Экскременты богов.
Передо мной стоял Квазимодо.
Самый настоящий: с горбом, рыжеватыми волосами и испуганно-настороженным взглядом.
Мне казалось, что он вот - вот запоёт балладу для Эсмеральды, но это было невозможно. Ведь мы в мире, где эту песню не знают. Здесь не любят искусство, творчество и красоту.
Катарсис физического или морального уродства здесь норма, поэтому Квазимодо смотрелся почти аутентично для данного места.
Однако, я всё равно недоумевал.
- Ты что здесь делаешь?
Катарсис физического или морального уродства здесь норма, поэтому Квазимодо смотрелся почти аутентично для данного места.
Однако, я всё равно недоумевал.
- Ты что здесь делаешь?
- Меня прислали к тебе. - пожал Квазимодо плечами.
- Сюда не присылают. А ссылают. - поднял удивлённо брови я и облокотился о раковину.
- Тогда сослали. - согласился тот.
- А что с тобой? - я решил не делать вид, что не замечаю физических особенностей моего собеседника.
- Да много чего. - махнул короткой рукой Квазимодо. - Порок сердца, плюс подозрение на ишемию, несколько грыж, разница в длине рук... Про горб, думаю, не стоит говорить?
Мда, горб у него действительно большой. Без преувеличений. В военкомате этого бедолаге комиссар явно обладает чувством юмора, раз решил отправить служить человека, который невооружённым глазом не годен к службе.
Благо, в распределителе над ним, либо над его будущими командирами, явно кто-то сжалился и отправил в военный госпиталь на повторный осмотр и ВВК. Только вот в армии много людей с чувством юмора. Поэтому, когда наше отделение запросило мне на помощь в наряд бойца из другого отделения, военный врач, что им заведовал, явно тоже обладал чувством юмора, решив отправить инвалида на самый тяжёлый наряд военного госпиталя. Конечно, можно допустить, что на самом деле врач - нормальный мужик и отправил мне самого здорового. Тогда, боюсь, представить, в каком состоянии у него остальные.
Благо, в распределителе над ним, либо над его будущими командирами, явно кто-то сжалился и отправил в военный госпиталь на повторный осмотр и ВВК. Только вот в армии много людей с чувством юмора. Поэтому, когда наше отделение запросило мне на помощь в наряд бойца из другого отделения, военный врач, что им заведовал, явно тоже обладал чувством юмора, решив отправить инвалида на самый тяжёлый наряд военного госпиталя. Конечно, можно допустить, что на самом деле врач - нормальный мужик и отправил мне самого здорового. Тогда, боюсь, представить, в каком состоянии у него остальные.
- А ты давно здесь служишь? Какой призыв? - попытался поддержать беседу Квазимодо.
- Для тебя старший. Но ты не парься, я ебать тебе мозги не буду.
- А что здесь делать надо? Мыть посуду я так понял.
Квазимодо осмотрел две огромные раковины, полные грязных чанов и бачков.
- Мыть без конца посуду холодной водой и выносить парашу. - хмыкнул я.
армия
философия
госпиталь
кухня
столовая
автобиография