы не можем быть уверены, что записи в дневнике твоей тёти правдивы, а не вызваны… галлюцинациями. Ты же сам сказал, что она почти безумна и одинока.

— Я должен позаботиться о нём, — повторил Регулус. — Это моя обязанность как главы рода. Нас осталось слишком мало, чтобы пренебрегать своей кровью. Молодёжи и вовсе нет, кроме меня. Нарцисса отказывается рожать детей, кроме Драко, а он принадлежит Малфоям.

— Ты же не будешь принуждать её? — с тревогой спросил Стив. Как бы он ни относился к бывшей жене Люциуса, она не заслуживала участи «ходячего инкубатора».

— Нет, — покачал головой Регулус. — Нарцисса выполнила долг перед родом. Я не настолько бесчестный человек. Гарри получит наследство своей матери, если их связь подтвердится. Я передам ему всё состояние Кассиопеи, потому что она недееспособна.

— И чем он должен будет заплатить за твою щедрость?

— Войти в наш род и стать Блэком.

— Если это правда, то он наполовину Поттер, — справедливо заметил Стив.

— Он им не нужен, а нам — необходим, — честно ответил Регулус. — Ты просто не представляешь, насколько страшно стоять у алтаря и видеть пустые места в круге. Чувствовать холод и оборванные нити связей вместо тепла и родственной магии. Оставшиеся в живых Блэки не могут восполнить дефицит. У них недостаточно сил для проведения ритуалов. Им самим требуется поддержка.

— Ты должен пообещать мне кое-что, — после долгого молчания сказал Стив. — Гарри сам примет решение о своём будущем.

— Хорошо, — сразу же согласился Регулус. — Но и ты пообещай, что вы не будете отговаривать его.

— Договорились, — кивнул Стив.

— Я буду ждать ответа Гарри. Если он согласится, мы проведём проверку. Раньше я думал, что его сходство с Блэками — моя фантазия. Но теперь, когда стали известны факты, я почти полностью уверен, что он тот самый ребёнок, которого искала тётя.

Они ещё немного поговорили о сотрудничестве Малфоев и Блэков. Хотя Стив почти полностью ушёл из бизнеса, он всё равно был в курсе важных договоров, потому что встречался с ключевыми деловыми партнёрами и должен был уметь поддержать беседу на любую тему.

Союз двух влиятельных семей не мог остаться незамеченным в высших кругах. Конкуренты поспешили воспользоваться ситуацией и заключить сделки, чтобы не упустить выгоду. Стив уже выслушал множество привлекательных предложений, которые, как выразился Баки, предлагали ему «саблю, барабан и деревянную лошадку».

Регулус тоже столкнулся с проблемами, но его ситуация была сложнее. Он не был женат, и на него обращали внимание женщины, которые хотели надеть родовую тиару Блэков. Ему приходилось быть очень осторожным, чтобы не попасться в ловушку и не оказаться связанным скоропалительным браком.

Стив был благодарен Нарциссе за то, что она сохраняла их развод в тайне. Для окружающих они оставались супругами, а то, что жили раздельно, никого не удивляло. В браках, которые были основаны на договоре, любовь не приветствовалась, и никто бы не поверил, что Люциус, известный ловелас, смог стать верным и преданным мужем.

— Не поверишь, но на последнем приёме у его высочества Альберта меня чуть не скомпрометировали! — посмеиваясь, рассказал Регулус, когда они перешли от делового разговора на малозначительные сплетни. — Эта девица из Карсон-холла была такой напористой, что я сначала растерялся. Только услышав голоса её родителей, я понял, что едва не попался в ловушку.

— И как ты выпутался? — спросил Стив, сделав глоток бренди. — Неужели применил чары?

— Да, мне пришлось ненадолго обездвижить её и внушить, что она не нашла меня, — ответил Регулус. — Представь: ночной парк, мы с этой девушкой наедине… Никто бы не поверил, что она пряталась за деревом, а потом набросилась на меня, как дикий зверь.

— Тебе всё равно придётся жениться.

— Я хочу сделать это не под давлением обстоятельств, а по собственной воле.

— Ещё скажи «по любви», — рассмеялся Стив.

— Нет, я не настолько наивен, — вздохнул Регулус. — Однако у меня очень мало времени, чтобы выбрать невесту. Год на ухаживание, ещё год на помолвку, а потом надо срочно обзавестись наследником.

— Волшебники очень рано вступают в браки.

— Это наш долг. За богатство и высокое положение надо чем-то платить, — с равнодушным видом пожал плечами Регулус. — Я не вижу в этом ничего недопустимого.

Стив не стал высказывать мнения о нравах британских волшебников, потому что сам никогда не был женат и не имел серьёзных отношений с девушками. В молодости он был слишком озабочен тем, чтобы выжить, а потом, став суперсолдатом, отправился на фронт, где было совсем не до романтики.

Его единственным родственником был Баки, но теперь их маленькая семья немного расширилась. Гарри и Драко стали близкими людьми для них, и даже Абраксас, несмотря на недавние разногласия, находился под их защитой.