Регулус поклонился, с серьёзным видом благодаря сестру за танец. Она выглядела просто великолепно, а её улыбка была такой лёгкой и счастливой, что создавалось впечатление, будто ей тоже доставляет удовольствие выполнять сложные па в компании своего младшего брата. Хотя он был невысокого роста, это не мешало ему уверенно вести партнёршу, не допуская ошибок.

— Хочешь лимонад? — спросил Регулус. — В зале немного душно.

— Благодарю вас, мистер Блэк, я с удовольствием выпью что-нибудь освежающее, — склонила голову Андромеда, с любовью глядя на него. Ей хотелось провести рукой по его волосам, чуть растрепавшимся во время танцев, однако она сдержала порыв, чтобы не ставить его в неловкое положение.

Регулус подошёл к фуршетным столам, где были расставлены разнообразные закуски и напитки на любой вкус. Он уже хорошо знал предпочтения сестры, поэтому попросил официанта подать им два бокала клубничного лимонада. Однако когда он вернулся, то увидел рядом с ней высокого мужчину.

— Милорд, позвольте представить вам моего младшего брата, — произнесла Андромеда.

— Регулус Блэк к вашим услугам, ваше сиятельство, — поклонился Регулус. Он узнал князя Долохова, которого однажды видел в столичной резиденции семьи. Их с Сириусом тогда не представили гостю, поскольку тот явился на встречу с Орионом и покинул особняк сразу после её завершения, не оставшись на обед.

— Рад встрече с вами, мистер Блэк, — с серьёзным видом кивнул Антон. В его действиях не было ни капли заносчивости, а в голосе — покровительственных ноток, свойственных взрослым людям при общении с детьми. — Я наслышан о ваших успехах. Ваш отец гордится вами.

— Благодарю вас, ваше сиятельство, — вежливо ответил Регулус и, забрав один из бокалов с подноса, который держал сопровождающий официант, подал его Андромеде.

— Спасибо, — прошептала она, нежно улыбнувшись.

— Как вам Италия, мистер Блэк? — с искренним интересом спросил Антон.

— Немного непривычно поначалу, но потом вполне сносно, — произнёс Регулус. — Климат там мягкий, а люди более эмоциональные и открытые, чем британцы.

— Вам стоит отправиться в путешествие по России. У нас живописная природа и множество исторических памятников, а в музеях хранятся настоящие сокровища! — Глаза Антона заблестели при воспоминании о родине. Казалось, он по-настоящему любит места, где провёл детство и юность.

— Надеюсь, мне выпадет такая возможность, — вежливо сказал Регулус. Хотя он был недоволен тем, что их отдыху с сестрой помешали, его лицо не выражало ничего, кроме заинтересованности в беседе и почтительности к старшему.

— Вы устали, мисс Блэк? — обратился Антон к Андромеде.

— Не настолько, чтобы отказываться от обещанного танца, — с улыбкой ответила она и поднялась с кресла, поставив на столик пустой бокал. — Регги, милый, ты не обидишься, если я тебя ненадолго оставлю? — спросила она.

— Конечно, нет. Иди и повеселись, это ведь твой праздник, — кивнул он, выглядя очень взросло.

— Спасибо. Тогда увидимся позже, — улыбнулась Андромеда и всё же незаметно для окружающих погладила его по голове, чувствуя мягкость шелковистых волос.

Регулус не возражал против этой мимолетной ласки. Хотя он и стремился поскорее стать взрослым, в таких моментах общения с сестрой была своя прелесть. К тому же, он мог наслаждаться её обществом до конца каникул. Когда они были в семейных поместьях или в «Лазурной звезде», им никто не мешал.

— Этот юный джентльмен выглядит очень серьёзным, — заметил Антон, когда они оказались на танцевальной площадке.

— Да, Регги — настоящий гений, — кивнула Андромеда, чувствуя, как в её крови словно заиграли пузырьки шампанского, придавая телу лёгкость. — Его хвалят преподаватели. Возможно, он станет самым молодым мастером зелий в этом веке.

— То есть сдаст экзамен в четырнадцать лет? — удивлённо приподнял бровь Антон.

— В мире нет ничего, что не по силам Блэку, имеющему чёткую цель, — пошутила Андромеда. Она искренне наслаждалась танцем, ощущая тепло чужих ладоней и приятный, чуть терпковатый аромат мужского одеколона.

Антон рассмеялся, а затем спросил:

— Мисс Блэк, вы знаете, что ваша младшая сестра сделала выговор горничной в дамской комнате? Она что-то потеряла и была расстроена этим.

— Нет, — с недоумением покачала головой Андромеда и окинула взглядом зал, полный элегантно одетых дам и джентльменов. Её взгляд остановился на Беллатрикс, которая удобно устроилась в кресле. Рядом с ней, словно верный рыцарь, стоял Родольфус. Однако Нарциссы и Люциуса нигде не было видно. — Откуда вы это узнали?

— Я случайно проходил мимо.

Андромеда с недоверием взглянула на Антона, который, казалось, был очень серьёзен, но в его глазах искрилось веселье. Они оба знали, что дамские комнаты находятся в отдалении от бального зала и салонов, где отдыхали джентльмены, и ему не было необходимости заходить туда, если только он не следил за Нарциссой специально.

Это означало, что Вальпургиевы рыцари окончательно утратили доверие к Малфоям и всем, кто был с ними связан. Несмотря на внезапную болезнь Абраксаса, они продолжали присматривать за его сыном, не желая упускать из виду потенциальную угрозу. Хотя Люциус был молод, все признавали его талант к интригам и не делали скидки на возраст.

Нарцисса, вероятно, не осознавала, как много внимания привлекла к себе своими действиями против Блэков. Она не была глупой, но в силу своего воспитания воспринимала себя как неуязвимую главную героиню романа, способную преодолеть все испытания благодаря своей удаче.

Андромеда даже немного сочувствовала ей, представляя, как она будет переживать, когда наконец поймёт, что мир больше не вращается вокруг неё. Без поддержки членов семьи Нарцисса станет обычной женщиной, которая должна будет всего добиваться самостоятельно тяжёлым трудом или хитростью.

Никто больше не будет преподносить ей всё на блюдечке с золотой каёмочкой, как говорил Долохов о тех, кто ищет лёгких путей к успеху. И это станет для неё настоящим испытанием. Ведь она с самого детства привыкла, что все её желания исполняются, а любые запросы удовлетворяются родственниками.

***

Андромеда покинула общество только далеко за полночь, после праздничного фейерверка, устроенного на берегу озера. Сотни огненных фениксов и сияющих драконов реяли в небе, затмевая луну и звёзды. Создавалось впечатление, что они живые, настолько искусно их создал мастер. От них исходили сила и величие.

После этого гости продолжили танцевать или вести беседы, удобно устроившись в курительных и игровых залах. Бал закончился лишь для детей и тех, кто устал от развлечений. Андромеда чувствовала, что скоро просто упадёт замертво, слишком утомлённая общением с людьми и бесконечными разговорами.

В её личных покоях царила тишина. В воздухе витал тонкий аромат сирени, исходящий от курильниц. Зачарованные стены защищали от звуков музыки, доносившейся из танцевального зала, и голосов гостей, прогуливающихся по ярко освещённому парку, украшенному фонариками, развешанными на деревьях.

Китти уже приготовила для хозяйки лёгкий перекус и тёплую ванну с расслабляющими зельями, а также застелила постель. Андромеда поблагодарила её и, сняв наконец бальный наряд и драгоценности, с удовлетворённым вздохом опустилась в воду, на поверхности которой плавали лепестки апельсиновых цветов.

Она провела почти час, вспоминая подробности этого вечера, потягивая шампанское и наслаждаясь тарталетками с разнообразными начинками. Во время ужина ей приходилось поддерживать беседу с соседями по столу, поэтому она не могла позволить себе съесть что-то существенное. К тому же, туго затянутый корсет не давал ей свободно дышать.

Наконец, Андромеда ощутила, как к ней возвращается бодрость. Она вышла из ванны, надела шёлковый халат и устроилась в гостиной. Горящие свечи создавали умиротворяющую атмосферу, и ей не хотелось нарушать эту идиллию. Она взглянула на картину, висящую над камином, и нахмурилась, пытаясь понять, что же её беспокоит.

В глубине её разума билась какая-то мысль, но она никак не могла её поймать. После выпитого вина мысли слегка путались, но Андромеда, собравшись с силами, попыталась сосредоточиться. Она коснулась старинной деревянной рамы и, вложив частичку своей магии, тихо сказала: «Бабушка Каллидора, вы можете уделить мне немного времени?»

Однако прошла минута, за ней вторая, а ответа так и не последовало. Это было удивительно, потому что обычно нарисованные предки очень быстро откликались на зов, даже если были заняты чем-то важным. Картинная галерея находилась здесь, в главном поместье, поэтому им не требовалось много времени, чтобы вернуться на свои основные портреты.

— Китти, — позвала Андромеда и, когда домовушка появилась в комнате, спросила: — Ты встречала в последнее время бабушку Каллидору?

— Нет, — покачала головой та и добавила: — Старший хозяин Орион поручил мадам важное задание.

— О, действительно! — Андромеда задумчиво приложила палец к губам, вспомнив о миссии, которую выполняла Каллидора. — Но ведь прошло уже много времени, неужели она так и не вернулась?

— Я об этом не знаю, — развела руками Китти.

Не желая беспокоить остальных родственников, Андромеда, накинув шаль, поспешила в картинную галерею. В этом месте всегда находился кто-то из портретов, которые любили тишину и не подглядывали за гостями. Среди Блэков было много замкнутых личностей, предпочитающих книги общению с людьми.

Она поднялась на этаж выше и, пройдя по длинному коридору, освещённому тусклыми магическими светильниками, вошла в просторный зал, на стенах которого висели картины. Большинство из них были пусты, но на второй слева пожилой мужчина дремал, с удобством устроившись в широком кресле.

— Доброй ночи, дедушка Везен, — тихо произнесла Андромеда.

— Кто здесь? — откликнулся тот, открыв глаза, и, узнав её, добавил: — Это ты, малышка. Что-то произошло? Почему ты так легко одета?

— Мне не холодно, не волнуйтесь, — ответила Андромеда. — Дедушка, я хотела узнать, где сейчас находится бабушка Каллидора.

— Хм, — нахмурившись, откашлялся портрет. После недолгого размышления он сказал: — Кажется, я давно её не видел.

— Она возвращалась из Лонгботтом-холла?

— Нет, — покачал головой портрет. На его нарисованном лице появилось обеспокоенное выражение. — Орион сказал, что ей потребуется какое-то время, чтобы разведать обстановку.

— Я поняла, — кивнула Андромеда. Её тревожило исчезновение Каллидоры в свете похищения Теда. — Извините, что разбудила вас.

— Мне всё равно нечем заняться, — пожал плечами Везен. — Все эти суетливые родственники отправились наблюдать за балом, как будто это происходит впервые. Раз уж ты зашла к нам, расскажи, как у тебя дела. Ты уже закончила обучение в школе?

— Да, я получила диплом с двенадцатью «превосходно», — с улыбкой сообщила Андромеда. — Меня приняли в университет. Скоро начнутся занятия.

— Это прекрасно! Я всегда верил, что ты станешь кем-то большим, чем обычная домохозяйка, заботящаяся лишь о муже и детях. Твой талант требует огранки, а для этого нужно приложить усилия.

— А вы, дедушка, учились в университете?

— Нет, не довелось, — покачал головой портрет. — Когда я был молод, в Европе бушевала чума. Я получил первое мастерство в шестнадцать лет, второе — в двадцать пять, и решил, что этого вполне достаточно.

— У вас к тому времени уже были дети?

— Конечно! Пятеро! Раньше Блэки были плодовиты, не то что нынешнее поколение, которое с трудом заводит троих отпрысков.

Андромеда поговорила ещё немного с троюродным пра-прадедом и вернулась в свои покои. Она не могла сдержать беспокойства, не зная, что случилось с Каллидорой. Хотя портреты не были живыми людьми, которых можно убить, пока их основные полотна были в безопасности, кто знает, что могли сделать Лонгботтомы, обнаружив шпионку?

В прошлой жизни Андромеда изредка общалась с Невиллом, но он был очень закрытым человеком. Возможно, это связано с тем, что его родители рано ушли из жизни, ведь безумие, в котором они пребывали, было ничем не лучше смерти. Или же вина лежала на Августе, которая, разочаровавшись в своих муже и сыне, стала слишком строгой с внуком, лишив его детства.

В любом случае, старшие Лонгботтомы не были известны как добрые или сочувствующие люди. Они были включены в список «Священных двадцати восьми семей» не просто так. В этот список попадали не те, кто не смешивал свою кровь с маглами, а волшебники, которые строго придерживались традиций. Они проводили кровавые ритуалы, чтобы получить благословение магии, и человеческие жертвы были для них чем-то обыденным.

Если Каллидора попала в беду, её необходимо было спасти. Однако как это сделать, не имея доступа в поместье Лонгботтомов? Чем можно было бы шантажировать нынешнего главу рода, который не зря слыл человеком беспринципным? Угрожать ему? Но по какому поводу? У Блэков не было совместных проектов с Арфангом, и они давно разорвали отношения с ним и его семьёй.

Не в силах сдержать волнения, Андромеда отправилась в свой кабинет и, сев за стол, быстро написала записку. Затем она попросила Китти передать это письмо Ориону. Когда тот будет просматривать почту, то обязательно увидит его. Скорее всего, это произойдёт ближе к обеду, когда хозяева отдохнут и ненадолго займутся делами перед очередным днём, наполненным развлечениями.